Видящий: Лагровия

И нападение началось. Оплетенные монстры рвались в город всеми возможными способами, однако, вовремя среагировавшее командование наспех разработало стратегию сопротивления, сводя потери к минимуму. Оплетенных тварей вынуждали прорываться по узким проходам, где их встречали группы магов. День за днем продолжалось нашествие. Напор врагов все не стихал, словно бы те восставали из мертвых. Некоторые проходы настолько забивались телами, что приходилось отстраивать другие и отступать. Разведка, наблюдающая за лесом, передала, что подконтрольные врагу леса разрастаются все дальше, и не растут прямо в Олимпии лишь из-за примененного легендарного артефакта защиты.

***

— И как это понимать? — спокойно спросил бархатный голос. Тенебрису доложили о новой появившейся угрозе в виде растений. Подчиненный демон в красках расписал обстановку фронта, а именно неспособность слабейших сопротивляться корням. Сколько бы не было послано оборотней и зомби, все они переходили под контроль врага. Инферналис поднес руку к губам и запрокинул голову, покачнувшись на костяном кресле. Обстановка его обиталища менялась довольно часто, как и его вкусы. — Кажется... Людишки не справились с моим поручением... А теперь поздно. — Позвольте спросить, о великий, с кем мы столкнулись? — почтенно склонив голову, произнес демон советник. — Это... — Тенебрис вновь замер, о чем-то зачарованно думая. — Проблема, с которой нужно разобраться. — Насколько все серьезно, господин? — вновь напомнил о себе демон. Инферналис искоса глянул на советника, явно не желая тратить время на объяснения. — Достаточно серьезно. Я приму непосредственное участие в разработке стратегии в этот раз, — властитель темных поднялся с трона. — И еще, кресло. Его нужно поменять. Выбери что-нибудь необычное, подбери на свой вкус. После Тенебрис удалился, оставив советника разбираться с совсем неинтересным заданием.

***

— Князь, беда! — посыльный ворвался к людорскому князю с мрачными новостями. Все те же оплетенные твари появились и в окрестностях территорий Людора. Пока только единицы, но с куда большим числом их застава бы не справилась. Князь распорядился возвести дополнительную и обе укрепить. Хоть он и вышвырнул мальчишку из Людора, но к его советам по поводу магов прислушался. Теперь в их рядах их стало больше. — Князь, позвольте мне отправиться на юг! — склонив голову, попросил Антеродис, когда Александр справился со всеми распоряжениями. Воин обосновал просьбу тем, что обороняться вечно не выйдет, а в пути к югу он сможет провести глубокую разведку. К тому же, если возьмет с собой артефакт телепортации и закрепит его на юге, их путь до туда будет соединен телепортационным мостом. Людорцы еще не утратили жажды насолить олимпийцам. Князь дал добро и Антеродис отправился в путь.

