Маска безразличия

Сбитое дыхание, израненное тело, насмешки противника…        Гарпалика представляла свой последний бой иначе. Святой Грааль находился в ветхом домике, который было видно даже с поля битвы, тем не менее, на ее пути стоял невыносимый арчер. Она видела Гильгамеша всего пару раз, но даже так брюнетка догадывалась, что юноша обладал невероятной силой и роковым фантазмом.       Ветер крепчал, а темное небо затянуло серыми тучами. Лансер схватилась покрепче за свое копье, и, глубоко вздохнув, приготовилась снова отражать бесчисленные атаки. — А ты довольно быстрая, — не без пафоса выдал блондин, пока за его спиной образовывались межпространственные сферы. — Может представишься уже наконец? Кареглазая лишь тихо хмыкнула, и, вскинув бровью, проигнорировала озвученный арчером вопрос. Сейчас ее внимание было полностью заострено на новом потоке орудий, которые со скоростью света метнулись в ее сторону. Между тем, Гильгамеш оскорбился и уже пытался поймать свое спокойствие за хвост. Невероятно быстрая героиня выводила короля из себя, и теперь идея лишить лансера жизни показалась парню слишком простой и скучной. — От страха язык проглотила? — с ноткой подступающей злости выдал красноглазый и, сложив руки на груди, серьезно добавил. — Я не намерен возиться с тобой всю ночь, отродье. Будь благодарна, я - первый герой, свершу над тобой суд.       В ответ — раздражающее молчание со стороны изнуренной девушки и ее непрерывные броски из стороны в сторону. После битвы с Райдером, Гарпалика истратила все свои силы, и теперь ее план заключался в том, чтобы растянуть этот бой. Так, у брюнетки была надежда на то, что арчер выдохнется и, в конечном счете, отступит. С каждой прошедшей минутой надежда кареглазой становилась все призрачней. Атаки Гильгамеша становились все сильнее, разрушительнее и яростнее.       Отбиваясь от последнего меча третьей волны нескончаемых орудий, Гарпалика мельком взглянула на свои коленки, которые вмиг потяжелели. Ужаснувшись увиденному, кареглазая обреченно вздохнула и, даже не попытавшись разрубить цепи, что сковывали ее ноги, прицелилась двусторонним копьем в арчера. — Назови свое имя, лансер, — приказал блондин, прожигая в кареглазой дыру. Молчание Гарпалики показалось Гильгамешу чересчур надменным, а осознание того, что противник даже не назвал королю своего имени, выводило юношу из себя. — Это конец, Арчер, — тихо прошептала девушка и направила копье к своей груди. Все произошло в считанные секунды, но, не почувствовав ровным счетом ничего, Гарпалика отметила, что теперь и ее руки сковывали тяжелые цепи. Попытка покончить с собой собственноручно канула в лету. Медленно подняв свои красные от ярости глаза, юная леди прочитала на лице Гильгамеша неподдельное удивление. Спустя секунду король залился звонким смехом, а героиня попыталась освободиться. Только все тщетно: копье Гора выпало из посиневших пальцев, и даже собственные ноги кареглазой теперь отказывались держать ее вмиг озябшее туловище. Пришлось приложить максимум усилий, чтобы остаться стоять на ногах. Брюнетка в бешенстве стала перегрызать кандалы из цепей зубами. Барышня была на грани безумия, и Золотой король прекрасно это понимал. — Прекрати, — успокоившись, красноглазый тотчас обратился к разъяренной героине. - Выглядишь убого. Ты проиграла в честном поединке, так прими же постыдное поражение с достоинством. — В поражении нет ничего постыдного, — сплюнув смесь слюны и крови, брюнетка свалилась с ног и подползла к своему оружию. Она была готова разрыдаться от безысходности, но покончить с собой теперь стало первоначальной задачей лансера. - Стыдно лишь не стараться изо всех сил. — Так говорят слабаки, — объявление Гильгамеша сильнее разозлило беспомощную девушку, что теперь отчаянно пыталась подхватить свое оружие на руки. Наблюдая за столь омерзительной картиной, блондин нахмурился. — Жалкое представление жалкой девчушки, что пыталась прыгнуть выше своей головы. — Вас расперло от гордости и самолюбия, — тихо прошипела девушка, замечая, как цепи все сильнее сдавливают ее руки. — Твоя твердолобость довольно