Кем бы ты ни был

      Завитушка как очнулся после отравы Пуддинг, был сам не свой. То вдруг полез целоваться в бункере, то согласился пойти на свидание и угнал у Зоро собственный же мотоцикл. Ну, когда твоя милая девушка оказывается психованной маньячкой, это расстраивает. Потому Зоро относился с терпением и пониманием — он хотел, чтобы сердце Завитушки успокоилось. Ну и заодно застолбить за собой право быть следующим, с кем Завитушка завяжет отношения.       Потому-то Зоро и раскрыл все карты, что знает и о счете из Джермы, и о кулонах-цветах. О том, что все это сотворили с Завитушкой чертовы Винсмоуки, Зоро подозревал с того самого момента, как Принса вывернуло от одного вида имени на руке Зоро.        Так что когда Принс выкинул очередной фортель и набросился на него на кухне, Зоро решил ловить волну. Пусть Завитушка действует на эмоциях. Но зато к тому времени, как Завитушку перестанет кидать из крайности в крайность из-за Пуддинг, Зоро уже закрепится в его жизни прочно и навсегда. Вихрем налетевший Принс прижал Зоро к столу и чуть не опрокинул на спину, но Зоро догадался перехватить инициативу, пока тот опять не передумал.       Зоро оттолкнулся от стола, ловко меняясь местами с Принсом, и тот легко поддался, сам падая на стол и обхватывая Зоро ногами. Его рука бесстыдно скользнула у Зоро по спине под рубашку, а сам Завитушка яростно вжимался бедрами в Зоро, выгибаясь. Он был порывистым и отчаянно-страстным, и хотя Зоро это безумно возбуждало, больше он хотел успокоить Завитушкино сердце, которое сейчас явно было не на месте.       Принс же горел нервным пламенем. Он буквально вцепился губами в шею Зоро, увлекая того склониться вниз, над столом. Волосы на загривке у Зоро встали дыбом от легкого покусывания. Он толчком уложил Принса под собой, чтобы удобнее… — Ну нет, Завитушка, — Зоро с трудом отстранился, строго глядя на пытавшегося расстегнуть на нем одежду Принса. — В смысле? — прохрипел тот. — Не тут, — Зоро выпрямился, увлекая за собой и Принса, тот нехотя встал на ноги. — Где твоя спальня? — Какого черта, тут! — взбунтовался Принс, напирая с удвоенной силой. На этот раз заваливая Зоро спиной на стол, чтобы его ноги не касались больше пола и тот перестал упираться.       В их первый раз у Зоро словно пелена страсти была перед глазами — он плохо соображал. Все был так скомкано и быстро, прямо на капоте автомобиля, скорей, скорей… Зоро не заботился особо о Завитушке, утолял только свое бешеное желание. Но теперь все будет иначе — Завитушка важен для него. И создан для гораздо большего, чем быстрый перепих на кухне.       Зоро встал, обхватив под бедра почти усевшегося на него Принса, тот и не думал следовать гласу разума. Зоро надо — вот Зоро пусть и делает. Сам же Завитушка остался висеть на нем, удобно устроившись на руке и покусывая за шею.       Зоро неуклюже обогнул стол, роняя Завитушкой какие-то стаканы. «Плевать», — мурчал тот. Со своей ценной ношей Зоро неуклюже ткнулся в туалет, в ванную, заблудился, добрел все-таки до гостиной. К счастью, все уже разошлись, или их выставила Виви, прикрыв тихонько дверь. В гостиной тоже был полумрак. Зоро чуть не уронил Завитушку в подвал, ринулся в другую сторону, попал опять на кухню. — Черт, да где твоя комната! — Плевать на нее, — Принс жестче обнял его ногами и потерся о его живот пахом. Зоро зарычал во фрустрации, почему Принс не помогает ему наконец сделать все как надо, а испытывает на прочность!       Зоро упрямо продолжил скитания, пока Принс ставил ему засосы. Он ткнулся в туалет, на кухню, все закончилось тем, что Принсу это надоело. Он снова присосался к его губам, намеренно закрывая рукой глаза. Зоро споткнулся о диван в гостиной, и они повалились на подушки, ни на секунду не расцепляясь. Принс тут же просунул руки к ремню Зоро, дергаными движениями расстегивая его.       