Любовь, очерненная разумом

      Через некоторое время раздался звонок мобильника. Лениво посмотрев на экран, убедился, что это начальник. Задумавшись на секунду, я всё же поднял трубку.       - Вадим, ты уехал домой?       - Да. Прошу прощения. Не знаю, что на меня нашло. Я не должен был так психовать, - покаянно произнёс, опустив голову. За прошедшее время я успокоился, и мне и правда стало невероятно стыдно.       - Ничего страшного. Тебе сейчас прислать машину или утром уже? - мягко спросил мужчина, как будто боясь спугнуть. Но возвращаться я не желал.       - Не стоит. Я и так загостился уже. Единственное, попрошу привезти мои вещи, если не затруднит. А дальше я и сам справлюсь, не могу более пользоваться твоим гостеприимством, - и, словно чувствуя, что Михаил собирается возразить, добавил: - Я не изменю своего решения. Нога почти в порядке, и перемещаться самостоятельно я способен, так что не стоит беспокоиться. Спасибо тебе огромное.       Отключившись, я задумался. Я чувствовал себя загнанным в угол. Слова Миши никак не желали уходить из головы, сводя с ума, да и про самостоятельность я приврал - по моим ступеням и впрямь было проблемно ходить, пусть даже только с тростью, а не с костылями. Поэтому, собравшись с духом, я всё же нашёл в списке контактов заветный номер и, боясь передумать, тут же набрал, совсем забыв, что время уже за полночь. Мне ответил бодрый и звонкий голос, от которого хотелось демонстративно скривиться.       - Ого, кто за нас вспомнил! Вадимка, а ты не охуел, родной? Время видел? - тут же начала тараторить Лиза, являющаяся, по ужасному стечению обстоятельств, моей двоюродной сестрой. - Мама уже спит, у меня мобильник разбился - пришлось одолжить у неё, чтобы в инете посидеть, и тут нате вам! Я уж думала, ты там подох, либо зазнался вконец!       - Лиза, - смог я наконец вставить хоть слово, пока она переводила дыхание, так как всё это произнесла на одном дыхании. - Я и правда забыл, что уже поздно. Мне очень жаль.       - Да ладно тебе! Ты же знаешь, мама бы не рассердилась на тебя. Хотя иногда ворчит, что ты совсем о нас забыл, даже в гости не заезжаешь и не звонишь, - тут же смягчилась сестра, сбавляя обороты. - Видимо, что-то произошло, раз ты решился позвонить не для поздравления нас с праздниками? Или я о чём-то забыла?       - Лиза! - уже громче одёрнул я. С этой девушкой невозможно нормально разговаривать! - Ты права, кое-то случилось, и ты же знаешь - я не люблю беспричинно беспокоить людей, особенно вас. Я ведь обязан твоей маме, да и тебе тоже.       - Вот хотя бы из-за этого хоть раз набрал её просто так! Я понимаю, твоя нелюбовь разговаривать о пустяках и всё такое, но имей совесть! Знал бы ты, как она по тебе скучает, стыдно стало бы! И, уверена, ты тоже по нам соскучился...       - Только не по тебе, - жёстко отрезал я, боясь, что она вновь начнёт тараторить. На том конце обиженно засопели, так что я смог всё же объясниться:       - Мне нужно уехать из города. Не спрашивай почему, но тут я оставаться не могу. И ещё, у меня... травма ноги, потом объясню, что произошло, и поэтому мне проблематично жить одному. Вы... Сможете вновь сделать для меня одолжение?...       Лиза всё ещё молчала, но я был уверен, что она в шоке. Всё же я и правда чувствовал себя обязанным перед ними, и они обе прекрасно понимали, что из-за этого я не стал бы постоянно им "надоедать", потому и не объявлялся. Только периодически перечислял денег в виде благодарности, показывая, что я не забыл. Хотя, уверен на все 200%, что эти деньги так и остались нетронуты и отложены на "чёрный день".       - Конечно, - уже серьёзно заговорила сестра. - Ты же знаешь, мы с мамой всегда тебе рады. Тебе нужна будет помощь? Я могу попросить соседа заехать за тобой.       - Нет, не надо, - поспешно отказался я. - Я на такси доберусь. Буду завтра, наверно, ближе к вечеру - нужно вещи собрать.       - Фига ты шикуешь, - присвистнула сестра. - До нас такси будет не меньше пяти тысяч, ты в курсе?       - Да. Ничего страшного, деньги не проблема.       - Тогда ждём, братик! - пусть Лиза и пыталась скрыть радость, получилось у неё максимально плохо, чему я не мог не улыбнуться. Хорошо, когда есть люди, которые любят тебя таким, какой ты есть и всегда рады тебе.       - И я жду нашей встречи, сестрёнка, - тепло попрощался, ведь, несмотря на напускное недовольство, я очень её любил. Мне вдруг и правда стало совестно. Как только мне исполнилось 18, я заработал денег и уехал от тёти, чтобы больше не напрягать их, и с тех пор практически не приезжал в гости. В той аварии погиб так же и отец Лизы, да ещё и тётя Лена взяла меня к себе, и нам было тяжело выживать тогда. Но дом всегда был полон теплоты и домашнего уюта, никто никого не упрекал и не ругал, никто не заставлял меня работать в три смены, это решение было моим. Мне совесть не позволяла и дальше сидеть у них на шее.       Тепло улыбаясь, предвкушая близкую встречу, я закрыл окно и лёг на кровать, практически сразу заснув.

***

      Ближе к полудню в дверь позвонили, и я выглянул в окно. Внизу стоял всё тот же мужчина, что возил меня вчера. Я скинул ему ключ в окно и попросил подняться, сам же тем временем торопливо оделся. Он терпеливо помог мне спуститься. Уже внизу, попросив немного подождать, оперся о машину и принялся вызывать такси. Все необходимые мне вещи лежали в машине, поэтому мне и пришлось заставить мужчину задержаться. Но водители отказывались ехать так далеко - всё же около 150 километров, и мужчина, до этого не произнёсший и звука, подошёл ко мне, забрал у меня мобильник, мельком взглянув на экран, и заявил:       - Я отвезу, куда скажете. Михаил Владимирович предполагал подобный исход.       Пусть мне было жутко неудобно, но пришлось согласиться. На данный момент этот вариант был идеальным, а другого не было вообще. Не такой большой наш городок, чтобы такси просто так катались в такую даль, о таком надо заранее договариваться. Так что я, стыдливо опустив голову, уселся на заднее сиденье, за мной галантно захлопнули дверь, и мы отправились в путь.       Через полтора часа я был на месте. Тётя Лена с Лизой жили в небольшом посёлке, где все друг друга знали, поэтому калитка была всегда открыта. Я проковылял внутрь двора и постучал в окно, не в силах спрятать нежную улыбку. Да и, откровенно говоря, не имел ни малейшего желания.       Первой вылетела Лиза, с разбега кидаясь мне на шею. Я охнул от такого, благо, водитель (имени которого я так и не узнал), проявляя чудеса ловкости, среагировал вовремя, поддержав за локоть и не дав упасть на землю. Она заметила трость только больно о неё стукнувшись, и тут же испуганно извинилась, обнимая меня уже с осторожностью. К этому времени к нам подошла тётя Лена, глядя на меня с еле заметными слезами в уголках глаз и нежной улыбкой. Увидев это, я сам чуть позорно не разрыдался. Она обняла нас обоих, размеренно дыша, пытаясь сдержать чувства.       Так мы простояли минут пять, наслаждаясь моментом воссоединения и не произнеся ни слова, но я почувствовал, что у меня начала неметь нога. Водитель тоже это заметил, поэтому, вежливо кашлянув, сдержанно поинтересовался:       - Здравствуйте. Куда заносить вещи?       