Столкновение

Глава отбечена. Бета: НеЗмеяна Не успели Рон, Гарри, Инесс пройти и несколько десятков футов, как их словно окатило ледяной водой. Испуганно ахнув, ребята мгновенно юркнули за поваленное дерево. Как оказалось вовремя. Незамеченный ими Пожиратель смерти выскочил из-за угла полуразрушенного дома и, угодив под тройной Stupefy, с глухим звуком впечатался в стену. — Надо же… попали, — дрожащим голосом пробормотал Уизли. Вытерев потные ладони о штаны, он крепче стиснул в руке волшебную палочку и уселся на покрытый мхом толстый ствол. — Похоже на развоплощающие чары, — переведя дыхание, шепнула девушка. — Оборотное зелье и дезиллюминационное заклинание перестают действовать… Никак не прокомментировав высказанное Инесс предположение, Гарри на всякий случай связал оглушенного мага и, внимательно оглядевшись, поднялся с колен. Зияющий тёмными глазницами выбитых окон покосившийся дом, несколько довольно старых деревьев, а дальше окутанная дымом единственная улица Хогсмида. От вида метки Мрака, заслонявшей собой солнце, и попавших в поле видимости десяток тел, которые лежали на дороге, а также около разрушенных, горящих магазинов и пабов, Гарри почувствовал закипающую внутри него ярость. Мелькающие здесь и там разноцветные лучи проклятий, доносившиеся крики людей говорили: бой ещё не закончен, а значит, есть отличный шанс поспособствовать уменьшению приспешников Волдеморта… или Дамблдора — неважно, оба эти мага его изрядно достали. Заметив движение в проёме окна, Поттер напрягся и сощурил глаза, слезящиеся от дыма. — Угу... слушай… — начал было Рон, обращаясь к другу, но его прервало шипение. Посмотрев в том направлении, куда показывал Гарри, он мысленно выругался. Надо же быть таким придурком, чтобы расслабиться в то время, когда вокруг шастают Пожиратели и идёт бой. Ощущение нереальности происходящего, преследующее его последние часы, исчезло, впрочем, как и облегчение, появившееся, когда к их компании примкнул Гарри. Влекомый непонятной тревогой, Поттер медленно двинулся к дому. Инесс глубоко вдохнула наполненный зловонием воздух и, передёрнувшись не только от отвратительного запаха, но и тревожного предчувствия, неслышно скользнула за ним. Сместившись чуть влево, дабы иметь возможность видеть происходящее впереди, девушка покосилась на Рона. Зачем Уизли и Грейнджер следили за ней, Инесс догадалась сразу, но вместо вполне обоснованного возмущения она почувствовала интерес к долговязому другу кузена, и это чувство жутко напугало, ибо в её короткой распланированной жизни не было место любви. Красный всполох у дома и летящий в их сторону зелёный луч оторвали девушку от смущающих раздумий. — Ложись! — крикнула Инесс. Дёрнувшись вперёд, она в мгновение ока смела Гарри на землю. Последнее, что девушка почувствовала перед тем, как провалиться во тьму — это раздирающая тело боль. Столб ослепительно белого света, уходящего высоко в небо, и оглушительный хлопок на окраине Хогсмида ввели жителей магической деревушки, авроров и Пожирателей в кратковременный ступор и заставили в священном ужасе пялиться на место, где совсем недавно возвышались вековые деревья и находился полуразрушенный дом. *** — Stupefy! — заорал Рон, едва его перестало кружить и плющить. Не понимая, что с ним происходит, Уизли вскочил на дрожащие ноги и тут же, грохнувшись на землю, перекатился на живот. — Bombarda Maxima! — для верности снеся уцелевший угол дома, из-за которого секунду назад вылетел зелёный луч, он встал на четвереньки, тряхнул головой и пополз к лежавшим без движения другу и Инесс. — Твою мать… Гарри, что с тобой? Какого соплохвоста ты творишь, Лерье? Дементоровы бабы, от вас одни проблемы! — С трудом передвигаясь и часто-часто моргая, дабы избавиться от чёрных мушек перед глазами, бурчал Рон. Он старался не думать о том, что проклятый луч исчез, а значит, встретил на своём пути преграду. — «Пусть он попал в дерево или ветку, ну, пожалуйста…» Пытаясь справиться с дыханием, сквозь шум в ушах Гарри слышал Рона, но ответить сил не было. Всё тело ломило, мышцы дрожали, а к горлу подкатывал ком. Это