Зоро смирился с тем, что в спальню они не попадут, диван был более менее комфортным для Завитушки. И позволил Принсу вновь увлечь его в дикую борьбу языков, с облегчением расстегивая на нем рубашку. Принс провел рукой по кобуре на бедре и прошептал: — Бэнг-бэнг! — Зоро с усмешкой сбросил кобуру. Пока он снимал ее, Принс успел стянуть с себя брюки до колена и снова привлечь Зоро плотно к себе, лихорадочно стаскивая с ягодиц и его форменные брюки. Он изогнулся, поторапливая Зоро приступить уже к главному. — Эй, эй, не гони лошадей, Завитушка, — больше никакого потребительского секса без подготовки. Завитушке нужен тот, кто позаботится о его здоровье и удовольствии. И Зоро докажет, что он лучший вариант из тысяч, кто выстроится в очередь за Завитушкой, только дай им знать, что маяк от него отказался. — Не учи меня трахаться, Маримо, — прохрипел Принс, и Зоро застонал, когда тот сунул руки ему в боксеры и схватил за давно возбужденный член. — Мне что, нарисовать тебе картинки, как это делается? — насмешливо прошептал Принс. Однако его нога уже была на плече Зоро, а ягодицы прижимались к паху Зоро. Завитушка слишком спешил, торопил Зоро также, как тот торопился в их первый раз. — Погоди, погоди, Завитушка, так тебе будет больно, — осадил его Зоро. Принс только закатил глаза, словно выслушивал скучную нотацию, и схватил Зоро за ворот, резко притягивая ближе, заставляя навалиться на себя всем весом.       Зоро был кремень. Он упрямо выставил руки, приподнимаясь на локтях над Принсом. Он подозрительно прищурился, ловя разгоряченного Принса за подбородок. — Эй, скажи, у тебя вообще есть опыт в этом деле?       Глаза Завитушки распахнулись до предела, и он мигом покраснел, выдавая себя с потрохами. — Ко-ко-конечно есть, придурок, я по-твоему из монастыря сбежал? Завитушка, который только что пытался всунуть в себя насухую член Зоро, бессовестно врал. — И когда же был твой последний опыт с мужчиной? — продолжил Зоро, он был полицейским и умел вести допросы. — Чего пристал! Есть у меня опыт, — Принс задумался и вдруг просветлел. — В мае.       В мае, когда Зоро вызвали разобраться с семейной ссорой по соседству и дверь ему открыл недавно приехавший в город Принс. В мае, когда Зоро не утерпел даже до мотеля, разложил его на капоте машины, оставляя на ней вмятины. Это и был весь Завитушкин опыт в однополой любви.       Зоро упал лицом в диванный валик возле головы Принса, его плечи тряслись от смеха. Можно ли было ошибиться еще хуже, сделав первый опыт Принса настолько грубым и неприятным. Зоро тогда, сам того не понимая, практически убивал собственные шансы на отношения с Принсом. — Эй, эй, ты чего, — ткнул тот его в плечо. — Я ведь и врезать могу. — Ничего, Завитушка, я такой дурак.       Больше Зоро не допустит таких ошибок. Зоро оказался первым опытом с неизведанным для Завитушки, спонтанным решением, и у Зоро были все шансы покорить его. И Зоро так беспечно упускал их один за другим. Теперь он вспоминал их первый раз глазами Принса, и ему было стыдно — за резкость, за то, что Зоро всегда оставлял на долю мимолетных партнеров позаботиться о себе самим. Если смотреть со стороны Принса, у них с Зоро был паршивый первый раз.       Зоро почувствовал, как придавленный Принс хмурится, и запустил под него руки, крепко обнимая. Без эротического подтекста, просто в порыве удержать, исправить то, что он натворил сам. — Завитушка, — прошептал он. — Что? — настороженно ответил Принс.  — Не торопись. Нужно сделать это плавно, тогда будет хорошо. Доверься мне, у меня много опыта. — Ты что, сейчас сказал, что я по сравнению с тобой девст… — Зоро заткнул возражения поцелуем. Он не хочет выяснять отношений, они ему ясны и так. Он хочет, чтобы Принс был с ним, и был счастлив.       Зоро старался не спешить. Воздал мысленно хвалу удаче, что в его бумажнике все еще хранился презерватив с хорошим лубрикантом. Он болтался в нем без дела уже несколько месяцев, с тех пор как Зоро перестали интересовать случайные связи и на уме у него был один только Принс.       Сначала он бережно коснулся между ягодиц Завитушки пальцем. Тот слегка дернулся под Зоро и тут же попытался это скрыть. Завитушка такой врун. Зоро прервал поцелуй, чувствуя, что Принс напряжен до предела. — Эй, Завитушка, расслабься. Не напрягай так мышцы. Я не хочу сделать тебе больно. Вот так, — говорил Зоро и постепенно, очень медленно, вводил палец. — Чувствуешь? Это же не больно, просто непривычно.       По тому, как Принс прислушивался к своим ощущениям, по его настороженному лицу и сведенным домиком бровям Зоро все больше понимал, насколько большим исключением он был в ту первую ночь для Принса. Он не удержался и опять склонился, просто обнимая его — больше он не будет совершать таких ошибок, он будет внимательным и нежным, как Принс заслуживает.       Принс прерывисто выдохнул, щекоча волосы около уха Зоро, и тот погладил его по голове свободной рукой. «Все хорошо. Даже если ты делаешь это, чтобы заглушить боль от предательства Пуддинг — ничего. Я постараюсь сделать так, что ты о ней думать забудешь».       