Ромео из Асгарда

Том сидел в фойе Банка Англии на Тренидл стрит, одного из старейших банковских учреждений страны, а, возможно, и мира и разглядывал старинный гобелен на мраморной стене. Он изображал какую-то сцену из жизни какого-то короля, о котором Том не имел ни малейшего понятия, но всё равно гобелен ему очень нравился. Ему вообще нравилось всё королевское, старинное и дорогое. Наташа, в компании служителя банка, удалилась в одну из закрытых комнат для переговоров с клиентами, где она собиралась подписать все необходимые бумаги, для открытия банковской ячейки. Там она намеревалась оставить чемоданчик со своими деньгами. Почему она не хотела положить деньги на счёт, как посоветовал ей Эндрю, Том не знал, да и вообще он мало понимал во всех этих финансовых делах, которые его мало интересовали. Он просто сидел на удобном кожаном диване, глазел по сторонам и пил крепкий, ароматный кофе, принесённый одним из клерков в безупречно выглаженном костюме. В помещение то и дело заходили какие-то люди, подходили к окошкам, откуда им выдавали денежные банкноты, либо они сами давали такие же банкноты девушкам, сидящим внутри, о чём-то спрашивали привратника или общались между собой. Том терпеливо ждал Наташу и предвкушал, как они пойдут с ней обедать, и он расспросит её обо всём, что его интересовало: откуда она родом, кем были её родители, чем она вообще занималась до её с ним, Томом, встречи. Ему было интересно абсолютно всё, так или иначе связанное с ней. Наконец, она вышла, уже без серебристого чемоданчика в руках и с лёгкой улыбкой на губах направилась в его сторону. Том улыбнулся ей, встал с дивана и в этот момент произошли сразу три вещи: массивные, деревянные с позолотой двери банка распахнулись, и в фойе стремительно ворвались несколько мужчин в масках, оставляющих только дырки для глаз, в руках у них были длинные, чёрные, явно металлические предметы, раздались оглушительные и частые хлопки, похожие на раскаты грома, и улыбка слетела с прекрасных губ Наташи. Завизжала какая-то женщина. Один из клерков в безупречно выглаженном костюме упал в обморок. - Никому не двигаться! Стоять на месте! - закричал один из мужчин в масках. - Это ограбление!

