Панацея

      Элиас вышел на крыльцо дома подруги и присел на ступеньки. Из-за закрытой двери доносились музыка и звуки возбуждённых голосов. Ему не нравились такие сборища вечно молодых и вечно пьяных. Танцы, алкоголь и совершенно странные, в его понимании, люди с разного рода предложениями. Это не оскорбляло, а вызывало скорее непонимание, загоравшееся под коркой мозга.        Зачем?       Зачем человек, завидев кого-то привлекательного, будь то парень или девушка, откладывает все мысли на задний план и отдаётся желанию обладать этой красотой?        Противно.       Они не умеют ценить красоту, не умеют с ней обращаться должным образом. Она затуманивает разум, не даёт мыслить трезво, околдовывает и привязывает.        Всё это выматывало Элиаса, и он быстро разочаровывался в своём решении сходить куда-то с Кэролайн, его подругой. Она единственная не воспринимала Элиаса как бездушную фарфоровую статуэтку, она видела в нем человека. Да, необычайно притягательного, но такого же живого, со своими переживаниями, недостатками и уникальным характером, с проблемами и привычками. На её глазах не лежала пелена мимолетной влюбленности в обложку.       Но Кэролайн имела отвратительную привычку таскать Элиаса с собой везде, где только хотела побывать сама. Сегодняшний вечер не стал исключением. Кэр уговорила его прийти к ней на вечеринку в честь скорого начала учебного года. Но всё же парень не выдержал атмосферы, царящей в доме, и вышел подышать воздухом.        Усталость от внимания, тяжелого груза непростых решений, которые предстоит сделать совсем скоро, тяготили его.        Элиас прикрыл глаза и подставил лицо навстречу легкому ветерку. Дело близилось к осени, поэтому вечером на улице было прохладно. Но эта прохлада не была противной, мерзкой, прилипающей к телу и сжимающей своими холодными пальцами глотку. Нет, она была даже приятной, ласковой. Прохлада всегда помогала Элиасу мыслить трезво, внушала какую-то уверенность в собственных мыслях.       А подумать было о чем. Впереди последний класс гимназии, самый важный. Но вряд ли он закончит обучение, не видит себя там, за школьной скамьей. Главная причина заключалась в том, что сейчас парень слишком переживает за единственного родственника, который у него был, его деда.       Элиас нахмурился и закусил внутреннюю сторону щеки. Даже в собственной голове не хотелось признавать, что его дедушка, тот, кто растил его все эти годы, такой до боли в груди родной и близкий, слишком не похож на себя в последнее время. Но Элиас подмечал что-то тонкое, неуловимое. Чувство затишья перед чертовой бурей не покидало Элиаса ни на секунду.        Дедушка, на первый взгляд, был всё тот же, со своим поучительно-строгим взглядом, редкими шутками, и от него всё так же веяло чем-то домашним, пахло табаком и свежими газетами. Это всё вызывало чувство того, что Элиас на своём месте, что рядом с дедом он и должен быть, что он единственный во всем мире человек, который любит его просто так.       Просто потому что Элиас есть, находится рядом.       Однако все чаще и чаще в его голосе проскальзывала несвойственные ему грусть и слабость, он уже звенел не так строго. Дедушка все меньше оберегал Элиаса. И много говорил.       Говорил. Говорил. Говорил.        Даже нет.       Наставлял. Будто бы прощался.       Будто бы…       Элиас открыл глаза. Зрачки резко сузились от света фар машины, которая, видимо, подъехала совсем недавно.       Вдох. Глубоко, как в последний раз.       «Все будет в порядке. Ты справишься. Главное не опускать руки и не показывать слабость, верно?»        Элиас кивает сам себе, как бы подтверждая всё, что крутилось в голове, поднимается и снова заходит в дом.        Если это затишье перед бурей, то пусть оно длится хотя бы этот вечер.

