Новая игра Селестии

       — К слову о важных обязанностях принцессы, — Твайлайт виновато улыбается. — У меня завтра очень напряжённый день. Сможешь выполнить ещё несколько поручений? Чёрт, надо было понимать, что дело этим и кончится. — Что нужно будет делать? Я хотел заняться бронёй… — отправляю в рот очередной кусок. — Пока не знаю, — ещё одна виноватая улыбка. — Завтра решим, ладно? Киваю, и дальше просто занимаемся едой. Вкусно получилось, кстати.

* * *

Как обычно, просыпаюсь первым, Твайлайт тихонько сопит рядом. Будильник планирует зазвенеть через несколько минут — из всех супер-способностей, которые выдают героям-попаданцам, мне выпала способность просыпаться раньше, чем требуется. Эдакая кнопка «Отложить», только наоборот. Ласковыми прикосновениями пытаюсь разбудить свою любимую. — Эй, красотка с хвостиком, пора вставать! С невнятным мычанием она натягивает одеяло на голову, чтобы закрыться от проникающих через окно солнечных лучей. — Ещё ра-а-ано, — глухо доносится из-под одеяла, — будильник ещё не звенел… — Вставай-вставай, мы совсем не поздно вчера легли, а на сегодня у нас масса планов! Вчера сразу после еды мы закончили создавать героев, потом я отправился на кухню мыть посуду, а Твайлайт застелила постель. Как раз в этот момент опустилось солнце и поднялась луна, и мы тут же забрались под одеяло. — Всего на час раньше… — А сейчас… — поворачиваюсь, чтобы взглянуть на часы, — всего на пять минут раньше! Твайлайт тихонько заржала и прижалась ко мне. — Ла-а-адно, — пробурчала она, — я проснулась, но вставать раньше семи не хочу! — Договорились! …следующие пять минут мы обнимались. Потом зазвенел будильник, и пришлось вылезать из постели. — Завтрак? — спросила Твайлайт, расчёсывая гриву. — Фруктами позавтракаем. А потом сразу за дела. Она задумывается. — Ладно, но обед и ужин готовим нормально. И, пожалуй, стоит сходить за продуктами. — Разумеется. — Погоди… — Ты хочешь мне это поручить? Твайлайт молча кивает, щётка для гривы улетает обратно на полочку возле зеркала. — У меня правда много дел, — извиняющимся тоном произносит она. — Потратила вчерашний день на ерунду… Натягиваю одежду. Да, официальные обязанности. Моя замечательная трудолюбимая принцесса. — Селестия прислала мне поручение: просмотреть старые законы и выделить те, которые надо обновить или отменить. — Законы Понивиля? — Эквестрии, — вздохнула Твайлайт. — Похоже, она таким образом хочет добиться, чтобы я получше разобралась в нашем законодательстве. Я уже просто мечтаю, чтобы она наконец начала прямо говорить, что именно от меня требуется! Оглядываюсь в поисках рубашки и нахожу слегка помятую и запачканную, как ни странно, под кроватью. — Ага, расскажи мне, как такое возможно. Твайлайт открыла было рот, чтобы ответить, и тут до неё дошло — наружу в результате вышел лишь тихий писк. — Прости… — она, с пылающим от смущения лицом, слегка пихнула меня плечом. — Но ты… ты мог просто… — Спросить? Да, надо было. Твайлайт смотрит на меня, и уголки её губ постепенно начинают приподниматься. — И ты можешь. Селестия уже давно не твоя наставница, вы теперь практически равны. Принцесса глубоко вдыхает и медленно выпускает воздух сквозь сжатые губы. — Так и сделаю, — твёрдо говорит она. — Как только мы увидимся на выходных, я тут же и спрошу. Но законами всё равно придётся заниматься. Какие бы цели ни ставила Селестия, законы в любом случае надо обновлять. Она закрывает глаза, снова вдыхает и выдыхает: — Можешь принести в кабинет нарезанные груши и кувшин воды? — Начнёшь прямо сейчас? — Да. Я планирую сесть и заниматься до упора, а потом попробую ещё и тебе помочь, не всё же на тебя переваливать. — Кстати… — Но сначала завтрак. Она снова слегка подталкивает меня — это у пони эквивалент человеческого похлопывания по плечу. — Разумеется. Отправляюсь на кухню, нарезаю на тарелку несколько груш и наполняю кувшин. Стоит, наверное, приготовить ещё и тосты — к счастью, у Твайлайт не будет проблем с заляпыванием книг жирными пальцами. Через пять минут поднимаюсь с подносом в руках и нажатием бедра открываю дверь кабинета. Дверь скрипит — хотя замок новенький, но это место выглядит старым. Из-за магии, наверное. Вдоль стен стоят ряды пыльных книжных шкафов; единственное место, не заставленное книгами — окно, которое сейчас открыто, чтобы впустить хоть немного воздуха. Но под окном и над ним тоже полки с книгами. Книг здесь вроде бы меньше, чем в библиотеке, но только потому, что сами книги больше. Массивные, толстые и объёмистые тома, «серьёзные книги», как их называет Твайлайт, стоят на полках ряд за рядом, заполненные законами, торговыми соглашениями, договорами и чёрт знает чем ещё. — Спасибо, — бормочет Твайлайт, когда я ставлю поднос на стол — единственную поверхность в комнате, не покрытую пылью. Она поднимает взгляд от книги и радостно улыбается: — О, тост! Сажусь напротив неё на маленькую понячью скамеечку — потребовалось, наверное, не меньше минуты, чтобы нормально пристроиться, но у меня получилось. — Так чем я тебе смогу помочь сегодня? — я спрашиваю с невольно возникшим в голосе энтузиазмом — хотя у неё явно много поручений, но это важно, иметь предназначение. Жизненно важно. — Ну, для начала тебе стоит постирать свою одежду, — морщит свой носик при взгляде на мою слегка пыльную рубашку она. — Я думал, тебе нравится запах! — Да, но… — она улыбается мне, потом берёт магией кусочек груши, закидывает себе в рот, разжёвывает и проглатывает, — всё равно надо постирать. Надо. Соглашаюсь кивком. — А потом? — Потом купить продукты, сказать Флаттершай, чтобы сделала себе героя, и вообще рассказать всем друзьям о новой редакции — этого события не было в расписании конвента. Да, разумеется на Земле было бы проще — жаль, что здесь не изобрели сотовые телефоны. Секундочку… Твайлайт же не общалась ни с кем из них с момента завершения игрового вечера у Черили… — Ты уже пригласила их всех на конвент? Принцесса хихикает и качает головой. — Они все готовились с прошлого года. Флаттершай свои костюмы два месяца как закончила. Угу. — Хорошо, я займусь этим, хотя чтобы всех найти, у меня, наверное, уйдёт целый день. Утаскиваю с тарелки Твайлайт пару кусочков груши, пока Твайлайт, не отрывая взгляда от книги, телекинезом забирает то кусочек тоста, то ломтик фрукта. — Я понимаю, ты занята… Твайлайт издаёт вопросительный понячий звук, предлагая мне продолжить. — …но у тебя есть крылья и телепортация. Тебе будет гораздо проще известить друзей, пока я буду делать всё остальное. Она поднимает взгляд и задумчиво чешет подбородок копытцем. — Да, я могу, но… — Но история должна быть с твоей точки зрения! — восклицает Пинки Пай, запрыгивая в окно, выпуская из копытец два капкейка (упавшие точно на тарелку между кусочков груши), проскакивая под столом и останавливаясь у моих ног. — Мы не можем заставлять Твайлайт делать всё в одиночку! Обмениваюсь обалдевшим взглядом с принцессой. — Выкинуть её обратно в окошко? — Выкинуть её обратно в окошко, — подтверждает Твайлайт с уверенным кивком, — высочайшим повелением! — Подожди! — кричит Пинки, когда я хватаю её поперёк туловища. — Я могу помочь тебе! — А в этом есть смысл, — признаёт принцесса, — и я очень занята… Она откусывает кусок от одного капкейка, радостно пискнув от того, что Пинки принесла её любимый сорт. — Ладно, Понки, ты победила. Не знаю, что ты задумала, но ты победила. — Йей, я победила! — радостно вскидывает передние лапки Пинки Пай. Только сначала мне надо постирать немного одежды, иначе мне не в чем будет выйти на улицу. — Но… но… у-у-у… — розовая понька повисает у меня в руках, словно варёная макаронина. — Я знала-знала, что мне надо прихватить