Кем бы ты ни был

      Зоро не было дела до метки на руке, она уже ничего не значила, тем более Ло подтвердил — Санджи Винсмоук уничтожил их компас со своей стороны. Теперь это просто чужое имя на правой руке, ему было плевать, есть оно или нет. Но Зоро требовалось кое-что проверить, потому он согласился на предложение Принса.       Машину он припарковал не прямо перед домом, а возле утиного знака, чтобы не привлекать внимания Зеффа. Взглянул на Принса — тот сидел очень тихо, задумчиво обнимая гитару рукой с кровавым бинтом. — Эй, пошли? — Зоро мягко тронул его за плечо.       Принс вздрогнул, словно очнувшись, и заторопился. Попытался выйти из машины, но дверь была все еще заблокирована, и он немного потолкался в стенку, как глупая птица о стекло. Зоро покачал головой и разблокировал замки. Принс был сам не свой.       Они прокрались через лужайку, обошли дом, вглядываясь в окна. Все спали, потому Принс аккуратно открыл заднюю дверь спрятанным под ковриком ключом. Так они оказались на большой кухне Зеффа. Но даже тут Принс зажег только одну настольную лампу. Зоро хмыкнул, увидев, что холодильник завешен еще одним постером с изображением моря в Ист-Блю. — Давай здесь, Маримо, — прошептал громко Принс, кивая на кухонную раковину. И забрался за холодильник, со звоном извлекая оттуда стеклянную банку с желтоватой жидкостью. — Зажми что-нибудь в зубах, а то заорешь и всех перебудишь в доме, — глаза его блестели нездоровым ажиотажем.       Он сунул Зоро деревянную кулинарную лопаточку. Зоро гордо отвернулся. — Не буду я кричать. Я потерплю. — Ну, ну, это же на всю нервную систему действует. Сразу в мозг боль пойдет, поверь мне, знаю, о чем говорю, — шипел Принс, но Зоро не подчинялся, мотая головой от палочки, как упрямая лошадь.       Санджи Винсмоук должен был еще помочь ему в личной жизни. Уничтожение метки бескомпромиссно покажет Принсу, что Зоро плевать на парусника, и они в равных условиях одиноки. Это заставит Принса осознать искренность намерений Зоро. Но главной целью была проверка…       Принс принес жуткую вонючую банку, и Зоро со скучающим видом «ем гвозди на завтрак» закатал рукав форменной полицейской рубашки на правой руке. Когда он устраивал в мойке руку, надписью вверх, то не отводил пытливый взгляд от лица Принса.       И да — все подозрения Зоро подтвердились. Зрачки Принса расширились, стоило ему сложить буквы в слова. Он замер в испуге, а дыхание сбилось — Принс был определенно давно знаком с этим именем, и оно его пугало до леденящего ужаса. «Санджи Винсмоук» переливался приглушенным золотым цветом на руке Зоро. В детстве Куина часто дразнила его, больно заломив назад руку во время спарринга, что у него надпись блестючая, ни дать ни взять у Зоро будет какая-нибудь принцесса. — Это мужское имя, бака, — бормотал пристыженный поражением Зоро. — Хах, еще один человек сильнее тебя, салага!       Сейчас имя на руке напоминало Зоро больше об умершей Куине и о сенсее, чем о паруснике. Но память о них он может хранить и в душе. А это имя…       Принс, не сводя глаз с золотистой надписи, поднял руку к верхней полке и снял оттуда какую-то бутылку. Вырвал пробку зубами и тут же влил в себя несколько больших глотков. По запаху Зоро догадался — водка.       Имя Санджи Винсмоука было прекрасно известно Принсу Блэку. И это стало последним доводом для родившейся этим вечером пронзительной догадки, разрывающей Зоро сердце. Там, на лужайке, Принс не заметил, как отсчитал: «Ичи, ни, сан». Точно как та девочка с развалин, над чьей меткой проводила эксперименты Джерма. «Так считают дяди ученые», — сказала она, и мало кто из простых людей в Норт-Блю знал эту систему счета. Кроме… да, кроме тех, кто побывал в качестве лабораторной крысы у Джермы.       