50 оттенков чести

Проснувшись, Катара заметила несколько вещей. Во-первых, она растянулась на Зуко, ее рука и нога поймали его в ловушку рядом с ней. Во-вторых, ей было ужасно больно. В-третьих, золотые глаза Зуко смотрели на неё. Он улыбнулся и убрал волосы с её лица, и Катара обхватила его лицо ладонью, его шрам был шершавым на её ладони. Катара подалась вперед и прижалась к нему бедрами, а Зуко приподнял её ногу так, что она уперлась в его бедро. Катара отпустила его лицо и опустила руку, пока не обхватила его наполовину твердый член. Она расположила его так, что голова оказалась почти внутри неё, и Зуко толкнул бёдрами вперёд. Катара отпустила его и обняла за талию. Глядя ей в глаза, Зуко медленно вжимался в неё бедрами, его толчки были медленными, ленивыми. Катара сжалась вокруг него и полуулыбнулась. Зуко взял её лицо в свои руки и начал покрывать поцелуями смуглую кожу. Катара рассмеялась легким и мягким смехом и поцеловала его. Их толчки стали ещё более томными, когда они сосредоточились на движениях губ. Зуко поцеловал Катару в нижнюю губу, потом в верхнюю, и продолжил целовать её мягкими, мягкими поцелуями. Катара вздохнула ему в рот, и они просто лежали, тихо дыша друг другу в рты. Зуко потянул её ногу выше на своей талии, и затем он снова проник в неё, теперь под другим углом. Она положила голову ему на плечо и осыпала поцелуями бледную кожу. Она чувствовала себя уютно и тепло. Зуко положил руку на её клитор, но Катара остановила его запястье. Ей было слишком больно от частой стимуляции. Вместо этого она расположила его руку по-другому так, что указательный и средний пальцы образовали букву «v», и опустила его руку к своему лону. Она водила его рукой снизу вверх, двигая её медленно, показывая, что он должен не торопиться. Это движение позволило ему стимулировать клитор, не касаясь его напрямую. Катара знала, что секс не всегда приводит к чему-то. Было много людей, которые не чувствовали эмоций в сексе, и однажды она сказала бы, что она одна из них. Но когда ранний вечерний закат проник сквозь занавески и согрел её кожу, Катара и Зуко впервые занялись любовью. Катара больше не могла этого отрицать. Она определенно влюбилась в Повелителя Огня. *** Следующие несколько дней Катара словно перенеслась в прошлое, в начало весны. Она ходила на занятия, бродила по магазинам, тусовалась с Джетом и Тоф. Она смеялась, улыбнулась и звала брата. Но, однако, она, не видела Повелителя Огня. Это было очень больно. Внезапный спор между генералом земного Королевства и правящим королём вынудил его покинуть страну огня и оставить Катару сексуально неудовлетворенной и одинокой. Она не знала, какое чувство смущало её больше. Но ей всё ещё нужно было не отставать. Каждый вечер она отправлялась во дворец. Каждый вечер она перекусывала и пила чай с Тоф, Айро и Джетом, который быстро заинтересовался военными историями Айро. Каждый вечер она обедала с кем–нибудь из королевских особ, обсуждала любовь и свадебные платья и — содрогаясь — как печально, что ей придется бросить свою профессию, как только она выйдет замуж. Эти слова привели Катару в ярость, но она быстро научилась прикусывать язык. Всё это фальшивка, напоминала она себе. Подделка. И все же каждую ночь, забираясь в слишком большую кровать Повелителя Огня, она чувствовала, что всё это становится более и более реальным. Она уже привыкла к ощущению экстравагантных простыней на своей коже, к постоянно горячей воде, льющейся из крана в королевской ванной, и к своему отражению в зеркалах. Этого она не ожидала. Через несколько дней после путешествия Повелителя Огня Катара откинулась на подушки огромной кровати Зуко. Это было абсолютно нелепо, и она знала это, но больше всего ей хотелось зарыться лицом в его подушки и вдохнуть его запах. Она никогда не чувствовала себя неуютно в его спальне-ну, в их спальне — но внезапно почувствовала себя чужой. Хуже того, она скучала по нему. Катара тихо выругалась. Она не сможет заснуть, если не покончит с этим. Она скрестила длинные ноги, обнажённые в шёлковом халате, и распустила волосы. Она знала, что это было жалко, но всё больше становилось невозможным сделать это без его руководства. Она привыкла к его прикосновениям, к шершавым подушечкам его пальцев и к звукам, которые он издавал, возбуждаясь от одного прикосновения к ней. Медленно выдохнув, Катара раздвинула ноги и провела пальцами по бокам. Они спускались всё ниже, ниже и ниже, большие пальцы касались сосков. Она почувствовала легкий румянец, когда подумала о том, что делает, но продолжила, несмотря на смущение. Не то чтобы она никогда раньше не мастурбировала, но уж точно никогда не делала этого, имея в виду конкретного мужчину и в его постели. Катара сглотнула, затем скользнула двумя пальцами вниз по животу и надавила на клитор. Внезапно Катара услышала, как вибрирует телефон на прикроватном столике. Все ее тело дернулось вперед, она откинула волосы с лица и запахнула халат, внезапно испугавшись, что ее найдут в таком положении. Она открыла телефон, и на её губах появилась улыбка. «Агни, жаль, что мне пришлось оставить тебя.» Зуко. Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как она видела его в последний раз. Неважно, сколько секса у них было — она не могла забыть его. Никогда еще она не чувствовала себя таким животным. Она не просто хотела его, она жаждала его, жаждала его; казалось, вся её душа побледнела и обмякла без него. Она ответила ему, пытаясь скрыть разочарование в своих словах. Ему не нужно было знать, насколько сильно она вожделела его. Она не должна была хотеть его так сильно. Это не было частью сделки. «Это ради благого дела.» Зуко. Он ответил почти сразу же, и она почувствовала, как ее сердце согрелось. «Логически, да. Честно? Меня не волнует.» Катара. Катара вдруг вспомнила разговор с Джетом, о котором он её умолял… Катара покраснела и быстро напечатала. «Я не сомневаюсь.» Катара. Последовала пауза, и она представила, как Зуко пытается понять, что она имеет в виду. «Да?» Зуко. «Угу.» Катара. «И почему?» Зуко. «Я в постели, Зуко.» Катара. «Ты в моей постели?» Зуко «Да.» Катара. »…ты спала?» Зуко. «Нет, я не сплю.» Катара. Снова пауза. «Возбуждена?» Зуко. «Да, но это довольно неприятно. Я не могу сделать это без тебя.» Катара. «Я могу помочь.» Зуко. «Как?» Катара. «Ты носишь халат, который мне нравится?» Зуко. «Да.» Катара. «Сбрось его с плеч. Медленно. Ощущая шёлк на коже.» Зуко. «Сделано.» Катара. «Притворись, что я прикасаюсь к тебе. Прикоснитесь пальцами к плечам, шее, ключице.» Зуко. Катара сделала, как он сказал, желая, чтобы её глаза открылись, когда её пальцы станут его пальцами. «И что теперь?» Катара. «Перевернись на живот. Положи подушку между ног.» Зуко. «Зачем?» Катара. «Верь мне.» Зуко. Катара прикусила губу, но положила телефон и свободной рукой подложила подушку между бедер. «Двигай бедрами назад.» Зуко. — Ох, — всхлипнула Катара. «Ты это почувствовала?» Зуко. «Да.» Катара. «Приятно, правда?» Зуко. «Да.» Катара. «Скажи мне, каково это.» Зуко. Катара сделала паузу, чувствуя, что скоро её накроет до боли приятная судорога. Зазвонил телефон.        — Катара, поговори со мной, — потребовал Зуко.        — Шёлк так приятно ощущается на моем клиторе, — сказала Катара, смущение было последним, о чем она думала.        — Ты промокла? Утвердительный ответ.        — Ты намочила мою подушку?        — Может быть, — сказала Катара.        — Не надо её стирать.        — Почему?        — Она будет пахнуть тобой.        — Это хорошо?        — Это великая вещь. Ты замечательно пахнешь. Твой вкус лучше всего, — сказал Зуко. Она едва слышала шелест ткани, и её бедра начали опускаться на подушку.        — Что мне теперь делать, Зуко?        — Вставь палец внутрь себя. Не трогай клитор. Ты никогда не задерживаешься, когда я касаюсь твоего клитора.        — Ты никогда не задерживаешься, когда я прикасаюсь к тебе, — усмехнулась Катара.        — Теперь я, наверное, долго не протяну, — ответил Зуко. У Катары перехватило дыхание. Он… духи, — Агни, я хочу, чтобы ты была здесь.        — Нет ничего лучше тебя.        — Нет ничего лучше, чем ты, скулящая подо мной.        — Я хочу попробовать твою кожу.        — Ты так хорошо выглядишь, когда кончаешь, Катара. Катара почувствовала, как её бёдра дёрнулись, и она чуть не выронила телефон, одной рукой держа его, в то время как другая была в её влажной промежности.        — Я так близко, — всхлипнула Катара.        — Возьми свой палец в рот.        — Что?        — Скажи мне, какая ты на вкус, — проворчал Зуко. Катара убрала палец и почувствовала, как внутри у нее все сжалось. Она поднесла мокрый палец к губам и обхватила его губами, пробуя себя на вкус. Она никогда не чувствовала себя более эротично.        — На вкус я как соль. И что-нибудь сладкое.        — Ты такая вкусная, Катара. Нет ничего вкуснее тебя.        — На самом деле?        — Если бы это было возможно, я бы жил с лицом между твоих бёдер. Катара застонала, уткнувшись головой в подушку, чтобы заглушить звук. Её палец был на клиторе, потирая дергающиеся круги. Она услышала тяжелое дыхание Зуко в своем ухе, прерываемое долгим, низким, рыком.        — Катара?        — Извини, отвлеклась.        — Хороший.        — Зуко?        — Что?        — Хотела бы я, чтобы ты взял меня прямо сейчас. Прошло несколько мгновений, и Катара так сосредоточилась на своем небольшом расстоянии от пика, что забыла, что говорит по телефону. Когда Зуко позвал её по имени, она удовлетворяла себя пальцами и ёрзала на подушке так сильно, что знала, что запачкает её.        — Агни, Катара, — прохрипел его голос, приглушенный простыней, в которой был телефон, — Я закончил. Катара чувствовала что взрывается. Её пальцы надавили на клитор, и она чувствовала, как её мышцы сжимаются. Она выгнула спину, и её стоны эхом разнеслись по пустой комнате. Её желудок, казалось, опустошился, а мысли исчезли. Когда она наконец пришла в себя, зазвонил телефон.        — Я потерял тебя на секунду. Я хотел перезвонить, — сказал Зуко хриплым и сухим голосом. Где-то в подсознании Катара представила звук его мягкого хрюканья.        — Спасибо, — сказала Катара. Она быстро заснула, её сотовый выкатился из руки на край кровати, где обычно спал Зуко. Ей снился Зуко. Ей снилось, что все это реально.