Мы тут же разомкнули объятия, и Лиза с тётей Леной начали наводить суету. Лиза пошла показывать, куда нести моё добро, в то время как тётя Лена поспешила на кухню, готовить всем чай. В процессе, выяснив, что мужчина являлся моим водителем, он тоже был втянут в дом и сидел на кухне с широко открытыми от удивления глазами, пока тётя Лена выставляла на стол печенье и конфеты, постоянно интересуясь, что он будет и как у её Вадюшечки дела.       - Сергей, - только и смог выдавить из себя находящийся в прострации от такого внимания и домашней доброты мужчина, вымученно улыбаясь. - Я приставлен к Вадиму Алексеевичу только недавно, поэтому...       - Ох, ну нифига себе! - залетела Лиза на кухню, перебивая Сергея. - Вадька, у тебя личный водитель есть? А ты, козёл такой, даже ничего не рассказывал! Ты большая шишка, что ли?       - Лиза! - хором с тётей Леной гаркнули мы, заставив в конец растерявшегося мужчину подпрыгнуть на стуле от неожиданности.       - Простите, что перебила, - смиренно пошла на попятную сестра, покаянно опуская голову. Сергей улыбнулся, а вот мы с тётей Леной продолжали осуждающе-подозрительно на неё смотреть, прекрасно зная, что она не испытывает ни капли раскаяния. - Я просто не ожидала, что мой братишка настолько богат, чтобы иметь личного водителя.       - Вадим Алексеевич занимает высокую должность в одной из крупнейших компаний. Наш шеф, Михаил Владимирович, очень ценит его, как сотрудника, поэтому мои услуги оплачиваются прямиком из бюджета компании. - Он кинул быстрый взгляд на моё опешившее лицо и быстро добавил: - Я приставлен к нему неделю назад, и плюсом, в силу травмы, он пользуется моими услугами всего второй раз, так как до этого не выходил на улицу. И, насколько я знаю, Михаил Владимирович ещё не успел его об этом предупредить, - и он смущённо улыбнулся.       Теперь взгляды моего семейства были направлены на меня. Я, словно защищаясь, вскинул перед собой руки, и даже немного отступил.       - Давайте обсудим это позже, - наконец вымученно вытолкнул я из себя, чтобы развеять неловкую паузу. Тётя Лена с Лизой понятливо кивнули и наконец предложили мне сесть.       Мы сидели ещё около получаса, смеясь и перешучиваясь. Сергей наконец снял с себя холодную маску, искренне смеясь вместе с нами и активно участвуя в разговоре. Он довольно быстро влился в коллектив, хоть и до полного понимания тарахтения моей сестрёнки ему было далеко, что было понятно по иногда возникающему растерянному выражению его лица. Это вызывало у нас с тётей Леной понятливые улыбки.       Наконец он поднялся, слегка склонив голову и вновь становясь серьёзным и отстранённым, поблагодарил за угощения и объяснил, что ему необходимо возвращаться. Лиза вызвалась проводить его, сияя глазами, на что я лишь смачно шлёпнул себя по лбу. Ясно, сестричка втюрилась по самые не балуй, благо, ей уже 19 лет. Осталось выяснить, сколько лет этому Сергею, надеюсь, меньше 30. А то как-то не хочется свою принцессу отдавать слишком взрослому мужику.       Мы остались с тётей Леной вдвоём. Лиза явно не хотела так быстро прощаться и о чем-то нагло флиртовала с Сергеем у машины. Тётя же с тёплой улыбкой рассматривала меня, но во взгляде виделось немалое беспокойство.       - Тёть Лен, я...       - Не надо пока, - перебила она меня. - Я была слегка шокирована твоим приездом, и понимаю, что этот разговор будет длинным и не очень приятным для тебя. Так что сначала покушай, отдохни, а вечером уже всё мне расскажешь. Лизка как раз уйдёт гулять, так что не будет мешаться, - и она кинула тревожный взгляд в окно, где виднелась светлая макушка девушки и смущённое лицо Сергея.       - Я обязательно проверю этого Сергея, - проследив за взглядом, заверил я женщину. - Но сомневаюсь, что Миша приставил бы ко мне негодяя.       - Миша? Как понимаю, это твой начальник? Вы настолько близки, что ты зовёшь его по имени? - тётя Лена ободряюще улыбнулась, сложив руки и положив на них подбородок.       - Да, в последнее время мы очень часто общались в неформальной обстановке. Он очень мне помог... Ну, после травмы, и я даже могу сказать, что мы стали друзьями. - Я нежно улыбнулся в ответ и, не удержавшись, положил руку на щеку тёти, которая стала мне, как мать.       - Понятно, - она покрепче прижала мою руку своей. - Так значит, ты теперь очень серьёзный и ответственный человек? Кем ты работаешь?       - Ну, вообще я считал себя штатным программистом... Ну, может, чуть выше. Но потом выяснилось, что я - главный айтишник, причём я по сути сам запретил начальству ставить мне эту должность, что не помешало им выплачивать мне достойную зарплату, - тётя Лена выглядела удивлённой после моих слов, и я пояснил: - Я считал это вроде хобби, и для развлечения периодически укреплял защиту систем и предотвращал взломы, если меня просили. Как оказалось, я был единственным, кто мог это делать настолько... Хорошо, - я смущённо почесал щёку, отводя взгляд. Не люблю себя хвалить.       - Понятно. Так у вас с этим Михаилом... Только дружба? - тётя Лена пыталась выглядеть минимально заинтересованной, словно спросила это просто для галочки, но от меня не ускользнула лукавая искорка в её глазах. Эх, а я и забыл, что она только с виду такая нежная и милая, внутри являясь очень сильным и умным человеком.       - Конечно! - я даже вскинул руки. Но тут же неуверенно продолжил: - Хотя... Не уверен с его стороны. Множество намёков... И плюсом, ну не может быть, чтобы сотруднику, пусть и столь, как он утверждает, ценному, просто так перепадало столько внимания от начальства. Он постоянно ездил ко мне в больницу, а после и вовсе забрал к себе - там было, кому за мной присматривать. Возил меня на необходимые обследования сам, и изводил врачей, когда выяснял моё состояние, и всё такое, - тётя Лена понятливо закивала, скрывая хитрую улыбку, заставив меня покраснеть.       На этом моменте нас прервала до неприличия счастливая Лиза, забежав в дом и с порога заявив:       - Братик, заберёшь меня с собой?!       Я подавился чаем, которым в этот момент решил смочить горло, скрывая смущение от разговора, и закашлялся. Тётя Лена похлопала меня по спине, одновременно с этим неотрывно смотря на дочь, подозрительно сузив глаза. Сестрёнка, кажется, пришла в себя, мгновенно вспыхнула алым по всему лицу и выскочила за дверь, прячась за дверным косяком, будто маленький нашкодивший ребёнок. Тётя Лена тяжело вздохнула, покачав головой и на секунду прикрыв глаза, и вопросительно посмотрела на меня, видимо, ожидая моего ответа.       - Ну... - задумался я. - Я-то не против, но у меня однокомнатная квартира... Но можно будет отделить какой-нибудь шторкой... С другой стороны, она как раз заканчивает учёбу в колледже, и может попробовать поступить в университет...       - Да, то, что одна комната, это большая проблема. Всё же вы, пусть и брат с сестрой, разного пола... Вам будет неудобно. Но если будет возможность отделить спальное место шторой, будет не так уж и страшно, пожалуй, - пустилась в размышления тётя Лена.       - В любом случае, в ближайший месяц я не хочу туда возвращаться, - отрезал я. И тут же, одумавшись, неуверенно добавил: - Если вы, конечно, не против моего присутствия...       - Чтобы я больше такого не слышала даже! - мгновенно разозлилась тётя, укоризненно смотря на меня. - Конечно, мы не против, живи, сколько тебе хочется. Лизке развлечение, да и мне веселее. - Она мягко улыбнулась, смягчая впечатление. Я посмотрел на неё с благодарностью.