Все выстроилось в ряд: «Норт-Блю, который не отпускает», странный бандит, намеревавшийся вколоть Принсу транквилизатор, явно чтобы вернуть сбежавшего подопытного в лаборатории. Потому он так долго шел к своему маяку — он был в застенках Джермы. А когда вырвался, было уже поздно, они уже изменили его метку, сломали завитушкин компас.       Зоро неотрывно смотрел на залипшего на имени Винсмоука на его руке Принса, и сердце его наполнялось болью. Что они с ним сделали? Заставили метку перекочевать на другую руку? Нейтрализовали компас? Заставили измениться имя на руке? Зоро заметил черные края длинной надписи, она выходила за рамки обычной метки, была искусственной. Это Винсмоуки силой сделали с ним? Или Завитушка пытался вернуть хотя бы татуировкой имя украденного у него соулмейта?       Все находят свою пару в подростковом возрасте, а Завитушка припозднился почти на десять лет, но вырвался, примчался через пол страны, спасаясь от прихвостней Джермы. Но они уже сломали его компас, и его маяк ему не поверил. Ему захотелось обнять Завитушку прямо сейчас, пока тот не перестанет так очевидно дрожать.       До этого вечера Зоро жалел, что так долго преданно ждал Санджи Винсмоука, но теперь — нет. Потому что именно причудливые изгибы судьбы и преступный Винсмоук привели в его город Завитушку. Лишили того маяка, чтобы Зоро смог занять его место.       Он по-прежнему презирал Винсмоука со своей руки, но больше не жалел о потраченном времени. Просто все это время он ждал Завитушку.       Принс же нервно сглотнул и поднял банку с кислотой. Та тряслась в его руках, едва не выплескиваясь за края. — Уверен? — прошептал Принс, не отводя взгляда от золотистых букв. — Да. — Это… очень больно.       Зоро с силой сжал зубы, проклиная Винсмоука. Завитушка в который раз говорит, как больно, когда что-то разъедает твою метку. Что они сделали с ним там, в Норт-Блю? — Я переживу. Хочу уже избавиться от этого парня в своей жизни, — как можно спокойнее постарался ответить Зоро. Он замолчал, наблюдая, как яростно впился взглядом Завитушка в имя на руке Зоро. Кажется, по его виску пробежала капля пота. Банка звякнула и затряслась над мойкой. — Все хорошо, я ни за что не буду жалеть. Я считаю, это должен сделать именно ты, — попытался успокоить его Зоро. — Должен сделать именно я… — Принс вдруг издал странный булькающий звук, весь скрючился, бахая банку обратно на столешню. И ринулся через кухню, зажимая рот рукой. Зоро видел, как тот влетел в ванную дальше по коридору и свалился на колени перед унитазом, тут же прощаясь с ужином.       Зоро посмотрел на свою руку — Санджи Винсмоук по-прежнему золотился в тусклом свете кухонной лампы. Холодный и безучастный к тому, что сейчас переживает человек, которого Зоро хочет видеть на месте своего парусника.       В молодежном сленге было такое понятие: поймать с разбега. Это когда ринувшийся к маяку из-за «взбесившегося» компаса парусник на своем пути через город или через всю страну не может при всем желании притормозить и поступать рационально. Выбегает из дома без копейки в кармане и в домашних тапочках, едет зайцем на поездах, оставляет за собой вереницу побегов из хостелов и украденных булочек в кафе. И чем дольше такой путь, тем большее пламя из нарушений разгорается позади никак не способного затормозить парусника. Он останавливается только добежав до своего маяка, буквально упав в его объятия. А тот — ловит его с разбега, дает ему понять, что теперь он может остановиться: отводит к себе, чтобы тот наконец выспался спокойно, оплачивает все его непогашенные счета, пока полиция им всерьез не заинтересовалась. Это и называлось — поймать с разбега человека, который добежал до тебя на последнем издыхании.       Принс сбежал от Джермы, скрывался от охотников, пробежал пол страны с горящей надеждой в сердце упасть к своему маяку, а если тот оказался так глуп, чтобы не оценить этого, — Зоро поймает его с разбега.       Из ванной раздались кашляющие звуки. Зоро спокойно открыл холодильник и довольно быстро нашел лимон. В туалете загудел сливной бачок. Зоро выжал пару капель из лимона в стакан с чистой водой и направился в ванную.       