Полное лукошко первых поцелуев

40

Шерлок сидел на скамейке неподалёку от поликлиники Джона, нетерпеливо постукивая пальцами по колену. Джон категорически запретил заходить к нему на работу — «Не хватало тебе инфекцию подхватить!» — поэтому Шерлок ждал снаружи, чтобы вместе отправиться перекусить. Джон очень расхваливал круассаны в ближайшем кафе и уговорил Шерлока присоединиться к нему сегодня вечером. Какая-то часть Шерлока внутренне возликовала: «Свидание!» — но он привычно подавил нелепую надежду. Если Джон и позовёт кого-то на свидание, то точно не соседа-социопата... Постепенно стемнело. Шерлок обвёл взглядом полупустую улицу. Скучно. И тут пошёл снег. От первого снега всегда захватывает дух. Вроде бы морозы уже наступили, и в воздухе ощущаются студёные нотки близкой зимы, — но когда над землёй начинают кружиться сияющие невесомые пушинки, кажется, что это произошло внезапно, без всякой подготовки. Мир сразу преображается, становясь чуточку чище, чуточку светлее и радостнее. Шерлок запрокинул голову. Небо представлялось тёмным перевёрнутым бездонным колодцем, откуда вниз летели, порхая, крохотные белые звёздочки. Это было невероятно красиво и завораживающе. Снежинки опускались Шерлоку на лоб, нос и подбородок, касались ресниц, заставляя моргать чаще. Вокруг стало тихо-тихо, все звуки мегаполиса отошли куда-то далеко. Шерлок словно смотрел в бесконечность и чувствовал себя такой же снежинкой. Холодной и... одинокой. — Привет, — раздался рядом любимый голос, и над Шерлоком склонился улыбающийся Джон. — Отличная погода, верно? Я... ох. — Внезапно улыбка его исчезла, на лице возникло странное выражение, как у наркомана, увидевшего желанную дозу. Шерлок встревожился и только хотел встать и спросить, что случилось, как Джон с коротким стоном прижался к его губам. Поцелуй длился всего ничего. Но Шерлок постарался запомнить каждую терцию. Неважно, почему у Джона вдруг возникло желание целоваться, да ещё на улице, да ещё с Шерлоком, — может, подействовал снег, затянувшийся перерыв в интимной жизни или что-то ещё, следовало насладиться мгновением, которое едва ли повторится. Завершив поцелуй, Джон отступил. Он выглядел взволнованным и немного испуганным. У Шерлока кольнуло в груди. А Джон быстро и виновато заговорил: — Прости, Шерлок. Прости, пожалуйста. Я собирался это сделать позже, после свидания. Но... у тебя на губах снежинки таяли. Это выглядело так... невинно... сладко... и одновременно эротично... Я не удержался. — Значит, у нас свидание? — осторожно переспросил Шерлок, наконец поднимаясь со скамейки. Джон порозовел и прочистил горло. — Да, я... планировал это как свидание. Знаешь, когда люди увлечены друг другом... — И проводят время вместе, — договорил Шерлок и тоже поцеловал Джона. Он снова чувствовал себя снежинкой. Такой же лёгкой. Но на этот раз тёплой и не одинокой.

