Северные Топи
24 сентября 2020 г., 23:08
— Мне не нужны проблемы, — пролепетал я, стараясь выглядеть максимально дружелюбно… несмотря на то, что обжигающе холодный ствол прижался плотнее к моему виску.
— Ну конечно, не хочешь, — фальшиво мягким голосом произнёс мой собеседник. — Ты откуда здесь взялся такой красивый? Ты из этих… фанатиков?
— Из того отверстия, — я, насколько смог, мотнул головой назад, на круглый тоннель, из которого недавно вышел.
Неизвестный издал сдавленный смешок.
— Слышь, Кэп, чего заливает! Из отверстия! Вроде как говно, что из отверстия выходит. Хотя ты, любезный, вывалился прямо из канализационного стока, так что всё может быть. И штын от тебя такой, что аж на слезы пробивает.
— Ворон, кончай бычить, отпусти пацана. Видишь же, что не фанатик, и разговаривает нормально. Разве что напуган. Или тебе запах нравится? — заговорил кто-то, стоящий за моей спиной помимо Ворона.
— Да ну нах, — прошипел Ворон и грубо толкнул меня вперёд.
Я приземлился на все четыре конечности и зашипел от резкой боли, прострелившей ногу. Казалось, даже артефакт уже не помогал.
— Полегче. По ходу, он ранен, — произнёс, скорее всего, Кэп.
Я повернулся к своим неожиданным собеседникам и бегло осмотрел каждого. На самом деле неизвестных было четверо. В частых вспышках молний я заметил на холме силуэты остальных. Кэп, всем своим видом показывавший, что он главный в шайке, склонился надо мной. В мерцающем свете я рассмотрел только его кривой нос и грязный, заросший спутанной бородой подбородок.
— Вопрос остаётся открытым. Как ты сюда попал? Через ту трубу? — спросил он.
Я кивнул.
— Там есть выход с этой территории?
Я кивнул ещё раз, но уже неуверенно.
— Ладно… Пойдём с нами. У нас тут лагерь недалеко, на лесопилке, там поговорим в более спокойной обстановке.
— Кэп, а ты уверен?..
— Заткнись. Он теперь с нами в одной лодке, а заодно и слабая надежда выбраться отсюда. Только сначала нужно его подлатать…
Сталкер на скорую руку обеззаразил и перебинтовал рану, после чего закинул мою руку себе на плечо и поставил на ноги.
— Клевер, Ацтек — дозор. Ворон, прикрываешь меня сзади. Двинули потихоньку, пока сюда тварей не принесло.
Детали маршрута я не особо помню. Сталкеры не пользовались фонарями, и единственный свет, по которому я мог ориентироваться, излучали частые вспышки в небе. Правда, они били с такой частотой, что вскоре у меня начало рябить в глазах, и я просто опустил веки, продолжая переставлять ноги.
Усталость накатила новой волной. Все ресурсы своего организма я тратил на то, чтобы не уснуть прямо на плече у сталкера. Честно говоря, я тогда не был уверен, что потом вообще проснусь. Единственное, что я тогда запомнил – то, как меня затащили в помещение, озарённое светом от костра, и кинули на что-то мягкое, но изрядно вонючее. Впрочем, Ворон был прав: от меня воняло не лучше.
— Он сейчас отключится. Крови много потерял… Дока сюда!
Мне едва удавалось уловить произносимые слова. Во мне словно догорал последний уголёк от костра, поддерживающего мою жизнь. Учитывая полученные мною раны и то, что, несмотря на них, я сумел выбраться из тоннеля, я пришёл к мысли, что тем самым костром был мой артефакт. Однако неужели он исчерпал себя?.. Впрочем, поволноваться по этому поводу я не успел. Как только я принял горизонтальное положение, я сразу провалился в тёмную бездонную пропасть сна, лишённого каких-либо сновидений.
Понятия не имею, сколько времени прошло, но очнулся я на том же месте, лёжа на той же вонючей подстилке. Правда, лагерный костёр уже едва тлел. Постройка, посреди которой я лежал, была не очень уютной: холодный грязный пол из гладкого камня, разбросанный везде мусор, маленькие окна, расположенные под самым потолком и сквозняк, гуляющий по всему помещению. Прямо напротив меня были распахнуты ворота, за которыми виднелись несколько навесов и сваленных в кучу изрядно прогнивших брёвен. На улице царила та же беспроглядная темень, освещаемая лишь вспышками молний. Грома не было, как и в тот раз, когда я впервые показался на поверхности. Мне казалось, что спал я не так уж и долго. Такого же мнения было и всё моё тело, отчаянно требовавшее продолжить отдых. На мгновение я даже поддался искушению и закрыл глаза, но, подобно молнии, мою голову пронзила мысль:
«Мои друзья! Азур! Они остались там, в подземелье, если не выбрались в другом месте. Да и кто эти люди, что меня окружают?..»
Я резко вскочил с пола и тут же пожалел об этом. Все травмированные места на моём теле прострелила нестерпимая боль. Голова закружилась, в глазах потемнело, и я почувствовал, что вот-вот снова потеряю сознание.
Потянувшись руками к вискам, я обнаружил, что моё левое запястье приковано к торчащей из земли решётке. Сдвинуть её я никак не мог. Оставалось только ждать и надеяться, что эти люди не станут меня пытать. Одно было известно — я нужен их командиру. Что произойдёт после того, как я оправдаю или разрушу его ожидания, думать мне не хотелось.
— Кэп, твой пациент очнулся, — произнёс сзади чей-то голос.
Прошло несколько минут, пока я не сфокусировал взгляд на распахнутых створках ворот. Там появились три фигуры, две из которых остались у входа, а последний сталкер подошёл ко мне. Он кинул в догорающий костёр ещё несколько досок, и огонь разросся с новой силой, освещая лицо сталкера — бледное, исхудалое, всё в каких-то пятнах; глаза впалые, взгляд безразличный.
— Очнулся, — криво улыбнулся сталкер, демонстрируя ряд жёлтых гнилых зубов. Я отшатнулся. — Что, фейс мой не нравится? Понимаю… а потому надеюсь на тебя, как и все мы.
Я моргнул, пытаясь понять сказанное. Неужели эти люди приняли меня за какое-то божество, ниспосланное к ним, чтобы избавить от всех бед? По крайней мере, так казалось со слов моего собеседника. А заковали они меня так, видимо, в знак большой веры…
— Что вы от меня хотите? — решил уточнить я.
— В эти места давно уже никто не заходил.
Кэп уселся прямо на пол, словно собираясь рассказать мне целую историю.