состояние казалось странным и очень знакомым — так он себя чувствовал после первого перемещения порталом. Но сейчас еще добавилось жжение в груди, словно к коже поднесли горячую кочергу. Боль была терпимой, но очень неприятной. «Не могла же на меня так подействовать Avada?» — от мелькнувшей мысли Гарри потряс головой и тут же дёрнулся. Он вдруг вспомнил, где находился и кто отбросил его с траектории смертельного луча. В ответ на шевеление нечаянного матраса, Инесс что-то недовольно проворчала и сползла с Гарри на землю. «Слава Мерлину… жива», — Гарри с облегчением выдохнул. — Ты как? — повернув голову, он посмотрел на девушку. — М-м-м... могло бы быть и лучше, — завозившись, просипела Лерье. «Мда... жестковатое приземление», — поморщившись от боли в коленях, Гарри приподнялся на локтях, мельком глянул на теперь уже руины дома и перевёл взгляд в сторону Хогсмида. «Это что?» — приоткрыв рот, он в шоке вытаращился на видневшуюся вдалеке сверкающую гладь воды. Поттер потёр глаза, но вопреки ожиданиям видение не исчезло, а подувший прохладный ветер омыл лицо свежестью и развеял сомнения в реальности происходящего. — Вы тут… какого дементора… разлеглись и молчите? — буквально прорычал Рон, подползая к развалившейся на земле парочке. От души треснув Гарри по спине, отчего тот скривился, он плюхнулся рядом. — Это что за хрень? — Уизли моргнул раз, другой, но окружающие их скалы не исчезли, впрочем, как и море. — Похоже… кто-то аппарировал и захватил... Заклятье... спало... — Что? — сев, Гарри оторвался от созерцания окрестностей и перевёл ошеломлённый взгляд на Инесс. Водя дрожащими пальцами по своему запястью, она подняла ошалелые глаза на Поттера и выдохнула: — Заклятье... Святая Мария! Сколько крови, а... Мордред... она попала, понимаешь? — прервав бессвязный лепет, девушка на мгновенье прижала левую ладонь к груди Гарри, а правую, к своей, и заливисто расхохотавшись, упала на спину. Несколько секунд ребята молчаливо рассматривали широченную улыбку Инесс, отражение неба в её широко распахнутых глазах и, переглянувшись, недоуменно пожали плечами. Рон покачал головой, поднялся и, держа наготове волшебную палочку, пошел в сторону развалин. Гарри же некоторое время скользил рассеянным взглядом по гранитным скалам, темнеющей вдали водной глади, пока до него не начало кое-что доходить. — Подожди... ты хочешь сказать, что Avada в тебя... в нас попала? — медленно подняв руку, Гарри потёр ладонью до сих пор горевшее место. Распахнув куртку, он вздёрнул вверх свитер. — Святые небеса! Это же... — Инесс резко села. Она осторожно прикоснулась к чёрной татуировке на груди Гарри, — руна Эйваз*. Жизнь и смерть... — девушка подняла сияющие глаза на кузена, — мой предок забрал жизнь... — Ты спасла меня... — начал Гарри, прижимая подбородком свитер и пытаясь разглядеть нежданно появившееся на его теле художество. Инесс покачала головой. — Если бы в твоём сердце горела ненависть к моему роду, я бы просто умерла. А ты простил... — девушка вздохнула, уткнулась лбом ему в грудь и неверяще повторила: — Простил. Магия отметила нас, — она прикоснулась к своему чистому запястью, — сняла с меня проклятье и подарила жизнь, а тебя одарила защитой. Если бы сейчас кто-то спросил, что она чувствует, Инесс не могла бы ответить. Уже практически смирившись со своей судьбой, в глубине души она всё же надеялась... и надежде суждено было сбыться. На мгновенье сильней прижавшись к кузену, Инесс решительно отодвинулась. Сейчас не время для проявления эмоций, хотя идиотская улыбка совершенно не желала покидать лицо. — Ну, и где мы? — хрипло произнесла она, щурясь и оглядываясь по сторонам. Небольшое плато, где они оказались, с трёх сторон было ограничено скалистыми высокими обрывами. Море или большое озеро начиналось через несколько десятков футов. На каменистом пустынном берегу виднелось одно единственное дерево с густой раскидистой кроной и толстенным стволом. Предполагать, что это Иггдрасиль, Мировое Древо, являющееся мифом не только среди магглов, но и магов, было слишком смело с её стороны, но как объяснить, что сейчас