К тому времени, как Зоро решил, что можно уже заменить пальцы на что-то посущественней, Принс окончательно бросил попытки притворяться, что ему плевать, и он делает это в сотый раз. Он немного испуганно схватил Зоро за плечи, когда тот прижал свой член ко входу. — Зоро… — Все хорошо, я же сказал, что знаю, как сделать хорошо, — склонился Зоро. Он тоже раньше никогда не занимался таким сексом, где больше волнуешься о партнере, чем о своем удовольствии. Потому сердце его странно трепетало, он хотел взять Завитушку прямо сейчас, одним толчком, но так боялся ранить его.       Они продвигались медленно, Принс прерывисто дышал, взволновано мял рубашку на спине Зоро. Спина покрылась потом от напряжения, все силы Зоро уходили на самоконтроль, он плавно и очень аккуратно, прислушиваясь к дыханию Завитушки, входил в него. Зоро прижался губами к уху Принса. — Видишь, все хорошо. Я уже вошел, и не было неприятно. Скорее необычно, правда? — Ум, — Зоро знал, что Принс соврал. Он чувствовал, что тот не опытен, слишком напряжен, чтобы не чувствовать дискомфорта. Но Принс желал этого сегодня, а по опыту Зоро знал: если Завитушка что-то задумал, это не отменить. Так что Зоро мог только возглавить безумство и направить его в безопасное русло. — Вот так, — Зоро приподнял Принса за поясницу, подсовывая под него небольшую подушку. — Так будет лучше. Ты сейчас почувствуешь, Завитушка.       Двигался Зоро медленно, ловя неровные вздохи и судорожные выдохи Завитушки, шепча короткие успокаивающие слова, что сейчас будет хорошо. Пока Завитушка и правда впервые не болезненно выдохнул, а коротко простонал. И сам резко замолк, удивившись этому. Зоро почувствовал себя уверенней, он с улыбкой склонился над Принсом, принимаясь двигаться быстрее. — Чувствуешь? Я же говорил, что будет хорошо, — уже вошедший во вкус Завитушка не дал ему продолжить. Он страстно застонал и крепко уцепился за шею Зоро, увлекая его во влажный рваный поцелуй, прерываемый стонами. Голову Зоро вело, он переставал ясно мыслить.        Правильно настроенный Завитушка трахался как бешеный, у Зоро волосы на голове шевелились от низкого голоса, которым он стонал с каждым толчком Зоро. Никогда просто чей-то чужой голос не творил с ним такого, и Зоро скоро и сам позабыл, что хотел держать себя под контролем. — Зоро, Зоро, Зоро, — выдыхал тот, и его имя перекатывалось во рту Завитушки, будто было рождено, чтобы срываться только с этих губ. Будто до этого Завитушка повторял его имя тысячи раз.       Зоро запустил одну руку между их телами, сжимая член Завитушки, а второй схватил его за волосы, заставляя запрокинуть голову. Его толчки становились все яростнее, скрипел старый диван и деревянные половицы под ним от резких движений Зоро. Открывавшаяся незащищенная шея с холмиком кадыка порождала в Зоро звериные желания, и, уже жестко толкаясь в Завитушку, он прикусил ее, крепко держа волосы, чтобы тот не вырвался.       Завитушка громко и протяжно застонал и внутри весь сжался, кончая. Зоро в полумраке увидел его лицо: без хитрой усмешки, с которой Принс часто подтрунивал над Зоро, оно казалось совсем юным и наивным. И то, как Принс неопытно доверился ему в итоге, и как цеплялся в волнении за его плечи во время секса, только усиливало этот эффект. В душе у Зоро вдруг и навсегда поселился какой-то уголек, тлеющее неизменным жаром желание чаще видеть такого незащищенного и не скрывающегося за масками Принса.       От того, как по всему телу Завитушки прошла долгая судорога, сжимая член Зоро внутри, он сам застонал и практически следом кончил, падая всем весом на Завитушку. Тот что-то шептал, но Зоро не слышал из-за шума в ушах.       Некоторое время он не помнил себя: кто он, где он. Просто лежал в темноте и ощущал себя словно рожденным заново — другим, более осмысленным и цельным человеком. Первым ощущением, которое почувствовал этот новый, лучший Зоро, были мягкие поглаживания пальцами затылка. Принс запускал пальцы в короткие зеленые волосы на его загривке, и это было лучшее из всех испытанных в жизни ощущений. Зоро закопался носом в волосы у уха Принса, ловя каждую секунду спокойного блаженства. Сейчас, когда он насытил давно мучившее его желание, он наконец смог отделить влечение от чувств и понимал очистившимся сознанием, что не просто хочет — он любит Завитушку. И даже если любовь он испытывал впервые, он точно знал, что это она. — Нигде не больно? Прости, в конце я увлекся, — прошептал Зоро, поглаживая бедро Принса. Тот только коротко помотал головой: нет. Принс был молчалив и задумчив, но Зоро нравился он и такой, не скрывающийся за шуточками и едкими подколами.       