Принс сидел прямо на кафеле, опираясь одним боком об унитаз. Он вытирал рукавом рот, а к взмокшему от пота лбу липли волосы. — Прости, Маримо. Что-то накатило… наверное, вспомнилось просто, как меня крутило первый час после ожога. Я уже в норме. Продолжим, — Принс предпринял попытку подняться, но Зоро сам поспешил присесть рядом. — На, прополощи рот. Хорошо очищает, — он протянул Принсу лимонную воду. Тот удивленно взял стакан больше по инерции. — Все нормально. Сейчас у меня получится. Я смогу, — неумело соврал тот. Его тело била крупная дрожь, голос хрипел. — Сейчас умоюсь и закончим.       Зоро покачал головой и показал глазами на стакан: полощи. Принс смущенно набрал в рот воды. — Все хорошо, Завитушка, — сказал Зоро, смотря как тот медленно цедит воду. — Не заставляй себя опять смотреть на мою метку. Я просто попрошу Ло удалить ее и получить разрешение задним числом. — Нет, Маримо, я сейчас, — Принс сплюнул воду и неловко попытался встать, но силы словно покинули его, он снова тяжело оперся на унитаз. — Сейчас… — Я поступил глупо, тебе наверное больно делать это лично, — Зоро перекатился с корточек на колени, становясь на них почти вплотную к Принсу. — Зоро? — тот поднял немного удивленный взгляд. — Что ты имеешь в…? — Мне жаль, мне так жаль, что это случилось с тобой. Я знаю, тебе было больно ставить точку и сжигать имя своего маяка. Но теперь все будет хорошо, Завитушка. Все будет правильно. Ты свободен от него. И я освобожусь от своего парусника.       Слова Зоро попали в цель. Принс вдруг всхлипнул, как-то сжимаясь в комок возле унитаза, и Зоро, не думая, что делает, подался вперед, прижимая к своей груди трясущегося Принса. Тот покорно поддался его желанию, позволяя прижать широкой ладонью свои лопатки, уместить голову в уютном сгибе шеи Зоро. Его тело было практически безвольным в объятиях, он только чуть вздрагивал, когда Зоро проводил по его спине рукой, ласково шепча: — Тссс, Завитушка. Прости, глупо было заставлять тебя. Конечно, тебе тяжело такое видеть. Я такой дурак. Я избавлюсь от нее сам.       Зоро почувствовал, как рубашку на спине сжали два кулака. А около воротника стало влажно. Он еще сильнее прижал к себе Принса, ласково уговаривая: «тсс, все хорошо, все позади». — Но я не хотел, Зоро… я надеялся… я не думал, что все закончится именно так, — всхлипывал Завитушка, наконец открываясь перед Зоро. Вырвавшийся от пыток Джермы и примчавшийся к руинам своей мечты по вине Винсмоуков. Зоро только обнимал его крепче и гладил по спине. А потом запустил руку в светлые волосы, прижался щекой к его голове и еле заметно покачивал: ну, ну, тише, тише. — Я знаю, Завитушка. Мне очень жаль. Но все будет хорошо. Теперь все будет хорошо. — Я всю жизнь… Я не могу рассказать об этом Рэй-Рэй… Я подвел Адель… — Тссс, — баюкал его Зоро, чувствуя, как обмякают руки Завитушки, отпуская его рубашку, как тот виснет на нем безвольным грузом. Зоро дернул Принса вперед, приподнимая того с пола, и усадил к себе на колени лицом к лицу. Тот не сопротивлялся, лишенный почему-то сил и убаюканный заботливыми поглаживаниями, позволил своим ногам протянуться за спиной       Зоро, покорно подчиняясь чужим рукам.       Зоро больше не позволит Джерме приблизиться к Принсу. Они не заберут его, даже если ради Принса Блэка ему придется убить самого Санджи Винсмоука. Зоро не переставал гладить спину Завитушки, и тот постепенно перестал всхлипывать.       