— Всё началось с того, что в нашем тогда ещё большом лагере на «Скадовске» начали пропадать люди. Вот так, вышел человек на ходку и не вернулся, а за ним и другой. Нет, понятно, что они могли погибнуть в аномалиях или от мутантов, такое часто случается. Мы так и думали в первое время, пока не начали пропадать целые группы матёрых сталкеров. После исчезновения тяжёлого квада «Долга» люди стали бояться выходить из лагеря. Даже по нужде. А потом прекратились поставки продуктов и снаряжения торговцам. В один прекрасный момент продавать стало нечего. Еда и вода заканчивались, и это вынуждало людей совершать вылазки, из которых никто не возвращался. Однажды мы решили собрать до зубов вооружённую группу людей и отправить их в сторону «Янова», чтобы узнать, творится ли у них такая же хрень с поставками, а заодно и выяснить, куда сталкеры исчезают. В итоге из десяти человек вернулся только один. Он сбивчиво объяснил, что Северные Топи окружены блокпостами «Монолита», а их патрули шныряют по всей локации, но на нашу базу почему-то не лезут. Задумали что-то фанатики. Посидев так несколько дней, мы решили отходить к окраинам Топей, а оттуда уже пытаться прорваться к «Янову». Шли ночью, но всё равно потеряли добрую половину ребят. Сюда добралось процентов тридцать всего состава, часть из которых в конечном итоге погибла в попытках прорваться через блокпосты фанатиков. Так мы сидим здесь вот уже три месяца, постоянно меняем расположение нашего лагеря, жрём мутантов и пьём воду из выкопанных ям, охапками глотая таблетки… Хоть их, к нашему счастью, оказалось много. А потом появился ты. В этом месте. Из прохода, о котором ни один фанатик не знал. Улавливаешь суть?
— Кажется, да, — кивнул я. — Только жаль вас огорчать. Шансов пройти там не больше, чем на поверхности. Все тоннели затоплены, да ещё и тварь там какая-то обитает, так просто пройти она вам не даст. Сам оттуда еле выбрался, чудо помогло…
— Вот дерьмо, — сухо произнёс Кэп. — Впрочем, глупо было надеяться на удачу, что-то такое я и представлял. Ладно, тебе ещё надо полностью восстановиться, однако ты не обольщайся. Я тебе не Красный Крест и не Болотный Доктор. Мы на тебя истратили часть медикаментов и два полезных артефакта. Придётся компенсировать…
Кэп взял в руки серебристую прямоугольную коробочку и открыл её. В обтянутое кожей лицо ударило слабое зеленоватое свечение, и с я ужасом осознал, что было внутри.
— Интересный артефакт. Я не видел таких, хотя он и держится на последнем издыхании. А больше у тебя ничего и не было. Арбалет, пистолет, да обрез старый. Кстати, ты даже не представляешь, как здесь тебе может пригодиться арбалет…
— Я не могу отдать артефакт, — сдавленно промолвил я, подняв глаза на Кэпа. — Он очень важен для меня… Я… Я могу отработать!
— Отработать? — переспросил Кэп. — Не, братан, я больше по бабам, хе-хе. Чего ты так к нему привязался? Ну да, интересный, но ведь он сдохнет скоро. А так учёным отдам, может, и выудят чего.
— Уже пробовали отдавать в его лучшие времена — сказали, что бесполезный, — спокойно произнёс я, вспомнив слова Меха.
— Ну хорошо. Только, как ты говоришь, «отработать» тебе придётся знатно, и работка будет малость пыльная, — сощурился Кэп, словно пытаясь разгадать мои мысли. — Жрать хочешь?
— Вообще, да.
Услышав вопрос, я действительно почувствовал голод, да такой, словно я пару дней не ел.
— Вот это и будет твоей первой задачей. Отправишься с мужиками на охоту, провиант добывать. Кабана или плоть подстрелить будет в самый раз. Если совсем туго с дичью, можете и собачатину принести, к еде тут не особо привередливы. В этом тебе как раз и поможет твой арбалет.
— А что после этого мне придётся делать?
— Вот потом и узнаешь. Сначала со своей первой задачей справься, — отрезал Кэп.
— Понял. Сколько я хоть спал? По ощущениям, так целую вечность, только гроза за окном как шла, так и идёт…
— Часов двенадцать точно, — ответил сталкер. — А гроза… Так это и не гроза вовсе — хрен пойми что. Началось буквально два дня назад и с тех пор долбит не переставая. Я уже забыл, как солнце выглядит. Эта дрянь ещё и на мозги давит, если сильно долго смотреть на вспышки. Такая необъяснимая тоска накатывает, что реально мозги себе выпустить можно. Один уже так сделал: каким-то макаром залез на водонапорную башню и сиганул головой вниз. До этого ходил как не в себе и в небо часто смотрел. В общем, не советую молниями любоваться, вдруг это фанатики новую установку испытывают.
— Двенадцать часов?! — удивился я, пропустив остальную часть рассказа мимо ушей. — Э-э, а ты или твои люди случайно не видели ещё троих сталкеров неподалёку от места, где меня нашли? Я просто с ними шёл, но на полпути разминулся.
— Никого, кроме тебя, мы тут не видели. Если они и вышли, то их либо доедают мутанты, либо фанатики расстреляли. В любом случае, долго им не прожить. Молись, чтобы они вообще подземку не покидали.
Я кивнул, хотя всё моё нутро отказывалось верить в то, что сталкеры и дракон погибли. Застряли — возможно, но они ещё живы, так что тем более нужно спешить рассчитаться с моими спасителями и заняться поисками.
— Значит, с условиями ты согласен? Хорошо, тогда отдохни пока. Я тебя разбужу, когда всё будет готово.
Поспать мне удалось ещё часа три, по моим же прикидкам. Хотя сложно ориентироваться, когда небо постоянно тёмное — организм просто не может понять, ночь ли ещё стоит, и можно спать дальше, либо надо собирать все силы и начинать работать. В любом случае, я заставил себя встать и подойти к уже собравшимся у входа сталкерам. Артефакт мне вернули, чему я был несказанно рад — не хотелось снова бегать за ним через всю Зону. Вот только слова Кэпа меня сильно встревожили… Что значит «он скоро умрёт»?
Украдкой я заглянул в контейнер. Шар встретил меня тусклым бледно-зелёным светом. На вид он казался хрупким стеклянным шариком с маленьким светлячком внутри. Казалось, одно неосторожное движение, и шар разобьётся, а светлячок попросту растворится.
Я убрал артефакт в рюкзак, от греха подальше. Тело после ранений уже не так сильно болело, так что попусту растрачивать силу Шара я не хотел. Что-то мне подсказывало, что она мне ещё пригодится.
— А вот и наш охотник объявился! — хохотнул кто-то из группы сталкеров, стоящих у входа. — Выспался?
Я слабо кивнул. Из всей компании я узнал только Ворона, Ацтека и Клевера, остальных двоих я видел впервые.
— Это хорошо, — продолжил Ворон. — От тебя хотя бы не так сильно прёт. Задачу ты уже знаешь. Скажу одно — вылазка намечается серьёзная, будем выдвигаться к бывшему детскому лагерю «Изумрудное». Так далеко мы не ходили ещё со времен побега со «Скадовска», поэтому ждать будем чего угодно. Основная опасность — «монолитовские» патрули. Стрелять нам, по сути, нечем. Патронов мало, и шуметь нельзя, потому вся надежда на тебя и на твой арбалет. Мы будем прикрывать. Вопросы?
— Где это место находится на карте? — спросил я и, не думая, достал ПДА. Вместо привычной мне карты на экране высветилась надпись: «Связь со спутником потеряна».
— Ага, наивный, не работают здесь твои машинки, — сказал Ворон и развернул передо мной бумажную карту. — Вот здесь.