произошло. Руна на груди Гарри просто так не могла появиться. Эйваз заключала в себе очень многое: она защищала и даровала мудрость; открывала внутренние ресурсы и связывала бренность физического бытия с бессмертием духа. Это сила природы, покоряющая смерть. Тряхнув головой, Инесс скользнула взглядом по трём реликтовым соснам; груде камней, некогда бывших домом. Всё это находилось в своеобразном круге из опавших листьев. Видимо, в тот момент, когда проклятье спало, кто-то собирался аппарировать. Теперь бы понять, куда их занесло и как отсюда выбраться. Инесс задумчиво потёрла лоб и покосилась на древо. Если это, то о чем она думала, то они, определённо, не в мире людей. А это значило, что помощи ждать не откуда. — Хороший вопрос, — пробурчал Поттер. С трудом поднявшись на ноги, он протянул девушке руку. — Мне кажется, выбраться отсюда будет непросто, хотя… — озадаченно нахмурившись, Гарри посмотрел на Рона и медленно двинулся к нему. С той самой секунды, как обнаружилась руна, в голове Поттера замелькали обрывки воспоминаний, но как он ни старался, цельной картины перед глазами не получилось. — Эй, ребята, давайте сюда! — крикнул Уизли. Увлеченный процессом, он не заметил, что те уже несколько секунд назад подошли к нему и, недоумённо переглядываясь, стоят рядом. Рон резко взмахнул волшебной палочкой: обломок стены взмыл в воздух, открывая взору двух молчаливых наблюдателей дыру, в глубине которой угадывалось очертание тела. — Забини! — мгновенно узнав в покрытом пылью студенте представителя серебристо-зелёного факультета, Гарри дёрнулся вперёд, понимая, что где-то там наверняка должен быть и Драко. Через несколько минут бессознательный слизеринец был аккуратно перемещен на трансфигурированный матрас. Блейзом занялась Инесс, а ребята продолжили работу, пытаясь как можно осторожнее освободить из каменного плена Малфоя. Тот хоть и обнаружился рядом с Забини, но оказался почти полностью погребённым рухнувшей стеной, и быстро достать его не получалось. — Мордред! — выругался Рон. Он едва успел отбросить большой кусок каменной кладки, подхватить другой, скатывающийся вниз и грозивший свалиться на Гарри. — Ну чего там? — заглянув другу через плечо, спросил он и сглотнул. Выглядел Малфой значительно хуже, чем Забини. У того была сломана одна нога, да рана на руке, а тут… — Пульс очень слабый. Он теряет слишком много крови, — выдохнул Гарри. — Надо быстрей вытаскивать его отсюда! Давай снимай это… — мотнув головой на каменный козырёк, он осторожно передвинулся и, встав на колени, упёрся руками в стену. Нависнув над Драко, тем самым пытаясь закрыть его, Гарри шевельнул волшебной палочкой, усиливая поддерживающие чары. Но камней было слишком много, здесь требовалось нечто другое... Какая-то мысль мелькала в голове, вот только уловить её никак не удавалось. Гарри опустил взгляд на Малфоя и стиснул зубы: рана на виске и лбу снова стала кровоточить, не говоря уж о плече, пробитом острым деревянным осколком. Едва слышное дыхание Драко вдруг сбилось, раздавшиеся хрипы до ужаса напугали Гарри. Кровь застучала в висках и, резко выпрямившись, он крикнул: — Рон, отойди! — сунув волшебную палочку в чехол, Поттер взмахнул обеими руками. Возникшие на его ладонях маленькие бледно-жёлтые шары стали увеличиваться, пока не слились между собой. Вспыхнув ярким светом, сверкающая сфера заключила в себя обоих ребят и стала медленно отодвигать камни. Ох, мама дорогая! Рон отскочил в сторону и с благоговением вытаращился на невиданное доселе действо. До недавних пор он как-то не задумывался, как выглядел друг в своей истинной ипостаси, а теперь понял — потрясающе и совершенно так же, как изображали светлых высших эльфов в книгах. Длинные волосы, заострённые кончики ушей и необыкновенного оттенка кожа, буквально светящаяся изнутри. — И на кой дементор нам сдались Защитники, раз те не являлись в нужный момент? — ни с того ни с сего произнёс Рон и облегченно выдохнул, когда куча камней плавно отодвинулась в сторону, освободив из своего плена Малфоя. «Нас нужно позвать», — раздался в голове Уизли недовольный голос. Судя