Они сидели так долго на полу ванной в тишине спящего дома, и Зоро готов был не отпускать Завитушку до утра. — Зоро, — наконец прошептал Принс ему куда-то в шею. И Зоро сначала погладил его по волосам, коснулся губами виска, и только потом спросил: — Что? — Ты верно все решил, это должен быть именно я. Можно я все-таки помогу тебе ее сжечь? — Почему? — Не хочу сам себя считать трусом и слабаком, — прошептал Принс. И Зоро не выдержал, он слегка отстранил от себя обмякшего Принса, ловя одной рукой его лицо, чтобы посмотреть в глаза. — Не говори так о себе, Завитушка, — Принс глянул на него пьяным от какого-то отчаянья взглядом потемневших, как море в грозу, глаз. Сердце Зоро словно ножом пронзили: что сделали с Принсом эти ублюдки из Джермы? — Ты не должен волноваться об этом, — он приподнял лицо Принса за подбородок. Тот снова покорно подчинился его воле, разморенный теплыми объятиями и успокаивающим шепотом.       Губы Зоро коснулись его губ не спеша, и поначалу Принс даже поддался поцелую. Испустил легкий стон: «Ааа», и приоткрывшиеся от него губы впустили Зоро с более смелым поцелуем. Тот тут же стал настойчивее, чувствуя податливость Принса в его руках, его тело подчинялось каждому движению Зоро. Но вскоре тот попытался мягко отстраниться. — Меня тошнило… — Плевать, Завитушка, — шептал Зоро, снова ловя его губы. — Все уже смылось…       Он опять завладел полностью губами Принса, безвольно позволяющего себя целовать. Рука Зоро прошлась вдоль позвоночника Принса и скользнула под ремень, вытаскивая рубашку и забираясь ближе к коже. Принс судорожно выдохнул ему в рот, когда Зоро провел горячей рукой по голой коже. И тут же попытался отстраниться, несмело утыкаясь ладонью ему в плечо. — Что ты вытворяешь. У меня есть девушка. — Плевать, — прошептал Зоро, устремляясь за отстранившимся Принсом. Тот откидывался назад в его объятиях, Зоро склонялся вперед, пока не уложил Принса на кафель аккуратно между стеной и унитазом. Отступать Принсу было некуда, он выглядел растерянным, а его волосы в беспорядке разметались по полу. И Зоро с удвоенной болезненной нежностью поцеловал Принса. — Прекрати, — выдыхал тот, но его руки просто упирались о грудь Зоро, даже не пытаясь оттолкнуть. Лицо Принса горело жаром, когда Зоро скользнул по скуле губами. — Нет, — шептал Зоро между поцелуями. — Прекрати, — шептал Принс, уже не отталкивая, а наоборот — вцепляясь в плечи Зоро. — Нет, не перестану. К черту эту девку… — Зоро прижался горячими губами к шее Принса, и от обжигающих кожу ощущений тот застонал, выгибая шею. Зоро тут же поднял голову, чтобы посмотреть на пылающее от смущения лицо Принса. Он низко навис над ним, почти касаясь губ губами. — Пусти, моя девушка… — прошептал тот немного распухшими от страстного поцелуя губами. Но Зоро уже не слушал, наваливаясь на Завитушку всем телом, не давая ему высвободиться из тесного уголка между стеной и унитазом. Это же очевидно, он сделает Завитушку счастливее, чем Пуддинг, он защитит его от Винсмоуков, он станет для него маяком.       Завитушка рвано дышал под ним, шепча в перерывах между поцелуями что-то бессвязное про Пуддинг и «нет, не надо», чтобы Зоро прекратил, зачем он это делает. Зоро не чувствовал в себе сил остановиться, и он не ручался, чем все это закончится, когда лопочущий что-то свое Принс такой податливый в его руках.       Потому резкий звонок в дверь заставил его чуть ли не вскочить на ноги и выхватить пистолет. Он резко привстал на коленях, прислушиваясь.       Кто-то звонил в дверь к Зеффу и в такой поздний час. Это очередные похитители пришли за Завитушкой? Он лично скрутит каждого. Он посмотрел вниз, Принс лежал под ним с мутным потерянным взглядом и распухшими губами. — Зефф-сан, Принс вернулся домой? Он не отвечает на телефон, — Зоро чуть не выругался во все горло. С крыльца раздавался голос Пуддинг. Завитушка под ним дернулся, и Зоро приложил палец к его губам: тихо. Почему-то Завитушка послушался, смиренно оставаясь лежать на кафеле под Зоро.       