41. Сказочный вариант

Джон очень быстро обнаружил, что его нового — и донельзя привлекательного — соседа по квартире никак нельзя было обвинить в излишней чуткости и деликатности. Вежливость тоже не входила в список добродетелей Шерлока. — Майкрофт, сколько можно нудеть, убирайся!.. Джон, ты слишком громко думаешь, это отвлекает!.. Миссис Хадсон, напрасно вы нацепили новое платье, ещё и на два размера меньше — ваш очередной любовник женат и уходить от семьи не планирует!.. Джон пытался увещевать, но все его усилия пропадали втуне. И даже когда Шерлок оказался в своей стихии, то есть на расследовании, ничего не изменилось. Он рыскал по месту преступления, как гончая, которая пытается унюхать след, при этом умудрялся беспрерывно сыпать оскорблениями в адрес окружающих: — Одни идиоты тут собрались! Чем вы вообще думаете?! Да любая мысль, приди она кому-нибудь из вас в голову, умрёт от тоски в одиночестве! У Джона эти его метания вызывали в душé странное беспокойство и даже боль. Шерлок выглядел так, будто сам страдал от своей язвительности. Минуту назад Джону уже достался от гения сердитый окрик «Не мешай!», поэтому он предпочёл отойти в сторонку, чтобы не попасть под горячую руку. — Как можно было не заметить волос другого цвета на ковре? — надрывался Шерлок. — Да вы не то что убийцу, вы и собственное ухо без посторонней помощи не отыщете! Грег с трудом сдерживал разозлённых подчинённых. Джон вздохнул и окинул взглядом комнату. На столе лежал сборник сказок, яркая обложка изображала принцессу, державшую в ладонях лягушку. Шерлок вышел на новый виток: — С тем же успехом в Ярде могли бы работать ёжики!.. — Я ему сейчас врежу! — прошипела Донован, но тут Джона осенило, и он громко воскликнул: — Нет! Я всё понял! Воцарилась тишина. Даже Шерлок умолк, озадаченно нахмурившись. А Джон чётким шагом подошёл к нему — и поцеловал. Глубоко и страстно. Шерлок замер соляным столбом. Как и все остальные. — Прости, что не догадался сразу. Тебя просто заколдовали, поэтому ты был грубым и заносчивым. А теперь я снял чары поцелуем! — объяснил Джон. Полицейские прыснули. Но Джон продолжал смотреть серьёзно. Шерлок моргнул и попытался заговорить: — А... Гм. Я... Э... — Джон, я, конечно, благодарен, что ты заткнул этот фонтан, — хмыкнул Грег. — Однако ты не переборщил? Кажется, ты его сломал... Наконец Шерлок пришёл в себя. Он вспыхнул, одёрнул пальто. — Требуется повторное действие, — решительно объявил он. Инспектор поднял брови, а Шерлок добавил, глядя на Джона: — В целях недопущения возврата заклятия необходимо закрепить эффект. Джон немедленно закрепил. Несколько раз, для верности. — Я бесконечно рад за вас, но, может, всё-таки вернёмся к делу? — намекнул Лестрейд. — Тут труп вообще-то. — Очевидно же, что убийца — любовница жертвы, — проговорил Шерлок, не отрываясь от Джона. — Блондинка, но красится в чёрный. У неё немного выступают передние зубы, а ещё она прихрамывает и носит мужскую обувь. Полагаю, по этим приметам вам будет несложно установить личность преступницы. А нам пора. Когда за консультантом и Джоном закрылась дверь, Андерсон выразил общее мнение: — Средство, похоже, сработало. Но, сдаётся мне, нашего расколдованного всё же лучше не оставлять надолго без его расколдуна. Он был прав: хотя Шерлок в самом деле стал намного более сдержанным в проявлении раздражения, Джон продолжал периодически его расколдовывать, что каждый раз действовало благотворно.

42. Канонный ангст

Голый молодой человек с пеной от шампуня в волосах лежал вниз лицом. С узкой глубокой раны на его пояснице стекала кровь, смешиваясь с лужами воды на полу душевой. А прямой начальник бедняги гвардейца продолжал настаивать, что удар нанёс Шерлок! — Майор, пожалуйста, я Джон Ватсон, пятый Нортумберлендский, три года в Афганистане, ветеран Кандагара, работал в полевых госпиталях! — яростно отчеканил Джон. — Дайте мне осмотреть убитого! Майор ещё пару секунд переводил недоверчивый взгляд с Джона на Шерлока и обратно, но потом неохотно кивнул. — Спасибо. — Джон бросился к телу, а Шерлок принялся обходить место преступления, бормоча: — Мужчина, заколот насмерть, оружия нет. Не самоубийство. Дверь заперта изнутри, вход и выход только один... — Шерлок, — внезапно позвал Джон странным голосом. — Он ещё дышит. Шерлок растерялся. Не труп?.. — Что делать будем? — Дай мне свой шарф. — Что?.. — Быстро шарф! — Джон повернулся к остальным военным, застывшим, как истуканы. — Звоните в скорую! Срочно!.. Выполнять! — рявкнул он, когда они не отреагировали на первую команду. Гвардейцы сломя голову кинулись прочь. Шерлок отдал Джону шарф и присел рядом, наполовину испуганный, наполовину заворожённый чёткими движениями доктора. — Сестра, прижмите здесь! — велел Джон. — Сестра? — в шоке переспросил Шерлок. — Кто есть, тем и обхожусь! — огрызнулся Джон. — Сильно дави на рану!.. ...Спустя десять минут в помещение стремительно вошли парамедики. Вскоре состояние Стивена Бамбриджа удалось стабилизировать; можно было надеяться, что парень выкарабкается. Джону выразили благодарность за профессиональные действия. Но Шерлока продолжали переполнять эмоции. Не столько от удачно раскрытого дела (убийца — чокнутый фотограф, ничего интересного), сколько от мгновенного преображения Джона в сосредоточенного военного врача. Он просто не мог больше сдерживаться. Поэтому, стоило им покинуть здание, Шерлок привлёк Джона к себе, жадно впиваясь в губы поцелуем. — Ш-шерлок? — Там была только одна особенность, в этом необъяснимом случае. Это ты, Джон Ватсон! Пока я пытался распутать убийство, ты спасал жизнь! — взволнованно выдал Шерлок. — Ты самый лучший и храбрый из всех, кого я знаю, и тебе действительно всё под силу! — Ты преувеличиваешь. — Джон смутился, а потом лукаво улыбнулся. — Как ты думаешь, мне под силу уговорить тебя снова меня поцеловать?.. Он ещё спрашивает! — Это очевидно, Джон.