трогательна, лансер, — парень ухмыльнулся, а затем вскинул рукой вверх. Цепи, что сковывали юную леди, натянулись, вынуждая брюнетку снова подняться на ноги. — Так ты назовешь мне свое имя? И снова молчание. Для Гарпалики в такой момент назвать свое имя было все равно, что предать саму себя. Было ли ей страшно? Да. Но боялась девушка отнюдь не смерти. Святой Грааль находился в доме, который было видно прямо из-за спины непобедимого арчера. Кареглазая просто не могла себе позволить умереть от руки последнего слуги, находясь так близко к своей мечте и мечте своего мастера, который, в надежде утихомирить ее пыл, уже воспользовался всеми командными заклинаниями. — Я не сгину от твоей руки, — натянув маску спокойствия, Гарпалика вернула свою невозмутимость. Гильгамеш лишь снова усмехнулся и стал разглядывать безымянную героиню то презрительным, то снисходящим взглядом. Девушка смутилась и, более того, с нетерпением ожидала последнего удара, который должен был сокрушить ее собственную персону раз и навсегда. — Нет, — красноглазый щелкнул пальцами, и цепи вмиг испарились, как и разбросанное по полю оружие. — Не сгинешь. От неожиданного освобождения девушка рухнула на колени и, прожигая спину блондина ненавистным взглядом, поползла за ним. Обыденные движения для брюнетки давались с большим трудом, конечности Гарпалики словно и вовсе больше не принадлежали ей. Томно вздохнув, брюнетка наконец осознала, что проиграла бой. На ее глазах образовалось бельмо, и теперь безымянная героиня рухнула на сырую землю без сознания. Черное пятно.

***

Проснулась Гарпалика от резкого запаха, что так близко оказался к ее носу. Резко распахнув свои карие глаза, брюнетка замерла в немом удивлении. Перед ней стояла невысокая девушка с восточным типом внешности и смугловатой кожей. Она вылупилась на брюнетку глазами размером с яблоко и попыталась улыбнуться. — Руки прочь от меня! — это были первые слова, что взбрели в запутанную голову барышни. Героическая душа стала разыскивать глазами знакомые лица, но вокруг не было ни единой души, кроме запуганной девушки, что по прежнему стояла у кровати брюнетки. — Где я? И кто ты такая? Желтоглазая особа будто разом пришла в себя и отложила на прикроватную тумбочку ватку с сильно концентрированным маслом чайного дерева. Чересчур натянутая улыбка незнакомки все больше вызывала подозрения у кареглазой, а потому она поспешила вскочить с теплой и удивительно мягкой постели. — Мы в Уруке, госпожа, — на этих словах Гарпалика кинула на незнакомку враждебный взгляд через плечо и кинулась к двустворчатым дверям, которые служили выходом из просторной светлой комнаты. — Госпожа, Повелитель запретил Вам выходить из покоев. Остановившись прямо у массивных дверей, растерянная барышня обернулась и стала судорожно кидать взгляд с одной мебели на другую. Весьма высокие потолки, пара прямоугольных колонн и резная дорогая мебель указывали на то, что героиня явно была не в доме у своего мастера. Ее возмущению не было предела, когда юная леди возомнила, что ее, вполне возможно, похитили. Развернувшись обратно к выходу из комнаты, Гарпалика слоновьим шагом стала расхаживать по коридору незнакомого ей построения. В голову кареглазой ударил и страх, и волнение, и попытки понять, где сейчас находится Грааль. Остановив взгляд на первом попавшемся стражнике, девушка оценила его снаряжение и лишний раз убедилась, что она явно находится не в Японии. — Где ваш повелитель? — монотонно спросила дева, ступая по бесконечному коридору. - Отведите меня к нему. — Вам запрещено выходить во дворец, госпожа! — взволнованно выдал стражник и, не без колебания, стал приближаться к напористой даме. — Госпожа, возвращайтесь в свои покои. Молча кинув на парня презрительный взгляд, Гарпалика двинулась дальше по коридору. Мужчина поначалу следовал за кареглазой по пятам, но позже отступил. Девушка разгуливала по дворцу с задумчивым видом и отрешенным взглядом. Ее наихудшая теория с каждым шагом казалась ей все более правдоподобной, от чего ее лицо скривилось в нахлынувшем гневе. POV Герпалика. Озираясь по сторонам, я не могла понять одного: почему я