с собой одежду! — Знаешь что? Одежде всё равно сохнуть несколько часов, так что может ты сбегаешь в мою хижину и притащишь мне чистую рубашку? Достаю из кармана ключ от двери хижины и даю его в розовые копытца. На её лице отображается замешательство, потом быстро сменяется набор выражений от «йей, смогу посмотреть, что найдётся у Анона в хижине!» до «НО ВЕДЬ ЭТО НЕ ВЕЧЕРИНКА!», в конце концов останавливаясь на смирении. — Оки-доки-локи! — отвечает Пинки Пай. — Я буду готов, как ты вернёшься. Моя попытка поддержать её оказывается излишней — Пинки радостно показывает мне язык. — Если что, я займусь своим героем. Пока не решила, что делать с новым уровнем, а нужно обязательно решить до отъезда на конвент! — Понка радостно выскакивает из комнаты, зажав ключ во рту. — Да, — подмигивает мне Твайлайт, подхватывая со стола лист бумаги и перо, — это было неожиданно. — Воистину. Завтрак быстро завершается в тишине — Твайлайт чересчур занята, чтобы болтать, я ем торопливо. Потом, нежно погладив её по голове на прощание, я удаляюсь, собирая по дороге грязную одежду. Как и планировалось, я постирал всё — включая ту рубашку, что была на мне во время завтрака — и развешивал бельё для просушки, когда снизу раздался характерный стук-грохот. Высовываюсь в окно — да, это Пинки, как обычно со всей дури молотит по двери копытцами. Она принесла явно больше, чем одну рубашку — иначе зачем она нацепила седельные сумки? — ТЫ ЗАПИРАЛА ДВЕРЬ, КОГДА УХОДИЛА? — ору ей из окна. — НЕТ! — кричит она в ответ. — ТОГДА ЗАЙДИ УЖЕ! — Ой… — кобыла оглядывается на прохожих, распахивает дверь и исчезает из моего поля зрения. Чёрт, а ведь когда-нибудь мне точно придётся объясняться со стражей из-за таких шуточек… Торопливо развешиваю оставшееся бельё и спускаюсь вниз, встречая Пинки в игровой комнате. — Ух ты-ы-ы-ы… — она обходит меня кругом, рассматривая мой обнажённый торс. — Ты так классно загорел… Хорошо, что я выбрала тебя! Я ничего не спрашиваю — смысла нет. Впрочем, в одном она права: свежий воздух, физическая активность и вегетарианская диета сотворили чудо с моим пузом. «Кубики» не появились, но поскольку вокруг не с кем сравнивать, то я не расстраиваюсь. — Рубашка? Я начинаю слегка стесняться под её изучающим взглядом. Потом более чем слегка. — Ла-а-адно… — она засовывает нос в одну из сумок и достаёт рубашку. — Спасибо, Панки! Беру рубашку у неё изо рта и надеваю. — Ещё что-нибудь принесла? Она энергично трясёт головой. — А зачем тогда сумки? Пинки вытянулась как раз настолько, чтобы достать лапками до моих плеч, и слегка нагнула меня к себе. — Я не хотела, чтобы кто-нибудь видел, что я несу! — театральным шёпотом произнесла она мне на ухо. Отпустив меня и снова встав на четыре копытца, она добавила: — И потом, нам за покупками надо! Ну круто, наверное. Впрочем, реально круто. Йей. — Итак! — она прыгает вокруг меня. — Твайлайт дала тебе какое-то задание. Чем займёмся? Остановившись, она смотрит на меня с заразительной улыбкой. Реально заразительной. Нургл был бы ею доволен. — Побываем на рынке и поговорим со всеми нашими. — О чё-ё-ё-ём? — наклоняет голову на сторону она. Гым. А я думал, она знает. Уже привык к тому, что она всё знает. — Нони, всё я знать не могу! — хихикает она. — Так что случилось? — Ну… объявлено о выходе шестой редакции Burrows and Basilisks, и все получили приглашение. Она моргает, молча предлагая продолжать. — Каждый должен принести восьмиуровневого героя — думаю, наши герои вполне подойдут. — И-и-и-и? — Пинки слегка пихает меня копытцем. — И мне нужно отдать приглашение Эпплджек… — хорошо, что она напомнила, нахожу листовку и прячу её в карман. Практически забыл ведь. — И ещё-о? — Да всё, в общем-то. — Оу, — Пинки словно сдувается. — Слушай, это же шестая редакция. Должно быть круто же? Пинки поднимает бровь. — Должно быть, Пинки. Должно. Направляюсь вниз по лестнице, Пинки Пай прыгает рядом со мной, восстановив свой энтузиазм, и как минимум дважды пихая меня — нарочно или случайно, не знаю. — Не то чтобы я был против твоей компании, Понка, но тебе что, нечем заняться? Ты сегодня не работаешь? Мы выходим, и я, в отличие от Пинки, запираю за собой дверь. Да, Понивиль мирный и безопасный город, но… Моя принцесса по уши в книге, и случись что, она не заметит, пока не будет поздно. Передёргиваю плечами — моё воображение как по заказу подбрасывает несколько жутеньких картинок возможных происшествий. — Да, у меня сегодня выходной! — радостно отвечает Пинки. — Но не в этом дело. Просто с тобой весело!

* * *

Вот уж не ожидал, что кто-нибудь скажет такое про меня, хотя судя по ширине улыбки Пинки ясно, что она не врёт. О чём я вообще? Разумеется, она не врёт, но не стоит раздуваться от гордости, для неё всё подряд весело. Однако… — А настоящая причина? — Мне нужна помощь, — она опускает голову, грива грустно обвисает. — Может быть, когда мы закончим с твоими делами, ты сможешь помочь мне? Останавливаюсь на полушаге. Это неправильный вопрос, и на него не может быть правильного ответа. — Нет, Понка, давай начнём с твоей проблемы. После всего, что она сделала для меня; после всего, что, как я подозреваю, она сделала, помочь ей — это наименьшее, чем я смогу оплатить ей. Сделаю для неё всё что угодно. Но она качает головой. — Нет, — отвечает Пинки, её грива снова становится более пушистой после моих слов. — Позже. Сейчас мы этим заняться не сможем. — Разумеется, не сейчас. Она недоумённо смотрит на меня. — Я за Твайли ухаживаю. Она фыркает, получив неожиданный ответ. — Глупенький Нонни, — Пинки пихает меня плечом в бедро, — ты абсолютно не в моём вкусе! Принимаю решение не спрашивать, какие у неё в этом отношении вкусы, и просто вежливо хихикаю. Для начала мы направляемся к дому Флаттершай. Без особой причины, просто как-то вышло, что мои ноги и её копытца несут нас именно туда. В чём бы там Пинки ни требовалась помощь, это её явно беспокоит — она не нарушает тяжёлое молчание, либо чересчур погружённая в свои мысли, либо чересчур напуганная перспективой разговора на эту тему. — Мне Твайлайт проговорилась, что ты ей приносила… картинки? — Тебе не дам! — тут же отвечает она. — Даже и не проси. — И не планировал. Просто пытаюсь разговор поддержать. Миниатюрная земнопонька бросает на меня странный взгляд. — Твои костюмы уже готовы? Надеюсь, на эту тему разговор пойдёт живее. — Ага! УРРА! — И кем ты оденешься? — Ну-у-у-у… первый костюм, разумеется, Минт Джулеп, — с гордой улыбкой отвечает она. — Для второго у меня есть заколка с черепом и оранжевые очки… Через несколько шагов она пихнула меня плечом, чтобы снова обратить на себя внимание, и, когда я повернулся, многозначительно подняла бровь. — Ну? Ну? — Хочешь, чтобы я догадался? — Ну, я думала, это будет забавно… — пробурчала она обиженно. — Ещё подсказку дать? Ох блин, она бросает мне вызов? Она думает, что я слабый? — Йоко Литтнер? Она радостно пищит. — А для третьего костюма я позаимствовала у Твайлайт белый лабораторный халат. Это чересчур расплывчатая подсказка, мне в голову приходят полдюжины вариантов. — Не знаю. — Я тоже, — отвечает пони. — Я буду тем, кого захочет увидеть мой собеседник! А как насчёт твоих костюмов? — Рэрити сделает мне костюм Паладина… Пинки Пай кивает — да, она явно ожидала этот вариант. — У меня есть одежда, подходящая для Старого… — …Хендерсона! — едва успеваю выставить руку, чтобы встретить кулаком её копытце, летящее ко мне в торжествующем брохуфе. — А третий? — её глаза сверкают возбуждением. — Помнишь, я пытался сделать силовую броню? — И-и-и-и? — она прикусывает нижнюю губу и с ожиданием смотрит на меня. — Так вот Рэрити советует покрасить её в золотой цвет. — ЭТО! КРУТО! — радостно