Влюбится в похитителя.

      Юнги — это нечто. Такой популярный парень, все так и завидуют ему, да что там, руки не моют, если он им пожал. У него есть собственная компания, которую он любит и уважает, как и они его, но не за красоту, богатства или популярность, а как друга, такое отношение просто золото для Юна, а как он презирает всех остальных.       К Мину подходит Хосок, весь на радостях, кажется, он новенький в этом заведении, а Юна поставили показывать универ.       — Извин-ните… Вы Мин Юнги?.. — парень с подтяжками на штанах спрашивает Юна.       — А? Да, я Юнги, давай сразу без формальностей.       — Д-да. Хор-рошо, — такой яркий мальчик, а оказывается застенчивый.       Долгих два часа Мин рассказывает о каждой картине, кружке, кабинете и столовой, где, как по его словам:        — Скорее отравят, чем накормят, лучше возьми что-то из дома, хах. А вон та повариха, будь поаккуратней, есть пойдешь с ней, вдруг еще парик упадёт, — Мин начинает смеяться, а Хо просто хихикает, так мило и зажато.       — Ладно, кажется, все рассказал, ничего не забыл?       — Кажется, ничего… А. Ты же знаешь город. Не мог бы проводить меня до дома? Я еще плохо ориентируюсь в Сеуле… Прости… — Сок отводит взгляд и немного смущается своей просьбы, уже ожидая отказа.       — Почему бы и нет? Пошли, скажи адрес и мы мигом примчимся, — адрес задан, маршрут построен. Парни ринулись вперед и через пару минут уже были у нужной точки.       — Спасибо тебе большое, Юнги-хен, завтра увидимся, — улыбка Сока растягивается, словно до ушей, и, поклонившись, он уходит.       Юн быстро прибегает домой, где его ждут любимые друзья и девушка. За вечер он успел узнать Хосоке, что тот любит танцевать, литературу и пишет стихи. Какой милый пак интересов, но есть недостатки в виде сильной зажатости и странных отходов по Юнги, просто прикрывается челкой и заходит в свои странные фантазии.       — М-да, странный немного, но ладно, для чего мы сюда пришли, обсуждать какого-то лошка?! — заявляет один из компании.       — Веселиться! — говорят все хором и запивают по баночке хорошего эля. Гулянка в разгаре, кажется, завтра они поплатятся за подобное хорошей головной болью.       Так и было.       На утро Хо подходит к компании, но Юн даже не повернулся, так и продолжив разговор с парнем из компании. На Хосока опустили пару косых взглядов и он понял, что мешает, поэтому поспешил убраться.       — Кто там был? — задаёт вопрос Юнги.       — Да, чудик этот.       — Понятно, ладно, — Юнги отходит попить из фонтанчика, но понимает, что на него буквально пялятся. — Кхм! — Хосок сразу отводит взгляд в блокнот и продолжает что-то судорожно писать.       Мин, удовлетворив свою потребность, возвращается, а Сок за ним, как хвостик. Конечно, это напрягает, но парень старается не обращать внимания. Но когда это переходит какие-либо рамки, то Юн заходит за угол, прячется и выжидает своего преследователя, вот он тоже заходит туда, как его сразу прижимают самым неудобным способом к стене.       — Зачем ты ходишь за мной?! — Мин возмущен, как же его это раздражает, хочется обычной жизни, а не это…       — П-прос-сти… Я-я дум-мал. Что… Ты. То есть, мы. То есть… А-а-а... Др-руз-зья… — Хосок снова отводит глаза, замыкаясь в себе. Как яро он сейчас хочет, чтобы его прижали за что-то другое.       — Тц, сначала сделай себя человеком, а не очередной подстилкой, чтобы быть моим «другом», — эти слова звучали жестоко. Юнги отпустил Сока, как тот сразу убежал, кажется, в слезах. Он такой хороший актер.       Парень забегает в туалет, закрывается в кабинке и, черт возьми, наслаждается. Его мысли забиты одним человеком — это Юнги. Он гладит места прикосновений старшего, лапает себя, представляя, что это Мин, выдает немые стоны и уже переходит к нижней части.       