***

Наташа замерла, глядя на вооружённых грабителей и мысленно анализируя ситуацию. Так, их было четверо, все с автоматами и в масках. Времени у них всего минут пять-семь, потом приедет полиция и, если повезёт, грабители уже скроются с добычей. Если не повезёт - начнётся унылое и скучное действо под названием “захват заложников”, и хорошо еще, если закончится всё за пару часов, а ведь может затянуться и до вечера. Мысль о том, что придётся провести весь день, сидя в душном помещении, когда на улице такая чудесная погода, Наташе не нравилась совершенно, поэтому она сказала, обращаясь к грабителям, вернее, к их главному, который отдавал приказы ранее: - Простите, мистер, вы не могли бы поторопиться? Мы с моим другом хотели еще пообедать, а затем отправиться на ярмарку, а вы с вашими приятелями портите нам все планы. Давайте не будем затягивать нашу встречу. Вы заберёте то, за чем пришли, и удалитесь к всеобщему удовольствию. - Заткнись, сука! - проорал главарь, явно взбешённый Наташиной речью. Почему-то её новообретённый дар убеждения на него не подействовал. - Всем лежать! На пол, я сказал! Затем он заорал, глядя в сторону кассиров: - Откройте кассы и все деньги - в мешки! Кто нажмёт кнопку - убью на месте! “Ну да, как же, - подумала Наташа. - Поздно ты, придурок, спохватился, кнопку уже человек пять нажали, покуда ты меня слушал, раззявив пасть”. - Романова, что там у вас происходит? - спросил Бартон в передатчике. - Ограбление, - ответила Наташа негромко. - Не мешай, я разберусь. - Все на пол! - проорал главный грабитель и наставил автомат на Наташу. Клиенты и служащие банка начали медленно опускаться на пол, боясь ослушаться его и поплатиться за это жизнью. И тут с улицы донеслось завывание сирен, а затем голос из громкоговорителя сказал: - Это полиция! Всем выйти с поднятыми руками! “Быстро они, - пронеслось в голове у Наташи. - Чёрт, теперь без захвата заложников не обойдётся…” Тяжко вздохнув, она вдруг вспомнила о Локи. На диване его не было. Неужели сбежал сукин сын… - Собирайте бабки! - заорал главный, обращаясь к своим подельникам. - Лысый, хватай управляющего, вон он лежит и трясётся у колонны, и тащи его в хранилище, пусть вскрывает ячейки! Грабители кинулись исполнять приказ босса, а Наташа, которая всё еще стояла, не собираясь пачкать новое платье об пол, сказала: - Сэр, вам лучше сдаться, - она всё еще не теряла надежды, что сможет воздействовать на него своим даром убеждения, и продолжила, пристально глядя ему в глаза: - Живыми и с деньгами вам уже не уйти, поэтому давайте… - Я сказал, заткнись, сука! - прорычал главарь, быстро направляясь в её сторону с явным намерением ударить и заставить её лечь на пол, как и все остальные. Он уже занёс было ствол для удара, но внезапно упёрся дулом в грудь… Локи. Тот возник просто ниоткуда, словно материализовался из воздуха, даже Наташа с её натренированным периферическим зрением и вниманием не уловила никакого движения. Быстрый гад. И глупый. У неё был такой прекрасный шанс отобрать у этого кретина автомат, и она вот-вот воспользовалась бы им, если бы не этот придурок Локи, решивший поиграть в Брюса Уиллиса. В глазах главного промелькнуло удивление и он спросил: - Чувак, ты что, бессмертный? - Точно не знаю, - ответил Локи, - но очень на это надеюсь. С этими словами он молниеносно выхватил у громилы оружие и заехал ему прикладом в челюсть. Проделано это было с такой скоростью и силой, что тот отлетел на несколько метров, ударился о стену и без сознания шмякнулся на мраморный пол. Наташа одобрительно присвистнула. - А теперь - сматываемся отсюда, - прошептала она Локи. - Нет, мы не можем вот так уйти, - возразил он. - А как же остальные люди? Их могут убить! - Да неужели, - прошипела она со злостью. - С каких пор тебя это волнует? Ладно, дай сюда ствол! - Что? - не понял Локи. Не говоря больше ни слова, Наташа взяла у него из рук оружие и направила в сторону касс, где двое грабителей, угрожая автоматами, заставляли кассиров выгребать деньги и запихивать их в мешки. Увидев, что произошло с их главным, они опешили и уставились на Наташу и Локи, забыв, казалось, и о деньгах, и об автоматах. - Ребятки, давайте вы не будете глупить и просто положите оружие на пол, идёт? - спросила Наташа милым и нежным голоском. Пока те соображали, что делать и что сказать, она незаметно перевела свой автомат в режим одиночных выстрелов. Один из грабителей пришёл в себя быстрее второго и поднял дуло, направляя его на Наташу, но опоздал. Раздался выстрел и алые брызги заляпали стол, банкноты в руках насмерть перепуганной девушки-кассира и даже её милое, бледное личико. Грабитель взвыл от боли и выронил автомат. Пуля попала ему прямо в руку, готовившуюся нажать на курок. Да, Наташа умела не только выпытывать чужие секреты и транжирить деньги Щ.И.Т. Метко стрелять она тоже умела неплохо. Второй грабитель не успел опомниться, как тоже выронил своё оружие, заверещав от боли, словно заяц, угодивший в капкан. Вокруг них всё было в ярких, кровавых брызгах, и Наташе нравилась эта картина, напоминавшая ей праздничный салют и рождественские украшения. Ей даже почудилось, что в воздухе запахло имбирным печеньем… - Что здесь… - начал было говорить третий грабитель, выбежавший откуда-то из задних помещений, где он вместе с управляющим вскрывал хранилище, но закончить фразу он не успел. Ему Наташа прострелила коленную чашечку, а затем плечо. Так, для надёжности. - Ну что, теперь мы можем уйти? - спросила она у Локи. - Думаю, да, - ответил он, и в голосе его явственно звучали нотки восхищения. - Тогда шевелись! Наташа двинулась в сторону лестницы, так как лифт, скорее всего, был уже заблокирован. Она знала, что выйти через центральный или один из боковых выходов было нереально, везде дежурили полицейские. Оставаться до выяснения всех обстоятельств она тоже не имела желания, так как нельзя было привлекать внимание ни к себе, ни, тем более, к Локи. Их единственной надеждой было выбраться через крышу. Локи следовал за ней, стараясь не отставать. На крыше Наташа осмотрелась и решительно направилась к краю, примериваясь для прыжка. - Что ты собираешься делать? - спросил Локи. - Что мы собираемся делать, - поправила она его. - Мы перепрыгнем на крышу соседнего здания и свалим отсюда. Вот что. - Но зачем? - не понял Локи. - Разве у нас есть повод скрываться? Мы же ни в чём не виноваты. - А затем, - ответила она, - что у меня нет ни малейшего желания таскаться по судам в качестве свидетеля. У меня есть дела поважнее, а у тебя? Локи ничего не ответил и посмотрел на крышу соседнего здания. Она была чуть ниже и на довольно приличном расстоянии. - Нужно прыгать с разбегу, - сказала Наташа. Она сняла свои туфельки на шпильках и направилась к противоположному краю крыши. Но дойти туда она не успела. Локи внезапно подхватил её на руки, разбежался и прыгнул. Наташа, как смогла, сгруппипировалась в полёте и, умело вывернувшись из его рук уже над крышей соседнего здания, прокатилась пару метров, тормозя движение. Локи тоже приземлился вполне удачно и сказал: - Не нужно было. Я бы смог всё сделать как надо. - Не сомневаюсь, - ответила она, поднявшись и отряхивая пыль с подола платья. - Романова, ты цела? - спросил в ухе обеспокоенный Бартон. - Да, - ответила она негромко, а затем обратилась к Локи: - Идём. Нам давно пора сматываться.

