Как с чистого листа

Майские праздники прошли тихо и незаметно. Будь я все еще Татьяной, то как раз на них у меня был бы отпуск. Поехали бы всей семьей на Сицилию, бродили по узким улочкам, слушали экспрессивную итальянскую речь. По вечерам, как обычно, допоздна засиживались в ресторанчиках, поглощали спагетти, запивая рубиново-красным вином, и бесконечно долго смотрели, как оранжево-красный диск солнца медленно тонет в водах Средиземного моря. Я не стала раскрывать главный повод для грусти – пятого числа у меня был день рождения. Мне исполнилось бы сорок пять, а в новой жизни этот праздник мне выпало отмечать в феврале. Олег мало находился дома, в основном пропадал где-то целыми днями, приходил с глупой, но счастливой улыбкой и шальными глазами. В общем, демонстрировал все признаки влюбленного человека. Я деликатно делала вид, что ничего не замечаю, к тому же он делал неуклюжие попытки шифроваться, переименовав даже контакт в телефоне с Оксаны на Федю, но время от времени забывал контролировать себя, и в разговоре периодически проскакивало: «зайка», «малышка», «Ксюша». Потом вспоминал, делал серьезное лицо и обращался к собеседнику строго официально: Федор! В таких случаях приходилось уходить к себе, чтобы выражением лица не портить человеку всю малину и не губить на корню конспирацию. Да, я как мать желала своему ребенку счастья, да и Олег казался вполне достойным молодым человеком, просто для непосредственных контактов с ней я еще не созрела, мне нужно было еще немного времени. Андрей Давидович добыл справку, и о пропусках занятий пока можно было не беспокоиться. Сессия начиналась двадцать пятого мая, но я, в отличие от прежнего владельца этого тела, подсуетилась заранее: по половине предметов был автомат. Не в моем характере плестись в хвосте, и несколько недель ударной работы гарантировали сдачу сессии на отлично. На первый после праздников рабочий день было назначено посещение фирмы. Скромная должность помощника бухгалтера ждала меня с распростертыми объятиями, правда афишировать данный факт я не собиралась. Работодатель обещал выделить персональный компьютер в относительно спокойном углу и все необходимое для работы. Для начала нужно было продержаться в течение испытательного срока, а там уж будет видно. Коллеги по работе встретили настороженно. Еще бы! Все ждали появления со дня на день главного начальника, а в результате им подсовывают нечто, ни на что не похожее! За сотрудниками было приятно наблюдать, пока Андрей Давидович представлял меня как специалиста, способного закрыть своей далеко не шварцнеггеровской грудью дыру, образовавшуюся в результате побега главбуха. Честное собрание еще долго молчало даже после ухода шефа, который хоть и намекнул на наши родственные связи, все же ничего конкретного не сказал. Ну что ж, строить подчиненных я умела, думаю, что не разучилась даже с поправкой на внешность и возраст. К концу недели народ стонал и тихо ненавидел наглого выскочку. У меня появились первые кандидаты на увольнение. К концу второй недели народ роптал и высказывал свое недовольство. Я дополнила список, собираясь поговорить с шефом при первом же удобном случае, но после испытательного срока. К концу третьей недели уволилась половина недовольного народа, а оставшиеся вдруг обнаружили в день зарплаты очень приятный бонус в виде неплохой надбавки. Я утвердилась на рабочем месте и принесла из дома чашку и коробку конфет. Кажется, в наследство от прежнего владельца мне досталась любовь к сладкому. Квартальный отчет уже давно был благополучно сделан и забыт. Теперь по идее можно было приступить к осуществлению плана «Б». Мечта о мести все еще грела душу, и я время от времени развлекалась, представляя, как красиво пойдет по миру уважаемый начальник. В особо кровожадных фантазиях он садился в тюрьму лет этак на восемь и выходил оттуда сломленным стариком, седым и беззубым. На последнем пункте воображение