по приглушенному шипению Гарри и звонкому девичьему «ах», слуховые галлюцинации появились не только у него. «Защитники — это стражи, хранители. Они приходят на помощь своим подопечным, когда их жизни угрожает опасность… нужно просто сконцентрироваться на образе и призвать…» — одновременно всплыло в памяти четырёх студентов Хогвартса. В ту же секунду призрачные лев, орёл и застывший перед пришедшим в сознание Забини змей укоризненно покачали головами. Не успели ребята глазом моргнуть, как их закружило в вихре. Мгновение спустя они оказались в лазарете, в эпицентре стоявшего шума, который моментально стих, едва находившиеся в больничном крыле маги увидели растерянно моргавших подростков. Оглушающая тишина и игра в гляделки продолжались считанные секунды, и вот все снова загомонили. Первой к вновь прибывшим подбежала мадам Помфри. За ней Гойл, Гринграсс и светловолосый мужчина, судя по всему, отец Дафны. Они тут же оттеснили гриффиндорцев и Инесс в сторону и, следуя указаниям колдомедика, осторожно переместили Малфоя и Забини на кровати. Гарри едва устоял на ногах, когда на него налетели Гермиона и Джинни. Обняв девушек в ответ, юноша облегчённо выдохнул и махнул рукой, приветствуя Невилла. До сих пор он даже не подозревал, в каком напряжении находился, пока не увидел своих близких живыми и здоровыми. И пусть рядом еще не было Ремуса, Гарри точно знал: жизням Люпина и… Малфоя, ничего не угрожало. Он повернулся в сторону кровати, где лежал Драко и, окинув цепким взглядом толпившихся вокруг слизеринцев, покачал головой. Кажется, не только у него имелся талант вляпываться в неприятности и чудом из них выбираться, у блондинистого семейства он тоже хорошо развит. — Идёмте, — дёрнув Гарри за руку и подхватив под локоть Рона, Гермиона потянула ребят к дальнему углу палаты, где собрались представители красно-золотого факультета. Но не успели они сделать и несколько шагов, как перед ними в жёлтом мерцающем облаке возникли пятеро учеников: еле стоящий на ногах Макмиллан — весь в крови и копоти, держащий на руках бессознательную девочку, и вцепившиеся в его мантию испуганные младшекурсники. Не раздумывая, Гарри перехватил у Эрни его ношу и устремился к свободной кровати. Следующие часы в больничном крыле царило форменное столпотворение. Снова и снова большое помещение озарялось разноцветными вспышками. Появлявшиеся вслед за этим студенты попадали в заботливые руки помощников мадам Помфри, коими были Гарри, сёстры Патил, Гермиона, Инесс и Дафна. Здоровые и с лёгкими ранениями дети, предварительно напоенные успокоительными и лечебными зельями, под присмотром старост отправлялись в факультетские гостиные. Остальными же занимались Поппи, миссис Патил и Слизнорт. Оказывая первую помощь, переходя от одного раненого к другому, Гарри внимательно прислушивался к тому, о чем говорили кругом. Много нелестных слов он услышал о некоторых студентах красно-золотого и серебристо-зелёного факультетов. Что касалось последних, то, сопоставив факты и задав парочку вопросов Забини, он пришел к тому же выводу, что и Блейз — целью Пожирателей смерти и их пособников был захват слизеринцев-старшекурсников. Ну а понять, зачем это им понадобилось, было не сложно, особенно после того, как Поттер узнал, что Паркинсоны живы. Но если истинную причину нападения на Хогсмид обсуждали те, кого оно коснулось в первую очередь — то есть единицы, то об ослепительно-белой вспышке, пробившей антиаппарационный барьер и в какой то степени поспособствовавшей аврорам в поимке дезориентированных Пожирателей смерти, говорили все кому не лень. Высказывали самые невероятные догадки. Одну из которых Гарри и услышал, направляясь в кабинет колдомедика за очередной порцией успокоительных и лечебных зелий. — Да правду говорю! — прошипел Пикс, приподнимаясь на кровати. — Пока вы пялились в небо, я осматривал окрестности и видел у самой дороги Дамблдора. Он стоял с поднятой волшебной палочкой и… — Да фигня всё это! Столб света бил из-под земли, так что старик тут ни при чем, — отрезал Кут. — Ложись-ка лучше спать, а то… — Гарри, а ты чего-нибудь