Зоро приподнялся на руках, чтобы поцеловать Принса: сначала в лоб, потом в нос, и только потом — неспешно и обстоятельно, в губы. Одно дело целоваться в страстном вихре возбуждения — до секса, и совсем другое — нежный тягучий поцелуй после, говорящий о наслаждении теперь уже просто тем, кто сейчас в твоих объятиях. Завитушка откинулся назад, полностью отдаваясь Зоро даже больше, чем во время секса. Он был полностью расслаблен и податлив, позволяя Зоро сколько угодно нежности. И нежности не потому что это приятно Принсу, а потому что теперь этого хотелось самому Зоро.       На улице проехала машина, свет от ее фар пробежался по задней стене гостиной, напоминая, как уже поздно. — Черт, — Зоро приподнялся на локтях, пытаясь определить время по темноте за окном. — У меня же ночное дежурство, — удивленно признался он. — Пхххх! — Принс под ним фыркнул, давясь смехом, и Зоро не мог не улыбнуться и не склониться к нему за еще одним поцелуем. И еще одним. — Иди спать, — сказал Зоро, лишь немного отстраняясь от его губ. — Тебе нужно отдохнуть. Ты был так напряжен, мы могли потянуть тебе что-то. Тебе надо как следует поспать на хорошей кровати. А я после смены зайду и помогу закончить с уборкой, пока Зефф не увидел. Ну или если не успею, то просто сбежим ко мне.       Принс снова засмеялся, и Зоро улыбнулся следом. Все правильно, он заберет Завитушку домой. Его купленный для парусника дом слишком большой для одного, но с Принсом дом наконец снова обретет смысл. Ну и Зоро сможет в тишине на мягкой кровати провести обстоятельный осмотр, не травмировался ли по неопытности все отрицающий Завитушка.       Зоро думал было уже подняться, но молчаливый и только хмыкающий Завитушка вдруг крепко вцепился в него обеими руками. Закинул их на шею, притянул ближе, а ногами обвил талию. Он вцепился в Зоро, будто падает и пытается схватиться за ветку дерева. Снова запустил руки под рубашку на спине, провел языком вдоль ушной раковины. — Нет, Завитушка, я же говорю, лучше подождать и посмотреть, нет ли у тебя растяжений или травм, и только потом делать это еще раз, это не шутки, — с усилием отстранился Зоро. Он потрепал светлые волосы на макушке, словно тот был упрямое неразумное дитя. — Ты какой-то молчаливый. — Ум. — Эй, обещай мне, что пойдешь и как следуешь отдохнешь. — Ум. — Не «ум», а пообещай мне. Я заставил тебя пообещать пользоваться тревожной кнопкой, и это спасло тебе жизнь, — Зоро наконец сел на диване, приводя себя в порядок. — Скажи, что обещаешь. — Обещаю, — выдохнул Принс, закрывая глаза. — Молодец, — Зоро уже сидел, потому не склонился еще раз к Принсу и не позволил поймать себя в объятия еще раз, а сам поймал одно торчащее колено и поцеловал его, щекоча носом. Раздался легкий смешок.       Зоро с улыбкой принялся собираться. Хоть по их с Принсом торсам была размазана сперма, форменная рубашка Зоро каким-то чудом умудрилась уцелеть. Так что он смог кое-как нацепить обратно брюки с ремнем и заправить ее по уставу. Он вытащил подушку из-под поясницы Принса и заботливо подложил ее тому под голову. Потом направился в ванную, чтобы вытереть торс салфетками и выбросить пригодившийся презерватив.       На обратном пути не удержался, не сразу ушел, а вернулся в гостиную, резко свешиваясь из-за спинки дивана. Принс лежал все еще здесь, закинув руку на глаза, скрывая лицо в темноте теней. Он был неподвижен, едва трепетали ноздри, а губы вытянулись в тонкую линию. Зоро тихо склонился через спинку и мягко поцеловал эти грустные губы. Принс в удивлении убрал руку, и Зоро показалось, что в темноте они блеснули влагой. — Да пошел я на дежурство, пошел, — хехекнул Зоро. — Просто вот заглянул…. Эй, Завитушка, послушай, я понимаю, тебе больно из-за Пуддинг. Но все будет хорошо, теперь точно. Я буду рядом, тебе не будет одиноко. И я не предам и не сделаю тебе больно, как она. Я понимаю, тебе может быть грустно, но это пройдет, я сделаю так, что это пройдет.       Зоро вглядывался в Завитушку, но тот молчал, видимо, боясь выдать дрогнувший голос. Зоро вздохнул и поцеловал в сотый раз Принса, на этот раз успокаивающе в лоб. — Поспи, я приеду утром.       