***

Эндрю сидел на кухне у Лианы и медленно помешивал чай в тонкой фарфоровой чашечке. Он рассказал сестре всё. О Наташе, о Томе, о ревности, о кулоне в подарок, о Наташином странном поведении. Всё. Лиана выслушала брата без малейшего осуждения во взгляде и теперь молчала, обдумывая услышанное. - Да, Дрю, натворил ты дел… - наконец проговорила она негромко. Эндрю потупил глаза. - Нужно забрать у неё этот кулон, ты же это понимаешь? - продолжила Лиана. - Понимаю, но как? Она носит его не снимая. Не срывать же его с шеи. - А что если я попрошу её снять его, чтобы я могла его рассмотреть получше? - Ты? - удивился Эндрю. - Ну да, я пойду на ярмарку вместе с вами, ты меня со всеми познакомишь. Заодно посмотрю на твоего Тома. - Он не мой… - ответил Эндрю печально. - И, похоже, никогда моим не будет. - Не вешай нос, братишка, фильм не окончен, пока не пошли титры. Кто знает, что будет дальше… Эндрю не был настроен так же оптимистично, как его кузина, прекрасно понимая, что Том с головой ушёл в своё увлечение Наташей и что ему, Эндрю, ловить было нечего. Но, надев злополучный кулон, Наташа стала опасна, она могла навредить Тому, а этого Эндрю допустить не мог. Пусть даже Том никогда не будет с ним, но Эндрю должен знать, что у него всё хорошо, что Том счастлив, что он живёт где-то на этой земле и дышит с ним, с Эндрю, одним и тем же воздухом. Если это было единственное, что могло их связывать - пускай. Эндрю хватит и этого. - Я согласен, - ответил Эндрю, глядя на Лиану. - Ты идёшь с нами.

***

В итальянском кафе “L’Osteria” было многолюдно и шумно, как всегда в обеденный час. Вернее, это было даже не кафе, а пиццерия, где готовили лучшую пиццу в городе. За столиком в углу сидели двое: коротко стриженный шатен и яркая длинноволосая блондинка. Они пили кофе и разговаривали. - Обязательно было меня стричь? - спросил Том, в сотый раз проводя рукой по своим непривычно коротким волосам. - Да еще и красить… - Ты хочешь, чтобы нас узнали и показывали по всем новостным каналам мира? - спросила Наташа, отбрасывая золотистый локон за спину. - Лично я - нет. И вообще, мне хуже, в парике ужасно жарко, но я ведь терплю. - Могла бы перекраситься - ответил Том, пожимая плечами. - Ну уж нет! - ответила она резко. - Портить волосы я не дам! Похожу пока в парике, а потом все страсти улягутся и можно будет его снять, наконец-то. - Да, об этом я не подумал, - сказал Том, глядя на её причёску. Она нравилась ему и такой, но рыжий шёл ей намного больше. Выбравшись с места ограбления, они отправились в салон красоты, где Наташа заставила его остричь и покрасить волосы, а сама выбрала себе подходящий парик. Том не особенно сопротивлялся, понимая, что она всё равно заставит его сделать так, как решила. С ней никогда не будет просто и уж точно никогда не будет скучно - что-что, а это он уже успел понять. И ему это нравилось. - Наташа, расскажи мне о себе, ведь я, по сути, ничего о тебе не знаю, - попросил Том, глядя ей в глаза. - Там нечего рассказывать, - ответила она, явно пытаясь уйти от ответа. - Я родилась в России, мои родители перебрались в Штаты, где я и выросла. Ходила в школу, потом в колледж. Окончила школу искусств по классу театра. Теперь ищу интересные роли. Всё… Том чувствовал, что это была ложь, и что она просто не хотела ему ничего говорить, но как заставить её действительно рассказать о себе правду, он не знал. Разве обычная девушка, окончившая школу искусств, смогла бы так стрелять? Так быстро, метко и решительно. Ни секунды не медля, ни мгновения не сомневаясь. Ведь она могла промахнуться, попасть в невинного человека, но она будто знала, что этого не произойдёт, и стреляла уверенно и привычно. И даже не в самих выстрелах было дело. Она не легла на пол, как сделали все остальные, испугавшись вооружённых грабителей. Она и не подумала это сделать, вступив с главарём в переговоры. Нет, обычная простая девушка абсолютно точно не могла вести себя так. Туман загадок и тайн окутывал Наташу всё сильнее, и Том совершенно сбился с пути, пытаясь добраться до истины. - А давай закажем пиццу! - предложила вдруг Наташа, меняя тему. - Я ужасно голодная. Ты любишь с тунцом? - Не знаю, - ответил Том. - Наверное… Меньше всего на свете в этот момент его интересовал какой-то там тунец, о котором он не знал ровным счётом ничего. Как и о Наташе. Но она интересовала его больше всего, и он очень хотел узнать все её тайны. - Прекрасно! - сказала она весело. - Значит, закажем пиццу с тунцом и тирамису! Выяснять, что такое это “тирамису”, у Тома не было никакого желания. Он просто кивнул и улыбнулся ей, загадочной девушке, любившей загадочную еду.