кричит она, подпрыгивая выше моей головы. — Я смогу тебе помочь! — Что тебя приводит в такой восторг? Даже в золотом варианте, особенно крутым этот костюм не будет. — Я СМОГУ ПОМОЧЬ! — Да что тебя так восхищает-то? Пинки Пай на несколько секунд прекращает танцевать и подпрыгивать, демонстративно задумывается, закатив глаза. — Потому что он есть, — в конце концов отвечает она. — Я вообще удивлена, что они не стали… НЕТ, НЕ СКАЖУ! — Чёрт побери, Понка, ты от меня что-то скрываешь? — Разумеется! — хихикая, отвечает она. — Все ОБОЖАЮТ сюрпризы! — Скрываешь что-то важное? Она замолкает. Несколько минут мы идём в тишине, потом она произносит: — Всё я тебе рассказать не могу, но похоже, что мне придётся теперь делать для себя новый костюм. И она снова замолкает. — Ну хоть намекни! — Э-э-э-э… — Пинки морщит лоб, что-то обдумывая. Высовывает язык, словно это должно помочь. — Ага! — придя к какой-то мысли, она радостно поворачивается ко мне, её глаза снова сверкают от возбуждения. — Смейся, когда убиваешь! [1] Снова застреваю на полушаге. От Пинки я не ожидал услышать это слово. Вообще не ожидал. И уж точно не в этой фразе. Она снова пихает меня плечом, потом ещё, и её улыбка медленно исчезает при виде моего остолбенения. — Я… сказала что-то не то? — неуверенно произнесла она с лёгкой улыбкой. — Я же не собираюсь убивать, я только подумала… — Я не знаю, что ещё будет, но если ты имела в виду то, что я подумал, то тебе вполне подходит. Ну, насколько пони вообще может пойти костюм примарха.[2] — Ты догадался?.. — спросила она с надеждой в голосе. — Если ты не собираешься одеться Джагатай-Ханом [3], тебе стоило бы. — Да-а-а! Значит, кто-то ещё будет в костюме примарха, не она одна. В любом другом случае Пинки не настолько радовалась бы подходящему костюму; такие фокусы лучше всего проворачивать компанией. — Сколько ещё будет таких? — Я знаю о двоих… ой… я хотела сказать… Чего-о-о-о? Игнорирую жалкую попытку прикрыть обмолвку. — Так, у Твай только один костюм, это можно использовать. Может, Малкадора Сигиллита? Сделать серый плащ и посох несложно… Кобыла рядом со мной тихонько простонала что-то. — Думаешь, лучше и её одеть примархом? — Нет, но… — ПРИВЕТ, АНОН! — Рэйнбоу Дэш стремительно слетела с небес, заглушая слова Пинки. Копыто её передней ноги стукнуло по моему кулаку раньше, чем копыта задних ног коснулись земли. — Привет, Пинки Пай, что делаешь? — Чёрт, Дэшка, давно не виделись! — Да всего неделю! — фыркнула пегаска. — Не будь таким сентиментальным! Она хлопнула крыльями и сделала прыжок спиной вперёд, на пару шагов увеличив дистанцию между нами. — Эй, а вы знаете о КРУТОЙ НОВОСТИ? — Ух! — воскликнула Пинки, кидаясь вперёд, чтобы вцепиться в подругу. — Ещё крутые новости? — ДА! — ответила пегаска, пытаясь отцепить от себя вечериночную пони. — На конвенте объявят о выходе шестой редакции! — А… — Пинки Пай отцепилась самостоятельно и, кажется, стекла на землю скучной розовой лужицей. — Эй, да что с вами? — Рэйнбоу слегка потыкала её копытцем. — Разве же это не круто? Вот бы ещё кто-нибудь из нас получил приглашение! — Ну да, это круто, просто мы уже знаем. Пинки Пай кивнула, Рэйнбоу фыркнула в ответ. — Вы могли бы хотя бы продемонстрировать немножко энтузиазма, — пробурчала она. — Я уверена, мы найдём способ там побывать. — Способ есть, но тебя мы возьмём, только если ты согласишься быть в костюме. — Да-да, обещаю и всё такое. Надеюсь, я сумею изобразить Меркьюри Флэйр. — Значит один из костюмов у тебя уже есть. — «Один из»?! — взвыла пегаска. — Что вам ещё надо? — Три дня — три костюма. — Три?! Да я буду считать, что мне повезло, если смогу сделать один! — Ох, ну на вот тебе! — Пинки зарывается носом в сумку, доставая — ух! — остроконечные красные очки. Дэш осторожно берёт очки, тем самым невероятным образом, которым пони могут держать что-то одним копытцем. — Ну-у… они конечно яркие… — Но? — простонала Пинки. — Но к чему они? Пинки делает фейсхуф, в следующую секунду я тоже прикрываю рукой лицо, но уже по другому поводу. Что я собственно ожидал? Гуррен-Лаганн[4] — это фильм из другой вселенной, и совершенно нелогично ожидать, что Рэйнбоу Дэш будет хоть что-то о нём знать. Это просто невероятно. И это добавляет силы моему разочарованию. — Нахер! — рычит Пинки, взмахивая в воздухе передними лапками. — Во вторник вечером, у Твайлайт! ОХРЕНЕТЬ! Пинки Пай умеет ругаться матом! — Я, типа, занята во вторник, — отвечает сквозь сжатые зубы Рэйнбоу, — может пере… — Да точно, ты занята во вторник! — рычит ей в лицо Пинки Пай. — Потому что вечером ты идёшь к Твайлайт в замок смотреть Гуррен-Лаганн, вот чем ты будешь занята! — Ладно, ладно, согласна! — закатывает глаза Рэйнбоу. — В любом случае я хотела зайти, прихватить пару книг по B&B… — Да, кстати! Тебе нужно иметь при себе восьмиуровневого героя… — Знаю! — перебивает меня Дэш. — Для чего ещё я бы вдруг озаботилась поиском рулбуков? — Ты не собираешься использовать Меркьюри Флэйр? — жалобно пищит Пинки Пай таким голосом, словно это на неё только что наорали. — Мне надо поднять её в уровне, — раздражённо отвечает Рэйнбоу Дэш. — Ты же знаешь, у меня есть только основной рулбук. И кроме того, я бы хотела посмотреть, какой герой будет у Анона. — К сожалению, группы будут по пять игроков, — произношу я виноватым тоном. — Мы с Твай будем играть в компании её старшего брата. — Чего? — вцепляется копытцами в собственное лицо Рэйнбоу. — Вот ведь дрянь! С тобой в одной компании и Трикси в другой, нам всем хана! Всё ясно — она узнала о шестой редакции от кого-то из компании Черили. — Вряд ли нам придётся сражаться друг с другом… — Хана! — повторяет Рэйнбоу, хватает Пинки Пай за плечо и принимается её трясти. — Не беспокойся, большая часть уровней моего героя в неписёвых классах. Это не то чтобы успокаивает летунью, но она замолкает, глядя на меня уголком глаза. — Я… мне пора идти домой… — произносит она преувеличенно спокойным голосом, отпуская плечо Пинки. — Почитать кое-что… Рэйнбоу подпрыгивает, со всей силы хлопая крыльями. — ПРО КЛАССЫ NPC? — НЕТ! — орёт она в ответ. Ну да, конечно. — Глупенькая Дэши, — вздыхает стоящая рядом со мной Пинки Пай. — Она же не понимает, что тебе не важна победа над другими игроками… — Думаю, не понимает. Не её стиль игры. — Хитрости торговцев? — спрашивает Пинки, когда мы продолжаем наш путь. — Что? Ты заметила? — Угу! — гордо отвечает она. — Давай я предположу: если каждая из групп будет играть свою роль в общей кампании, ты попытаешься объединить нас в одну огромную команду? — Наверное. Я думал о прошлом моего героя. Не будет чересчур нагло объявить его агентом Профсоюза Приключенцев? — Глупенький Анон, это будет так забавно! — Кстати, Пинки… Я не хотел об этом заговаривать в присутствии Рэйнбоу, но с чего ты вдруг так заговорила? Слегка… неподобающим языком? — С чего это? — ответила она, прыгая вокруг меня. — Я всегда говорю то, что подобает! — Как-то это было… странно, из твоих уст… Я не лицемерю — Пинки Пай это эталон милой волшебной мармеладной лошадки, она не должна даже ЗНАТЬ такие слова! — Мои слова были подобающими! — отрезала Пинки Пай. — Рэйнбоу не смотрела Гуррен-Лаганн! Но… но… — Но ведь это не её вина, что она не смотрит земные фильмы? — Камина[5] не обратил бы на такую мелочь внимания! — ответила Понки. Открыла рот, чтобы добавить что-то ещё, потом покачала головой и промолчала. Тут нечего сказать. Она права. Однако… — Интересно, это я плохо влияю на пони? Твай раньше не материлась, и ты ещё… — Ох, Нонни, это не имеет к тебе отношения, — ответила она со счастливой улыбкой. — Просто сейчас все совсем немно-о-о-ожечко нервные… — Из-за меня? — Эй, где твоё