Всегда

Он увидел её в пылу страшного сражения. Она кружилась в танце смерти, её длинные золотые волосы, уже забрызганные вражьей кровью, развивались по ветру. В тот же миг он понял, что останется с ней навсегда. Это была Мариэль, дочь Феарона, эльфа Лихолесья, покинувшего свой дом, полюбив человека. Он был лучшим другом отца Трандуила, Орофера. Орофер и Трандуил видели Мариэль всего один раз, пять тысяч лет назад, когда она была совсем ребенком. Феарон заехал в свой прежний дом по пути в Эсгарот. Уже тогда эльфийка была прекрасна, как последние дни мая, когда расцветшая природа на несколько дней замирает, чтобы потом, без промедления, резко, стремительно и неизбежно скатиться в лето. Но что она делает в битве? Оглядев сражающихся, Трандуил увидел такие же, как и у Мариэль, золотые волосы. Это был сам Феарон. Он сражался яростно, но чётко и непредсказуемо. Ни один враг не вышел живым из-под его парных клинков, ярко блестевших в лучах полуденного солнца. Трандуил, отбиваясь от противников, стал пробираться к другу своего покойного отца. Но Феарон, не замечая его, двигался в сторону Вороньей Высоты, куда продвигался и недавно вступивший в бой Торин Дубощит. Мариэль уже была у подножия. Она, встретившись с отцом, кивнула ему, не говоря ни слова. Они начали двигаться параллельно друг другу, разрывая станы обороны противника. Это было настолько красиво, быстро, бесшумно и слаженно, что большинство сражающихся, и эльфов, и людей, и гномов, замерли от восхищения. Но в бою мешкать нельзя, поэтому они с удвоенной силой ринулись в схватку со смертью. Когда Трандуил оказался у подножия Вороньей Высоты, отец и дочь уже поднимались по её склонам. Король Лихолесья последовал за ними. Поднявшись на вершину, он увидел Мариэль в гуще гоблинов-наемников. Она сражалась уже явно из последних сил. Трандуил поспешил ей на помощь, в последний момент отбив удар, направленный ей прямо в сердце. — Спасибо. Её голос звенел, как весенний лесной ручеек, звонкий и радостный. Она явно его не узнала. Хотя, чего он ждал? Что она бросится ему на шею в слезах? Скорее всего, она уже замужем, ведь такие красивые, молодые эльфийки долго одни не сидят. Эти мысли очень огорчили короля эльфов. Но он не мог не признать, что это может быть правдой. Мариэль в это время уже пробиралась к отцу, из последних сил отбивающему многочисленные удары врагов. Но она не успела даже подбежать к нему, когда его сердца достиг изогнутый клинок врага. Эльфийка смотрела на умирающего отца со страхом в глазах, она не могла поверить в то, что случилось непоправимое. Она бросилась на гоблинов, разбрасывая их в стороны. Огонь ярости полыхал в её ярко-зеленых глазах. В следующий момент Трандуил присоединился к ней в её смертельной мести. Через несколько минут все было кончено. Все враги повержены. Над полем жестокой битвы сияло кроваво-красное солнце, освещая тела друзей и врагов. Мариэль стремительно подбежала к отцу, отважно боровшемуся со смертью. — Отец! Пожалуйста не умирай! Потерпи еще немного, помощь уже близко! Тебя спасут, обещаю! Трандуил подошел со спины эльфийки, молча прощаясь с другом жизни. Голос Феарона звучал глухо и тихо, но решительно, постепенно затухая. — Мари, мне уже не помочь, и ты это знаешь. Ты молодец, дочь. Благодаря нам зло в этих краях надолго изгнано. Ты можешь вернуться домой, жить в мире и счастье. Не надо слез, ими ты ничему не поможешь. Трандуил, — внезапно умирающий обратился к правителю Лихолесья. — позаботься о Мариэль, пожалуйста. Она еще слишком молода, чтобы жить одна. Где Орофер? — Он мертв. Полвека назад в лесной дворец ворвался легион орков. Мы тогда лишились многих лучших воинов, отец сражался в первых рядах. Я позабочусь о Мариэль, обещаю тебе. — голос короля звучал твердо, но на глаза навернулись слезы. — Значит, я смогу встретить друга там, куда направляюсь. Спасибо тебе. Глаза доблестного воина закрылись навсегда. На усталом, но светлом лице на века замерла счастливая улыбка.