Он уже уходил, когда из-за спинки дивана раздался слабый голос. — Зоро, а что если я… — Если ты что? — Ничего. — Хорошо, скажешь мне утром, когда будешь готов, — Зоро вздохнул, покидать Принса не хотелось. Но впереди его ждало совместное утро, выходной вместе, если ему удастся утянуть его к себе домой, а в перспективе долгая, наполненная непривычными для Зоро эмоциями жизнь.       Зоро не сильно расстраивался, что долбанный енот раздирал заднее сиденье колымаги, которую прижимистая Нами выдала ему временно вместо расстрелянной полицейской машины. На ней не было даже полицейского значка, просто старье, взятое у Фрэнки путем шантажа теми же квадрокоптерами. Но Зоро не собирался жаловаться — машина на ходу и ладно.       Зоро вытащил за шкирку недовольного енота и заколошматил со всей силы в знакомую темно-синюю дверь. Ее открыл заспанный и в одних пижамных штанах Ло. — Возвращаю хозяевам, — бесцеремонно сунул Зоро трепыхающегося енота в руки доктору. — Разрушитель вернулся! Возвращается домой среди ночи под конвоем копов, ну чисто я в подростковые годы! — позади загоготал Кид, он вообще не парился и был в одних трусах. — Он забрался в чужой дом и до смерти напугал хозяев. В следующий раз просто сдам его в службу отлова, — буркнул Зоро, пытаясь не улыбаться довольной улыбкой. Ему было ради чего ждать конца смены, даже Кид не омрачал настроения.       Кид перехватил вздорного енота, давая ему кусать железный палец, и присвистнул: — Мне делать ставки, кто из нашего тихого городишки понаставил офицеру Маримо засосов? Или я узнаю его завтра по форменной фуражке, которую ты ему оставил? Зоро схватился сначала за шею, потом за голову. Черт! Мало того, что он не посмотрелся в зеркало перед выходом, слишком опьяненный Принсом, так еще и фуражку забыл. Даже не заметил, как она свалилась с головы где-то на кухне или уже в гостиной.       Кид во всю хохотал, наблюдая за реакцией Зоро. Ло не долго думая пнул его вместе с енотом внутрь и вышел на крыльцо, прикрывая за собой дверь. — Ходил в бар к Бонзу? — серьезно спросил он. — Я думал, ты похитил моего пациента. Даже не поднимал больницу на уши ради тебя, раз уж ты хоть раз решил нарушить закон ради кого-то. — Что? Нет, причем… — Зоро осекся, бар раньше был для Зоро традиционным местом для поиска партнеров на одну ночь. Ло изучал его холодным взглядом, а потом открыл дверь домой. — Тогда верни пациента, если не нужен.       И скрылся в доме, оставляя на пороге озадаченного Зоро.       Но фуражку нужно вернуть, Нами за потерю с него шкуру сдерет. Так Зоро оправдывал себя, когда свернул на следующем круге патрулирования к дому Зеффа. Он припарковал колымагу по привычке возле утиного перехода и взглянул на дом. Несмотря на середину ночи, свет в гостиной горел.       Зоро улыбнулся и поспешил к дому — вот ведь обманщик, он же пообещал Зоро, что будет отдыхать, а уберутся они вместе утром. В гостиной на свету промелькнуло несколько фигур, и Зоро моментально пригнулся.       Принс был там не один?! Неужели еще одно похищение или нападение всего через сутки после прошлого. Да ведь сейчас все въезды и выезды под охраной, а объект… А объект похищения должен был оставаться в больнице под присмотром камер и Ло, а Зоро собственноручно его похитил. Зоро готов был себя ударить, он хотел свидание и сам же подставил Завитушку под угрозу.       Быстрыми перебежками Зоро добежал до задней двери дома, та была выломана еще с момента перестрелки. Крадучись мягче кошки, он проник в кухню и оттуда, стараясь не попадать в лучи света в гостиной, двинулся по коридору. — Нам конец! Мы все мертвецы! Я говорю с полной комнатой живых мертвецов! — голос Нами?! Но что ей делать в гостиной Завитушки, да еще и с такими фразами?! — Да ладно, Нами, все же хорошо, — голос Луффи. Ну это Зоро еще мог понять, парнишка мог вернуться забрать остатки угощения с вечеринки. Зоро думал было уже вернуться на кухню и поискать там спокойно фуражку, как Нами опять запричитала. — Потому что как только Розовый яд узнает, что мы использовали ее любимого младшего брата в качестве сыра в мышеловке, нам не жить и суток! — Сан-тян добрый, он попросит Рэйджу нас не убивать, — засмеялся Луффи. — И конечно она скажет ему, что не убьет нас. А мы сами все умрем в своих постелях от яда, который растворится в крови к утру! И вообще, какого черта ты так спокоен, у нас сбежала главная приманка, а ведь мы уже почти накрыли всю семейку Шарлотт. Если дать ей разрастись, она займет все ниши, из которых ушла Джерма. — Но Нами, это же была прощальная вечеринка. Я думал, ты поняла! — возмутился Луффи. Зоро не понимал — вечеринка? Приманка для мафиози? Почему они все в доме Зеффа? — Как я должна была понять! — заорала Нами, и у Зоро уши заболели. Он представил, каково там Луффи. — Ну, Сан-тян приготовил каждому любимое блюдо и сказал, что рад был встретить каждого из нас. Разве так не говорят, когда уезжают навсегда? — Луффи! — Нами перешла на ультразвук. — Если ты знал, какого черта не сказал мне! — Потому что Сан-тян хотел уехать, и мы бы все равно его не остановили? — Подозрения подтвердились. В комнате Рэйджу никого нет. Ее маяк спит под крепкими снотворными рядом со свернутым в рулон одеялом. Предположительно она опоила его и ушла из-под наблюдения от двенадцати до шести часов назад. — Нееееееееет, — что-то стукнулось. Кажется, Нами упала в бессилье на пол. Зоро замер у стены, весь превратившись в слух. Здесь происходит что-то, что скрывалось от него, но причем тут Принс, он может быть в опасности? — Как они вообще договорились, Сабо? Ты же прослушиваешь все его телефоны?! — Они не пользовались никаким из доступных мне каналов связи, — спокойный и бодрый голос принадлежал Сабо, инженеру технической безопасности и главе ИТ-отдела полиции в Орандж-Тауне. Зоро нахмурился, как много людей здесь замешано? — Спорим, я умру до конца недели, — трагически рыдала Нами. — Как только Розовый яд узнает, что мы пытались манипулировать ее братом, запретив ему называть свое настоящее имя своему маяку. Мы дезинформировали и пытались удерживать Санджи в Орандж-Тауне даже когда ее освободили, чтобы ради нашей выгоды выловить как можно больше синдикатов. Розовый Яд не добрая, она сделает так, чтобы я долго мучилась перед смертью. — Если ты так хотела урвать с него побольше, попросила бы Зоро уговорить его остаться, — заметил Сабо. — Он попросил не говорить! — рыдала Нами. — Не знаю, что на него нашло, сказал, что никто в Орандж-Тауне никогда не должен узнать, что Принс Блэк на самом деле Санджи Винсмоук.       Зоро застыл, ему показалось, что острый меч пронзил и пригвоздил его к месту. Похожая мысль, странная и плохо сформулированная билась в его голове, пока он подслушивал. Но мозг просто отказывался ее принять, сохраняя психику Зоро от неминуемого удара. Принс на самом деле его преступный парусник Санджи Винсмоук. Там в гостиной Нами еще причитала о чем-то, но Зоро не слушал, с каждой секундой он ощущал, как раскаляется его кровь от бешенства, как бьется от ярости сердце быстрее, чем казалось бы возможно для человека.       Санджи Винсмоук — наследник одного из самых подлых и отвратительных синдикатов притворялся легкомысленным поваром из семейного кафе. Он придумал и сыграл Принса Блэка, поиздевавшись самым извращенным способом, сделав так, чтобы человека, которого полюбил Зоро, никогда и не было.       Санджи Винсмоук был из семьи убийц, и он убил Принса Блэка собственными руками. Он знал, он все знал с самого начала, и издевался надо Зоро, эти улыбочки, эти показные отношения с такой же маньячной сукой, как он сам, Пуддинг. Просто одна змея хотела сожрать вторую, а Зоро еще впутывался во все это!       Зоро ринулся прочь через коридор на кухню, он не знал, что он сделает, но он точно… Ему к грудь больно уперся тупой конец костыля. Зоро поднял глаза — перед ним стоял недовольный Зефф. — По кухням чужим с голодухи ночью шляемся, офицер Ророноа? — громко сказал тот, и суета в комнате затихла. Он схватил и выволок Зоро через коридор в гостиную. И теперь Зоро смог увидеть собравшихся: как он и предполагал, на диване сидел Сабо и быстро печатал что-то в ноутбуке. Нами облокотилась о диван, сидя на полу рядом и трагично всхлипывая, а Луффи гулял по ковру. Самого предателя нигде не было. — Зоро! – воскликнули они хором. Нами с ужасом, Луффи радостно, а Сабо просто — констатируя факт. — Неудивительно, что вы все просрали. Вас даже собственные пешки палят на раз-два, — буркнул Зефф, выталкивая Зоро в центр комнаты и становясь у выхода. Будто Зоро собирался бежать. Нет, он собирался заниматься тем, в чем был хорош — ловить преступников. — Зоро, а мы пришли в гости… — начала было Нами, но Зефф грубо прервал ее. — Не суетись, девчонка. Он все слышал.       