***

Сознание прояснялось неспешно. Несметное количество поглощенных животных, насекомых и растений не прошло бесследно для рассудка. Его бочка магии словно наполнилась целым озером и принялось скитаться по волнам, пока ее наконец не прибило к берегу. Вергилий попытался осознать происходящее и понял, что его органы чувств изменились. Теперь он мог не только слышать, видеть, ощущать запахи и прикосновения. Теперь он ощущал себя пауком, что чувствует любое колебание раскинутой им паутины. Корни простирающиеся на сотни километров вокруг сообщали ему все, что было рядом. От разом нахлынувшей информации он едва не вырвал себе голову, лишь бы заглушить это ощущение вездесущности. Титаническими усилиями Верг смог заглушить не требующиеся ему сведения и попытался получить ответы на интересующие его вопросы. Корни дали понять, что с момента разрастания прошло два месяца. Поначалу люди Олимпии оборонялись, вполне неплохо и успешно, но потом что-то пошло не так. Оттуда стали выдвигаться сильные отряды для зачистки территорий. Подконтрольные слабые твари, что служили орудиями, тоже иссякли, вместо них к древу рвались монстры на несколько градаций выше. Демоны поджигали заросли, а их в то время прикрывали более защищенные твари, вроде троллей и осьминогов. С запада на рощу тоже наступали, но уже Людоские солдаты и маги. В общих словах Агриппа понял, что его зажали с трех сторон и методично истребляют последствия его энергетического всплеска. Люди научились справляться с корнями, крупные твари не поддавались контролю, а лес все редел и редел. Вергилий попытался отбиваться плетеными куклами, но те и вполовину не оправдывали затрат сил. Оплетая оборотней, результативное существо наделялось силой корней вдобавок с своим собственным. Сами же корни не были столь неуязвимы. Необходимо было что-то с этим делать. Олимпия хоть и была местами побита, но в целом стояла. Людорцы лезли из какого-то портала, а темные монотонно и массивно выжигали лес следуя от самого источника тьмы. — Почему они мне мешают?! — прозвенело в голове у Верга. — Это же я... Меня обидели! Моего отца убили! Пусть примут заслуженное наказание! И все же лес сдавал позиции. Тогда Агриппа стал искать спасительные лазейки. Корни всячески пытались найти кого-то из их отделения, но тщетно. Обзор в Олимпию был недоступен. Помощи ждать было неоткуда. С содроганием Вергилий наблюдал как зона его влияния резко уменьшается и угасает. Быстро разросшиеся леса истребляют столь же резво и вот, настал роковой день, когда враги подобрались к самому древу, в глубинах которого спрятался Вергилий. Все три стороны сошлись в своих убеждениях на том, что корень всех бед находился именно тут и оказались правы. Дерево стали истязать. Огнем, металлом и магией, они со всех сторон, словно термиты, уничтожали и громили. — Кажется я подвел тебя отец, — когда стало ясно, что ему не справиться с ордой врагов, Вергилий перестал пытаться спасти древо. Тщетно. — Я... Верг хотел сказать столько всего, но мысли не сворачивались в слова и буйным ветром сменяли одна другую. Да и есть ли смысл, ведь Аврелий уже мертв. И скоро мертвым станет и сам Вергил. Ему не удалось освободиться от древа. Его тело срослось с корнями и стало единым целым. Погибель древа сулила ему смерть. — Вергилий... — знакомый голос старика пробудил Верга от надвигающегося вечного сна. — Отец?! Аврелий. Это несомненно был его голос. Такой знакомый и родной. — Когда древо падёт, я окончательно освобожусь, — слова, казалось бы, правильные, но так горько отдавались эхом в груди. — Мы уйдем вместе. Я оплошал, — мысленно опустив голову, ответил Вергил. — Нет, сынок, ты останешься. У тебя ведь еще не все дела сделаны, — в голосе звучала старческая ухмылка. — Но как же... Я... Древо... — Агриппа старший остановил поток слов Верга. — В момент падения, когда я освобожусь, мой магический резерв, накопленный за все время высвободится и ты сможешь воспользоваться им, чтобы сбежать. Только... Есть один нюанс, — Аврелий спешил, дерево едва держалось. — Что за нюанс?! — Запомни слова, чтобы наверняка подействовало, используй вербально! Заклинание читается как "пепельное растворение", — после этой фразы в дереве громко хрустнуло. — Что за нюанс, отец? — закричал Вергил, но ответа не последовало. Вместо ответа его обдало с ног до головы потоком магии, в сотни раз большим, чем тот, что охватил его в момент безумства. Это уже было наверняка ясно, дух отца на этот раз навсегда покинул землю. — Пепельное растворение! — воскликнул Вергилий, сдерживая горючие слезы. Заклинание было воистину мощным, настолько, что этот бескрайний океан едва не пересох, расходуясь на высшее заклинание. Ему даже пришлось прибегнуть к собственному резерву, дабы довести колдовство до завершения. Заклинание активировалось и все вокруг покрыло серой непроглядной дымкой.