Видящий: Лагровия

Еще на какое-то время Вергил занял Перпетую расспросами, после чего попросил оставить его на несколько часов. Необходимо было переварить случившееся, адаптироваться, построить план и начать двигаться в нужном направлении. Без его вмешательства все шло к тому, что Олимпия погрязнет в своих грехах насовсем. Агриппа даже после всего услышанного не утратил желания воскресить родной город. Вергил не забыл, как обошлись с его отцом и жаждал мести. Однако попросту уничтожить тех людей, что так поступили, было бы бессмысленно. Необходимо было искоренять прогнившую систему. По понятным причинам, Верг опасался переворота, ведь вполне может оказаться, что король является управителем лишь как лицо, а на деле им управляют богатые или сильные люди, скрытые от общего взора. Необходимо было прежде всего понять этот расклад, а значит резких перемен в политике сразу же делать не стоило — это бы вызвало подозрения. Уж кто-кто, а те, кто чаще всего ошиваются подле короля, знают его повадки и привычки лучше всех других. Даже небольшие изменения могли вызвать подозрения. Был необходим весомый повод для того, чтобы окружить себя проверенными людьми и избавиться от вражеских шпионов. Вергилий принялся думать. И наблюдать. Следующие несколько дней Вергил принимал участие в управлении городом косвенно и часто лишь выслушивал мнения советников, ссылаясь на плохое самочувствие. Флавий хоть и был неприятным типом, что не раз предпринимал негуманные решения, однако, благодаря этим самым решениям удавалось свести потери к минимуму. Приглядывая за ним, Вергил не заметил за Корнелиусом предательских настроений. Он не поддерживал связи с темными и время от времени изрекал свое неодобрение на этот счет. А вот иллюзионист Фир напротив оказался мутной личностью и тем еще лизоблюдом. Стараясь напеть королю в уши, он всячески льстил и одобрял его гениальные планы против Людора и вовсе был за продолжение походов. Вергилий не раз задумывался, насколько же очевидно было, что Фир поет под чужую дудку. Или очевидно это только ему, зная истину и оказавшись на месте короля? Было необходимо избавляться от подобного сильного и явно настроенного против Олимпии человека. И у Вергилия созрел план.

***

— Я требую вызвать ко мне тех двух юных воинов, что донесли мне тогда про новую угрозу, про этих корневых монстров. Найдите их и пригласите. Без грубости и рукоприкладства, — распорядился король. Приказ был исполнен в течение часа. Настороженные и недоверчивые, Мартин с Юноной явились в сопровождении стражи. — Приветствую, бравые воины, — торжественно начал Вергилий, но особого энтузиазма его фраза не вызвала. Эти двое боялись короля и не слишком-то его обожали. Повисла неловкая тишина. Правитель восседал на троне, пред ним стояли гости, а по периметру зала воины в черных одеяниях и масках, скрывающих лица. — Что от нас требуется, ваше величество? — без раболепия, скорее из необходимого официоза, произнесла Элиус. Вергилий нисколько не доверял его безликой страже, а потому хотел без подслушиваний переговорить с этими двумя. — У меня хорошая интуиция, — сказал король, глядя прямо в глаза девушке. — И она подсказывает мне, что у вас вновь есть стратегические сведения, что вы можете мне сообщить. Кстати, как поживает твой отец? Юнона напряглась от этих слов, затем нахмурилась, а после ее глаза расширились от удивления. Ювеналий не обозначал своего присутствия после разрушения дома, жил тихо, не отсвечивая. Однако она сдержала себя. — Вы правы, ваше превосходство, у нас есть важные сведения королевской важности, но они могут быть опасны, если попадут не в те уши. Нельзя допустить, чтобы сведения попали к возможным шпионам, — Юнона сама намекнула на приватный диалог. Что-то подсказало ей поступить именно так. — Согласен с тобой, девочка, в полной мере, — Вергил подумал, что намек страже был понятен, но черноликие никуда не пошли. — Давайте пройдем в специальный зал, где нас точно не услышат шпионские уши. Король поднялся и проследовал в небольшой зал. Из него не было другого выхода, а стены были пронизаны кристаллом, подавляющим магию. Несколько стражников было собирались проследовать за ними, но Вергилий решительно остановил их и закрыл перед ними массивную дверь. — У нас мало времени. Мне нужна ваша помощь, — тут же обернулся король. Двое уставились на него непонимающим взглядом. — Ну же, Мартин, Юнона, это я, Вергилий, — развел король руками. Уставившиеся на него гости переглянулись и теперь смотрели как на сумасшедшего. — На втором месяце занятий, на выживании ты свалилась с ветки и с шлепком врезалась в грязь носом, а ты, увидев это, так громко смеялся, что ваша команда проиграла, — скороговоркой выдал он, и с каждым его словом собеседники все шире разевали глаза. — Быть того не может! Это… Это вообще как? — только и могла выговорить Элиус. — Долгая история, в более спокойной обстановке расскажу, а сейчас времени в обрез! — Никак в голове не укладывается… — Потом переварите! Соберитесь! Мне нужна ваша помощь… — и Вергилий принялся объяснять хитроумный план.

