Открой свои глаза!

***

      Вся эта «ваниль», кажущаяся до этого чем-то даже мерзким, теперь была неотъемлемой частью. Те чувства и эмоции, что рождались в парнях… Заставляли быть лучше то, что переполняет их, рвало их нутро, что хотелось кричать о чувствах… ***       Ту ночь, я провел дома. С того момента когда я впервые поднял на отца голос, я не видел его даже чуть выпившим. Таким я его не боялся, хоть он и по прежнему со мной не говорил. Это было довольно странно, хоть так было гораздо проще и спокойнее. Надо поднимать свою голову от подушки и собираться на учебу. Наспех забежав в ванну, я собрал всё то, что могло сегодня пригодиться и спустился в подвал. Зная Джонсона, он точно ещё мирно спал в кровати, ибо если я сплю не с ним, то он всю ночь рисует. Он объяснял это тем, что без меня в кровати одиноко и холодно, а так ночь проходит быстрее. Я уже не стучал в дверь, Лиза была на работе, да и она привыкла, что я прихожу с утра.       Я тихо приоткрыл знакомую дверь в комнату, как я и думал, он мирно сопел в подушку. Довольно милая картина. Взрослый парень, лежит на кровати свернувшись клубочком, нежно обнимает толстовку которую я недавно у него оставил. Темные волосы разметались по подушке, а любимое лицо выражало только спокойствие. В доме Джонсона я спокойно могу снимать протез. Лиза уже привыкла, хоть и первое время смотрела с интересом, а не отвращением, что меня удивило. Поэтому расстегнув застежки, я аккуратно присел на край кровати продолжая любоваться этим спокойствием и беспечностью. Немного погодя я не выдержал, так хотелось его обнять… Он сонно застонал. — Салли-Кромсали… Доброе утро, - он даже не открыл глаза, просто легко улыбнулся. — Я же просил не называть меня так, — меня это не злило, просто… — Ну, а мне так нравится, — он притянул меня к себе и я оказался сверху. Он прижал меня к себе. Такой горячий, что дышать становилось трудно. — Я скучал вообще то… — Я тоже, но тебе пора собираться иначе мы опоздаем, - я постепенно пытался встать с него, вырваться из этих объятий. Хоть и правда не хотелось, но было надо. — Ну зачем ты так… Всю романтику испортил, - Лар надул губы как обиженная школьница. Это вызвало во мне смех. — Ничего смешного. Я знаю, его это выводило из себя. Я продолжал смеяться, и уже через секунду я оказался под ним. Дыхание перехватило. Всё что я мог сделать, это широко открыть глаза в ожидании продолжения. - Уже не так смешно, не правда ли? — он навис надо мной, приковав взглядом к кровати. — Салли, Салли… Джонсон наклонился к моей шее, медленно проводя носом втягивая воздух. Я лишь откинул голову, давая ему больше пространства. Нежное прикосновение губами, и с моих срывается резкий выдох, напоминающий стон. Он пробирается выше, за ухо, к щеке… Схватил мои запястья и свел их удерживая над моей головой… Я всегда буду наверно поражаться цвету и выражению его глаз, когда он на меня смотрит. Топленый шоколад и беснующиеся черти… Этот напористый поцелуй заставил задержать дыхание, которое и так было сбито. Металлист сминает мои губы своими, дразнит, не дает углубить поцелуй. Снова спускается к шее. Внизу живота уже невыносимо тянет, а он все издевается… — Ларри, — он слышал этот полу стон, я точно знаю. Оторвавшись от шеи, он заглянул в мои глаза и опустился к уху… — В следующий раз, будешь думать как надо мной смеяться. Я люблю тебя… Доброе утро, принцесса. Джонсон глядя мне в глаза ухмыльнулся, быстро прижался своими губами к моим, и просто слинял в ванну… Разве можно так издеваться?!!! Что бы прийти в себя, я достал из кармана мятую пачку сигарет, сел на кровати, чиркнув зажигалкой сделал первую затяжку. Действительно, доброе утро.