самоуважение? — хихикнув, Пинки толкает меня плечом. — Ты здесь совершенно ни при чём! — Но я беспокоюсь… — Серьёзно! — Пинки Пай обгоняет меня и, резко повернувшись, тычет копытцем мне в грудь. — Включи обратно чувство собственного достоинства. Вот прямо сейчас. Она показывает взглядом — ух, оказывается мы уже пришли и стоим возле коттеджа Флаттершай. А рядом — странно, почему здесь стоит фургончик Трикси? Пинки повторно тычет меня копытцем в грудь, возвращая к себе моё внимание. — Если ты такой вот печальный войдёшь сейчас внутрь, — шепчет она, — у Флаттершай сработает материнский инстинкт. Так что или быстро уверуй, что не все плохие вещи на свете происходят из-за тебя, или хотя бы сделай вид. — Эх, а ведь иногда приятно побыть питомцем… [6] — Я абсолютно согласна. Но мы сейчас заняты, да и она тоже. Чем, интерес… гм. Да, Трикси. Флаттершай сейчас есть о ком заботиться, и я здесь буду лишним. Не знаю, одобряю ли я такое, но ведь же хорошо, когда ты кому-то нужен. Так что, наверное, им это принесёт пользу. Киваю Пинки Пай, и она убирает копытце. — Заходим, сообщаем новости, и сразу же уходим на ферму «Сладкое яблоко». — Оки-доки! — Пинки устремляется вперёд и начинает долбиться в дверь — даже негромко и не чересчур торопливо, ну… по её меркам. Флаттершай, скорее всего, была совсем рядом — она открывает дверь почти в тот же момент, когда я догоняю Пинки. — О, здравствуйте! — приветствует она нас. — Вы здесь из-за… — Из-за ШЕСТОЙ РЕДАКЦИИ! — радостно кричит земнопонька. — Ох, да! — глаза Флаттершай вспыхивают радостью. — Мне Трикси уже рассказала! Пегаска обернулась, заглядывая в комнату, слегка поморщилась и сделала шаг на улицу. — Она хотела, чтобы я присоединилась к её группе, — прошептала Флаттершай, — но… — ТРИКСИ СКАЗАЛА, ЧТО ЭТО ВПОЛНЕ НОРМАЛЬНО! — донёсся из комнаты громкий голос Великой и Могучей, снова заставив желтопоньку поморщиться. — Трикси сказала, что это нормально, если я захочу играть с вами, — с фальшивой улыбкой произнесла она. — У вас ведь тоже есть приглашение? Но если в группе только по пять пони… — Меня можно не считать: я с Твайлайт будем играть в группе её брата. — Угу! — радостно закивала головой Пинки. — Будем только ты, я, Дэш, ЭйДжей и Рэрити! — Ладно тогда, — тихо ответила Флаттершай. Снова оглянувшись, она спросила: — Зайдёте? — Не… — Разумеется! — перебила меня Пинки. — Очень хочется увидеть, над чем ты сейчас работаешь! — Ничего особенного, — ответила пегаска. — Шьём новые костюмы. — Я думала, ты давным-давно всё сделала! — Не для меня, для Трикси. Она не собиралась участвовать, и теперь приходится торопиться. Не знаю как, — на её лице появилось выражение решительности, — но мы обязательно должны успеть. Неохотно делаю шаг — и останавливаюсь в дверях, напоровшись на злой взгляд Трикси. — Ты пришёл поиздеваться над усилиями Трикси, человек? — шипит она, останавливая швейную машинку, на которой работала секунду назад. — Нет, я… — Эй, что у вас там происходит? — Пинки, не желая ждать на улице, начинает энергично протискиваться в дом между моих ног. — Я бы пропустил тебя! — Не хотела тебе мешать! — отвечает моя безумная подружка, продолжая прорываться вперёд и чуть не сбивая меня с ног толчком плеча под колено. В следующую секунду она проскакивает внутрь, словно пробка, вышибленная из бутылки шампанского. Серьёзно. Я не шучу: раздаётся громкий хлопок, как в детском мультфильме, и она внезапно оказывается посреди комнаты. — Ух ты-ы-ы-ы! — восклицает она, подбегая к лежащему на столе голубому платью. — Это чья была идея? — Трикси всё придумала сама, — отвечает Флаттершай с улыбкой. — А я и не знала, что ты умеешь шить, Трикс! Подхожу и, перегнувшись через Пинки, рассматриваю платье. Сделано… амбициозно. Швы длинные и прямые, но местами слегка неровные. Даже мне виден недостаток опыта. — Я и не умею, — бормочет Трикси, выпуская из лапок кусок ткани, повисающий на швейной машинке. — Я вообще не представляю себе, что творю. Единорожка вздыхает, вызывая сочувственный писк у Флаттершай. — Это не так! — отвечает та с воодушевлением. — У тебя получается даже лучше, чем у меня! Пинки пытается пролезть сбоку и посмотреть, что же именно шьёт Трикси. — Даже с твоим странным умением шить? — земнопонька забиралась под стол, чтобы поближе посмотреть на болтающийся верх тормашками ворот недоделанного платья. Флаттершай опускает голову, прикрывая лицо гривой: — Я знаю как, но не всегда могу сшить… У меня копытца… [7] — Но умение Трикси виртуозно манипулировать верёвкой помогает в шитье? — Вот именно! — отвечает Трикси, с недовольной гримасой поднимая недошитое платье за секунду до того, как до него добираются розовые копытца. — Флаттершай знает как шить, но сама не может; я могу шить, но не знаю как. Пинки совершенно не огорчена тем, что от неё спрятали новую игрушку и, оглядевшись, тут же находит поблизости уже готовые наплечники. — Ух, какие крупные самоцветы… — восклицает Пинки, обходя привлёкший её внимание предмет по кругу. — Это же… Это же?.. — «Это же» — что, Понки? — Ну не могу же я всё разболтать, Нони? — хихикает она, вприпрыжку возвращаясь ко мне. Трикси напряжённо следит за её движениями. — Я не стану портить сюрприз, Трикси! — Трикси, ну может хотя бы намекнёшь? — прошу я. — Я обязана? — фыркает она, закатывая глаза. — Нет, ты не обязана, — ласково отвечает Флаттершай, — но будет лучше… — Ладно, Трикси милосердно даст тебе намёк, Анонимус! — высокомерно бурчит единорожка. — Я прекрасная и могущественная колдунья! — Да, я знаю; но никак не могу догадаться, кого же ты собираешься косплеить? …после чего у меня нет сил удержаться от смеха, наблюдая, как на лице замершей с открытым ртом Трикси возникает то самое выражение «я не знаю, что я должна чувствовать». В любом случае, учитывая экспрессивность Великой и Могучей, мне не хочется оказаться поблизости, когда реализуется любой из вариантов: кончит ли Трикси от восторга или разорётся от негодования. — Пойдём, Пинки, нам ещё нескольких пони надо известить! Мы тихонько ускользаем, оставив двух обалдевших пони позади. — Это было грубо! — хихикает Пинки Пай, прыгая рядом со мной по дороге в Понивиль. — Или это было мило? Я сама не уверена! — Я тоже, но ты видела выражение её лица? — О СЕЛЕСТИЯ, ДА! — А тот костюм… он… Пинки оглядывается на меня с обычной широкой улыбкой. — …это шоу… — не знаю, как выразить это словами, но надеюсь, Пинки поймёт, — оригинальное? — Угу! — фыркает в ответ та. — Только с небольшими эквестрийскими изменениями, в основном по части имён. — То есть Трикси изображает… — Лайн Инверс! Интересно… «Лайн» лучше, чем «Лина»? Чем? Чтобы с Луной не путать? — Вполне подходящая героиня! Пинки кивает, поворачивая на дорожку, ведущую влево. — Эй, куда это ты направилась? Ферма Сладкое Яблоко там! — указываю вперёд. — Ты опять пьян, Нонни! Забыл про Рэрити? Да, наобум выбирая последовательность визитов, я совершенно забыл, что Флаттершай и Эпплджек живут в противоположных сторонах от Понивиля. — Разумеется, я не забыл. Я просто… просто… отложил самое лучшее напоследок! — Глупенький Анон, я тебя поймала! — с этими словами она запрыгивает мне на спину. — У тебя припадок чувства собственной важности? — подначил я её. — Мо-о-о-ожет быть! — она опустила голову мне на плечо, так что для тех, кто видел меня спереди, я превратился в эдакого экзотического человеко-понячьего эттина[9]. — А ещё у меня небольшой такой припадок ДЕРЗОСТИ! Углом глаза наблюдаю широченную улыбку на её лице. — Только Рэрити не дерзи, ладно? У неё очень напряжённая неделя выдалась… — Что? Нет-нет, друзьям я не дерзю! — Но… ты же дружишь со всем городом… — Да… — жалобно простонала она. — И как