Blue Flame Pain

      Юнги сидит за большим столом, который был накрыт разной едой. В основном подавалась именно та еда, которую любит именно альфа, по совместительству хозяин дома. Омега, как уважающий мужа супруг, ждал его возвращения и не начинал трапезничать, хотя желудок уже напоминал о себе и просил хоть что-то в себя засунуть. Наконец омега заметил, как слуги подсуетились, а значит их господин вернулся. И Юнги не ошибся, буквально через пару минут во главенстве уже сидел старик, не иначе. После того, как у Чонджу умер его отец, он стал вдвойне работать, терять деньги, людей, стал просто неуправляемым, когда тот злился. А из-за стресса волосы его посидели, морщины стали чётче прорисовываться, уголки губ вообще опустились, делая Вона ещё страшнее и угрюмее. —Вы хотя бы пожалели себя и дали отдохнуть себе.Так можно и потухнуть,— недолго разглядывая мужа своего, произнёс Юнги, уткнувшись в тарелку. —Мы теряем большие деньги, отдых сейчас не кстати, мой дорогой,— совсем беззлобно ответил мужчина. —Есть кое-что важнее, чем деньги,— Юнги засунул мясо в рот, заставив себя замолчать. Чувствовать взгляд усталых глаз на себе неприятно. Омега жуёт медленно, будто наслаждается, но на самом деле только время убивает и мысленно просит о том, чтобы на него прекратили так смотреть. —Благодаря этим деньгам, ты сейчас живёшь и ни в чём не нуждаешься. Каждый может тебе позавидовать,— Юнги молчит, всё также жуёт, даёт продолжать альфе,—И всё-таки, я дам себе отдохнуть, но с пользой. На свет взошла молодая, но уже прибыльная компания. Генеральный директор в честь своей компании устраивает званый вечер, будут все верхушки нашей страны и не только, нас тоже позвали,— самодовольно улыбнулся Вон и погладил по щеке омегу, заставив юношу посмотреть на себя,—Ты сможешь увидеть своего отца, а я похвастаться главным своим украшением, так что ты должен выглядеть на все сто. Сможешь? —Ради Вас смогу на все двести,— улыбнулся Юнги, заставив альфу самодовольно усмехнуться и позволив поцеловать себя, в это же время сжимая очень сильно вилку в своих руках.

***

—Директор Чон, мистер Мин дал ответ,— омега с милым личиком зашёл в кабинет ген.директора, где сидели двое альф, один читал договора, другой печатал что-то на компьютере. —Чимин, сколько раз я говорил тебе, чтобы ты сначала стучался в дверь, а потом только заходил? — всё также не отрываясь от своего дела, поинтересовался Чонгук. В ответ молчание и молодого альфу это напрягало, поэтому он наконец-то отвлёкся от своей работы и взглянул на неопытного секретаря, который смотрел на свои ботинки, явно стыдясь, что вновь забыл указания своего босса. Чонгук посмотрел искоса на Намджуна - альфа будто целиком погрузился в изучение договоров,— Это было моё последнее предупреждение, а дальше будем вычитать из твоей зарплаты. —Хорошо,— кивнул омега, чуть улыбнувшись. —Так что там на счёт Мин? —Он с радостью принял приглашение. Другие сначала думали, отвечали неуверенно, а мистер Мин, как услышал Ваше имя, так сразу согласился,— альфа удовлетворительно кивнул. —А..Мистер Вон Чонджу? Что он сказал? —Первый звонок был неудачным, даже накричал на меня, хотя ничего такого не сделал. Но вот недавно перезвонил нам и дал ответ. Он согласился. —А его супруг? Он ничего не говорил про него? — с каким-то придыханием произнёс Чон, поддавшись вперёд. —Ох, я забыл уточнить. Извините, пожалуйста! — сразу замешкался омега, кланяясь,— Я сейчас же могу перезвонить мистеру Вону и поинтересоваться,— только хотел омега покинуть кабинет, развернувшись, как услышал неприятный скрежещущий звук от ножек кресла об паркет. Чимин, не скрывая свой испуг, обернулся на альфу. —Стоять! — крикнул Чонгук, вцепившись взглядом в омегу,—Не стоит,— уже более спокойнее,— У мистера Вона много дел наверняка, не дело его каждый раз отвлекать. Тем более, мест будет предостаточно в ресторане. Занимайся уже другими делами. Свободен,— омега только кивнул и тихо закрыл дверь в кабинет.       Как только дверь закрылась, Чонгук будто тяжёлым грузом упал на своё кресло. —Ты так хочешь увидеть его? — Чон сразу перевёл взгляд на своего старого друга, который теперь являлся его правой рукой в компании. Но вопрос Намджуна был успешно проигнорирован,— Ты сильно изменился, Чон. Даже Техён нового тебя не выдержал. Не думаю, что и Юнги будет рад видеть такого тебя и.. —И что? — перебил Кима Чонгук,— Всё это делалось лишь для него. Для него одного. И ты сейчас мне предлагаешь остановиться? Нужно раньше было об этом говорить, потому что делать шаг назад - это проигрыш. Тем более сейчас у меня будет большая власть и всех остальных компаний на рынке придушу, а если захочу - уничтожу. —Помнится мне, что Юнги как раз на таком жениться не хотел,— в кабинете повисло молчание. Намджун, вновь не дождавшись ответа, предупредил, что пошёл на обед и покинул комнату. —Но благодаря большому влиянию, я смогу забрать его под своё крыло,— прошептал в пустоту Чон.