***

Спустя несколько дней, в оговоренное время, король принялся за свой спектакль. Находясь на балконе, он подбадривал заготовленной речью собравшихся внизу солдат, ради поднятия боевого духа. Среди толпы затесались его «актеры». — Олимпия вами гордится! И если бы я… я… — Вергил стал корчиться, хвататься за горло, — Фи-ир, как ты… Зачем? В этот момент, пока еще никто ничего не понял, Агриппа опрокидывается за ограду и летит вниз с высоты четырех этажей. Пока все вокруг соображали, что вообще сейчас произошло, под место его приземления подскочили бойцы из девятого отделения. Поток льда исходящий от Юноны вырос в аккуратную горку, по которой и скатился правитель. Октавия наколдовала воздушную преграду, замедлившую движение, а Мартин поймал и поставил короля на ноги, так что последний не получил никаких повреждений. Толпа ликовала. Внезапное покушение на короля не удалось, и он чудесным образом был спасен! — Ваше величество! Я ничего не делал! Вы можете проверить мои воспоминания! — кричал с балкона Фир, которого уже окружили стражники и взяли на прицел своих лезвий. — Он… его голос в голове заставил меня прыгнуть! Предатель Олимпии! Смерть предателям! — голос короля разнесся по округе, и в тот же момент стража активировалась и атаковала мага иллюзиониста. Волшебник высокого ранга не собирался отдавать жизнь за даром и мгновенно парализовал ближайших копьеносцев. Однако черноликие воины в масках тут же настигли его. Иллюзионист вмиг оказался истыканным разнообразными клинками. — Да будет процветать Олимпия! Искореним предателей! А что касается вас! — король злобно глянул на черноликих. — Я перевожу вас во внешнюю охрану. Никто из вас не поспел спасти короля, а вот они сработали как единое целое! Вергилий показал толпе на этих троих. — Я не раз слышал, сколь хорошо отличилось девятое отделение курсантов. Способные воины-маги, вы станете моим ближним кругом охраны! — торжественно провозгласил король Дементий Корвин.

***

В тот же день черноликие были пересланы на охрану одного из фортов, якобы в наказание за халатность. Таким образом Вергил отгородился от подозрительных личностей подле себя. В свою личную охрану же он сам выбрал старых друзей. В число охраны входили четыре способные девушки: Юнона, Октавия, Изабелла и Цецелия. А также трое бравых парней: Мартин, Оливер и Лукиан. После всех официальных награждений и прочей торжественности, король остался в зале со своим новоиспеченным кругом охраны наедине. — Не могу поверить, что это правда он, — буркнул Требеллий, по инерции обижавшийся на Вергила. — Провернуть такое с королем, это вообще законно? — чеша репу, спросил Оливер. — Теперь он и есть закон. Во всяком случае, хуже чем было, точно не станет, — ответила Цецелия ему, собрав удивленные взгляды. Получив новость, что Вергилий жив, пусть и в таком странном виде, в нее словно вернулась жизнь. Ее всё еще помнили как злостного манипулятора, подружку Крискента, что постоянно пыталась напортачить их группе. А теперь видеть ее в виде той, что защищает Вергила… В общем странно. — А мы точно годимся на эти должности? — пискнула Изабелла. — Господа. Я так понимаю у всех вас есть на памяти плохие слухи обо мне. Я не сбегал, не приводил монстров в Олимпию и не предавал этот город, ставший мне как родной. Даже несмотря на то, что мы с отцом жили за стенами, точно изгнанники, коими и являлись. Даже несмотря на то, что люди этого города придумали и осуществили… Убили Аврелия. Я все еще хочу поднять Олимпию с колен. Возродить ее, заставить людей работать вместе над общим делом, — Вергилий устало стянул корону с головы и положил на специальный пьедестал рядом с троном. — А в итоге что? К чему стремиться Олимпии? — озвучила повисший в воздухе вопрос Юнона. — Мы изгоним из народа въевшийся под корку менталитет ненависти друг к другу. Восстановим город. Научим наших воинов сражаться достойно. Помиримся с Людором или уничтожим его. И мы уничтожим темного властителя!