теперь мне дерзить? По дороге мы болтали об аниме, я выяснял, что существует здесь, а что нет. Мне почему-то не приходило в голову поинтересоваться этим раньше, возможно, потому что телевизоры здесь совсем не распространены. Я их видел… пожалуй, два. Кинопроекторы более распространены, но с удивительным равнодушием пони к технике, куда больше внимания привлекали театры и книги. Многие из моих излюбленных фильмов отсутствовали: здесь были Trigun и Cowboy Bebop, но не было Fist of the North Star. Был Slayers, не было Berserk. Была Scrapped Princess, но не Gunslinger Girl. В общем, в основном было «лёгкое аниме», хотя я чуть не уронил Пинки от неожиданности, когда она назвала Cowboy Bebop «лёгким». И, о да, Capitan Tylor. — Я так давно мечтала показать его Твайлайт! — восклицала Пинки, её задние лапки возбуждённо колотили меня по бокам. — Может, ты убедишь её посмотреть? — Попробую, Пинки, попробую. — Ещё что-нибудь будем сравнивать? — жадно спросила она. — Ну, мы отправляемся на игровой конвент… а всё, во что я играл здесь, было ролевыми играми. — И-и-и-и? — Как тут с варгеймами[10]? Я слышал что-то про игру под названием «Warpony», и всё… Наверняка она как-то связана с теми, что я знал на земле, но вот с какой из? Warhammer? Warmachine? Warpath? Warzone? Игровые компании только начали выпускать что-то более-менее качественное, и тут меня утащили в другой мир. Начинается золотой век варгейминга, а я его не увижу… — Ну, нормальный жанр, пожалуй, — Пинки пожала плечами, я почувствовал это спиной. — Сейчас вроде бы самая популярная — Hyperspace Hyperwars… — А ты какую предпочитаешь? — Ни одна из них недостаточно прикольная! Н-да, а что я ожидал? Это Пинки Пай. — Они все такие «АРРРР, МЫ ДОЛЖНЫ СРАЖАТЬСЯ СО ЗЛОМ, ОЙ НЕТ, МЫ И ЕСТЬ ЗЛО!» — издевательски прорычала она. — И, кроме того, ты можешь себе представить МЕНЯ, сидящей и терпеливо разрисовывающей миниатюры? Пинки хихикнула мне на ухо. Ну а что? Зато честно! — Может, тебе карты нравятся? Земнопонька изображает плевок. Нет, судя по продолжительности звука, это скорее ритуальное оплёвывание. — Рпг и настольные игры — это одно, — произносит она после этого, — а карты — совсем другое. Мне неинтересно, не тот уровень случайности. — Жалко. В поезде на Кантерлот не будет достаточно места, чтобы развернуть настольную игру, и не хватит времени для ролевой. А у Черили есть «Карты против Эквестрии» [11] — О, такое я обожаю! — Ни секунды не сомневался! Понивильские домики уступают место бульварам и шатрам — мы приближаемся к бутику Карусель. — И почему ты раньше обо всём этом не спрашивал? — прижимается Пинки ко мне усилием всех четырёх лапок. — Просто аж не верится! Хороший вопрос, кстати. Я был в затянувшемся шоке от попадания в другой мир? Был занят попытками устроить свою жизнь? Или… боялся разочароваться? — Я думал, что не имеет смысла спрашивать о том, чего нет. — Как это «нет»? — Пинки забралась мне на плечо и теперь заглядывает мне в лицо. — Я точно знаю, что Hyperspace Hyperwars и Триган существуют! — Да, но я-то этого не знал! — Вот поэтому тебе и следовало спросить, Нонни! — печально протянула моя подружка. — Я думала, что ты счастлив без них! — Ох, Понки… — закидываю руки за спину и перетаскиваю пони себе на грудь — она радостно пищит. — Я счастлив и без аниме и игр, но с ними — веселее! — Здорово! — Пинки Пай подмигивает мне, потом выворачивается из рук и спрыгивает на землю, устремляясь ко входу в Карусель. — Веселье — это весело! — Знаешь, проигрыш иногда — тоже. Ошарашенная Пинки делает кувырок назад, когда её голова и вслед за ней передние ноги резко поворачиваются ко мне, а задние ноги продолжают бежать вперёд. — Я не по… ой, да! — произносит она, лёжа на спине. — Да, проиграть тоже бывает весело! Она прыжком встаёт на копытца, а я тем временем подхожу к двери и тяну за ручку. Дверь лишь слегка вздрагивает. Заперто? Почему? Судя по горящему свету внутри, Рэрити у себя. И по времени ещё рано закрывать бутик. К ней пришёл важный клиент? Пока я тормозил в нерешительности — постучать или уйти и вернуться позже, сначала посетив Эпплджек — Пинки решила вопрос по-своему. Она обрушилась на дверь с энергией ростовщика, вышибающего из клиента застарелый долг. — РЭРИТИ! — орала земнопонька в промежутках между ударами по двери. — РЭРИТИ, ТЫ ДОМА? Я попытался было придержать её, но она с лёгкостью избегала моих рук. — Понка, она может быть занята! — Мы не отнимем у неё много времени! — Пинки снова начала сокрушать дверь, и когда та внезапно распахнулась, совершила безумный, физически невозможный пируэт, чтобы не упасть. — ЧТО ТАКОЕ? — закричала высунувшаяся из дверей Свити Белль. — Чего тебе? Что не смогла сделать дверь, смог осуществить крик кобылки: внезапно замершая Пинки шлёпнулась на попку там, где стояла. — Нам просто поговорить с Рэрити. Она дома? Я опускаюсь на колени, чтобы моя голова оказалась примерно на одном уровне с лицом Свити Белль. Кобылочка смотрит на меня с удивлением, явно колеблясь. — Я знаю, что твоя сестра сейчас сильно занята, но нам правда нужно всего несколько минут. — Не знаю… — Свити опускает голову и царапает пол копытцем. — Она просила не беспокоить её… — Она занята с клиентом? — Нет, она… она… — маленькая единорожка скривила рот, быстро взглянула куда-то налево. — Если она так занята, может быть ты сможешь передать… — Она в задней комнате, где косплейные наряды, — резко ответила Свити Белль. — Знаешь где? — Да, она один раз приводила ме… — Ну и иди туда! — перебила меня единорожка. — На тебя у неё время найдётся! Меня что, только что приревновали? — Иди без меня пока, — внезапно заявляет Пинки Пай. — Я тут кое-что пушистое заметила… Ладно, пускай она отвлекается на клубок шерсти или во что там ей захочется поиграть, мне есть чем заняться, и я направляюсь к «косплейной комнате». Дверь плотно закрыта, я останавливаюсь и прислушиваюсь. Свити Белль сказала, что клиентов там нет, но на всякий случай… Лучше задержаться на минуту, чем испортить Рэрити репутацию. Возможно, в своём явно обиженном состоянии Свити Белль могла просто не заметить кого-нибудь? Впрочем, за дверью тишина, моя паранойя успокаивается, я стучу в дверь и открываю её. — Рэрити? Можно, я… оп… Рэрити явно только что начала надевать облегающий латексный костюм: её задние ноги от копытец до верха бёдер туго обтянуты блестящим материалом, попка с приподнятым хвостом пока открыта. — Очень откровенный у тебя костюм… Кто-нибудь, подарите мне тормоз для языка, он у меня постоянно опережает мозги… Рэрити стремительно краснеет, изо рта доносится тихий-тихий писк. Не просто жалобный, а такой специальный «Рэрити_в_шоке»-писк. Моя Твайлайт способна в таких обстоятельствах прикрывать лицо крыльями; к сожалению, крылообразная конструкция из ткани и проволоки, привязанная к спине Рэрити, не способна ей помочь. — СВИТИ БЕЛЛЬ! — вопит единорожка, её тон повышается с каждым слогом. — ЭТО… — Рэрити глубоко, с широко открытым ртом, вдыхает. Кажется, это последний шанс закрыть уши пальцами. — НЕДОПУСТИМО! Не успел. Всё, наверное, я теперь оглох навсегда. — СВИТИ БЕЛЛЬ, МАРШ В СВОЮ КОМНАТУ! СЕЙЧАС ЖЕ! Боже, она способна орать ещё громче… — Объяснись! — рычит опасно низким тоном мастерица. Ух ты, я оказывается не оглох! Она делает шаг в мою сторону, костюм блестящей бесформенной тряпкой тянется по полу за ней. — Я… э-э-э-э… Пощады? — Ты смеешь просить пощады?! — единорожка встаёт на дыбы, с громким стуком впечатывая копытца в пол. — После того… — Это для клиента? Если я её отвлеку, может она меня не затопчет? Рэрити опускает голову и отворачивается: — Если я отвечу «да», ты поверишь? — Обязательно сделаю вид. Она размышляет над моим