Сталкер ткнул пальцем в заросший множеством деревьев район. Но, если приглядеться, можно было различить среди крон белые, местами побитые крыши домов.
— Далековато. Эти сраные кабаны с плотями как почувствовали, что мы собираемся сафари устроить, и свалили куда подальше.
— Как мы добычу назад тащить будем? Кабан, он же здоровый, — спросил я.
— Это нам оставь. Ты сначала его подстрели, а лучше вообще плоть выцеливай. У неё мясо не такое жёсткое, и радиации там поменьше. Кстати, нужно тебя с командой познакомить. Меня ты уже знаешь, я буду за старшего. Слева, в «свободовском» комбинезоне, стоит Клевер. Не особо разговорчивый, но своё дело знает, лучше к нему с вопросами не приставай. В случае чего он прикроет снайперским огнём. До тебя именно он занимался отстрелом. Ацтек – охотник, сам Зверобой его натаскивал. Читает следы, разделывает добычу и чуть ли не видит мысли мутантов.
Ацтек слегка улыбнулся и кивнул мне. В условиях ограниченной видимости его улыбка выглядела как хищный оскал. Я кивнул в ответ.
— Лука и Гусь — усиление. Раньше троих хватало, но и лезть так далеко не приходилось, а сейчас лишняя пара стволов точно не помешает.
— Привет, дарагой, как жизнь молодая? — подошёл ко мне Лука и по-дружески ткнул в плечо.
— Да вроде нормально, — пожал я плечами.
— Ай молодец! Сейчас свинку притащим, я такой шашлык всем сварганю, пальчики аближешь! И жизнь станет намного лучше! — улыбнулся Лука и отошёл к сталкерам.
Он был на две головы выше меня, имел, насколько я мог судить в темноте, длинные чёрные волосы и густую бороду, а ещё постоянно улыбался, чем немного меня удивил.
— Ну что, побратались? Теперь готовимся. Проверяйте оружие, и двинули…
***
Переход в темноте по незнакомой местности стал для меня настоящим испытанием. Я не знаю, как тогда сталкеры находили дорогу. Шли они без единого источника света, но, тем не менее, двигались они уверенно. Я же то и дело натыкался на торчащие из-под земли корни и шарахался от каждого звука. Вспышки молний ничуть не помогали, скорее наоборот — слепили. Ещё веселее стало, когда сталкеры решили спуститься к воде. Мы тогда как раз проходили мимо какого-то выгоревшего села. Ворон резко приказал всем залечь, и я залёг… лицом в вонючую жижу.
Краем глаза на фоне сверкающего неба можно было разглядеть три человеческих фигуры, медленно поднимающихся в сторону сгоревших развалин. Сталкеры почти одновременно щёлкнули предохранителями и направили оружие в сторону людей. Выстрелов не последовало. Три фигуры спокойно ушли за склон холма и больше не появлялись.
— Расходились тут… Ш-шакалы! — прошептал Лука, поднявшись на одно колено.
Ворон подозвал всех к себе и вновь заставил залечь.
— Значит, слушайте сюда, — зашептал он. — Нужное нам место находится недалеко, за склоном. Там есть небольшая поляна перед «Изумрудным», что-то вроде пляжа. В том районе наша дичь в основном и пасётся. Но проблема в другом: сейчас нам придётся пересечь пятачок, который очень хорошо виден со стороны «Скадовска», — сталкер указал в сторону огромной бесформенной махины посреди бескрайнего болота. — Если там сидят снайперы, то они как минимум поднимут тревогу. Перебегаем по одному, используем каждый куст для укрытия. Главное, дождитесь, пока молнии отсверкают, а затем начинайте движение. Будем надеяться, что у них «теплаков» нет…
— Будь у них тепловизоры, мы бы сейчас не разговаривали, — влез Клевер.
— И то верно. Ну, двинули!
Даже учитывая то, что я не совсем понимал, о чём говорили сталкеры, страх никуда не отступил. Я знал, что со стороны здоровой махины по нам могли стрелять, однако от этого легче не становилось. Одно дело, когда ты видишь противника в лицо и знаешь, чего от него ждать. Совсем другое – ползать в грязи, ожидая смерти в любой момент, причём даже не зная, кого первого она заберёт, тебя или твоего товарища, лежащего рядом. И от этого становилось ещё страшнее, особенно когда на всей скорости несёшься к очередному кусту, а время до вспышки очередной молнии отсчитывается ударами сердца. И ведь никто не знает, когда она полыхнёт в следующий раз: может, через минуту или две, а может, и через пару секунд, как раз в момент твоей перебежки по открытой местности…
Кажется, на тот раз Зона была к нам благосклонна. Все сталкеры успешно укрылись в спасительной чаще. Никогда не думал, что в камышах я буду чувствовать себя как дома.
Мутанты, как и говорил Ворон, паслись на небольшой поляне, окружённой с одной стороны заболоченной местностью, а с другой — холмом. На его вершине среди густых древесных крон угадывались очертания покосившихся домов.
Выстрела в спину можно было не бояться. От взора железного монстра нас надёжно скрыли деревья, однако сей факт не исключал вероятности появления патрулей. Нужно было сделать всё быстро.
Всего я насчитал пятерых мутантов: две плоти и три секача. Даже в темноте я видел их силуэты. Кабаны были огромные, где-то мне по пояс, со сверкающими во вспышках глазами и клыками. Плоти же были просто уродливы — бесформенное нечто на тонких острых лапках с непропорционально большой головой. На секунду я усомнился, что вообще сумею убить хотя бы одного, однако быстро отогнал ненужные мысли. Не время колебаться, да и жрать хочется. Я старался не думать о том, как буду это есть, и надеялся, что после прожарки мясо будет иметь более презентабельный вид.
— Ветер дует к нам, значит, пока не должны нас учуять, — прошептал Ацтек.
— Хорошо, тогда выбери позицию для стрельбы, — заговорил Ворон. — Мы попытаемся отвлечь плоть от стада. Как только она подберется к кустам — стреляй. У тебя будет один шанс. Смажешь – она завизжит, и тогда нам всем пиздец. Понял, куда клоню?
Я кивнул, стащил со спины арбалет и зарядил стрелу.
— Давай, друг, не подведи, — снова ткнул меня в плечо Лука. — Если убьёшь, то самый большой кусок отрэжу!
Сталкеры веером разошлись по полю. Ворон и Ацтек ушли влево и приблизились к границе поляны. Лука и Гусь взяли правый фланг и поднялись на склон, где и растворились во тьме. Клевер остался со мной.
— Планка Пикатинни? — спросил он, указав пальцем на арбалет.
Я непонимающе пожал плечами.
— Дай сюда…
Сталкер отобрал оружие и начал с ним возиться. Через несколько минут Клевер резко вскинул арбалет и выстрелил в ближайшее дерево. Щелчок спущенной тетивы хоть и был тихим, однако мне казалось, что его слышала вся Зона. Хмыкнув, Клевер опять принялся что-то крутить в арбалете, после чего зарядил ещё один болт и снова выстрелил. Болт лёг почти возле первого. Кивнув своим мыслям, сталкер вернул арбалет мне. Изменения бросились в глаза сразу. На оружии стоял другой прицел, больше и тяжелее, чем предыдущий. А ещё у меня остался последний болт.