***

      Сегодняшний вечер не должен был быть каким-то особенным. Нет ничего более утомляющего, чем работа с бумажками, Ева всегда говорила это. Обычно, когда цифры и договоры ей надоедали, она оставляла все дела на своих подчиненных и с триумфальной улыбкой направлялась к выходу из офисов, громко стуча каблуками. Внизу её уже ждала машина с личным водителем. Ева любила водить сама. Любила ощущать автомобиль, крепко сжимать пальцами руль и чувствовать, как сердце падает куда-то вниз из-за нарастающей скорости.         Но, к сожалению, отец уговорил её хотя бы в «рабочее время» не пугать весь город своими гонками. Так уж вышло, что негоже дочери крупного банкира иметь дурную репутацию. И поэтому из офиса приходилось ездить с водителем.        Девушка помнит, как её братец издевательски проговорил тогда:       «Такая большая девочка, а отец всё ещё вынужден контролировать тебя».       Ева тогда на это только скривила губы в ухмылке и ответила очень просто:       «Ничего не поделать, если я настолько люблю скорость».       Она и сейчас ухмыльнулась, быстро преодолела расстояние от холла офисного здания до выхода и вышла на улицу.        Почти у самых дверей её ждал чёрный автомобиль. Водитель, завидев девушку, тут же вышел и поприветствовал хозяйку.       — Госпожа Герц, добрый вечер, — начал водитель Август, уже не молодой мужчина, с виднеющейся из-под фуражки сединой. Он слегка наклонился при приветствии. — Вы не слишком легко одеты для сегодняшней погоды?        — Не самый добрый, конечно, вечер, Август. И не самый тёплый, однако приходится чем-то жертвовать ради того, чтобы хорошо выглядеть.       — Конечно, Вы правы.       Ева критично окинула взглядом своё отражение в глянцевой поверхности автомобиля. Юбка-карандаш чуть выше колена выгодно подчеркивала стройные ноги, а красные туфли лодочки на тонком каблуке делали их ещё длиннее. Сверху на девушке была шелковая блузка на тонких бретельках. Ева Герц любила и умела красиво одеваться. Она всегда знала, что ей нужно подчеркнуть и чем, чтобы выглядеть превосходно. Ева считала, что внешний вид — залог успеха. Встречают по одежке, верно?        Август открыл перед ней дверь, и Ева поспешила сесть в уютный салон. Дверь с тихим хлопком закрылась, и девушка устремила свой взгляд за окно, подперев подбородок ладонью. Машина тронулась.        Ей хотелось поскорее добраться до дома и там уже выбрать себе развлечение на ближайшую ночь. Скучные и одинокие ночи она не любила, предпочитала находиться в самой гуще событий. Зачастую тех, которые она сама и затевала.       Ухмылка тронула накрашенные губы.        Глаза хитро прищурены.        Девушка никогда не знала, что же закрутится с её легкой руки. Больше, чем наблюдать, ей нравилось играть и выигрывать. Азарт был её вторым именем, если даже не первым.         За окном проплывали городские пейзажи, но с каждой минутой всё медленнее и медленнее, пока и вовсе не застыли на месте.         Девушка расслабленно перевела взгляд на зеркало заднего вида и встретилась глазами с Августом.       — Почему мы встали? — уже слегка раздраженно поинтересовалась Ева.        Август виновато опустил взгляд на руль.       — Пробка, фрау Герц. Какие-то ремонтные работы. Если желаете, мы можем поехать по окраине, так будет даже быстрее, чем через центр.        — Конечно, езжай, — махнула правой рукой и вернулась к созерцанию вида за окном. Ей-то было всё равно, какими путями ехать.       Уже через 10 минут автомобиль въехал в небольшой район. Уютный и милый, с большим количеством зелени и рядами разнообразных домиков и заведений. Поздний вечер разогнал всех обитателей этого местечка по домам, и на улицах было тихо.        По таким райончикам нельзя было ездить быстро, поэтому можно было рассмотреть всё и насладиться местным колоритом.       Ева копалась в телефоне, на автомате листала ленту новостей, когда боковым зрением заметила кого-то на крыльце дома на углу. Почему-то светловолосый парень, подставивший лицо легкому ветерку и прикрывший глаза, привлёк её внимание.        — Притормози здесь, — скомандовала Ева, и приказ тут же был исполнен.        Мужчина без вопросов припарковался.       Ева присмотрелась к незнакомцу, немного опустив стекло.       Пламя интереса и азарта тут же загорелось внутри неё.        Он поражал с первого взгляда. Ева была падка на смазливые личики, но он был не просто смазливым. Он был красивым, правильным, именно его хотелось воспевать в стихах, прозе, картинах и скульптуре.        Светлые русые волосы, чуть отросшие, лежащие в милом беспорядке, обрамляли его печальное уставшее лицо. Лицо было с правильными чертами; аккуратно очерченные скулы и небольшой нос, который был усыпан редкими и чуть заметными веснушками, что их можно было увидеть, только приблизившись к парню в плотную.       Его брови были нахмурены, от чего между ними залегла складка, а пухлые губы плотно сжаты, видимо, парень думал о том, что его тревожило. Глаза незнакомца были прикрыты, и она не могла видеть их цвета, но знала, они так же прекрасны, как и его лицо.        Ева окинула взглядом его тело. Такое гибкое и стройное, какое бывает не у каждой девушки, однако скрытое совсем не подходящей ему одеждой. Из-под закатанных рукавов объемной толстовки, которая немного свисала с одного его плеча, открывая полоску кожи и хрупкие ключицы, выглядывали тонкие предплечья и изящные кисти рук.       «Ненавижу эту моду подростков, совсем бестолково».        Ева фыркнула этой мысли и продолжила разглядывать парня. Он завораживал, притягивал, заводил.       «Так-так, на вид не больше 18».       — Люблю таких.       Кинула взгляд на название улицы и номер дома, чтобы вернуться сюда, и хмыкнула.        Какое удачное стечение обстоятельств. Никогда не знаешь, что приведёт тебя к лакомому кусочку.       Язык скользнул по нижней губе.        Ева закрыла окно и увидела, как парень открывает глаза, удивленно окидывает взглядом машину, смотря будто сквозь неё, кивает сам себе и тут же встаёт, и уверенно заходит в дом.       — Ну что, мышка, поиграем? — прошептала девушка, провожая спину незнакомца пристальным взглядом.