предложением, стягивая с себя костюм. Когда освобождается второе копытце, единорожка заметно расслабляется, словно быть голышом ей комфортнее, чем полуодетой. Впрочем, это наверняка именно так и есть, для пони — включая Рэрити — ходить без одежды абсолютно нормально. — К слову, выглядело вполне приятно. — Я даже не успела его надеть! — фыркает она, но в голосе слышны одновременно гнев и гордость. Единорожка бросает на меня взгляд — искренне ли я говорю, и похоже приходит к выводу, что да. Хотя сам костюм я почти не видел, крылья выглядят великолепно, проникающий через полупрозрачную ткань свет окрашивает пол разноцветными тенями. — Я практически готов поверить, что это не для тебя; выглядит несколько… — Откровенно? — угрюмо предполагает Рэрити, расстёгивая пряжки на ремешках, удерживающих на её спине крылья. — Пожалуй, да. — Я не знаю, что из себя представляют конвенты у тебя дома, но у нас это шанс для… — единорожка не закончила фразу, отвлёкшись на укладывание крыльев, при этом избегая моего взгляда. Словно бы она боится, что я увижу её лицо… или же хочет, чтобы я увидел другое… нет, остановитесь, мысли, в том направлении обитает ересь. — Шанс побыть кем-то другим? — Я хотела сказать «выйти за границы комфорта», — неохотно призналась она, — но твой вариант тоже подойдёт. Она, наконец-то, повернулась ко мне лицом, ещё слегка розоватым от смущения. — Это случайно не означает, что другие твои костюмы такие же… отвязные? Рэрити встряхивает гривой. — Увидишь в своё время, если сумеешь избавиться от привычки заходить в комнату к дамам, когда они переодеваются. — А в случае Твайлайт? Впрочем, если считать «подглядывание за одевающимися кобылами» за хобби, то это будет несколько лучше, чем «устраивать драки с принцессами»; в любом случае, мужчине нужно какое-нибудь хобби… Рэрити улыбается и подносит к лицу согнутую лапку, чтобы скрыть смешок. — Ну, пожалуй… Звук захлопывающейся двери прерывает её фразу. — Хоть бы не то, о чём я сейчас думаю… — рычит единорожка, отталкивая меня в сторону и направляясь к двери. — Свити Белль? Лучше бы тебе сейчас оказаться в своей комнате! — Она не могла знать, что ты окажешься полуодетой! Не злись на неё так, это я виноват, что… — Это случайно не ты утащил её в новом платье шляться прошлой ночью по городу? — сердито ответила кобыла, не оглядываясь на меня. — Потому что если ты, тогда да, это твоя вина, и я обязательно расскажу об этом Твайлайт! Ну что же, вот объяснение словам Свити Белль о том, что у Рэрити найдётся время для меня. Для меня найдётся, а для младшей сестры — нет, я правильно догадался… Наверное, именно так это должна воспринимать маленькая кобылочка. — Ты чересчур сурова. — Прости, Анон, — проворчала Рэрити, — этот гнев не подобает настоящей леди… — Не обо мне речь. Рэрити словно споткнулась, услышав мои слова, и повернулась в мою сторону. Её лицо, к моему удивлению, было не разозлённым — напуганным. — Ты не понимаешь! — простонала она. — Отправиться гулять в платье единожды — я вполне понимаю, хотя и не одобряю; её подружки не смогут прийти на прослушивание, так что показать им платье — понятное желание. Мы выходим в холл — Свити Белль нигде не видно. И Пинки Пай тоже. — СВИТИ БЕЛЛЬ! ТЫ… — Рэрити словно сдулась. — Ой, в чём дело? — Хочешь, я сбегаю на второй этаж и… — Не заморачивайся, — пробурчала она. — Похоже, она намеренно всё портит. У нас всего несколько дней до прослушивания, и если она порвёт платье, я не успею привести его в порядок. — Может, она пошла без него? Кобыла вздыхает, поднимая на меня усталый взгляд, и слабо улыбается. Я тут же понимаю, что мои слова не развеселили её, а улыбка — это умиление моей наивностью. — У меня ещё дюжина недоделанных платьев, — грустно произнесла Рэрити, — ни одно из них не важно настолько, как её, но нельзя подводить клиентов. — Ты успеешь закончить до… — Нет, — бесстрастно отвечает она. — Мы со Свити Белль до начала конвента пробудем в Кантерлоте, уезжаем завтра, и я возьму работу с собой. Рэрити, похоже, загоняет себя насмерть. Точно ли ей это необходимо? — Может, Свити Белль просто не хочет на это прослушивание? — Я спрашивала себя… — ответила единорожка. — Я даже её спрашивала, это был бы отказ от единственного шанса в жизни, но… Но это её жизнь. — …но она сказала, что её единственное желание — стать звездой. Тупой Анон… Зачем, зачем я им это сказал? «Стремитесь выше», ага… Это всё моя вина: и измученная Рэрити, и распавшийся клуб Меткоискательниц… Поганый мой болтливый язык, почему ты всё портишь? Рэрити снова вздыхает, бросая на дверь злобный взгляд — словно дверь виновата в том, что её младшая сестра убежала гулять. Она вяло поворачивается, чтобы продолжить работу. — Так не может продолжаться, — тихо стонет она. — Надо более сурово наказать её… — Погоди… Надень тот латексный костюм и повтори эту фразу ещё раз! Ох трижды трахнутый мой язык… Рэрити громко фыркает, чуть не споткнувшись от неожиданности. — Не вынуждай меня наказывать ещё и тебя! — резко отвечает она, вытянувшись. — А разве тебе не потребуется разрешение от Твайлайт? — Я… я… НЕТ! — её глаза широко распахнулись, пожалуй, в первый раз за всё время моего визита. — Нет, я не стану… — её глаза бегают из стороны в сторону. — Знай, я не утверждаю, что стала бы, но да, главная кобыла табуна, как правило… Блин, и как у меня это получается, задавать дурацкие вопросы, на которые у пони находятся серьёзные ответы? — Но я не могу, — слегка неуверенно продолжила она, — поскольку это устаревшие обычаи, которым нет места в современной Эквестрии. С опущенной головой, она медленно пошла в глубину магазина. — Мне надо работать, — устало произнесла она, — так что если ты пришёл исключительно чтобы подразнить меня, сейчас у меня нет на это времени. — На самом деле я пришёл, чтобы сообщить тебе про Burrows and Basilisks; они объявят о выходе шестой редакции во время КантерКона. Рэрити кивнула, то ли не услышав, то ли не осознав моих слов. — Мы с Твай получили приглашения на мероприятие, все три дня… — Это как-то пересекается с косплеем? Так она на самом деле и услышала, и поняла! — Не знаю… не уверен… Она вздыхает, ещё ниже опуская голову. — Что мне потребуется делать? — Иметь при себе… — Это можно сделать во время КантерКона? — Да. — Тогда это проблема будущей меня, — она двинулась дальше запинающимся шагом. — Слушай, может тебе можно помочь? Может, Флаттершай… — Флаттершай не сможет помочь мне, я не имею права просить её бросить подопечных и на неделю присоединиться ко мне в Кантерлоте, — вяло ответила Рэрити, повернувшись в мою сторону ровно настолько, чтобы видеть меня углом глаза. — Мне нравится идея, но некоторые тяготы следует выносить самостоятельно. — Если никто здесь не может тебе помочь, тогда, возможно, кто-нибудь из твоих друзей в Кантерлоте? В глазах Рэрити что-то сверкнуло. Надежда? — Пожалуй, это возможно, — неохотно признал она. — Если Коко окажется не занята… — Вот видишь? Пока живёшь, надеешься! — И как ты с удовольствием повторяешь, надежда — это первый шаг к разочарованию, — резко ответила Рэрити, отворачиваясь. — Иди уже, тебе наверняка есть ещё кого посетить, а мне надо работать. Но её голос, впервые за вечер, стал уверенным и радостным. — Конечно, Зефирка. Удачи тебе! Дверь захлопывается за мной, глухо стукнув об косяк. Пинки Пай не видно. Вот она, цена слов о том, что со мной весело. Очень надеюсь, что в её компании Свити Белль будет защищена от неприятностей… Разумеется, если они ушли вместе. Я шагаю в сторону фермы, наедине со своими мыслями. Это нездорово, просто-таки жаль, что не взял с собой какую-нибудь книгу. Может быть… Охлопываю многочисленные карманы куртки — нет, я