видел? Вы ведь были рядом? — вскинулся Джимми, заметив Поттера. — Хм… честно сказать... не помню, — медленно протянул Гарри. Услышав о странном сиянии у него, и в мыслях не возникло, что спавшее проклятье было тому виной, но сейчас… окинув внимательным взглядом палату, Гарри увидел Инесс, суетящуюся у койки раненого рейвенкловца, и мозаика неожиданно сложилась. «Не рядом, а в эпицентре... Интересно, что ребята об этом думают? — задался он вопросом. Повернувшись к ёрзавшему на кровати Джимми, Гарри нахмурился. Так, а при чём тут Дамблдор? Отвертелся, значит? В принципе, что-то такое предполагалось, но одно дело предполагать, а другое… И какого дементора он делал в Хогсмиде? Этим вопросом стали задаваться многие после того, как слух об экс-директоре, оказавшимся в Хогсмиде во время нападения, дошел до всех присутствующих в школе. Развернулись настоящие дебаты, слушая которые, Гарри медленно, но верно закипал. — Нет, ты только послушай…Стадо кретинов! — зашипел Рон. Он уставился немигающим взглядом на толпившихся у выхода из лазарета хаффлпаффовцев в окружении их родителей, на Филча, стоявшего там же с кошкой на руках, и на возвышающегося над всеми Хагрида. Именно бас последнего привлёк внимания ребят, впрочем, не их одних. — Не знаю как тебя, а меня они достали! — Рон открыл было рот, чтобы высказать особо сильно возмущавшемуся Захарии и бубнящему какую-то ахинею Хагриду пару ласковых, как почувствовал прикосновение к плечу. Обернувшись, он вопросительно посмотрел на друга. — Ты им ничего не докажешь, — удивительно, но Гарри, услышав возмущение Рона, мгновенно успокоился. Клокочущая внутри него ярость улеглась, оставляя за собой ледяное спокойствие. Гарри смерил жестким взглядом галдящую толпу, к слову, порядком разросшуюся, отлевитировал поднос с пустыми склянками из-под зелий на столик в кабинет мадам Помфри и, привалившись плечом к косяку двери, сложил руки на груди. Слушая Смита и присоединившихся к нему Финнигана и Томаса, восхвалявших старые порядки и незабвенного Дамблдора, Гарри едва сдерживал желание вышвырнуть всю эту братию из Хогвартса. — Да и я говорю: помогать он пришел, а как же иначе? Профессор Дамблдор, великий человек, он просто не мог не подмогнуть деткам. Их же много было в Хогсмиде-то. Да и Тот-Кого-Нельзя-Называть боится его, да... единственного, кого боится. Гарри! — увидев Поттера, Хагрид махнул рукой. — Скажи им, что вё это неправда, в газетах этих... Люпин… как он мог, неблагодарная псина! После всего, чего профессор Дамблдор для него сделал! А твоя мамка, Рон, что же она делает-то? Может, и её, как Аластора когда-то, подменили, а? После этих слов Гарри почувствовал, как скрестились на нём взгляды всех присутствующих в данный момент в лазарете. Но прошли те времена, когда он нервно ёжился от пристального внимания к своей персоне, пытался оправдываться или кому-то что-то доказать. — А чего еще ждать от этих малолетних выскочек? Говорил я, надо Поттера вашего ещё на первом курсе в темницу и за большие пальцы подвесить, да на хлеб, на воду, да розгами по спине пройтись, чтобы неповадно было наговаривать на профессоров, — буравя Гарри злобным взглядом, выплюнул Филч. Его блестящее от пота красное лицо было перекошено, губы гадливо кривились. — Что сказать, Хагрид? То, что хочется слышать тебе и некоторым из присутствующих здесь, или правду? Если первое, то увольте, господа, — проигнорировав выпад завхоза, Гарри театрально поклонился, обведя насмешливым взглядом замерших магов. — А если второе, то… уж простите, я не собираюсь распинаться перед теми, кто не желает думать своей головой. Скажу только, Пророк в кои-то веки обнародовал проверенные факты, а не слухи, и домыслы, а… —… что касается так взволновавшей всех вспышки света, — перебила его Инесс, тем самым привлекая к себе внимание, — то дело в том, что на моём роду лежало проклятье, и сегодня… так уж получилось, я спасла жизнь человеку. Магия посчитала грех семьи смытым, — повторив действия кузена, девушка с издёвкой поклонилась. — Так что разочарую всех поклонников сиятельного Дамблдора ,он тут совершенно