***

      Юнги заранее отказался от помощи слуг в макияже, подборе одежды и украшении, но один слуга всё же помогал омеге и это был Сокджин, который подметил для себя, что омега совсем не весел. —Вы наконец-то выходите в люди, почему Вы так угрюмы? — поинтересовался Ким, помогая сделать укладку волос омеге. Юнги, который до этого красил глаз подводкой, вздохнул тяжело. —Не знаю. Что-то на сердце не спокойно. Представляю, как на меня взгляды устремлены, как и в день моей свадьбы, как осуждают, как говорят, что я мерзкое существо, будто бы сам хотел себе такую судьбу. Да и отца я не видел уже долго. Два года прошло с нашей последней встречи, будто в прошлое возвращаюсь,— тихо говорил юноша, надеясь, что больше их никто не услышит. Сокджин не находил слова, поддерживать и окутывать омегу бессмысленными словами, которые могут усугубить положение. —А когда Вы осчастливите господина Вона своим положением?       Юнги дёрнулся слегка, от чего Сокджин немного дёрнул тёмные волосы своего юного господина от чего второй шикнул. —Я думаю как-нибудь избавиться от этого,— теперь уже пришла очередь Сокджину специально дёрнуть за волосы Мина, на что Юнги удивлённо посмотрел в зеркало, в отражение мужчины. —Если сделаешь это, то я перестану верить, что Вы нормальный человек, мистер,— строго отчеканил, но Юнги, лишь улыбнувшись, продолжил краситься, думая над своим украшением и что именно будет надевать на себя

***

      Омега хотел выглядеть просто шикарным в этот вечер. Хотелось хоть как-то выделиться, но это всё для себя. Ни для общество, которое будет обсуждать точно, ни для мужа тем-более. Он, как и всегда, осматривает себя в зеркале оценивающе.Шёлковая приталенная иссиня-чёрная рубашка, на шее, благодаря такого же цвета шёлковой ленты, бантик, чёрные кожаные зауженные брюки и необычный переливающийся на свету разными цветами пиджак. Считая, что всё неплохо сочетается, обернулся на Сокджина. —Неплохо,— хмыкнул тот,— Но я думал, что ты оденешь кое-что другое. Например блузу с глубоким вырезом. Ты ещё так смотрел на то ожерелье, он бы неплохо смотрелся,— указав на украшение, которое всё время висит на видном месте, вздохнул Ким. Юнги улыбнулся как-то грустно. —Я и вправду подумывал об этом нараде, но боюсь, что господину Вону не понравился бы и заставил меня одеться в то, что он захочет. А так, я имею права выбора хотя бы. Тут главное не совершать глупости и не бесить его. —Вааа. Вы ума не лишены. Некоторым хватает годы жизни, чтобы этого понять и борются за свою жизнь, но вот в пустую. Тратят больше свои силы. —Некоторым? — удивлённо переспрашивает омега. —Ну, знаешь. Дорамы надо больше смотреть, а не книжки читать. И, боюсь спросить, у Вас даже ни разу не было чувство убежать и быть счастливым со своим альфой, который на руках носить будет? — дует сразу губы Ким. Юнги улыбается, подходит к туалетному столику, смотрит на даренное ожерелье, вспоминает свои самые счастливые дни. —Меня всю свою жизнь готовили быть хорошим мужем для господина Вона. Но один раз я счастья испытал, знаю, что такое любить и быть любимым. Думаю, что прожил тогда не зря,— с лёгкой улыбкой на устах прошептал. —Так говорите будто сейчас не живёте. —А я живу? — поинтересовался Юнги, вернув вновь внимание на прислугу, который замолчал. Понимает, что сейчас сказал ерунду, ведь сам видел, как юноша этот хоронил себя заживо и только сейчас как-то живёт, функционирует, показывает эмоции. Но как кукла. —У тебя есть повод для жизни всё равно,— смотрит на живот омеги Джин. —А он мне и не нужен был,— отводит свой взгляд, но всё равно касается чуть ниже живота своего.       Сокджин улыбается. "Зачем же тогда, так нежно гладишь его?" — думает. Затем смотрит на часы и охает, говорит омеге, что пора уже выходить. Тот быстро ориентируется в пространстве и выходит к своему мужу. Чонджу, заметив своего супруга, удовлетворительно кивает и говорит, чтобы тот поспешил.