не захватил с собой ничего читабельного. Пфе. С другой стороны, вокруг меня Понивиль, место, где обязательно что-нибудь случается, чтобы мне вдруг не стало скучно. Вот-вот, в любую секунду, появится таинственный Коричневый Жеребец. Ну, вот-вот, в любую секунду, вот прямо сейчас, ещё несколько шагов… Ну хотя бы ожидание таинственных событий несколько развлекло меня, и я добрался до фермы совершенно неожиданно, сначала зайдя в ворота и только потом заметив, что уже пришёл. — Привет, Нон, — голос Биг Мака вывел меня из замутнённого состояния. — Ты в порядке? Здоровенный жеребец валяется на спине под деревом, изо рта торчит травинка. — Я в порядке, а ты? — Агась… Он перекатывается и через секунду уже стоит на копытах, передёргивая плечами. — Ну, хва валяться, дела ждут… ты к ЭйДжей? — Агась. — По поводу ваших забавных игрулек? — Не издевайся, боффер![12] Здоровяк ехидно усмехнулся и бросил через плечо: — Она в доме, помогает Грэнни готовить обед. Передай им там, что я скоро буду, как перетащу ещё телегу… — Лады! Через пару минут я уже возле дома, ещё через минуту — возле кухонной двери. Стучу, и на этот раз дожидаюсь ответа. Мне не хочется повторения ситуации с Рэрити; кто знает, чем пони могут заниматься на кухне и насколько будут смущены моим появлением? Поправка: кто знает, чем пони могут заниматься на кухне ВМЕСТЕ С БАБУШКОЙ? Так что на всякий случай я подожду. Ох мои мозги… для отмывания грязи с одежды есть стиральный порошок; каким порошком отмыть грязные фантазии с мозгов? Минута ожидания — нет ответа. Стучу ещё раз — всё равно тишина. Ну и ладно. Аккуратно открываю дверь… она СКРИ-И-И-ИПИТ… — Эпплблум, ТЫ? — Извини, ЭйДжей, всего лишь я. Эпплджек заглядывает в кухню и хмурится. Она всё время хмурится… — Эй, я стучал, честное слово! — Да слыхала я, занята была, — Эпплджек фыркает и начинает оглядываться, словно ожидая что Эпплблум вдруг выскочит из кухонного шкафа. — Ты мою сестру по пути не видел? — Нет, к сожалению. Я хотел… — И куда эта малявка убежала?! — ворчливо произнесла кобыла. — Ладно, появится когда появится. Чё ты хотел? — О шестой редакции слышала уже? — Для Warpony? Канеш, и очень надеюсь, что они исправили… — Для Burrows and Basilisks. — Да ты гонишь… Лезу в карман, достаю сложенную листовку и показываю земнопоньке. — Не-а, вот сама прочитай, если мне не веришь. — Верю, канеш… — тем не менее она берёт у меня из рук листовку и начинает читать. — И что, все остальные уже знают? — Ага. Боюсь, ты последняя. Она хочет вернуть листовку, но я отвожу руку. — Твайлайт хотела, чтобы приглашение осталось у тебя. — А что, она не поедет? — опасливо поинтересовалась Эпплджек. — Или не захотела играть с нами, простаками? Такая мысль не приходила мне в голову. Ну, лучше бы организаторам найти реально хорошего мастера для нашей группы, а не то… — Не-а, просто группы планируются по пять пони, и Твай не захотела никого выпихивать. Так что мы в другой компании, а ты — лучший вариант для того, чтобы удержать эту. Эпплджек кивает и прячет приглашение. Она всегда первая вступится за друзей, если кто-то скажет о них что-либо нехорошее; но даже она согласна, что заниматься поездкой действительно лучше ей. Или Рэрити, но та занята… — А как насчёт тебя? Получается, тебя и выпихнули? — Мы будем играть с её братом. — Ох, старина Шайни. Как он там? — Нормально. Ну, я надеюсь. На самом деле я, разумеется, ничего о нём не знаю… кстати — «Шайни»? — Ты, похоже, хорошо с ним знакома? Мне стоит узнать побольше о семье Твайлайт — ну, типа «знай своего врага» и всё такое. А то я несколько раз общался с Кейденс, а Шайнинга только видел издали. — Он брат Твайлайт и мой друг, — заявила яблочная пони. — Мы практически одна семья! ДА! НАЧАТЬ СБОР РАЗВЕДДАННЫХ! — Значит… — Но сама я видела его всего пару раз, — обломила меня Эпплджек. — Так, просто пообщались… Вот чёрт… — Кстати… ты на обед останешься? — Ты всерьёз или из вежливости? — Разумеется всерьёз, — с ухмылкой ответила она, — не предложить было бы невежливо! И вот как это понимать? Она всерьёз или… Впрочем, достаточно одного взгляда на её ухмылку, ширине которой может мимолётно позавидовать Пинки Пай, чтобы прийти к выводу: она меня поимела. — Спасибо, ЭйДжей, но мне надо к Твайлайт. Селестия навалила на неё гору заданий, она так закопалась в книги, что не вспомнит о еде, если ей в рот не положить. Эпплджек кивнула — она не раз видела, что творится с Твайлайт, когда у неё есть и работа, и книги. — Я и так уже чересчур долго отсутствую. Ох, как было бы хорошо, если бы здесь были распространены телефоны… — Мы поставили себе телефон на прошлой неделе! — Мою ненависть к тебе просто не передать словами… — Ты бы в любом случае сюда пришёл, чтобы передать мне приглашение, — ухмыльнувшись, ответила Эпплджек. — Или… ты бы пришла в замок? — У меня есть работа, — ответила земнопони, нахмурившись. — Надо помочь Биг Маку с уборкой картошки, я бы не смогла отправиться в замок, даже если бы ты вдруг позвал. Так что я тут ещё немало побегаю, прежде чем начать собираться на КантерКон! Да, конечно. Всё правильно. Здесь в округе есть только одно существо, которому некуда девать свободное время. — Угу, пожалуй, ты права. Я не подумал… Пойду, пожалуй. Кстати. Вспомнил. — И да, Биг Мак просил передать, что он вскоре придёт обедать, вот только дотащит ещё один груз. Но серьёзно, картофель? — Яблони не плодоносят круглый год; чем-то надо кормить Понивиль? — Слушай, а что ты думаешь о грушах? — Эт ересь, Анон, — прорычала она, отступая на шаг, — и лучше бы тебе держать свой поганый рот захлопнутым, если твои зубы тебе ещё дороги. Отступаю, выставляя руки перед собой: — ЭйДжей, я просто спросил! Только спросил! — Ну, ладно, пока что… — Вота они, Эпплджек! На кухне появляется Грэнни Смит, балансируя банкой на макушке. — Я долго искала, но нашла в глубине кладовки! — прокричала она, наклоняя голову и позволяя банке соскользнуть на стол. — Это последние груши, так что лопай, пока есть! — Груши? ЭйДжей, как интере-е-есно… — Врать я не способна! — ответила Эпплджек, снова улыбаясь улыбкой, позаимствованной у Пинки Пай. — Но нести хрень умею ничуть не хуже любого другого фермера! Почувствуй разницу! — А я-то тебе доверял… Ах… Никогда, больше никогда… Грэнни Смит осторожно шагнула вперёд, искоса рассматривая меня. — Эй, Грэнни, ты же помнишь Анонимуса? — робко улыбаясь, спросила Эпплджек. — Канешна помню! Поганый минотавр из тех, что вечно устраивают бардак на кухне и срут прямо на стол! Пшёл! Пшёл! — и она вяло ткнула в мою сторону своими ходунками. — Да никто на наш стол сегодня не срал! — И на этой ноте я откланиваюсь! — я отступил, оставляя между собой и пожилой пони достаточно места, чтобы ходунки никого не зацепили, и распахнул дверь. — У этого поганого минотавра даже рогов нет! Я торопливо захлопнул дверь за собой. Не то чтобы я опасался Гренни Смит, я скорее боялся за неё саму, в попытках отлупить меня она могла пораниться. — Ха, видела как этот парень сбежал? — услышал я её голос — опа, рядом же открытое окно! — Этот глупый человек решил, что я всерьёз! — Пообещай мне, что не будешь больше себя так вести! — голос Эпплджек с каждым словом становился громче, и под конец фразы она высунула голову из окна и подмигнула мне. — Он теперь будет бежать до самого города без остановки! — Правда? — шепчу я. Эпплджек кивнула. — Ты мне когда-нибудь обязательно объяснишь! Она снова кивнула, потом захлопнула окно. И я отправился обратно в город, по дороге миновав Биг Мака, тащившего за собой телегу с горой картошки. И правда, картошка — а я на какую-то секунду подумал, что и это была Фирменная Эппловская Хрень. — Не остался на обед? — Не-а, надо