Все во второй раз уставились на Зоро в молчаливом ужасе и интересе. Он до предела свел челюсти, играя желваками, и выдал: — Санджи Винсмоук сбежал. И вы его ловите. — Сан-тян опять всех вокруг пальца обвел! — рассмеялся Луффи. — Значит, даже Луффи знает, а я нет, — жестко отрезал Зоро, глядя на Нами. Та смутилась и даже поднялась с пола. — А, да, Зоро, позволь представить тебе Луффи — тайный оперативный агент федерального бюро. Он ответственный за защиту Санджи… — Ловко ты все тут устроила, Ведьма, — сухо прервал ее Зоро. — Прости, Зоро, мы бы сказали тебе, но позже. Это не потому что ты плохой полицейский. Просто я решила, что запрет раскрывать свое имя даже собственному маяку удержит Санджи здесь, и мы сможем выловить все главные группировки Джермы, как карасей из пруда. — Так за ним все же охотились? — Да, после падения Джермы, он единственный оставшийся «на свободе» Винсмоук. А Джерма владела огромным наработками в области генетики соулмейтов и меток… — Расскажешь потом, — мотнул головой Зоро. — Сейчас мы ловим беглого преступника.       Нами смутилась его словам, она прикусила губу и скосила взгляд: — Зоро, мне жаль. Это было мое решение, не говорить тебе, что твой парусник найден… Зоро просто обошел Нами, полностью игнорируя ее и склоняясь к монитору ноутбука Сабо. Ему не было дела до этой ерунды, он не считал мафиози своим парусником. — Так это офицер Голова-трава? — буркнул Зефф, он принялся поглаживать свои усы. — Так вот почему…. Черт. Ну и наворотила ты дел, девчонка… Мне почему было не сказать? — Это секретная информация, — защищалась Нами. — Своими секретами ты довела до того, что он сбежал, — пробурчал Зефф. — Они с Рэйджу переписывались по голубиной почте. — Голубиной почте?! Круто! — последнее добавил вслед за своим маяком Луффи, глаза его засверкали. — Сан-тян такой крутой!       Нами приложила руку ко лбу, будто у нее голова разболелась. — Зефф-сан, почему вы не доложили, что объект связывается со своей сестрой?       Зефф хмыкнул, задумчиво прошелся по гостиной и уселся в кресло напротив дивана, чтобы видеть Зоро. — У меня нет своих детей, потому мне сложно сказать, когда с парнишкой было что-то не так. Но если баклажан вваливается домой пьяным и сжигает собственную метку кислотой в ванной комнате, даже такой старый дурак как я может понять, что на душе у него полное дерьмо. — Он сжег свою метку? — пискнула Нами, теперь уже хватаясь за голову обеими руками. За брата с ожогом Рэйджу снимет кожу с нее еще живой.       Зефф же рассматривал Зоро, но тому было плевать. Он просматривал, как Сабо планомерно проверяет все спящие маячки. Винсмоук так просто не уйдет, Зоро из-под земли его достанет и заставит отвечать по заслугам. В душе у Зоро была ровная и упругая темнота, из нее вырвали все, что давало там свет. Еще одно доказательство, что мафии нельзя доверять, она может убить не только тело, куда веселее растоптать сердце. — Вот я и решил, что пусть хоть с сестрой своей переписывается, чтобы не сломаться. Пацану нужен был близкий человек, хоть кто-то, — Зефф не собирался отводить взгляда от Зоро, и это уже начинало раздражать. — Не смотри на меня, старикан! Я по-твоему, должен жалеть одного из мафиози? Ты знаешь, что Джерма делает с беспризорными детьми? Ты знаешь, что если кто-то ей противится, она не просто убивает человека, она сравнивает с землей весь квартал, где тот жил! Ты не был в Норт-Блю, а я был. И после этого, думаешь, я должен был ему сочувствовать. Купиться, как и ты, на спектакль «Принс Блэк»? Очнись, старикан, он и тебя провел, взял на жалость, — Зоро прокричал последние слова, вкладывая в них всю свою боль, злость и отчаяние. Принса Блэка нет, и никогда не было. Какая циничная усмешка от собственного парусника. — Зоро… — прошептала Нами. — Ничего, Нами. Давай просто поймаем его и упечем за побег за решетку. Вы же пошли на сделку с Винсмоуками? Поняли теперь, как это глупо? — Нет, Зоро, ты не понимаешь, это Рэйджу ради Санджи… — Засек один маячок, — прервал всех Сабо. — В его шлеме. Хах, а он хорош — сбросил все с мотоцикла, но не догадался проверить шлем. Он движется параллельно центральной улице по шоссе в пятидесяти километрах отсюда. Нам чертовски повезло.       Зоро встал, доставая ключи из машины. — Поехали, этот мерзавец не такой умный, как думает, — Зоро в который раз сказал себе, что чувствует только ненависть от скорой встречи с ублюдком.       Нами покачала головой: — Нет, Зоро, у тебя нет допуска к операции «Принц в замке». Ты отправишься в полицейский участок прямо сейчас. — Что? Ублюдок водил меня за нос, и мне нельзя?! — Да, Зоро, тебе нельзя. Ты слишком зол, и… не справедлив к Санджи. Даже если он сбежал, он не заслуживает, чтобы его ловил именно ты, и говорил ему… все это.       