— Ночная оптика, — пояснил Клевер. — Удобнее будет стрелять в темноте. Целься по верхней отметке. Кое-как я его пристрелял, да и расстояние тут мелочное. Хорошо бы тебе попасть в глаз, вернее будет.
Я кивнул и пристроился на влажной траве поудобнее. Прицел действительно помогал видеть в ночи, передавая картинку в зелёных тонах. Правда, частые вспышки молний очень сильно засвечивали его.
Вот уж не думал, что буду охотиться на зверей. Никогда мне не нравилось это занятие, равно как и убивать драконов, хотя в последнем когда-то я старался себя переубедить. Я не чувствовал какого-то азарта. После долгого времени, проведённого в Зоне, я вообще ничего не чувствовал. Только голод. Когда на землю рухнул кусок чего-то, что привлекло в нашу сторону нужную нам плоть, я выкинул из головы все мысли. Остались только я и моё оружие. Палец мягко нащупал спуск.
Плоть подобралась достаточно близко к кустам и начала обнюхивать кусок прогнившего мяса. По крайней мере, я так думал. Что бы ещё могло привлечь внимание мутанта? Остальные же её сородичи не шевелились, что не могло не радовать.
Спустя некоторое время свинья-мутант взяла кусок в свою маленькую зубастую пасть и начала с удовольствием пережёвывать. Наконец её морда повернулась ко мне. В прицеле появилась уродливая харя во всей своей красе… и огромное глазное яблоко. Мутант что-то довольно промычал, и мне показалось, что её взгляд остановился точно на мне. Проверить свои догадки я не смог, так как в следующий миг из этого глаза торчал болт, вошедший в голову на половину своей длины. Плоть что-то булькнула, выпустила из пасти начатый кусок мяса и свалилась набок.
Я судорожно выдохнул. Оказалось, всё время до выстрела я не дышал вообще. Сердце почему-то бешено колотилось, в ушах шумело. Я закрыл глаза, сделал глубокий вдох и выдох. Когда я снова поднял веки, Клевер уважительно похлопал меня по плечу. Сталкеры уже утащили добычу в заросли при помощи каких-то ремней, а после быстро подняли тушу на холм, где я заприметил полуразрушенные постройки. Там стая уже не могла никого достать.
Я молча собрал все стрелы и так же молча поднялся к уже собравшейся компании. Чувствовалось, что сталкеры находились в приподнятом настроении и даже ненадолго позабыли о скрытности. Бойцы Ворона что-то обсуждали, смеялись, а стоило появиться мне, как весёлый ропот усилился вдвое. Меня поздравляли, жали руку, хлопали по плечу. Мне то и дело приходилось отвечать взаимными натянутыми улыбками, вот только улыбаться совсем не хотелось. Я чувствовал что-то тревожащее, пусть и не мог понять, что именно. Веселье сталкеров меня только раздражало и в некоторой степени пугало.
— Самый опасный момент наступает тогда, когда ты думаешь, что победил, — проговорил я, когда Ворон в очередной раз меня окликнул. — Мы всё-таки в центре Зоны находимся, ведите себя тише.
Видимо, Ворон что-то прочитал в моих глазах в свете сверкнувшей молнии, потому что умолк сам и заставил замолчать своих подчинённых. Наступила долгожданная тишина, и я смог разобраться в своих мыслях.
Мы шли по заросшей сорняком и орешником тропе, в окружении сухих деревьев и старых деревянных домов. Что-то меня пугало в тех домах. Все они казались какими-то неестественными среди леса. И нет, я сейчас не про сквозняк, гуляющий в их стенах — я про то, как они выглядели. Казалось бы, обычные детские рисунки на стенах: слева от нас был дом с нарисованным на ним львом с большими глазами, а чуть дальше точно такая же постройка, только с чем-то очень похожим на ежа, стоящего на двух задних лапах и машущего передними. И все эти рисунки словно смотрели на меня своими неестественно добрыми глазами. Безобидно, да, но жутко видеть такие рисунки в месте, где детей априори быть не может.
По мере углубления в чащу шаг сталкеров заметно ускорялся. Похоже, не я один чувствовал себя некомфортно в этом месте. Вот только чем дальше мы заходили, тем страшнее становилось. Тишина слишком сильно давила, и в ней всё, что мы раньше привыкли не замечать, казалось каким-то очень громким. Шорох шагов, бряцанье оружия, стучащая на ветру оконная рама. Несколько раз казалось, что в одном из домов скрипнула половица, словно на неё кто-то осторожно наступил. И хотя я понимал, что, скорее всего, это лишь воображение шалит, легче мне от этого не становилось.
— Тоже чувствуешь, да? — шёпотом спросил у меня Ацтек. Видимо, все переживания были написаны у меня на лице, раз сталкер обратился именно ко мне.
— Что-то мне здесь не по себе, — ответил я. — На запах крови сейчас все зверьё Зоны сбежится… Но, честно говоря, само это место страшит меня даже больше.
Сталкер хмыкнул и хотел было ещё что-то добавить, как со стороны дальней постройки, стоящей почти на окраине, послышался ещё один скрип. Вскоре я начал различать чей-то плач, тоненький такой, как у ребёнка.
— Боги, я ведь только о детях подумал, что их тут не может быть…
— То есть ты тоже слышал, да? — спросил меня Гусь, а я понял, что произнёс свои мысли вслух. — Не-е, мужики, вы как хотите, а я валю с этого места. Тут какая-то херня происходит! Пойдём лучше так, как пришли, а? Знаю, примета плохая, но уж точно лучше, чем здесь оставаться…
— Успокойся! — шикнул на него Ворон, стараясь выглядеть уверенным, но голос его дрожал. — Всем повысить бдительность, смотрим по сторонам и прикрываем друг друга. Если не будем останавливаться из-за каждого скрипа, то быстрее пройдём этот лагерь. Отходить нельзя. Или ты хочешь потаскать плоть под обстрелом снайперов?
В принципе, тот самый «плач» было едва слышно, и его ещё можно как-то списать на игру ветра. Скорее всего, оно бы так и было, если бы не то, что произошло потом…
Когда мы уже собрались с силами и двинули дальше, справа послышался отчётливый шелест, и кто-то заговорил… детским голосом:
— Дядя, у тебя покушать нет?
Вопрос настолько ошарашил нас всех, что мы вмиг забыли о светомаскировке и направили оружие с фонарями на источник звука. Я почувствовал, как холодный пот выступил на лбу. В свете нескольких фонарей стояла девочка лет десяти, одетая в чистую белую рубашку и красную юбку. На её шее висел красный платок, в тон юбке. Лицо у неё было как у обычного ребёнка, пусть и немного зарёванное. Девочка стояла и тёрла глаза, щурясь от слепящего света.
— Т-т-ты к-кто?! — едва выговорил Ворон, вылупившись на ребёнка с явным страхом.
— Пожалуйста, дяденька, я три дня не ела! Я не знаю, где мои друзья, куда все делись? Где речка? Почему всё так заросло? И почему у вас оружие?.. — девочка говорила так, словно вот-вот снова расплачется.
