Чёрный рынок.
16 марта 2019 г., 20:12
На главную площадь города въехала богато украшенная карета. Люди вокруг тут же шумно зашушукались, узнав фамильный герб графов Винтер на тёмной дверце кареты.
Кучер грубо прикрикнул на чёрных, как ночь, лошадей, и те покорно остановились, громко и недовольно стуча копытами.
Дверь кареты приоткрылась, из неё выпрыгнул маленький паренёк с русыми волосами и в коричневых одеждах. Он распахнул дверцу шире и в почтении застыл, как статуя.
Из кареты показался молодой граф. Благодарно кивнув, он выпрямился и, немного прищурившись, посмотрел на солнце, которое сияло, как огромный алмаз на голубом небосклоне.
— Ситха, подай мне цилиндр, — приказал Виктор парнишке.
Тот, быстро поклонившись, вытащил из кареты чёрный головной убор с тёмно-синей лентой и подал его графу, в почтении поклонившись.
Виктор надел цилиндр и, ещё раз кивнув парнишке, гордо и неторопливо, зашагал в сторону книжной лавки.
Девушки, увидев графа, начинали прихорашиваться, а иногда нарочно останавливались прямо перед ним, чтобы в низком реверансе, выразить своё почтение. Виктор лишь усмехался, но вежливо отвечал на поклоны, иногда приподнимая шляпу, а иногда и целуя руки дамам.
Граф был красив и богат, но холоден ко всему, что происходило вокруг.
Единственной его страстью были книги. Чувствовать твёрдость обложек под подушечками своих пальцев, вдыхать запах, пожелтевших от старости, страниц… Лишь это оживляло графа и лишь за это, он готов был заплатить любые деньги.
Заметив толпу в дальнем конце ярмарки, Виктор остановился и, указав элегантной тростью в ту сторону, спросил:
— Ситха, что там происходит?
Слуга с неохотой отвлёкся от созерцания пышных форм продавщицы цветов и быстро проговорил:
— Так это… там чёрный рынок приехал. Девки, небось, налетели и любовные зелья раскупают.
Граф кивнул и задумался: «Чёрный рынок… Может, и я там что-нибудь интересное найду? Например, древний манускрипт по грифонам…»
— Идём, — проговорил Виктор и уверенно зашагал в сторону входа на рынок.
Слуга испуганно вздрогнул при виде того, что открылось внутри. Но Виктор был невозмутим. Его не удивила глубокая сумеречная темнота на чёрном рынке. Не удивили графа ни страшные оборотни в серебряных клетках, ни полуобнажённые девушки-сирены, танцующие на камнях в центре площади, ни даже огромный дракон, пожирающий куски мяса с ужасным рыком и отвратительным хрустом на глазах у толпы.
Граф спокойно ходил по рынку, и лишь его взгляд быстро бегал по различным лавкам в поисках нужной.
За большой клеткой с лисами, он увидел красный шатер книжной лавки. Быстро подойдя, граф тихо ахнул, увидев великолепие книг на прилавке. Они переливаясь, сияли разными цветами, что говорило об их силе.
— Желаете что-нибудь приобрести, Ваше Сиятельство? — спросил, возникший словно из ниоткуда, крупный мужичок с тёмными хитрыми глазами и реденькой рыжей бородкой.
— Да, пожалуй, — задумчиво протянул Виктор, теряясь в таком выборе. «Всё куплю, вот точно», — удовлетворённо подумал граф, ласково проводя рукой в белоснежной перчатке по обложке одной из книг. Вдруг, его взгляд наткнулся на странную железную клетку у левой стены шатра.
— Что там? — спросил Виктор, быстро подходя к клетке. Темнота чёрного рынка не позволяла разглядеть, что внутри клетки, но всё же, если очень сильно приглядеться, там виднелись очертания человека. Он сидел возле самых прутьев грязный, со спутанными прядями сальных волос, и с большими, сияющими в темноте, янтарными глазами.
— О, это ангел. Почти всю его родню убили ради перьев или отправили на шахты, а его пожалели. Мордочка, видите ли, хороша. Ну и отдали его в бордель, откуда он сбежал после всего того, что с ним делали. А потом его поймали, крылья подрезали и отдали мне на продажу. Им такой строптивый не нужен…
Мужчина ещё что-то говорил, но Виктор уже не слушал. Он смотрел на сжавшегося от страха ангела, который тихо дрожал в клетке. Что-то дрогнуло в сердце ледяного графа, когда парень посмотрел на него глазами, полными отчаяния и боли.
— Сколько вы хотите за него? — спросил Виктор, кивая на ангела.
Продавец засмеялся, думая, что он шутит. Зачем ему такой полудохлик? Но увидев, что граф вполне серьёзен, продавец смутился и произнёс:
— Десять тысяч золотых, — и он ваш.
Граф кивнул. Цена была для него вполне приемлемой.
— Ладно, беру, — ответил он.
Продавец подошёл к клетке и вдруг в его голове забегали мыслишки. Чёрные глаза хитро прищурились и он, немного покачав головой, проговорил:
— Ох, я оговорился, прошу прощения. Я хотел сказать… пятнадцать тысяч.
Граф усмехнулся:
— Оговорился. Ну ничего, с кем не бывает? Договорились, — ответил Виктор уже с раздражением в голосе.
— Ваше Сиятельство! Такие деньги! — тихо воскликнул Ситха за спиной у графа. Но тут же замолчал под строгим взглядом хозяина.
— Двадцать тысяч, — наглел продавец.
Глаза графа опасно сверкнули, но он, сжав свою трость, проговорил:
— Двадцать тысяч за ангела и за все твои книги. И по рукам.
Мужчина хмуро кивнул. Он был немного недоволен тем, что граф скупает все книги, но такие деньги всё покроют.
— Отнеси книги к карете. Я подойду попозже, — приказал Виктор слуге, и тот, взяв в руки огромную стопку толстых фолиантов, медленно побрёл к выходу. Граф, тем временем, получил от продавца ключ от ошейника на шее ангела, сдерживающего его силу.
Кинув в клетку странный шарик, который усыпил ангела, ударившись об его тело, продавец, как безвольную куклу, вытащил парня из клетки и передал графу.
— Может вам это… клетку ещё дать? — уже не зная как выслужиться, проговорил мужчина.
Виктор, без тени отвращения, осторожно взял грязного, почти невесомого, ангела на руки, и отрицательно покачал головой. Торговец огорчённо вздохнул.
— Ну-с… а деньги? — спросил он.
Граф кинул ему в руки свою трость и продавец шокировано пошатнулся: она была инкрустирована множеством драгоценных камней, стоящих по двадцать тысяч каждый.
Исполненный благодарности, продавец всунул графу бесплатно пару дорогих амулетов, украшений и одно засушенное чучело серебристой белки.
***
Сидя в карете со спящим ангелом на коленях, граф задумчиво посматривал то на него, то в окно, на быстро приближающийся замок…