ни при чём. — Отличное представление и главное, информативное. Парой слов разбили столько иллюзий насчет сегодняшнего чуда, — раздался язвительный голос. Гарри резко повернулся, едва не столкнувшись со Снейпом. В центре комнаты юноша увидел трёх оставшихся деканов и бледнеющее кольцо портала. — А теперь настоятельно рекомендую всем студентам разойтись по своим гостиным, а посторонним покинуть территорию школы, — зельевар угрожающе прищурился в ответ на возобновившийся шум. Но если Финниган, Томас, Смит и ещё пятеро учеников мгновенно распознали начинающиеся неприятности и скрылись с глаз долой, правда, ушли недалеко, всего лишь в коридор, то на родственников Захарии и нескольких взрослых ледяные взгляды декана Слизерина не подействовали. — Да что вы себе позволяете? По вашей милости мы чуть не лишились наших детей! При директоре Дамблдоре такого бы никогда не случилось! — закричала тощая женщина. Ей вторили остальные. Поднялся невообразимый шум. Гарри напрягся от ощущения опасности и незаметно сместился чуть правее, краем глаза отмечая такой же маневр Рона, да и Инесс. Семейство Патил, слизеринцы, находящиеся за спинами недовольных магов, и только что вошедшая в лазарет Молли тоже не бездействовали. Взрослые выдвинулись вперёд, закрывая собой детей, и так получилось, что миссис Уизли оказалась перед Драко и Миллисент плечом к плечу с отцом Дафны. Обменявшись обеспокоенными взглядами, они направили волшебные палочки на орущую толпу. — И что здесь делают Пожиратели и их отродья? — тыча волшебной палочкой в сторону Гринграсс и студентов змеиного факультета, завизжал маленький излишне упитанный мужичок. — Сlauditur orbi…* — но закончить ему не дали. За исключением растерянно моргавшего Хагрида, он и все, кто его окружал, резко замолчали и оказались в плотном кольце из тёмно-синих лент. — Никто не смеет угрожать моим студентам, — в наступившей тишине жесткий голос Снейпа пробирал до самых костей. Резко взмахнув волшебной палочкой, зельевар пробормотал что-то такое, чего Гарри не расслышал, но эффект от заклинания не заставил себя ждать. Через секунду спеленутые в кокон маги исчезли из лазарета, оставив за собой светло-серую дымку, которая практически сразу же рассеялась. — Своих родственников найдете у кромки Запретного леса, — обратился он к застывшему с открытым ртом Финнигану. — Повторяю, — чуть усилив голос Сонусом, Снейп отвернулся от злобно выругавшегося Симуса и окинул ледяным взглядом присутствующих в лазарете, — всем не пострадавшим студентам разойтись по гостиным. Родителям и родственникам следует немедленно покинуть школу. И да, мистер Финниган, месяц отработок. Мистер Филч, позаботьтесь о том, чтобы в дальнейшем сей студент запомнил раз и навсегда, когда следует открывать свой рот, а когда молчать. Сказав это, Снейп резко развернулся и вошел в кабинет колдомедика. Ни взрослые, ни дети не осмелились оспаривать решение и приказ декана Слизерина, ибо даже отсутствующий в поле видимости профессор внушал недовольным стойкое опасение за их здоровье, поэтому поспешно потянулись к выходу. Последними из лазарета вышли Филч, Хагрид и что-то втолковывающая великану миссис Уизли. Гарри устало потёр глаза. Ещё даже не стемнело, а чувствовал он себя, как будто уже глубоко за полночь. Впрочем, ничего удивительного, если вспомнить, что на ногах он проводил уже вторые сутки. Переглянувшись с друзьями, Гарри тяжело вздохнул и поплёлся к кабинету мадам Помфри: нужно было закончить начатую работу, то есть очистить и расставить по местам пустые склянки из-под зелий, а потом можно будет и отдыхать. — Дориан! Принеси книгу Основателей, — хрипло произнесла МакГонагалл. Явившийся на зов домовик поклонился и после полученных указаний бесшумно исчез. Гарри остановился в проёме двери, разглядывая изрядно потрёпанных учителей, и если Снейп выглядел более или менее нормально, то остальные… Порванная, вся в подпалинах одежда, мелкие царапины на лице и руках... в целом ничего серьёзного, во всяком случае, на первый взгляд. А вот состояние профессора трансфигурации внушало опасения. Даже с его, пока