Твайлайт кормить. — Всего неделя, и уже подкаблучник… — Пошёл нахрен, боффер! Он лишь фыркнул в ответ. У меня ещё ни разу не получилось по-настоящему зацепить его — у здоровяка запас терпения как у трёх буддистских монахов. Впрочем, может это и к лучшему? Если он полезет в драку, мне придётся совсем погано где-то к середине второй секунды. — Слушай, я хотел спросить… Картошка? — Надо же что-то запасать на зиму? — Но… ведь это не яблоки! — Кто сказал? — тут же ответил он. — Не веришь — спроси у своей принцессы! — Я… э-э-э… ладно. Он гонит хрень! Точно, хрень! Наклонив голову на прощание, Биг Мак покатил свой груз, оставив меня стоять в обалдении посреди дороги. Он сам-то в это верит? В бофферы, несомненно, идут… особые люди, и он тоже, точно, особый. Медленный такой… — Кстати, Анон! — голос Биг Мака оторвал меня от этой странной цепочки умозаключений. — Мы выращиваем картошку! Да, медленный. — Не поверишь, я заметил! — А что можно сделать из картошки? Ну очень медленный. — Пюре? — Ну, ты делай пюре, — он хихикнул. — А я делаю самогонку. Но он мой самый лучший друг. Рассмеявшись, мы направляемся каждый своей дорогой — он в сторону жилого дома, я — на рынок за свежими продуктами для обеда. Свежие продукты. В родном мире я не представлял себе, что такое свежие продукты. Ближайшая к моему дому ферма находилась, наверное, в сотне миль. Разумеется, были фермерские рынки, дорогущие магазины с «органической едой», но меня это всё не интересовало. Вот «Читос» и «Маунтин Дью»… Свежей считалась еда, которая не была порезана на аккуратные ломтики и упакована в коробочки, которые так просто разогревать в микроволновке. Подхожу к одному из прилавков и покупаю зелёный лук — на луковицах засохшая земля; они были выкопаны, скорее всего, сегодняшним утром. Беру ещё пару мелочей, плачу фермеру и иду к соседнему прилавку. Всё происходит быстро, я не разыскиваю что-то определённое, просто хватаю то, что привлекло взгляд. У меня есть шикарная способность… гм… говорить неподходящие слова в неподходящий момент, да… но вторая шикарная способность — приготовить приемлемого качества еду из любых продуктов. А на кухне у Твайлайт сейчас пусто, покупать нужно практически всё. У меня уже по две полные сумки в каждой руке, их вес вплотную приближается к «эй, а как я это домой дотащу?», а ходить на рынок дважды — это не по-мужски! Я начинаю постепенно выбираться с рынка. Ну вот ещё пару прилавков осмотрю… Та-а-ак… Овощи, коренья, вот эти штуки, которые типа фрукты, но на самом деле нифига не фрукты, потому что сырыми их не едят. Соседний прилавок — груши, персики, ОФИГЕТЬ! КИВИ! В ЭКВЕСТРИИ ЕСТЬ КИВИ! Спасибо, Господи, за то, что здесь есть эти пушистые растительные яйца, мне аж захотелось взять одно, ласково погладить и прижать к щеке… но я не стал. Просто не хочется устраивать клоунаду на потеху толпе. И вообще, не настолько я и люблю киви… Дело в неожиданности. Я так давно не видел их, что сделал вывод о том, что их здесь вообще нет. Так что куплю-ка я парочку, просто новизны ради. Этот мир с каждым днём всё больше напоминает мне дом, я замечаю всё больше деталей, которые роднят его с Землёй. Я уже даже не мечтаю вернуться, но периодически вдруг замечаю мелочи, с которыми простился навсегда… а они тут, прямо под носом. Аниме. Киви. Здесь, разумеется, есть то, о чём в моём родном мире я мог только мечтать. Например, меня любят. Если мне представится возможность вернуться, захочу ли я? Если мне придётся вернуться, смогу ли я жить как прежде? Сваливаю купленные фрукты в сумку и, не удержавшись, незаметно глажу киви. Погружённый в странные мысли, я предоставляю ногам самостоятельно выбирать дорогу в сторону замка Твайлайт… и через несколько минут сталкиваюсь с каким-то довольно массивным жеребцом. — Ох, чёрт… Извините… ЭТО ВЫ?! — Я?! — восклицает коричневый жеребец. — Нет, это вы! — При чём здесь я?! — Не знаю! — Гм… ну и ладно. Закрываю глаза, глубоко вдыхаю, задерживаю в себе воздух, медленно выдыхаю. Осторожно открываю один глаз… Чёрт, он ещё здесь. Впрочем, выглядит удивлённым и смущённым. — С вами всё в порядке? — он осторожно прикасается копытом к моей ноге. — Вы здоровы? А то как-то очень странно выглядите сейчас. Или вы так выглядите всегда? — Нет, просто у меня уже вырабатывается рефлекторная реакция на встречи с вами. — После единственного раза? — У вас проблемы с головой, которую вы забыли дома. Мы встречались пять раз. Шесть, если это вы оставили Берри Пинч ту книгу. — Нет, я абсолютно уверен, что моя голова со мной, — ответил жеребец, морща лоб. — Впрочем, всякое случается. Иногда… О нет, опять… — Если я куплю вам брецель, вы мне сможете кое-что объяснить? — делаю жест в сторону лотка неподалёку; скорее всего это тот самый лоток, возле которого мы однажды общались, вряд ли в Понивиле их много. — Так вот как они называются! — он посмотрел на меня с интересом. — Я не знал… Пахнет вкусно! — Но вы говорили… а, ладно. Это просто коричневый, мужской, менее смешной вариант Пинки Пай. А может, он просто говнюк. Жеребец последовал за мной к лотку, где я купил два брецеля. Хотел взять третий, для Твайлайт, но потом подумал, что пока донесу — он остынет, а хуже остывшего брецеля нет абсолютно ничего. Даже изнасилование в зад чем-то лучше. Даже Лира. Кинул один брецель незнакомцу, тот осторожно его обнюхал, укусил и издал счастливые понячьи звуки. — Так, а теперь вы объясните мне? — Объяснить что? — Почему вы так боялись за жеребят? — За каких жеребят? В этой ситуации необходимо делать жест «рукалицо», но у меня в одной руке недоеденный брецель, в другой четыре тяжеленные сумки с продуктами, так что не судьба. — Чёрт побери, вы так и будете утверждать, что ничего не знаете?! — О нет, никогда. Я знаю множество вещей, — ответил он, прожевав очередной кусок. — Просто к данному делу они не относятся. Делаю глубокий вдох, потом выдох. — Ну например… можете ли вы сказать, есть ли ещё в Эквестрии люди, кроме меня? — А с чего вдруг вы это спрашиваете именно у меня? — вопросом на вопрос ответил тот. — Наверное, вы здесь несчастливы и одиноки? Я знаю, каково быть одиноким, это совсем невесело. Но люди? — Я спрашиваю потому, что два дня назад вы в разговоре со мной сказали «люди»! Словно не раз имели дело с людьми! — Я… сказал? — он явно удивлён. — Не может быть… — То есть других людей нет? — Не могу сказать! — отрезал он. — Есть то, в что я не вмешиваюсь! — Не вмешиваетесь? А какого чёрта вы делаете прямо сейчас?! — Жую брецель! — ответил жеребец с ехидной ухмылкой, продемонстрировав мне половину кренделя. — Вы не представляете себе, как же я хочу стереть эту ухмылку с вашего лица, НО У МЕНЯ РУКИ ЗАНЯТЫ ЕДОЙ, КОТОРУЮ Я НЕСУ ДЛЯ СВОЕЙ ЛЮБИМОЙ КОБЫЛЫ! Мой злобный вопль привлёк немало осуждающих взглядов от прохожих. — Как же быстро вы, люди, поддаётесь гневу… — он печально покачал головой. — Каждый раз, когда у меня возникает надежда, вы сразу же… сразу же… становитесь собой! — То есть вы раньше имели дело с людьми! Со вздохом он отворачивается. — Я сожалею, — произнёс он тихо, — но ничего не могу поделать, пока вы все проблемы решаете при помощи насилия. — Но вы же знаете, что это не так! Вы сами видели, как я разобрался с Арианой! — Нет ещё, не видел, — ответил он, закидывая в рот последний кусочек брецеля. — У меня что-то с памятью. Когда, вы говорили, это было? — Два. Дня. Назад! — Тогда… до встречи! — и он вдруг рванул в ближайший переулок, мгновенно пропав из вида. Нет, я не прав — этот козёл куда хуже, чем Пинки Пай. Её шуточки хотя бы смешные. Со вздохом дожёвываю свой брецель и снова направляюсь к замку. Я что, действительно надеялся, что он скажет что-то полезное? Сам дурак.