Ворон и остальные сталкеры начали потихоньку отходить назад. Хотя мне и было жалко девчурку, я понимал: она не та, за кого себя выдаёт. В Зоне не может быть детей, они умрут здесь в первый же день! А она тут уже якобы три дня, если не больше! Как получилось, что её никто не нашёл до нас? Почему мутанты её не съели?!
Тем временем наш манёвр не остался для девочки незаметным. Оглядев нас уже не щурящимися глазами, она проговорила обиженно:
— Вы уходите? Бросаете меня здесь?! Здесь монстры! Я больше не могу от них прятаться! Вам всё равно… Все вы меня бросаете…
С этим словами девочка скрылась в лесу, однако её плач все ещё доносился из-за деревьев. Мы ускорили шаг почти до бега, насколько это было возможно с двумя людьми, тащившими на спинах тушу мутанта. Я уже хотел сказать им, чтобы бросили её и бежали… Но внезапно плач перешёл в вопль, от которого резко заболела голова, а уши, казалось, были готовы взорваться изнутри.
— Ох, ебать… — произнёс Гусь, схватившись за голову. — Да ну на хер!
Сталкер бросил ремень, прицепленный к мутанту, и ринулся по дороге назад, туда, откуда мы пришли. Вот только недолго он бежал. Из листвы на него выпрыгнуло нечто, уже ничем не напоминавшее ту милую девочку. Что-то мелкое, бледное, костлявое и одетое в лохмотья вскочило прямо на плечи сталкеру и вцепилось зубами ему в голову. С диким криком Гусь исчез среди деревьев и полуразрушенных домов.
— Бежим! — гаркнул Ворон. — Бросайте плоть, и валим!
Мне даже не нужно было никакой команды. Я сам рванул прочь из того места. Пусть возвращаться на базу той же дорогой, пусть хоть под обстрелом, но подальше от этой жути, которая ещё надолго засядет в моей голове. Впрочем, далеко мы не убежали. Стоило нам едва выйти за границы лагеря, как мы чуть не столкнулись с людьми, идущими в нашу сторону. Лучи их фонарей скакали по голым кронам сухих деревьев и серым стенам покосившихся домов. Даже мне было понятно, что появление тех людей не обернётся ничем хорошим. Ворон махнул рукой за спину и направился к ближайшей постройке — какой-то широкой сцене, прикрытой деревянным навесом. Понятия не имею, чем это раньше было. Может, действительно там когда-то выступали люди, хотя тогда меня этот вопрос не сильно волновал.
Я спрятался за деревянным парапетом, пытаясь совладать с дыханием и всё время ожидая нападения твари сзади. Однако, оборачиваясь, каждый раз я видел за собой только густой лес, уходящий по склону вниз.
Наши преследователи вошли на территорию лагеря и рассыпались по секторам. Их форма оказалась мне знакомой. Тех, кто её носит, сталкеры называют «Монолит», ну или «фанатики». В любом случае, приятного во встрече с ними мало. Бойцов оказалось около десятка, если не больше. Разбившись на небольшие группы, они принялись прочёсывать лес метр за метром, выхватывая из темноты жуткие очертания зданий. Вот только одного они не знали…
Знакомый душераздирающий вопль послышался спустя минут пять после начала обыска. Разразилась беспорядочная стрельба, перешедшая в крики и хрипы гибнущих людей. Длилось это недолго, буквально три минуты, после чего стало неестественно тихо.
— Идём вперёд по тропинке, — сказал Ворон. — У нас есть пара минут, пока эта сука не поужинает фанатиками.
— Э-э, командир, а вдруг там целое кубло этих шакалов! Страшно! У меня коленки до сих пор трясутся, и голова болит, да! — запротестовал Лука.
— В таком случае мы бы сейчас не разговаривали, — бросил Ворон и приготовился к движению. — За мной, по одному, бегом – марш!
Больше никто препираться не стал. К месту нашего первого контакта с тварью мы добрались буквально в несколько скачков. Именно здесь посреди дороги лежала никем не тронутая брошенная плоть. Выстрелы прекратились — они уступили место гнетущей тишине, в которой невозможно было различить, крадётся ли тебе кто-то за спину, или это был очередной порыв ветра. Видимо, командир был прав, и та тварь сейчас питалась остатками своих жертв. Нам бы стоило поспешить…
— Ты чё творишь, идиот?! — прошипел Ворон, наблюдая, как Лука хватает один из ремней, прицепленный к трупу мутанта.
— Зачем сразу обзываться, командир? — недоумённо ответил Лука. — Девочка сейчас жрёт наших зомби-друзей, значит, она занята, а нам тоже что-то кушать надо. Лучше бы помогли, чего смотрите?
Клевер молча схватился за второй ремень, и Ворону осталось только махнуть рукой.
Лес мы покинули без происшествий. Уж не знаю, прав ли был Лука, и та «девочка» была слишком занята поеданием добычи, или же бойцы «Монолита» сумели все-таки её убить. Как бы то ни было, я шёл, постоянно оборачиваясь, и вздрагивал от каждого звука, параллельно проклиная скрипучие стволы старых деревьев. В голове увиденное категорически не хотело укладываться. Происшествие с девочкой казалось настолько нереальным, что я начал задумываться, а не спал ли я. А может, я и вовсе умер? Ответить на этот вопрос я не мог. Честно говоря, я уже не помню, когда утратил понятие «реальность» — ещё, наверное, как в Зону попал.
С таким непростыми мыслями мы дошли до базы, где нас очень радушно встретили. Добычу сразу начали разделывать и готовить на костре. Некоторые личности извлекли из своих закромов целые бутылки «горячей воды». Вот вам и сталкеры: даже когда нормальной еды нет, у них всегда найдётся что выпить. Я присел у дальнего угла в доме и постепенно начал погружаться в размышления, пока из них меня не вытащил Ворон.
— Пошли, выйдем, — кивнул он в сторону открытых ворот.
Опершись на стену, сталкер вытащил из кармана небольшую пачку, достал оттуда уже знакомую мне «вонючку» и положил в рот, после чего протянул пачку мне. Я в недоумении посмотрел на сталкера.
— Не куришь? — спросил он. — Правильно. Умрёшь здоровым. Как тебе прогулочка? Понял, как мы тут живём?
— Не позавидуешь, — отозвался я, тоже облокотившись на стену.
Северные Топи казались бескрайними, куда большими, чем Болота на юге Зоны, и намного более опасными. С нашей стороны можно было разглядеть извивающееся русло пересохшей реки. Теперь же на её месте росли камыши и рождались трясины.
— А ты хорошо уложил того мутанта. Честно, удивил. Мало кому хватит сноровки из арбалета попасть плоти в глаз, — похвалил меня Ворон.
— Повезло, — пожал я плечами. — Да и арбалет этот не так уж и плох. Знал бы ты, из каких мне раньше приходилось стрелять… Кстати, может, ты в курсе про моё следующее задание, за этим же ты меня сюда вызвал?