***

      Я договорился с Михаилом насчёт удалённой работы, благо, моё присутствие на новой должности (меня всё же повысили) не было обязательным. Я быстро обеспечил домашний интернет, чтобы было удобнее, чем привёл в восторг Лизу, и работал со своего ноутбука, на котором мне обеспечили полный доступ в систему. Мы съездили с ней за новым телефоном, купив одну из самых новых моделей, и накупили новых шмоток для будущего переезда. Даже тёте Лене прикупили новый наряд, благо, Лиза прекрасно знала и её размер, и вкус. И я заметил, что тратить деньги на родных мне приятней, чем на себя. И уж тем более в разы приятнее, чем на стерву-Марину. Я действительно был счастлив, наблюдая неподдельный восторг сестры, и, хотя она пыталась остановить меня, накупил ей столько, что старый гардероб можно было смело выкидывать. Они жили скромно, хоть и не было острой нужды, но покупать просто так кучу вещей позволить себе не могли - всё же только вдвоём живут. Лизка училась, а работала одна тётя Лена, в парикмахерской. Поэтому, имея такую возможность, я постарался как можно сильнее отплатить им за всё, что они для меня сделали, не обращая внимания на их протесты - им было явно неуютно, что я столько на них трачу. Но с новой должностью я действительно мог себе это позволить.       Жили мы дружно, как говорится, душа в душу. Моя нога заживала быстро, и, хоть ходить без трости я всё ещё не мог, боли уже практически не ощущал. Через пару недель я практически забыл обо всём, что произошло, и действительно ощущал себя невероятно счастливым. Как бы я не храбрился, мне не хватало этого домашнего тепла. И лишь один момент всё омрачнял.       Мне начал сниться Он. Где-то через неделю после моего приезда. Бесстыдно-белобрысый, с шикарным телом и цепким взглядом. Поначалу он лишь наблюдал за мной издалека, лишь иногда позволяя себе подойти и прикоснуться до моего лица, откидывая прядь волос и заворожённо смотря в мои глаза. Затем сны стали откровеннее, и белобрысый сразу же подходил ко мне, медленно снимал с меня футболку, не отрываясь смотря мне в глаза, и восхищённо оглядывал худощавое тело, вслед за взглядом исследуя его пальцами. Он приходил часто, практически каждую ночь, и после этого я просыпался с необъяснимым чувством внутри. Мне было... Больно и тоскливо, я как будто скучал по нему. Я с лёгкостью не думал о нём весь день, будучи весь в заботах, но ночью... Мысли накатывали с тройной силой, порой не позволяя заснуть вовсе. Я не мог себе этого объяснить, ведь я должен его ненавидеть, тогда почему же я тоскую?..       Так прошла ещё одна неделя. Он перестал сниться, ведь я практически перестал спать. Я был готов плакать в подушку от отчаяния. Я изнывал без его прикосновений, пусть и ощущал их только во сне, но я каждую ночь тихо ласкал себя, запираясь в туалете и вспоминая эти аморфные ощущения. Я даже предполагать не мог, что возможно настолько сильно... Полюбить.       Да, я признал это. Было бы глупо не признать, а глупым я себя не считал. Вот только списать его поведение на "бьёт, значит любит" никак не получалось, он всё-таки не школьник уже, а 19-летний, идущий к успеху, парень. И я понимал, что он за что-то меня ненавидит, но не мог понять причину. Не мог оправдать его жестокость. Не мог простить, не выяснив хотя бы причины. И не мог простить себя, что умудрился влюбиться, стоило ему проявить лишь каплю заботы и беспокойства обо мне. Эти мысли поглощали меня полностью, мешая дышать.       И в итоге я настолько отчаялся, что принял решение возвращаться. Я не знаю, что я буду делать, но мне нужно хотя бы увидеть его и поговорить. Он же и сам собирался это сделать перед моей травмой, насколько я помню. Я должен был расставить все точки над "ё", или я просто сойду с ума.       Я обрадовал сестрёнку, мама, пусть и скрывая грусть, согласилась, что время возвращаться пришло, и мы принялись собирать вещи. Я как раз размышлял над тем, как мы будем добираться, и есть ли у меня номер Сергея (вот уж Лизка обрадуется, они почти месяц не виделись), когда с улицы донёсся автомобильный гудок. И это явно была не "моя личная служебная машина". Выглянув в окно, я убедился в этом воочию. Возле нашего двора стоял шикарный внедорожник с тонированными стёклами. Мы с мамой недоумённо переглянулись, и она пошла смотреть, кто там.       Спустя пять минут она вернулась. Мы с Лизкой всё это время без тени смущения подглядывали в окно, но, к сожалению, водителя так и не увидели - они встали так, что ветки вишни, росшей возле двора, скрывали их полностью. Она выглядела ещё более удивлённой и, посмотрев на меня, лишь сказала:       - Это к тебе.