здесь? Последние слова арчера без устали крутились в моей голове, и я чувствовала, как сгорает мое сердце от обиды и злости. Я бы могла до изнеможения бродить по дворцу, убивать его пресных жителей и настаивать на том, чтобы меня вызволили отсюда, но вместо этих примитивностей, я развернулась обратно и отправилась в предоставленные мне покои. Раз этот индюк привел меня сюда, значит, у него были определенные мотивы, и он сам наведается ко мне или попросит о встрече. По приходе в свою опочивальню, я отметила для себя, что на всем этаже не было ни прорези в стене, ни отверстия, которые, по идее, должны были играть роль окна. Глубоко вздохнув, я взвалилась на мягкую кровать и стала неустанно думать над сложившейся ситуацией. Я теребила в руках золотой кулон с громадным изумрудом, который до сего момента даже не замечала. Мне стало до того досадно, что я резко сорвала украшение с шеи и с силой швырнула его в ближайшую стену. На удивление, цепь как и кулон, остались невредимы, что указывало на подлинность драгоценного камня и качественный сплав золота.       Получается, этот подонок заполучил Грааль? Если так, то я, должно быть, в его королевстве или что у него там. — Абсурд! — я затаила дыхание и привстала с постели. Мне было до того страшно призвать свое копье, что мои руки дрожали, словно их из кипятка вытащили. — Именем моего отца - Карпалика, копье Гора, явись. Ничего. Я попробовала снова, а затем еще раз и еще. И что же теперь? Я простая слабая женщина без оружия и собственной воли? К горлу подступил вязкий ком, который было не сглотнуть. Взвалившись смертным телом обратно на кровать, я все оставшееся время пыталась понять смысл своего существования в данной цивилизации. Мало было этому арчеру меня уничтожить, так еще и в свое царство затащил. Ему нет прощения. В испуге раскрыв свои глаза, я резво подскочила с ложа. Я заснула на вражеской территории, и это не могло меня не удивить. Будь я хоть сто раз человеком, такое упущение с моей стороны может в конечном счете стать губительным. — Наконец Вы проснулись, госпожа, — все та же восточная девчушка осторожно подошла ко мне и, нагло схватив мою ладонь, вложила в нее кулон, который я отправила в полет прямо перед сном. — Повелитель ждет Вас в своих покоях. — Не прикасайся ко мне, — тихо прошипела я, заводясь при каждом упоминании о блондине. —Куда мне идти? Смуглянка поникла и, опустив свои черные глаза, молча подошла к выходу из комнаты, и впустила в опочивальню шестерых девушек-прислуг. У одной юной леди было пурпурное платье на руках, у другой — разного рода украшения. Я даже словом не успела обмолвиться, как к моему телу стали прикасаться холодные руки челяди. Я встрепенулась и поняла, что на меня покушаются с целью переодеть в то самое пурпурное платье. Возмутившись по самое не хочу, я решительно отстранилась от прислуги, но одна из девушек была до того напористая, что я не смогла сдержать своего гневного порыва. Схватив ту за тонкую шею, я мечтала услышать хруст ее шеи в предсмертной давке, но вместо этого я сдержанно выпустила деву из своих хищных лап,и рывком двинулась к двери, предварительно швырнув кулон на кровать. END POV Гарпалика — Отведите меня к вашему повелителю, — холодно выдала брюнетка, кинув на запуганную прислугу безразличный взгляд. — Вы слышите меня? Я не собираюсь повторять дважды. Сейчас скукоженные дамочки мысленно расставляли приоритеты в своей голове. Их достопочтенный повелитель приказал нарядить гостью в лучшие шелка, а та рвется к нему на встречу в повседневном платье. Расправы им было не избежать в любом случае, а потому, глубоко вздохнув, рыжеволосая девочка лет пятнадцати шагнула в сторону выхода за незнакомкой. — Следуйте за мной, — едва слышно выдала девочка, опустив свою рыжую голову в пол. Гарпалика без лишних слов шла за зеленоглазой, время от времени заглядывая в интересующие ее повороты, которые, по мнению юной леди, могли привести ее к выходу. Служанка в лице маленькой девчушки за весь путь не проронила ни слова точно так же, как и следующая за ней барышня. По прибытии в назначенное место рыжеволосая скрылась за первым