***

      Ресторан, в котором проходило мероприятие, было закрыто для посещение других, если у человека не было специальная пригласительная открытка. Здание было двухэтажным, на первом этаже находился огромный зал, где была расположена сцена с музыкальным инструментом и достаточно место для танцпола, на втором же был небольшой зал со столиками и комнатами для отдыха. Гостей было достаточно много и от этого было не по себе одному омеге. Юнги знал, что будет скучно, но чтобы на столько — не полагал. Омегу не привлекают ни омеги, которые демонстрируют лишь свою оболочку, ни альфы, которые лишь понтуются перед своими коллегами. Юнги грустно вздыхает, когда видит, что его супруг также пытается выглядеть круто перед другими, и параллельно вспоминает, что сейчас Вон находится в состоянии банкротства. Мин невольно вспоминает в каком положении он находится и только грустнее становится. —Юнги..,— вдруг такой родной и неожиданно тёплый голос за спиной заставляет омегу забыть о своих мыслях и обернуться. —Отец?..,— Юнги знал, что его отец здесь будет, но был уверен, что никто к нему не подойдёт. Ошибся,—Здравствуй,— делает небольшой поклон и признаётся себе, что всё равно рад видеть родную кровью свою,— Как ты? Как мой младший братишка?       Сехун треснуто улыбается, подмечает, что мальчик его исхудал заметно, но всё равно, как оловянный солдатик держится, как и в день свадьбы. —Всё с нами хорошо, Юнги,— хочет спросить тоже самое, но только зубами язык кусает свой. Разве не понятно, как живёт омега? Да Сехун даже не может представить какого это, но уверяет себя, что так должно быть,— Я рад тебя видеть.       Юнги улыбается, смотрит в отрытую на отца. Тот засматривается на сына своего, альфе кажется, что где-то уже видел этот образ. Но уже давно. Вспомнив, сам начинает улыбаться. —Ты так похож на своего папу,— озвучивает свои мысли Сехун и замечает, как омега мрачнеет сразу, опускает свой взгляд. Хочет что-то сказать отцу, но тут подходит Чонджу, обнимает хозяйственно за талию Юнги и смеётся противно. —Рад видеть Вас, господин Мин! Всё никак не могу отблагодарить Вас за то, что воспитали такого сына для меня. Пусть у него есть погрешности, но кто без минусов-то, да? — посмеиваясь гласит старый альфа. —Юнги такой, какой вырос. У него нет минусов, он идеальный сын, муж, омега, хотя бы потому, что задумывается о чувствах других и как почтительно он себя ведёт перед другими. А Вы, господин Вон, ведёте себя крайне не воспитанно, да ещё и учитывая Ваше положение сейчас,— серьёзно ответил Сехун, глядя в глаза Чонджу, который нахмурился. Явно не понравился такой ответ. —Господин Мин, не забывайте, что Вы ещё должник перед моей семьёй,— словно прорычал Вон, сжав сильнее талию омеги. Юнги лишь начал оглядывать гостей, но кажется никто не обращает внимание или делают вид, что не обращают. —Я был должником Вашего отца, не больше. —Дорогой, отпустите меня, пожалуйста, попудрить носик,— с улыбкой произнёс Юнги и вздыхает облегчённо, покидая двух альф и эту ужасную-удушающую атмосферу. —На что Вы намекаете? — дождавшись пока омега уйдёт, продолжил Чонджу. —Вы знаете кто хозяин всего этого? —Какой-то Чон Чонгук. —Надеюсь, что Вы его узнаете, господин Вон. А учитывая Ваше положение, Вам необходимо иметь у себя сильного союзника. Только вот он от Вас откажется,— усмехнулся Мин. —С чего бы вдруг? —Думаю, что Вы всё сами поймёте. —Господин Мин, Вы сейчас так самоуверенно выглядите. Но не забывайте, что Ваш сын — мой супруг и всё его наследство, также принадлежит мне. Я ещё смогу потанцевать, даже на Вашей могиле,— ядовито улыбнулся Чонджу,— Последнее слова всегда оставалось за семьёй Вон,— альфа разворачивается и идёт к другим гостям. Сехун смотрит вслед тому и не верит, что смог действительно отдать сына такому человеку. Альфа хочет пойти к Юнги, подождать его возле комнат для омег и в тысячный раз извиниться, обсудить с ним кое-что, но видит, как знакомый силуэт поднимается на второй этаж и останавливает себя.