— Вообще, поблагодарить хотел за твою удачу, если ты так это называешь. Следующим заданием была бы засада на патруль «Монолита». Нужно же нам как-то БК пополнять, вот и устраиваем им ловушки в самых неожиданных местах. Постоянно перемещаемся, чтобы не выследили. Только… не время сейчас. И так до черта событий сегодня произошло… Да и Гуся помянуть надо бы. Что ты собираешься дальше делать? — выпустил Ворон сизый клуб дыма и повернул ко мне голову.
— Дальше к Центру пойду, — неопределённо указал я рукой. — Ты случайно не знаешь, как можно попасть на Генераторы?
— Ха! Вот это ты мочишь! — едва не расхохотался сталкер. — Так сказал, будто дорогу в библиотеку спрашиваешь. Тебе-то туда зачем? Там нет ничего, только земля выжженная. И артефактов там мало, да и не унесёшь ты их оттуда.
— Раз спрашиваю, значит, нужно, — раздражённо произнёс я. — А вот для какой цели — уже моё личное дело.
— Ладно-ладно, не кипешуй, — поднял руки Ворон. — Тропу туда знают только сами фанатики, и причём не рядовые бойцы, а адепты, коих хрен встретишь. Так что, если хочешь туда — устраивай на них охоту.
— Намекаешь на взаимовыгодное предложение? — криво улыбнулся я.
— Ну конечно, — кивнул сталкер. — Ты вместе с нами мочишь этих сектантов, а там, если повезёт, находишь инфу про тропу и продолжаешь путь. Как тебе такое?
— Я подумаю. Твои ещё не сообщали о новых сталкерах на вашей территории? Может, какие-то странные мутанты, летающие там… — попытался я зайти издалека к интересующим меня вопросам.
— Братан, ты когда назад возвращался, через плантацию конопли срезал? — удивился Ворон. — Какие летающие мутанты? Мне сегодняшнего хватило — летел, дай Боже, и одного нашего хлопнул. А ведь вчера мы ещё двоих потеряли! Не, дружок, давай не будем о мутантах, и так уже тошнит от них. Пошли лучше к костру погреемся. А про новых сталкеров лучше у Кэпа спроси, он всеми дозорами управляет. Я, если помнишь, с тобой на вылазке был.
Сталкер щелчком отправил «вонючку» в кусты и зашёл в помещение. Я последовал за ним.
Внутри собралась вся компания, с которой я ходил на вылазку, а также Кэп с ещё несколькими людьми. Все готовились к застолью, если его так можно было назвать. Тушку мутанта повесили на вертел. Когда все присутствующие были готовы, Ворон разлил каждому «горячительного» и поднялся.
— Ну что, товарищи бродяги, — молвил он. — Сегодня прошёл очередной день нашей нелёгкой, но всё-таки жизни. Сегодня наши ряды пополнил ещё один сталкер, который сразу показал себя смелым парнем и хорошим стрелком. Прошу заметить, это несмотря на его возраст. Без него мы бы, скорее всего, остались без жратвы. За тебя, Иккинг!
Присутствующие подхватили тост Ворона одобрительными возгласами и залили в себя огненную жидкость. Первая пошла легко, уже знакомое тепло разнеслось по всему организму. Мясо на вертеле аппетитно скворчало, разнося по «дому» уже позабытый мною запах. Честно говоря, тогда мне было всё равно, кому это мясо принадлежало. Я настолько хотел жрать, что готов был сырым его съесть. Мне протянули кусок чёрствого хлеба и селёдку из железной банки. Судя по всему, из тайных запасов такая роскошь, специально для таких сборов хранили.
Сталкеры начали что-то оживлённо обсуждать. Я не особо вслушивался, пытаясь погрузиться в свои мысли. Мне не давал покоя вопрос, где мои друзья? Пока я тут пью со сталкерами, они могут быть в опасности и нуждаться в помощи. В тот момент хотелось просто сорваться и пойти на поиски. Я едва удержал себя, понимая, что в одиночку не пройду по этим землям и одного метра, а от мёртвого меня толку будет не больше, чем от живого.
— Моя группа сегодня уничтожила ещё один патруль фанатиков, — заговорил Кэп. — Потерь нет. А вот враг лишился десяти человек. В принципе, их оружием и БК можно снарядить часть наших людей, но для полномасштабной войны всё равно не хватит. Будем бить их как партизаны, пока всех не перебьём или не найдём выход отсюда. Так что за партизан!
Надо будет спросить как-нибудь у сталкеров рецепт приготовления этого напитка. В последний раз меня так после рома морило, вот только ром – редкое пойло, а эта «водичка» чуть ли не у каждого сталкера есть. И напряжение неплохо снимает. Хотелось просто откинуться назад и заснуть, вот только голод давал о себе знать.
К тому времени, как я успел проголодаться в третий раз, всем на своеобразные тарелки раздали по хорошему куску мяса и высыпали из банки гороха и кукурузы. Казалось, сталкеры решили в один момент уничтожить все свои запасы еды. Только я схватился за нож, как тут же меня остановил Ворон.
— Понимаю, жрать хочется, но ты помни, что здесь не пикник дома в лесу. О будущем своём тоже подумать надо. Тем более тебе. Вот… — сталкер протянул мне два белых кругляша. — Эти таблетки нейтрализуют большую часть радиации, которую ты впитаешь в себя вместе с этим мясом. Мы так и живём, на таблетках этих…
Либо мясо было так хорошо приготовлено, либо я был настолько голоден, что разницы с «чистой» едой не заметил. Обычная свинина, только запах специфический. Его даже костёр исправить не смог, но меня это ничуть не смутило.
— Ну что, ребят, — тяжело вздохнул Ворон. — Сегодня произошли и поганые вещи. Мы потеряли хорошего бойца — Гуся. На него тварь какая-то набросились, которая выдавала себя за маленькую девочку. Хрен знает, чем она была, я такое в первый раз видел. Так что, кто будет поблизости «Изумрудного», лучше обходите по широкой дуге. Туда ещё фанатики нагрянули целым отрядом, так она, по ходу, и их завалила. Чертовщина какая-то… За Гуся!
На этот раз все вели себя тихо: молча подняли стаканы и выпили. Я тоже ничего говорить не стал.
— Так ты, Иккинг, получается, с канализации выполз, да? — спросил у меня Кэп.
— Получается, — пожал плечами я.
— Сколько нужно человек, чтобы там пройти? — неожиданно спросил сталкер.
— Кэп… — начал Ворон, но Кэп тут же его перебил.
— Это может быть наш единственный выход отсюда, Ворон! Нужно рассмотреть все варианты. Этот кажется более-менее вероятным.
— Не хочу огорчать, — подал я голос. — Но это вариант слишком рискован. Как я уже говорил, большая часть тоннелей там затоплена, а в воде живёт сом-переросток, от которого я улизнул. Но он вряд ли даст улизнуть вам. Остальные тоннели, которые не тронуты водой, кишат громадными многоножками, плюющимися кислотой. И даже если вы как-то без карты найдёте дорогу и выйдете из тоннелей, вас, скорее всего, будут ждать снаружи. Город, где заканчиваются подземелья, занят теми же фанатиками.
Я искренне не понимал, почему сталкеры так привязалась к тоннелю. По мне, так больше шансов было пройти поверху, чем лезть обратно в катакомбы.