еще дилетантской, точки зрения было понятно: женщина серьёзно ранена, причем висевшая плетью рука, лишь меньшее из имеющихся повреждений. — Мистер Поттер, не подскажете, кто из студентов до сих пор отсутствует? — обратилась к нему МакГонагалл и, устало вздохнув, опустилась на стул. — Из старост нет Паркинсон и Голдстейна, — тут же отозвался Гарри. — По словам Забини, шестикурсники Слизерина… те, что были в Хогсмиде, ещё не вернулись, за исключением Урхарта, он здесь, но очень серьёзно ранен... Мадам Помфри собирается переправить его и Булстроуд в Мунго. Малфой был третьей кандидатурой на отправку, но он категорически отказался, — после этих слов Снейп что-то прошипел и вылетел из кабинета. Встретившись взглядом с МакГонагалл, Гарри закончил: — Из наших... — Энтони, вместе с Вэйзи, до того как начались разборки, вывалились из портала у кромки Запретного леса... кстати, у слизня на лапе метка, — раздался голос Рона. — А наши… пусть бы эти две трусливые сволочи, которые Финниган и Томас, валили со своими предками домой, им тут не рады. — Мистер Уизли, я бы попросила вас воздержаться от подобных выражений, — сухо произнесла Минерва и поджала губы. — Сейчас не время для демонстраций негативного к кому-либо отношения. — Простите, профессор, — Рон выпрямился, и с несвойственной ему жесткостью произнёс: — Но я как староста школы буду настаивать на отчисление Финнигана и Томаса из Хогвартса. Им не место среди тех, кого они предали... Думаю, меня в этом поддержат и остальные. — Как ни неприятно это признавать, но некоторые наши ученики показали себя с очень плохой стороны. Впрочем, имея пример в лице собственных родителей, ждать иного от них не приходится, — Флитвик удрученно покачал головой и вздохнул. Взмахнув волшебной палочкой, он направил серебристый луч в сторону МакГонагалл. Секунда, и женщину окутало грязно-коричневое облако. — Тебе надо в Мунго, Минерва. Это проклятье мы лишь блокировали, снять может только специалист, — маленький профессор нахмурился, вглядываясь в мерцающую ауру вокруг декана Гриффиндора. Создав телесный Патронус, Флитвик отправил его с сообщением в больницу, повернулся к явившемуся домовику и взял у него толстенный фолиант. — Мистер Уизли, приведите сюда старост школы, а с шестого курса прихватите тех, кто с вашей точки зрения сильней. Внимательно наблюдая за манипуляциями профессора чар, Гарри лишь краем глаза отметил сорвавшегося с места Рона. Пока ещё являясь профаном в сознательном лечении, он кожей чувствовал исходившую от ауры МакГонагалл отрицательную энергию. Она ощущалась как нечто липкое и противное, хотелось немедленно рвануть в душ, дабы смыть с тела эту гадость. Передёрнувшись, Гарри открыл было рот, чтобы спросить, что за проклятье, как раздался звон разбитого стекла, за ним грохот, утробный вой и полные ужаса крики. Развернувшись настолько резко, что чуть было не потерял равновесие и не повалился на пол, Гарри в шоке замер: беснующаяся в центре палаты красноглазая тварь, выбитое окно, засыпанный осколками стекла и щепками пол, медленно продвигающиеся вдоль стен дети — всё это запечатлелось в мозгу почти мгновенно. Выхватив волшебную палочку, Гарри сконцентрировался на скелетообразном теле огромного волка, бившегося в магической сетке, и Снейпе, Инесс и Парвати, прилагавших титанические усилия, чтобы не дать зверю вырваться из пут. — Девочки, бросайте! — закричал Флитвик, споро накидывая сеть на огромного волка. Как только помощь подоспела, девушки без сил повалились на пол. К ним тут же подскочила Гермиона вместе с Дафной. — Помона, Гарри, помогите Поппи и остальным увести отсюда раненых детей, — прохрипела МакГонагалл и, привалившись к стене, взмахнула волшебной палочкой: два серебристых кота устремились через разбитое окно на улицу. — Уходите… не знаю, что это… похоже на оборотня-вампира… его долго не удержать… Женщина покачнулась и начала съезжать по стене на пол. Гарри дёрнулся было на помощь, в этот миг раздался глухой хлопок, словно лопнул толстый канат. Гарри медленно выпрямился и, уже зная, что увидит, повернулся. Освободившись от пут, громадный