На ступеньках послышались шаги: тяжелые Зеффовы и суетные Усопповы. Паренек взволнованно причитал, что «Что же, выходит, Принс пропал»? Зефф немного постоял в гостиной, как слышалось Зоро с Принсом из ванной на первом этаже. Старик не спешил отпирать, выглянул в окно и только потом открыл Пуддинг. — Что такое? — буркнул тот. — Доброй ночи. Простите, я так волнуюсь. Я видела, как полицейская машина забрала Принса с лужайки у моего дома. Я думала, его отправили в участок, но его там нет. И я начала волноваться, ведь телефон молчит. Потому я пришла проверить, вернулся ли Принс домой. А полицейская машина стоит недалеко от вашего дома… — сбивчиво поясняла Пуддинг. Зоро с досадой почувствовал, как расплываются губы Принса в улыбке под его пальцем. «Она такая заботливая». — Офицера Ророноа? — слышался голос Зеффа. — Надеюсь, этот паршивец не пошел выполнять свой план напоить офицера до беспамятства, накрасить, надеть парик и сфотографировать для местного сайта знакомств.       Зоро осуждающе посмотрел на Завитушку под ним. Тот быстро-быстро замотал головой: да нет, как можно, в жизни я такого не планировал. Зоро не особо-то поверил. — Может, они где-то дома напившиеся? Надеюсь, не дурачатся с наручниками и не потеряли ключ, — заволновался Усопп. Было слышно, как Пуддинг вошла в дом, а Зефф проковылял на кухню, где горел свет.       Принс выпучил глаза, вспоминая, что на столе осталась банка с кислотой. Зоро обреченно вздохнул, нужно спасать Завитушку. И с сожалением поднялся, быстро одергивая рубашку и поправляя пояс. Он резко вышел из ванной, пугая до писка стоявшего неподалеку Усоппа. — Зефф-сан, все нормально. Ваш племянничек перебрал и его мутило в туалете, пришлось присмотреть за ним, — Зоро окликнул Зеффа вовремя, тот почти добрался до мойки, где стояла банка с кислотой. Старикан развернулся, недовольно оглядывая Зоро. — Я велел ему не ходить никуда в одиночку по ночам. Где этот остолоп? Мне нужно преподать ему парочку уроков.       Зефф промаршировал обратно в ванную, Зоро проводил его взглядом и чуть не охнул от неожиданности. Пуддинг оказывается давно стояла рядом и изучала его практически в упор. Но оба они вздрогнули, когда из ванной начали раздаваться крики Зеффа: — Я кому сказал «правила безопасности»! Под домашний арест захотел! И носатый твой получит, что тебя прикрывает. — Но разве с офицером полиции не безопасно, старикан?!       Через полчаса отчитанный как школьник Зоро вез домой завитушкину девку. Та пялилась на него кошачьими немигающими глазами все то время, пока из ванной не вышел слегка помятый Завитушка. А как он появился, будто тумблер в ней переключился, сразу улыбку сладкую, как патока, нацепила. «Ой, я так переживала», «Я не могла уснуть, пока не увижу, что с тобой все хорошо, лично». «Конечно я пойду с тобой на летний фестиваль», «Да, у меня есть юката, ой ты меня смущаешь, не так уж она мне идет». И что характерно, как только в машину к Зоро села, то опять как тумблер щелкнул.       Зоро было плевать, он думал о сегодняшнем открытии, о вздрагивающих под его ладонями лопатках Завитушки, и о том, что сделал бы с Санджи Винсмоуком за то, что тот сотворил с его Завитушкой. — Офицер Ророноа, — заговорила вдруг девка, скучающе разглядывая ночной Орандж-Таун, — у меня такой вопрос: а сама полиция должна уважать право чужой собственности? — Э? Что за вопрос, конечно да. Полиция нужна, чтобы защищать законы, — наморщил лоб Зоро. — А сами вы его соблюдаете, офицер Ророноа? — она повернулась к Зоро, жуткая в своем платье с рюшами и с холодным изучающим взглядом, как кукла-убийца. — Конечно. — И не пытались в последнее время присвоить себе что-то чужое? Потому что полицейским нарушать такие правила вдвойне опасно. Ведь у них такая опасная работа, не ровен час, могут и пристрелить прямо на посту. — Мэм, я вас не понимаю, простите. Про что вы? Если про усилки, что я конфисковал у Завитушки, так я их Фрэнки и отдам. Они его. — Да, про них, — вдруг легко согласилась она. А когда выходила около дома, то, перед тем как захлопнуть дверь, склонилась обратно в салон. — И в последующем рекомендую вам, офицер Ророноа, что бы вы ни захотели взять у Принса, обращаться сразу к Фрэнки.       И захлопнула дверь.