Луффи кивнул, соглашаясь со своим парусником. Зефф все еще молча изучал Зоро. — Но Нами, я не позволю… — Это я не позволю. Отправляйся в участок, Зоро. Это приказ. Ты нарушишь приказ?       Зоро скрипнул зубами. Пустить свою жизнь под откос ради Винсмоука? Много о себе думает. Если ребята его поймают, Зоро позаботится, чтобы этот лжец получил в полной мере до пожизненного. А если упустят, он подаст официальное ходатайство об участии в миссии поимки. — Понял, — мрачно кивнул Зоро и вышел.       В участке как ни странно он не мучился от боли или предательства. В груди было просто пусто, будто туда засунули руку, взяли все в горсть и резко выдернули содержимое. Завитушки с хитрым прищуром и открытой улыбкой никогда не существовало, Зоро стоит забыть о нем. В этом мире есть только работа, и его главный враг — хитрый и изворотливый «последний Винсмоук на свободе». Вендетта — тоже хороший смысл жизни.       В середине ночи в отделение ввалилась осунувшаяся Нами, младший полицейский вел вслед за ней какого-то громилу. У того были светлые волосы и закрученная, но совсем не как у Завитушки — Зоро зло одернул себя — Винсмоука бровь. — Это всего лишь обмен! По обоюдному желанию! — верещал он, когда Нами махнула рукой: в камеру его. — На каком основании?! — Санджи поменялся в пути всей курткой и мотоциклом с этим парнем на его малолитражку. Мы вели преследование совсем в другую сторону. Еще этот парень решил скрыться от полиции, мы не видели, что под шлемом не Санджи. Мы вели преследование еще сотню километров всеми силами полиции. Пока Санджи спокойно покидал город по дорогам без полиции на неприметной машине. Так что да, Винсмоука не поймать, пока Винсмоук этого не захочет, — криво улыбнулась она. — Направь Луффи ко мне, как вернется. Он поранился во время погони. — И ушла в свой кабинет.       Зоро вернулся к своему столу перебирать бумаги, как правильный полицейский, но дверь в комнату с решеткой для подозреваемых так и тянула его непонятным магнитом. В итоге он сдался и, делая вид, что проверяет замки, добрел до арестованного. — Я не виноват… — ныл тот. — Эй, офицер, мы же поменялись честно. Он сам виноват, что не спросил, сколько у меня бензина. Разве за такое гоняют по всем дорогам с мигалками и садят в каталажку?! — уродливый двойник Принса прилип к решетке. Зоро думал было отвернуться с отвращением, как замер, переварив слова. — Что с бензином, говоришь? — У моей машинки датчик бензобака сломался. Вот я и застрял далеко от заправки посреди шоссе. А тут появился этот парень и предложил поменяться. Ну я и не будь дурак, вскочил на мотоцикл… — Где это было?! — Тридцать километров после перекрестка на Шезл-Таун… Подумаешь, что в машине нет бензина, она же исправная. Зачем в тюрьму?!       Последние слова арестованный уже кричал Зоро в спину, который выскакивал из комнаты и вихрем бежал по коридору. Они не допросили его как следует и не знают, что Санджи Винсмоук еще не скрылся в неизвестном направлении. Машины на той дороге даже днем — редкость, значит, лживый ублюдок все еще там, ждет, когда кто-нибудь отольет ему бензина.       Зоро вскочил в машину, давая по газам так, что задымились шины. Он поймает мерзавца, и эта глава его жизни закроется так же быстро, как открылась. Нужно уметь ставить точки. Тем более Луффи ранен, кого Нами еще послать.       Он гнал, как сумасшедший, пролетев на все красные светофоры в городе и вылетев на встречку на выезде при резком развороте. В голове не вертелось ничего, кроме «поворот на Шезл-Таун, поворот на Шезл-Таун, поворот…»       Зоро высветил его фарами в темноте неожиданно, едва не вильнув рулем. Санджи Винсмоук стоял с канистрой в руках около маленькой красной машинки и голосовал, чтобы ему отлили бензина. Ах да, Зоро же на машине из гаража Фрэнки, она без опознавательных знаков, вот этот ублюдок и спокойно голосовал полицейскому, не подозревая, как облажался. Зоро как можно более неспешно притормозил рядом, опуская боковое стекло. Лживый ублюдок склонился к окну, на голове у него была форменная фуражка Зоро. Он стащил ее, как долбанный трофей победителя. — Добрый вечер…       У Зоро была хорошая полицейская выдержка, и он не закричал от отчаяния и вселенской несправедливости. Только сжал руль до треска.       Потому что обвел всех вокруг пальца конечно же лживый Винсмоук — подлец и преступник, а склонился сейчас к его машине с легкой улыбкой, а теперь вот наивно-удивленно хлопал голубым глазом, уставившись на Зоро, его Завитушка.