Звенит звонок, как Хо приходит в чувства, и понимает, что в штанах неистово жмет, просто ужас какой-то, дак они еще узкие. По выходу из уборной, Сок прикрывается портфелем, что помогает только спереди, а по бокам открывается шикарный вид. Это деяние было ухвачено глазами Мина, он сразу подмечает, что это, скорее всего, из-за него. Эта ситуация еще больше тянет ко дну идею быть друзьями. Юн подходит ближе и на ушко шепчет о проблеме, ну просто не культурно, да и стыдно, как бы он его наругал, а тут такое, беспредел!       — А-а-а... Это… Ну… А… — внутренний крик поразил Хосока и он помчался обратно в туалет доделывать дело, но уже с фотографией хёна.       Только услышав стоны, Юнги ударил лицо рукой, так как иногда проскальзывало его имя и то, как он хорош.       Многие смеялись над этим, по типу:       — Что у тебя с этим Стихописцем, а? — подобные вопросы летели отовсюду, некоторые даже переигрывали Хосока, говоря стонами как хорош Юн.       — Как вы меня… А-р-р-р... — бешенство, злость, обида, желание убивать, вот что посещало сейчас Ги. По окончанию урока они опять отошли.       — Ты сумасшедший, или как?! Знаешь, как мне стыдно?! Нахера мое имя кричать, когда ты себя ублажаешь?! Совсем с мозгами не дружишь, сука?! Дома это делай, идиот! Ну не встает у меня на тебя, не нравишься мне ты, можешь отвалить, забыть о моем существовании, а?! Что за дебил-то, ну как так можно, тебя вообще ничего не смутило, в конце концов?! Ладно, хорошо, всё хорошо, мы просто это забудем, ты поймёшь, что свой зад ты устроишь где-то не тут. Мне нравятся девушки, такими недоумками как ты не увлекаюсь, — слова, подобно иголкам, что колят очень глубоко и хочется провалиться под землю.       Хосок ненавидит себя. Причинил вред, как только что понял, любимому, теперь все будут смеяться над ними.       — Хватит! Хватит! — парень тихо визжит чуть ли не плача. — Я все понял, можешь заткнуться, я не буду больше, разойдёмся, как коробки в порту. Прости, прошу, прости, я не виноват, что ты мне сразу понравился, я не хотел...       — Ты меня не чуточки не знаешь! Как же меня бесит эта твоя внешность! Да если бы не это смазливое личико, то жить бы легче было. А-а-а-а! — Юнги вскоре быстро уходит к своей компании и рассказывает о произошедшем: о том, как он ненавидит этих ублюдков, что ему надоело всё, а друзья просто продолжают шутить, лицемеры. — Да вы меня хоть слушаете?!       — Да, да, прости, продолжай, — и компания продолжает шутить. Мин фыркает, топает ногой и почти убегает из здания, не появляется в университете где-то неделю. Ясное дело, все волнуются. Действительно, а где их предводитель? Куда пропал? Это из-за Хосока? Было много вопросов, но почему-то байки спускались только на Хо.       Мин заявляется на вечеринку друзей в леопардовой шубе, немного покачивается от уже перепитого, в руках бутылка алкогольного напитка, всё тело в женской помаде, кажется, он провёл эту неделю на славу.       — Сучары! Босс пришел, ае! — Ги располагается на диване, берёт какую-то девушку за талию, быстро закидывает ногу на ногу. — Классно вы меня забыли, нет, так быстро, я думал хоть поищете, а так слухи пораспускали и нормально. Ну, спасибо, очень благодарен, — все подошли и начали оправдываться по кругу, но Юнги только отгонял всех от себя, выпивая алкоголь все больше и больше, как бы погружаясь в омут. К Юну подходит Хосок. Он уже знает, что Мин в стельку.       — Юнги-и-и, — Хо сейчас не такой, как в универе, другой, совершенно другой. Это просто секс-машина: первоклассная одежда, отпадный образ. Младший садится рядом и ухмыляется.— А чего такой грустный, м? Вроде красивый, давай не грустить, м-м… — парень достаточно уверен, хотя по виду есть колебания.       — Не грустный. Просто немного не в настроении… Хотя… Нет, я праздную, все мои друзья — ублюдки! — Юн ложится на плечо Чона и немного улыбается, его обнимает парень по соседству, и слышится его сильное биение сердца, что словно вылетает, какое количество эмоций сейчас переполняет Хосока.       — А хочешь, я буду твоим другом? — предлагает Сок и получает одобрение, которое так желал.       К большому счастью младшего и сильно перепитому колличеству алкоголя, они переходят дружеские рамки, нарушаемые их руками, что так хорошо ложатся в непристойных местах. Парни накрывают губами друг друга, их поцелуи такие горячие, что кажутся сказкой.       Постепенно Юн поглощает больше и больше алкоголя. Просто Хосок хочет поддержать контакт, даже если это сложная задача, связанная парой бутылок вина.       Утром студенты спят в шёлковой постели, почти голые, так же в обнимку и губами прижаты в полу поцелуе. Хосок проснулся и смотрит в глаза хёна, а потом улыбается, смыкая поцелуй ещё ближе. Тут же просыпается Юнги и отталкивает от себя Сока.       — Что ты творишь?! Тьфу, блять, гадость! — Юн чувствует отвращение, он вытирает губы, проводя запястьем по нему, немного облизывает и опять вытирает. — Совсем что-ли ?! Ужас, сука, нахера?! Вообще, что ты забыл на моей кровати?! — неведомым образом и ещё более трезвым Хосоком они добрались в дом ещё в два часа ночи.       — Но… Вчера… Тебя все… Ну друзья… Теперь нет… Я подошел. Э, ну. Ты… Ты сказал, что мы друзья! — утверждает Хо, жалобно смотря в, уже любимые, глаза. — Я? Такое… Серьезно? Ты думаешь, я бы сказал такое тебе… После всего произошедшего… Ты еще на что-то надеешься, Господи, я был пьян.       — Но... Но… Ты говорил… — чуть ли не плачет Чон.       — Но, но. — передразнивает. — Всё, хватит, у тебя нет ни шанса со мной, — на этих словах Хосок резко встаёт. Он, повернувшись спиной, всхлипывает, и плачет, чего не видно, но отчётливо слышно.       — Тц. Удумал чего, хах, будь хоть нормальным, идиот… — голова у Юнги невероятно болит, но он продолжал огрызаться и унижать Хосока, пока тот не оделся и не ушёл.

***

      Мин вернулся к обычной жизни, друзья хоть и стыдились себя, но уже не так горели желанием дружить с Юном. Они за его спиной распускали самые настоящие сплетни, просто Хосока нет, а фото с вечеринки и хорошими кадрами прикосновения парней - есть. Все думают, что отсутствие Хосока связано с этим, многие стали принимать старшего за изверга, мальчик просто любил его, а он…       Проходит пару дней, но Сока до сих пор нет. Юнги это не колышет, хоть его обвиняют, что правда бесит.       — Юнги! Куда ты бедного парня дел?! — спрашивает друг, а Мин фыркает.       — Понятия не имею, где этот оболтус!       — Да он от тебя прячется, идиот! — возражает кто-то из толпы, как народ опять бунтует.       В этот момент Юн сбегает из учебного заведения, лишь бы его не заметили, так устал он от этого.       Парень решил пойти домой, но по-середине дороги столкнулся плечом с каким-то человеком и телефон упал на мокрый асфальт, немного разбив экран.       — Блять! Смотри куда прёшь, ты, дерьма кусок! — Юнги рассматривает телефон и убирает излишнюю грязь. Очки приспускаются, как с них виднеются знакомые глаза. Глаза Хосока. — А, это ты. Стоять, сукин сын, сейчас же пошли к этой разъяренной толпе, на коленях извиняться будешь! Да ты знаешь сколько мне проблем доставил?! Ненавижу таких, как ты, натворите чего, а мне расхлебывай!— Мин крепко держит за куртку знакомого.       — Отпусти! Отпусти! Я ничего не делал, они сами… Прости — Хо вырывается из оков, совсем забыв про свой изначальный план. Тут же приходит в чувства и они уходят за угол, Хосок обнимает Юнги. — М-мож-жно я т-тебя ук-крад-ду? — Мин отталкивает от себя Хо.       — Так и знал, что ты какой-то ненормальный! Пиздец, да с кем я связался! Это заразно? Да ты меня еще и трогал, а-р-р!!! — отряхивается старший и пытается уйти, но его вырубают, прислонив платок с каким-то веществом к лицу.       Через пару часов Мин оказывается привязанным к кровати и открывает глаза, чувствуя тугую ткань на запястье.       —…М-м-м. Что… Прои… Зо… Ш... Ло? — осматривается старший, голова сильно болит, из-за чего он слабо соображает.       — О, милый, проснулся, как спалось?