Клан Хизуру

      После возвращения Киёми древности, Микаса действительно три дня строила из себя образцовую подчиненную, когда Леви лишний раз смотрел в её сторону, но потом она поняла, что капитан все равно ей ничего не сделает. Однажды она его чуть не зарезала и то отделалась всего лишь наказанием для вида, а теперь тем более. Микаса тут же направилась в кабинет Ханджи и постучалась в дверь. После соблюдения всех формальностей, она изложила во всех подробностях полученную информацию со стороны Киёми и со стороны Леви. Как и ожидала девушка, командор очень заинтересовалась старыми руинами, существование которых им ещё предстоит проверить. Для человечества это был редчайший шанс узнать правду о том, что было так давно именно подлинно, а не исковеркано так, как угодно власти. Правда женщина была слегка удивлена, что первоначально Хизуру обратились именно к Микасе, а не к ней, хотя именно у неё есть все средства и права для проведения операции.       — Может, они боятся, здесь им некому доверять, поэтому в первую очередь они нашли именно меня.       — Скорее, они надеялись на то, что ты обладаешь какой-то важной информацией, не думаю, что они хотели привлекать всю разведку. В любом случае у нас теперь есть две большие проблемы: как преподнести этим людям, что нам можно доверять, а следовательно поделиться всей полученной за это время информацией, и втрое, самое сложное, уговорить Леви принять участие во всём этом, я уверена, что его мнение по этому поводу будет поменять крайне сложно, а, если учитывать и его характер, то это невозможно.       — Но эти знания нам необходимы! Почему, если есть шанс их получить, мы должны отказаться?       — Я могу понять Леви. Он уже действительно устал от всех этих людей, так теперь ещё из-за них же он должен снова поставить на риск всё. Не волнуйся, я сейчас же поговорю с ним, только скажи ему об этом.       — Так точно!       Через десять минут Леви буквально ворвался в кабинет. Чихал он на все правила, когда знал, что для данного человека их соблюдать совсем не обязательно и, развалившись на диване в своей излюбленной позе, показал всем свои видом, что готов выслушать женщину.       — Леви, я позвала тебя для того, чтобы обсудить один важный момент, связанный с пребыванием наших гостей.       — Решила, наконец, вразумить голосу разума и послушать меня? Если будет нужно, я лично перережу глотку каждому из них, мы не знаем, что эти узкоглазые тараканы могли узнать.       — Леви!       — Я говорю про то, что решит нашу проблему довольно быстро. И не надо на меня так смотреть, если тебе так их жаль отрежу только язык. Обещаю быть аккуратным, они даже не пискнут.       — У них есть достаточно выгодные предложения, так что мы не должны отказываться от таких выгодных партнеров и ты сам должен это понимать.       — Они вынюхивают информацию за нашей спиной. Возможно, пытаются завербовать наших же ребят, сначала они растлят народ, а затем, когда быть уязвимее уже некуда, нападут. Давай уже сюда то, что ты хотела мне сказать, итак уже засиделся.       — Ты тут только пару минут.       — Вот именно. Мне ещё нужно вытрясти желание вступать в разведотряд нескольким десяткам безмозглых тупиц, хотя это тоже самое. А я торчу здесь и выслушиваю бесполезные морали, которые с радостью бы засунул куда подальше.       — Леви, я знаю о планах Хизуру и считаю, что мы должны поддержать эту инициативу. Ты нам тоже будешь очень нужен… — женщина не сводила с Леви глаз, полные уверенности. Так когда-то на него смотрел и Эрвин Смит, но она, конечно, не он и наступать на те же грабли, мужчина не будет.       Леви сорвался с дивана и за считанные секунды преодолел расстояние между данным предметом интерьера и столом. Он был в бешенстве.       — Я лично сегодня сверну шею Аккерман. Но это тебя не касается, а вот это касается: я не позволю своему отряду рвать свои задницы и, в том числе жизни, ради каких-то узкоглазых меркантильных эгоистов. Тебе мало опыта с подвалом? С лесом или революцией? Мы потеряли сотни жизней! Мы потеряли Эрвина! И теперь ты снова хочешь испытать все это заново, а заодно окунуть с это дерьмо и ребят?       — Когда Эрвин был жив, ты следовал за его мечтой. Так что же изменилось сейчас?       — Хотя бы то, что тело Смита гниёт под каменной плитой. Его желание не осуществилось, а полученные знания образовали новые и более грандиозные проблемы. Ханджи, ладно Микаса, она может и многое повидала, но всё же, в силу своего возраста, ей можно манипулировать, но ТЫ!       — Это пойдёт на пользу нашему народу. Эти люди не могли быть подвержены действию координаты, они могли сохранить для потомков пережитые поколениями дни.       — И что нам это даст? Опять вляпаемся в никуда?! Хрен знает что там настроено, что там может ждать! В гробу я видал эти знания и эту экспедицию.       — А если там есть чертежи? Особое орудие массового поражения? Способ манипуляции целыми народами?       — Ага, и фонтан, выплескивающий золото ежесекундно. Нет! На этом точка.       Леви уже собирался уходить, как Ханджи все же его остановила.       — Тогда отдай мне Микасу, если тебе так дорог твой отряд и их жизни, то «пожертвуй» одной ради всех. Я соберу других людей, а ты останешься в крепости за главного.       — Аккерман я тебе не отдам. Её жизнь под моим особым контролем и помрёт она сегодня от моей руки.       — Если отдашь Микасу, я выполню твою давнюю просьбу.       На мгновение капитан задумался, но тут же вернул свой прежний уверенный вид.       — Аккерман останется здесь, будет нужно, закажу стальную цепь и посажу её в своём кабинете в кандалах.       — Когда тебя стала настолько сильно волновать жизнь твоих подчиненных? Раньше ты говорил, что умирают лишь слабаки и это все называется естественным отбором. А сейчас грызёшься за Микасу чуть ли не на насмерть. Или я что-то не знаю о тебе?       — Ты будешь первой на ком я отточу свой навык по обрезанию языка. Столь идиотской мысли от тебя я точно не ожидал. Ты знаешь силу Аккерман, они действительно стоит тысячи. И вот какого хрена я должен подставлять под угрозу жизнь данного бойца в интересах других людей? — у Леви уже начал дергаться глаз.       — Не заставляй меня отдавать тебе приказ.       — Только это тебе и остаётся. Но после этого не рассчитывай на то, что я буду тебя поддерживать. Если твои мозги отсохли из-за общения с так называемой элитой, то я не собираюсь в этом принимать участие.       — Тогда я приказываю тебе и твоему отряду начать подготовку к экспедиции за стены. Мы приложим все средства и усилия для того, чтобы достичь поставленной цели.       — Сегодня, очкастая, ты растеряла все хорошее отношение к тебе с моей стороны. Я оглашу твоё решение сегодня на ужине.       — Изволь.       Леви хотел ещё что-то добавить, но влетевший член задолбавшего в край клана, прервал его мысль и он поспешил удалиться на поиски жертвы.       Капитан ворвался в спальню Микасы и Саши. Последняя, от резкого звука двери, подпрыгнула на кровати и автоматически закрыла рот рукой, рефлекс выработанный с годами, а Микаса тут же вскочила, готовясь к обороне, но, увидев пришедшего, тут же расслабилась. Зря.       — Блаус, если ты хочешь остаться здоровой, то быстро вышла из комнаты, иначе последствия будут крайне неприятными!       Саше два раза повторять не надо, за считанные секунды след девушки простыл и Леви остался наедине с подчиненной.       Щёлкнул замок и теперь им уж точно никто не помещает. Микаса не спешит спрашивать о цели визита, Леви не начинает разговор. Они так и смотрели друг на друга. Уверенный взгляд девушки начал тут же раздражать мужчину. Оценив все возможные повреждения, он, используя свою скорость, он хотел нанести Микасе неожиданный удар, но девушка успела уклониться, но, не рассчитав силу, не удержала равновесие и тут же упала на кровать. Для Леви это стало своеобразным подарком и он тут же сел на неё, обездвиживая. Для Микасы это было унизительно, она попыталась вырваться, но каждое движение приносило очень сильную боль, от чего её попытки тут же сошли на нет. Мужчина был несколько раз сильнее и она не была дурой, что бы это не признать.       — Если ты не понимаешь нормального языка, то будем с тобой говорить языком силы в более грубой форме. — прошипел Леви.       Девушка по прежнему испытывала сильную боль, но гордость не давала ей произнести и звука, она лишь закусила губу, да так что оттуда начала просачиваться кровь и смотрела ему в глаза с явным вызов.       — Я устал тратить на тебя свою энергию. Я предельно чётко тебе сказал, что нужно остановится, что мы не будем плясать под дудку этих людей, в результате сегодня мне приходится отстаивать своё мнение и перед Зои. Я, черт тебя дери, забочусь о всех вас. Стараюсь лишний раз не подвергать опасности, ради бесполезной затеи. — он решил отпустить её, но девушка тут же воспользовалась полученной возможностью и уже сам Леви был под ней, чего явно не ожидал.       — Хочешь дополнительное наказание? Немедленно встань с меня! — он метал в девушку невидимые молнии, но та и не моргнула даже, наслаждаясь его беспомощностью перед ней.       — А теперь вы послушаете меня. — медленно и вкрадчиво начала отвечать девушка на его грубость.       Леви заметил капельки крови, которые уже были готовы украсить его белоснежную рубашку, ситуация начала превращаться в истязание. Он решил немного переждать, чтобы девушку ослепило её превосходством и нанести свой фирменный «грязный удар», которым он частенько пользовался, когда ещё был в подземном городе.       — Хизуру — мой единственный шанс узнать что-то о моей семье. Я буду бороться до последнего, чтобы получить эту возможность, если будет нужно, я сделаю всё, чтобы Вас на моём пути не было. Ваши угрозы уже давно на меня не действуют, да и вообще никогда не действовали. Я хочу лучше себя понимать и без этих людей у меня ничего не выйдет.       Капитан почувствовал, что всё готово и девушка тут же свалилась с кровати, ударившись об пол, но на её удивление за этим ничего не последовало. Мужчина сел на ближайший стул. Он расстегнул первые пуговицы своей рубашки и дотянулся до ручки от окна, чтобы впустить в комнату воздух, Микаса тем временем пыталась привести себя в порядок.       — Хочешь умереть так и не вкусив полноценной жизни? — поправляя свои волосы, спросил Леви.       — Я не погибну, капитан. И мне не нужен наш отряд, чтобы достигнуть цели. Каёми нужна только я, поэтому только я и отправлюсь туда. Это моя прихоть, а значит отвечать за неё должна только я.       — Ты слишком ценный член отряда, чтобы подвергать тебя такой опасности.       — Вы только что обращались со мной так, будто я им не являюсь, капитан.       — Дисциплинарная практика всегда полезна. В конце концов с тобой все в полнейшем порядке.       — Нужно открыть дверь, иначе слухи могут расползтись…       — Тебя это так волнует?       — Скорее вам репутацию подорвёт.       — С чего бы тебе заботиться о моей репутации?       — Ну вы же позаботились обо мне тогда, почему бы не отплатить вам за это?       — Это был эгоистичный порыв, Аккерман, на тебя мне было все равно, если тебе от этого будет легче.       — Знаю… — девушка отперла дверь и, повернувшись, встретилась взглядом с капитаном.       — Можно задать Вам всего один вопрос?       — Можно. — Леви был крайне заинтересован.       — Почему мы можем разговаривать как нормальные люди только после того, как вы приложите меня к чему-нибудь?       От этих слов Леви не смог сдержать улыбки, мысленно подтверждая слова починенной.       — Это было всего один раз, да и для такой как ты демонстрация превосходящей силы является особенно важной.       — Я просто хочу защитить всех тех, кто мне дорог. Вот и всё.       — Тогда тебе не нужно идти с ними, Микаса. — более тихим голосом произнёс Леви, изучая чуть заметные шрамы на её руках.       От его пристального взгляда, Микаса тут же попыталась спрятать руки в рукава рубашки.       — У тебя руки настоящего воина, Микаса, но подумай хотя бы о том, что желала бы твоя мать. Не думаю, что она бы одобрила твоё решение. — он решил надавить на то же место, где уже продолжительное время давила Киёми.       — Мамы здесь нет и никогда не будет. Командор согласилась, поэтому я готова снова ринуться в бой уже ради себя самой. Разве не мы должны доказать этим людям, что наша сила духа может всё?       — А зачем нам что-то доказывать? Тем более им?       — Потому что… Потому что это наша история, нам не нужно делиться этими знаниями.       — А если снова будет гром?       — Вы снова расскажете мне сказку о птице…