***

       До Логана донёсся уже знакомый стук каблуков. Уверенный шаг его сестры он узнал бы из тысячи, он уверен.       Заранее предполагая, что, как беда не приходит одна, так и Ева не приходит без очередной авантюры, он отложил ноутбук, за которым работал, на журнальный столик и устроился в кресле поудобнее, лениво подперев щеку рукой, а второй сжимая подлокотник, выжидающе постукивая по нему пальцами.        Услышал, как Ева пересекла холл и вошла в гостиную. Кресло стояло спинкой ко входу, поэтому пока что Логан не мог видеть сестру.         Её шаг стал медленнее, она как-то вкрадчиво, как кошка, прошла к камину и встала напротив Логана, скрестив руки под грудью, и вздернула подбородок. Смотрела выжидающе, сверху вниз, хотела, чтобы Логан первый поинтересовался у неё последними новостями из жизни своей сестренки.        Логан окинул взглядом Еву и приподнял бровь.       — Ну и что заставило тебя принять настолько надменный вид?       — Не надменный, а триумфальный, Логан. Нашла кое-кого, кто нам обоим придётся по вкусу, и это будет поистине увлекательно! — с придыханием и немного безумной полуулыбкой сказала девушка.       — Очередная девочка из одного из твоих клубов? Ну уж хватит, слишком низко летаешь, дорогая.        Ева скинула туфли и встала на пушистый белый ковёр, вздохнув с облегчением.       Уперлась руками в подлокотники кресла, поставила колено между ног брата, наклонилась чуть ближе к его лицу. Взгляд стал более игривым, томным, она заискивающе заглянула в глаза Логана.        Черт.       Она слишком близко.        Ева надула губки и прошептала почти в самые губы Логана:       — Ну что же ты так меня недооцениваешь? Даже обидно…        Логан опустил взгляд на приоткрытые губы Евы и было подался вперёд, но порыв её был мимолетным. И, скорее, шантажом, приманкой, а не подлинным желанием.       Эта сука умела играть на слабостях.        Девушка отстранилась и тут же отошла к соседнему креслу, и с чувством собственной маленькой победы опустилась в него.       — Теперь ты хочешь послушать?        О, да, он хотел, особенно хотел поговорить про награду для победителя.       — Ну расскажи, кто же эта девочка, которая тебя так поразила, что ты даже решилась на такие грязные приёмы для моего убеждения? — Логан был предельно заинтересован, и нарастающее возбуждение подогревало интерес к их Игре.       Ева закинула ногу на ногу.        Логан съел это движение глазами.       Она сцепила руки в замок на коленях и заговорила.       — С чего ты взял, что это девушка? — тон Евы был слишком заискивающим.       Логан удивленно вскинул брови и перестал скользить взглядом по фигуре Евы. Посмотрел ей прямо в глаза.       — Парень? Хм, интересно, и чем же он тебя заинтересовал? Мило смотрелся бы на «витрине» твоего клуба?       — Прекращай свой нескончаемый поток сарказма по поводу моих заведений, — начиная раздражаться, прошипела Ева. — Он прекрасен, таких у нас ещё не было, он станет венцом, главным трофеем.       — Интересно, интересно. Девять лет прошло, и ты каждый раз говоришь эту фразу.       — Все по правилам. Думаю, в этот раз, если выиграешь, получишь, что так давно хочешь, — Ева встала с кресла и развернулась в сторону выхода. — Меня.       Девушка подхватила туфли, наклонившись прямо перед Логаном, и двинулась к лестнице, а затем на второй этаж, к своей спальне, хитро улыбаясь.         Логан хмыкнул и постучал тонкими пальцами по подлокотнику, уже предвкушая самую интересную партию их Игры. Ведь если Еву заинтересовал кто-то настолько, что она готова на такие щедрые призы, то этот человек явно не прост.       Жестокие игры, но по другому они не умеют.