волк стоял, опустив голову и широко расставив лапы. Он тяжело дышал, впалые бока, словно меха, поднимались и снова опускались. Гарри вздрогнул, когда тот поднял голову и уставился на него красными глазищами. Вдруг повеяло холодом, он со свистом втянул в лёгкие воздух. Эти ощущения и запах были ему знакомы, только в тот раз к ним примешивался аромат свежей крови. — Это… — « …анимаг, профессор», — закончил он мысленно и сощурился. В груди начало зарождаться животное урчание, кончики пальцев стало покалывать от магии, а сердце громыхать в горле. Ярость и усталость, опасный коктейль. И в миг, когда тварь молнией сорвалась с места и прыгнула, в неё со всей силы врезался орёл. Кровати, тумбочки и всё, что было в радиусе нескольких футов от столкнувшихся в воздухе тел, оказались отброшенными назад мощнейшим порывом ветра. Перья, клочья шерсти и капли крови разлетелись в стороны. Острые, как лезвия, когти хищной птицы вспороли шкуру волка, на пол хлынула чёрная кровь, зверь яростно взвыл и забился в смертельных тисках. Раздался глухой удар, за ним взвизг. Не успевшие выбежать из лазарета студенты и преподаватели увидели, как падает на пол окровавленное тело волка, а орёл взмахивает громадными крыльями, разворачивается в воздухе и, выставив вперёд мощные лапы, пикирует вниз на пытающегося подняться зверя. Хруст, протяжный вой и тишина. — Гарри! — крик влетевшего в лазарет Ремуса вывел из оцепенения свидетелей необычной схватки. Опередив Рона всего на пару шагов, Люпин подскочил к уже принявшему человеческий облик мальчику и сгрёб его в охапку. — Какого дементора ты творишь, глупый ребенок?! — Да всё нормально, — Гарри уткнулся лбом в плечо Ремуса. Сил почему-то не было даже держать глаза открытыми, не то что шевелиться, но, сделав над собой усилие, Гарри повернулся. — О… Бартемий Крауч-старший… приятно снова вас видеть, — пробормотал он и провалился в благословенную тишину. ......................................... *Эйваз — имя: позднее скандинавское - Yr - "сосна" британское - Eoh (Eow) - "тис" готское - Eiws (Eihwas) - "защита" Одна из сложных рун Футарка. Руна Защиты или - точнее - руна Обороны, руна "отвращающих сил" и преодоления. Весь спектр возможностей данной руны, так или иначе, связан со священным Мировым Древом Севера — Иггдрасилем — символом долговечности. Эйваз связывает бренность нашего физического бытия с бессмертием нашего духа. Это сила природы, покоряющая смерть! Посредством этой силы мы можем преображать свою жизнь, воспринимая духовное в физическом и обретая истинную духовность в рутинных занятиях повседневной жизни. Потенциал: Преемственность, присущая процессам трансформации и развития. Ключевые качества: Поддерживающая энергия, выносливость, долголетие. Практическое применение: Полезна, когда вы нуждаетесь в просветлении. Традиция полагает, что к силам руны Eihwas обращались с целью проникать в загадки Иггдрасиля, в тайны жизни и смерти. В этом аспекте своего магического применения Eihwas становилась руной мудрости. Как символ Мирового Древа соединяющего все девять миров, Eihwas использовали для установления связи между ними. Современные источники истолковывают это как установление связи между различными пластами или уровнями реальности. Работа с этим аспектом руны Eihwas крайне сложна и требует не только огромного опыта работы как с отдельными рунами, так и с целыми заклятиями, не только значительных запасов личной магической силы, но и глубокого понимания волшебных искусств и оккультных наук вообще. Согласно «Речам Сигрдривы» руна Eihwas относится к группе рун прибоя, хотя по характеру магического воздействия ее следовало бы отнести к рунам трансформации. Второй немаловажной областью ее применения является защита, — она одна из самых сильных защитных рун, причем посредством этой руны можно защитить не только себя, но и близкого человека. Эта руна связана с тайнами жизни и смерти, кроме того, способна помочь в обретении памяти о прошлых воплощениях. Выдержки из работ: Кеннет Медоуз и Ральфа Блума. — Сlauditur orbis ignis* — (лат) заключить в огненное кольцо