— Но ты же как-то прошёл, — сказал Кэп. — И огнемёта у тебя я не вижу.
— Скажем так, у меня было что-то вроде огнемёта, — хмыкнул я. — Почему вы не хотите прорваться по поверхности?
— Потому что как только подходишь к их блокпостам, они сразу включают какую-то свою «шарманку», от которой мозги кипят, как на сковородке. Карманный, блядь, Выжигатель Мозгов. Не, я там большую часть отряда потерял при штурме. И ведь они не просто погибли — они стали безмозглыми марионетками! Я лично видел двоих моих бойцов, стоящих по ту сторону блокпоста!
— Кэп, хватит, не нужно открывать старые раны… — прервал друга Ворон. — Понимаю, «прозрачная» в голову дала, но ты всё-таки наш командир. Попробуй сохранить здравый смысл.
Я скосил глаза на рукав Кэпа. Такая привязанность к своим людям не характерна для обычного сталкера. Впрочем, он им и не являлся. На его рукаве был нашит красный щит со значком цели внутри, а снизу подпись: «Долг».
— Уроды! Мрази! Всех поубиваю! Да я даже ради этого в «Свободу» пойду, чтоб вас, сволочей, с Барьера отстреливать. Я вас, сук, на собственных кишках повешу! — продолжил орать «долговец».
— Кэп, — попытался достучаться до товарища Ворон. — Кэп, блядь, сядь на место, успеешь ещё пострелять! Сейчас ты только ещё больше своих потеряешь, а то и сам скопытишься. На вот, выпей лучше… Клевер, сыграй нам что-нибудь, а то совсем что-то грустно стало.
Прежде молчавший и смотревший в костер сталкер лениво потянулся за обширной сумкой, лежавшей в стороне от него. Расстегнув её, Клевер достал музыкальный инструмент и ударил пальцами по натянутым струнам. По помещению разнёсся мелодичный звон, заставивший всех утихнуть. Подкрутив что-то на левой части инструмента, сталкер снова дотронулся до струн. На этот раз звук был мягче и уже больше напоминал мелодию.
Когда у костра собрались все, кто мог, по зданию разнеслась приятная музыка. Вскоре Клевер начал петь:
— I'm on a side of canyon road
And people drive and stare.
I'm eating dust inside my throat
Away from the face
I wouldn't wear.
The ground spins inside my head
And I can't drive anymore,
Just bring my body down
And dream of what there was before…
Слова были на неизвестном мне языке, однако я заслушался. Впрочем, остальные тоже боялись шелохнуться. В здании остались лишь звуки разливающейся песни сталкера, мелодичного звона его инструмента и потрескивания костра.
— Promises, my promises
They take me all the way to extreme.
My California promises
They locked me up inside of a dream.
I see the shadows on a strip
They come and stay for good.
Sleepwalking grace with broken bones
They've come to conquer Hollywood.
They fly at night to the candle light
They burn their wings and feel no pain.
The part that once you got
You must go on and keep on playing…
Песня действительно действовала успокаивающе. По крайней мере, все мысли, которые донимали меня, ушли на второй план. Я был готов слушать ту песню вечно. Ворон снова начал, как он это называл, «курить». Но меня даже запах не беспокоил.
— Promises, my promises
They take me all the way to extreme.
My California promises
They locked me up inside of a dream.
Stare, staring in the sky
Trying to catch a sight of angels flying
See the sky with angels flying
Stare, staring in the sky
I just see the eyes that are never crying.¹
Напоследок ударив ещё несколько раз по струнам, сталкер отложил инструмент и снова уставился в костёр.
— Вот я не понимаю, Клевер, как можно так красиво петь, так ещё и на чужом языке и совершенно без акцента? — первым заговорил Ворон после минуты молчания.
— В школе по английскому «пятёрка» была, — ухмыльнулся Клевер.
— Ага, а школа музыкальная, да? – спросил Ацтек.
— Нет, я не посещал ни музыкальных кружков, ни школ.
— А на гитаре бренчать где научился? — спросил Лука.
— Сам загорелся как-то. Потом батя с армии пришёл и чему-то научил. Так по крупицам и собрал то, что сейчас умею. В основном пою зарубежные. Вот до Зоны хотел «Poets of the Fall» сыграть, да только не получилось. Могу без слов что-то набросать…
— Да подожди ты, певец, — остановил его Ворон. — Давай за твой талант выпьем. Без таких, как ты, в Зоне совсем серо было бы… Всегда любил, вернувшись с ходки, падать возле костра и слушать, что ребята играют. Без вас мы бы здесь все сдохли от вечной безысходности и отчаяния. За Клевера!
Сталкеры охотно подхватили тост и дружно выпили. Что дальше происходило, смысла рассказывать нет. Тост за тостом, музыка, веселье… В какой-то момент я вообще перестал соображать, что происходит. Я помнил только, что мельком взглянул в контейнер с Шаром и, к своему удивлению, обнаружил, что он начал светиться немного ярче. А дальше всё словно скрыто за чёрной пеленой…
Я даже не помню, как уснул. В какой-то момент из меня словно всю душу выдрали, затем хорошенько скомкали и засунули обратно. По крайней мере, так я себя чувствовал после побудки. Голова болела так, словно по ней молотом стукнули. Тем не менее, недомогание отошло на второй план, когда я увидел расширенные от страха глаза Луки, пытавшегося меня разбудить.
— Вставай, шакал, беда пришла! Нас убивать пришли! — твердил он, толкая меня в плечо.
Тогда-то ко мне и вернулось восприятие: звуки, запахи, вкусы. Про то, что привкус во рту был такой, словно там стадо баранов побывало, думаю, и так всем ясно. Да и не сильно меня это тогда волновало. Проблема была в другом – с улицы доносилась непрерывная канонада вперемешку со взрывами. По стенам то и дело стучали осколки и пули. Несколько снарядов залетели в помещение, наполнив его звоном рикошетов. Перед задними воротами барака что-то взорвалось, опрокинув меня на землю. В помещение вбежал Ворон, весь в крови, с видимыми кровоточащими ранами на руке и теле.
— У них «ночники» и гранатомёты. Я уже потерял большую часть своих ребят, хрена с два мы их сдержим. Отходим! — выпалил он на одном дыхании, обращаясь к кому-то за моей спиной.
Лука схватил меня под руку и буквально вытащил на улицу. Снаружи царил хаос. Что-то горело, свистели пули, местами оставляя за собой яркие трассеры. Кто-то бежал и тут же падал, настигнутый длинной очередью, выпущенной из ниоткуда.
Мы спустились вниз по склону к полуразрушенному зданию и ржавой машине, стоящей возле него. Там нас встретил Клевер.
— Что с твоим отделением? — спросил Ворон.
— Нет больше отделения, — хмуро ответил Клевер. — Они ждали нас там, что ли… Мне повезло, я остался на снайперском прикрытии, остальные на СВУ² подорвались. А выживших эти черти из кустов добили — я даже не увидел никого!