***

      Юнги привык жить в больших домах и никогда не терялся и не путался в комнатах, поэтому никогда не думал, что запутается в ресторане. Пришлось спрашивать у официантов, где находиться уборная комната. Улыбчивый и гостеприимный омега всё подробно объяснил, чему Юнги был благодарен и решил сделать комплимент тому и просто поднять настроение человеку на вечер. И не зря. Поднявшись на второй этаж и пройдя по небольшому коридору, темноволосый сразу нашёл уборную для омег.       Макияж не требовал к себе внимания, лежал он на лице омеги идеально, но Юнги очень сильно хотелось сбежать от туда. Не понимал он отца, его слов и действий. Неужели у него проснулась совесть и сам Мин Сехун решил защитить своего родного сына? Юнги кратко смеётся. Если это действительно так, то уже слишком поздно. Омега вправду был рад видеть Сехуна, но вот его защита, от которой только хуже стало, была лишней.       Омега моет руки свои, вытирает, в последний раз смотрит на своё отражение и выходит из уборной. Юнги сначала видит до блеска чистые чёрные ботинки, потом элегантный костюм, который хорошо сидит на альфе, подчёркивая идеальное тело, а затем и само лицо. Омега затаив дыхание смотрит на человека напротив.       Альфа будто в таком же состоянии. Стоит на одном месте и не может сдвинуться, звука подать. Он почувствовал Юнги среди других запахов, сначала думал, что ошибся, но как оказалось нет. Много раз представляя встречу с его первой любовью, Чонгук не думал, что не будет чувствовать тела, смотря в глаза тёмно-медового цвета. Рассчитывал совсем на другое, но желаемое против реальности — ничто. Но всё равно благодарит всех богов и дьяволов, что это оказался Юнги. Тот самый Юнги. Его Юнги. Прекрасный, красивый, божественный Юнги. Чон делает шаг, руку поднимает, омегу хочет скорее обнять, вдохнуть полной грудью его запах. Но тот лишь шаг делает, вжимаясь в дверь. —Нет. Не подходи,— хриплом прошептал омега, надеясь, что их никто не заметит сейчас. —Почему? — также шёпотом.       Юнги тяжело вздохнул, стараясь уже не смотреть на альфу. —Юнги..Посмотри на меня,—и на столько нежно это было сказано, что парень не мог отказать. Омега вновь смотрел в глаза и не заметил как Чон стал только ближе,—Ты даже не знаешь, кем я являюсь сейчас. Не хочешь даже послушать обо мне? —Нет, не хочу,— и вновь отводит взгляд,—Что было,то было, Чонгук. Теперь это в прошлом, а я женатый омега.У меня кольцо на безымянном пальце. —Кольцо можно снять,— парирует альфа, но всё равно чувствует, как в левой груди болью отдаётся,—Например, сбежав от своего мужа и остаться с альфой, которого любишь,— Чонгук не расчитывал говорить такое в самую первую встречу, после двух лет расставания.       От услышанных слов Юнги хмуриться, поднимает взгляд на альфу. —Я тебя просил об этом два года назад и ты струсил! Ты хоть знаешь, в каком состоянии я был? — заглядывая в глаза говорит,—Нет, не знаешь. И представить даже не сможешь,— за альфу отвечает. —Есть моя вина, но и ты мне ничего не говорил с самого начала. И все эти годы я был занят, чтобы..,— и тут Чонгук запнулся, заметив, как слезятся глаза омеги. —Да, я не знаю, чем ты жил всё это время, но это всё не имеет значение,— прошептал Юнги,— ..Я уже женат, Чонгук. И ты наверняка знаешь условие этого брака,— тяжкий вдох, видно, как омега собирает себя вновь, правильные слова подбирает. Юнги ловко смаргивает слёзы и уверенно отвечает,—Изменив или убежав от него, я предам себя и свою семью. Не хочу быть в грязи,— не терпящей возражения интонацией произнёс Юнги, смотря в глаза Чонгуку, видит, как рушит его прежнюю уверенность в глазах,—Тем-более, я жду от него ребёнка,— добивает.