поворотом, но перед исчезновением служанка указала ладонью на двери, в которые Гарпалика и должна была войти. Не постучавшись, героиня буквально ворвалась в покои арчера и, выискивая его карими глазами, с силой захлопнула за собой тяжелую дверь. Соотечественницы редко видели Гарпалику в ярости. При реальной жизни девушка очень редко показывала свои эмоции, скрывая их за мнимым хладнокровием и безразличием. Однако сейчас, когда Гарпалика обзавелась единственной мечтой и целью, все рухнуло, кануло в пропасть без намека на просвет. А все из-за кого? Из-за ухмыляющегося ублюдка, что сидит за резным столом и распивает возлюбленное им вино. — Пришла наконец, — красные глаза Гильгамеша хитро блеснули в полутьме. По телу брюнетки прошлась стая мурашек, а бывалая уверенность и агрессия улетучились в невиданные дали. Встав как вкопанная, кареглазая заметила свободный стул, что стоял напротив блондина. — Ждешь особого приглашения, женщина? — Урук — твое царство? — пройдя к резному столу, юная особа аккуратно села на предоставленное ей место и, не отрывая презрительного взгляда от лица повелителя, девушка добавила. — Что здесь делаю я? — Мне даже вообразить оченно, в какую эпоху взрастили такую дурную женщину, — сведя брови к переносице, Гильгамеш отпил из золотой чаши. Резкие вопросы со стороны барышни повелитель трактовал как вопиющую наглость. — Еще днем идея взять тебя в жены не казалась мне такой абсурдной. — Вздор, — тихо прошептала брюнетка, сминая в вспотевших пальцах края платья-туники. — Не донимайте меня бессмыслицей и ответьте на мой вопрос. — Бессмыслицей? — красноглазый усмехнулся. — Тебе видимо невдомек, что теперь ты, как и любая вещь, которую я возжелал, принадлежишь мне. — Я не вещь, — грозно выдала девушка, проглотив обиду, что разъедала ее гордость. — Вы оставили меня в живых, чтобы убить во мне остатки чести? — Я даровал тебе новую жизнь не для того, чтобы ты страдала. Хочешь жить в согласии — соглашайся, — слова Гильгамеша показались барышне до того несуразными, что Гарпалика не смогла скрыть своего возмущения. — Если нет, будь уверена - от твоей былой гордыни и мокрого места не останется. Почему-то Гарпалика поверила в слова парня с большой охотой. Гильгамеш хоть и был редкостным подонком, но, тем не менее, блондин никогда не изменял данному кому-либо слову, в данном случае — угрозе. Пока Гильгамеш испепелял задумчивое выражение лица девушки ехидным взглядом, та прикусила губу и перебирала всевозможные варианты предложений. — Я могу покинуть столицу, но служить Уруку, если Вам угодно? — с последней каплей надежды спросила Гарпалика. Она была готова пристраститься к здешним обычаям, традициям и людям, но не могла смириться с ограничением свободы. Она родилась свободной, но дважды была убита в тисках. Повторять свою участь юная леди боялась больше всего на свете. — Я обучена ремеслу, и по-прежнему хорошо обращаюсь с оружием. Я стану вашим верным слугой и буду биться за Вас до последнего вздоха. После сказанных девушкой слов Гильгамеш снова залился звонким смехом. Брюнетка смутилась и теперь без тени сомнения поняла, что блондин намерен держать ее подле себя. Но ради чего? Зачем ему сдалась безымянная героиня, которую он победил, едва шевельнув пальцем? Разумеется, блондина забавляла натура барышни, но для полного понятия поведения юноши Гарпалике этого было мало. — Не пойми меня неправильно, — поздно. Гарпалика поняла юношу, как только было можно. — Таких как ты больше не будет. И не надо. Тем не менее, ты останешься подле меня и проживешь остаток своей жизни во дворце. Как и подобает женщине, ты родишь мне детей и больше никогда не возьмешься за оружие. Отныне ты не воин, а моя верная жена. Я все предельно ясно истолковал, надеюсь, даже ты сообразила, как тебе в этой жизни повезло. — Я не дам своего согласия. — В нем нет необходимости, — Гильгамеш снова оскалился и, взмахнув своей ладонью, подозвал стражников, которые прятались в тени. Гарпалика даже не замечала их присутствия. — Отведите ее в покои и разошлите прислугу с золотом по всему городу. Пущай народ ликует: Великий Царь женится со дня на день.