почему-то особенно настаивало. Сегодня, в пятницу, из офиса меня забирал Олег. Я под завистливые взгляды коллег, стоящих на остановке в ожидании общественного транспорта, погрузилась в блестящий черный джип и уселась на переднее сидение. На языке так и вертелся ехидный вопрос про Фёдора, но лицо у парня было такое довольное, что я не решилась. Явно не поссорились и не разбежались. Возможно, встретятся позже. Совет им да любовь, как говорится. - Нет, ну ты представляешь, папа пытался меня на выходные припахать, - возмущался Олег, ловко лавируя в плотном пятничном потоке, - ну и что, что он меня сделал совладельцем, я не просил, между прочим. - Ну да, у тебя личная жизнь, а у таких старых пердунов, как твой отец, ее и быть не может, - съязвила я, а потом до меня резко дошло. - Постой, а когда он с тобой бизнес разделил? - Да вот на днях практически завершили бумажки оформлять. Он давно об этом говорил, а тут раз - и собрался. Хотя от этого больше минусов, чем плюсов, - продолжал говорить Олег, а я сидела как прихлопнутая: что же это делается, люди добрые? Хулиганы самого ценного лишили практически под носом! А как же я?! Как же мои так тщательно взлелеянные планы о мести?! Дома с горя налила ванну, добавила побольше пены и залезла оплакивать разрушенные мечты. Да и обдумать сложившуюся ситуацию тоже не мешало. - Та-ань! Ты долго еще? Мне тоже надо душ принять, - Олег постучал в дверь, нарушая мое медитативное одиночество. Нужно ему! Душ принять! - Долго, - вредно ответила я и вытянула ноги, пряча коленки под пенными шапками. - Тань, у тебя все в порядке? – обеспокоился парень за дверью. - И все в порядке, если только на площадке великолепная пятерка и врата-арь, - фальшиво пропела я, делая из пены шпили сказочного замка. - Танечка, ну выходи, пожалуйста. Я чаю заварю, с мятой! - Уйди, противный, у меня ПМС! – громко сообщила я соответствующим голосом. - Татьяна, - после паузы произнес озадаченный Олег, - выходи добром, а то дверь сломаю и принудительно напою тебя успокоительным! С этого придурка станется, возьмет и вынесет хлипкую фанеру. Поэтому пришлось в срочном порядке сливать воду и принимать душ. - Вот умеют некоторые испортить удовольствие, - угрюмо сказала я, выходя на кухню, где сидел нервный Олег. - И что это было? – увидев меня во здравии, недоуменно спросил он. - Много чего, - сообщила я и сунула нос в чайник. Так я и думала – не заварил! - Например? - Гормоны, например, - пришлось продемонстрировать свою покладистость. - Гормоны? – да что он заладил, как попугай все повторять?! - Да, представь себе! Ты, возможно, уже забыл, как это бывает в девятнадцать лет, - м-да, с заламыванием рук я переборщила, - но мне хочется любви и ласки. Вот ты! У тебя есть Фёдор. Знаешь, как больно и до слез обидно, когда ты к нему «зайчик» и «солнышко» обращаешься?! А я? Чем я хуже? – надрывно и со слезой в голосе воскликнула я, изо всех сил стараясь прогнать из памяти навязчивую картинку из мультика про Малыша и Карлсона. Бедный Олежек пошел красными пятнами и потерял дар речи. В конце концов я не выдержала и рассмеялась. - Да не сошла я с ума, не переживай. Просто некоторые планы сорвались; это не смертельно, но чертовски обидно, да и сам понимаешь, лучшее средство от зарождающейся депрессии – смех. Да, и перестань Ксю называть Фёдором, ей это имя совершенно не идет, и конспиратор из тебя фиговый, имей в виду на будущее. - Тань, я так испугался за тебя, - Олег резко встал и притянул к себе, сжимая до боли в медвежьих объятьях, - и так рад, что с тобой все в порядке. Правда в порядке? – он испытующе заглянул в глаза. - Правда, - пришлось подтвердить неочевидную истину. - Хорошо, - парень зачем-то щекой потерся о мою макушку. – Ничего, если я сейчас уйду? Чем заниматься будешь? Хороший вопрос. Обломали по всем фронтам, можно сказать, жизнь разбита! - Пойду посплю, - ответила я, подумав, что здоровый сон еще никому не вредил.