Твоя душа

Я не могу говорить. Я могу только чувствовать

(с) Курт Кобейн

Тин медленно брёл куда-то. На родной Таиланд уже отпускался вечер, даже первые звёздочки поглядывали на небосводе. Луны видно не было, похоже, сегодня их ждёт безлунная ночь. Занятия давным давно закончились. Машину международник оставил возле своей квартиры, успел переодеться и сейчас, даже к собственному удивлению, решил прогуляться. Пешком. "Прислушайся к своему сердцу. Оно даст прекрасный совет. " - чётко помнил он слова Пита. А что если сердце и само бросается из крайности в крайность? То оно полыхает от такой ненависти к Кану, то в нем загорается огонёк какой-то странной безграничной любви и желание сделать Кана только своим, чтобы он улыбался Тину такой же яркой улыбкой как старшим. Юноша поморщился от воспоминания об этом. Неожиданно мимо Тина пронеслось что-то или кто-то, и он остановился, словно вкопанный, пытаясь понять, что только что произошло. Придя в себя, международник огляделся, пытаясь найти того, кто так безалаберно нарушил его спокойствие, но вместо того, чтобы увидеть, он услышал голос. - Гуччи, беги сюда! - радостно воскликнул голос, до боли знакомый кстати, а затем послышалось радостное тявканье. Сердце Тина пропустило несколько ударов, таких сильных, что они эхом отозвались в ушах. Он поморщился, а затем направился в сторону, откуда раздавался голос. Издали он увидел стоящего почти на дороге Кана, и радостно бегающего вокруг него пса. Инженерешка улыбался, играя с Гуччи и бегая от него, пес, в свою очередь, гнался за ним, а затем за штанину дёргал на себя, а его хозяин от души смеялся. Ледяная душа Принца МК будто просыпалась после продолжительного сна. Вновь хотелось улыбаться и просто чувствовать, видеть подобную картину изо дня в день. Он даже не заметил, как невольно уголки губ дрогнули в лёгкой полуулыбке. Неожиданно в повороте сверкнул свет, Кан не успел отскочить подальше, даже не смотря на то, что Гуччи потянул своего хозяина за штанину. Скрипнули колёса, прозвучал гудок, однако это не помогло. Тин резко дёрнулся и со всех ног побежал в сторону дороги. Он отогнал Гуччи и аккуратно взял на руки Кана, как можно быстрее набирая номер знакомого врача. Кан всё ещё дышал да и жив был, однако дыхание его было прерывистым. Руки Тина слегка намокли, на рукавах белой рубашки выступили алые пятна. Кровь. В душе Принца всё перевернулось, сердце глухо забилось в груди, а на глазах выступили слёзы. Он боялся, очень боялся прямо сейчас потерять любимого человека, человека, что стал ему так дорог, человека, что оживил его душу. Спустя пару минут приехали врачи, они забрали Кана и Тина, который никак не мог отлипнуть от мальчишки на руках. По щекам текли слёзы, и международнику совершенно было плевать, что его слезы видят другие.