— Твою мать! — сквозь зубы процедил Ворон. — Ещё и Кэп со своими свалил тот сраный тоннель проверять. Вовремя, сука! Ладно, мы уходим. Забирай Иккинга, Луку и ждите меня возле аномалии «Топь». Подойду, как только смогу. Если меня не будет в течение десяти минут, отходите к ВНЗ «Круг». Скорее всего, придётся прорываться через тоннели. Глядишь, и группу Кэпа встретим.
Ворон стал подниматься по склону, призывая всех отступать. Мы же направились к покосившемуся ржавому забору, преодолели его и вышли на дорогу. В этот момент и началась активная фаза атаки. Затухающая было стрельба разразились с новой силой, но теперь уже стреляли и по нам. Пули опасно визжали над головой и поднимали земляные фонтанчики у нас под ногами. Неожиданно я почувствовал, как что-то резко потянуло меня вниз. Правую щёку облепило что-то тёплое и вязкое. Я не сразу понял, что Луки больше нет, а жидкость на лице — его кровь. Я внезапно вспомнил, что со мной подобное уже случалось, когда другой сталкер так же тащил меня за руку и лёг с пробитой головой.
Пытаясь не думать, что, может, это я всем приношу неудачи, я схватил автомат покойного сталкера и нырнул в кусты на обочине. Пули ещё хлестали над головой, срезая тонкие ветки, однако по нам били скорее для острастки, чем прицельно.
— Иккинг! — шепнул кто-то из-за моей спины. — Сюда ползи!
Я подобрался к Клеверу, который пытался что-то высмотреть в окуляр своего прицела.
— Лука всё? — спросил он, не отрываясь от наблюдения.
— В голову попали, — покачал я головой.
— Понятно. Значит, нас всего двое. Ползи за мной, только тихо!
— А как же Ворон и остальные? — спросил я и вдруг понял, что делать этого не стоило, хотя бы потому что сам Ворон сказал отходить в безопасную зону и ждать его там.
— Нет больше остальных, — повернул Клевер ко мне свое хмурое лицо. — Фанатики зашли в лагерь и теперь добивают раненных. Идём уже.
***
Мы пришли к условному месту встречи. Оно оказалось тем самым ядовитым болотом. Как раз на его берегу сталкеры нашли меня, когда я покинул трубу. Мы прождали дольше, чем договаривались, однако со стороны бывшего лагеря никто из сталкеров так и не появился. Зато стали мелькать лучи фонарей. Людей с фонарями было около двадцати. Они шли в несколько рядов, прочёсывая каждый сантиметр пространства. То, что это были не сталкеры, и дураку было бы ясно. Клевер потянул меня за рукав и указал на вершину холма, после чего зашагал в ту сторону. — Ищешь вход в подземелье? — шёпотом спросил я. — Да, только не тот, откуда ты явился. Здесь другой есть, так сказать, более сухой. Я примерно представляю планировку здания. Где-то в подвальных помещениях должен быть вход в коллектор, однако искупаться всё равно придётся. Надеюсь, твой монстр уже ушёл из тоннелей. У меня возникли небольшие сомнения, стоит ли идти за сталкером. Он намеревался сбежать отсюда, а мне нужно было наоборот — вперёд. Тем более мои друзья могли находиться где-то на поверхности… Впрочем, с таким же успехом они могли оказаться и под землёй. Красноречиво мелькающие за спиной фонари не оставляли времени на размышления. Клевер повёл меня внутрь странного строения, окружённого устремлёнными к небу шпилями. Для чего служило это место, я даже не догадывался. Впрочем, и времени для раздумий у меня не было. Наши преследователи, кажется, взяли след, и в оконных проёмах можно было наблюдать скользящие по дому лучи фонарей. Я последовал за сталкером вниз по лестнице, ведущей в подвал. Клевер остановился в дверном проёме и оценивающе осмотрелся по сторонам. Кивнув самому себе, он вытащил из подсумка гранату, а из сумки — стеклянный стакан. Гранату сталкер поместил внутрь стакана, отцепив кольцо и привязав к стакану тонкую леску. На конце лески висел крючок, очень похожий на рыболовный. То, что получилось, Клевер расположил над дверным проёмом. — Нехитрая растяжка, — пояснил сталкер, заметив мой взгляд. — Классическую делать времени нет, а эта по эффективности ничем не уступает. Рыболовный крючок зацепится за снаряжение того, кто будет здесь проходить, и потянет за собой стакан с гранатой. Стакан разобьётся, и граната встанет на взвод. Нам вниз, по лифтовой шахте… Дальше пришлось прыгать. Видимо, сама шахта не была рассчитана на то, чтобы по ней спускались люди. Либо же они спускались в той квадратной капсуле, в которой мы по итогу оказались. Как раз это было вполне логично, так как из её крыши торчали ещё несколько тросов, которые, по идее, могли поднимать и опускать капсулу. Шахта вывела нас в длинный неосвещённый коридор. Включив фонарь, Клевер направился вперёд, довольно уверенно для сталкера, который не знал дороги. А если и знал, то почему раньше не ушёл? Собственно, этот вопрос я ему и задал. — Да все знали про этот вход, — объяснил Клевер. —Только из тех, кого мы сюда посылали, никто не вернулся. Мы думали, что они ушли, не оповестив нас, однако, когда сюда отправился лучший друг Кэпа и пропал, мы решили больше не рисковать. Мы подобрались к торчащим прямо из пола железным прутьям. Они уходили до самого потолка, и расстояние между ними не позволяло протиснуться. Возможно, именно поэтому часть прутьев была срезана или, лучше сказать — расплавлена. Клевер прополз в образовавшийся проём, и тут же наверху что-то приглушённо хлопнуло. С потолка посыпалась пыль. — Нарвались… — прошептал Клевер. — Быстрее, они скоро нас настигнут! Коридор вывел нас в уже знакомое мне помещение полукруглой формы. В нос ударил резкий запах застоялой воды и какой-то дохлятины. От мысли, что мне придётся возвращаться буквально в пасть сому-людоеду, у меня выступил холодный пот. Запах по мере нашего движения становился сильнее. Задумавшись, я чуть не влетел в спину внезапно остановившегося Клевера. Он медленно повернулся ко мне, приложил палец к губам и выключил фонарь. В полной темноте, не издавая ни единого звука, сталкер подобрался к развилке и заглянул в тоннель, ведущий влево. Не успел я ничего понять, как из тоннеля донёсся грохот выстрелов. Пули высекли искры из противоположной стены и со звоном ушли в сторону. Клевер вытащил из кармашка ещё один кругляш, похожий на тот, что был в стакане, и метнул его в тоннель. — Граната! — послышался оттуда вскрик. Оглушительный взрыв содрогнул своды тоннеля. Я успел открыть рот и прикрыть уши, иначе точно лишился бы слуха. — Твою мать! — закричали с той стороны. — В порядке? Сейчас мы этих козлов выкурим… По моей команде… — Сталкеры? — гаркнул Клевер в тоннель. — Ты кто?! — спросил тот же голос, уже удивлённый и смутно знакомый. — Это свои! Ты хоть смотри, куда стреляешь, сука! — Откуда мне знать? Здесь одни фанатики ходят! — Ты из группы Кэпа? — Понятия не имею, кто это. — Как зовут? — Кречет…
Примечания:
¹ Gorky Park — California Promises
² Самодельное Взрывное Устройство
