Глава 14
5 июля 2020 г., 01:48
— Здравствуй, Ванесса, — холодно произнёс Иккинг и сложил руки на груди.
Астрид даже едва заметно поёжилась от его тона. Она никогда не слышала, чтобы шатен так разговаривал. А вот девушка напротив явно была не удивлена такому холодному приветствию, слегка хмыкнув в ответ.
Брюнетка попросила своего сопровождающего подождать её возле небольшого памятника, что находился не очень далеко от них, но на таком расстоянии, чтобы ничего нельзя было услышать. Хофферсон это не понравилось — о чём Иккинг и эта Ванесса могут разговаривать, приветствия вполне достаточно, ведь невооружённым глазом видно, что они недолюбливают друг друга, так зачем что-то начинать.
Парень этой девушки понимающе кивнул и отошёл от образовавшейся компании. Иккинг не попросил Астрид отойти, и она, если честно, не знала, радоваться этому или нет. С одной стороны — хотелось узнать, что здесь происходит, а с другой — ей было как-то неуютно стоять рядом с Хеддоком, который внезапно превратился в какую-то неживую статую с холодным взглядом. И это было очень странно, ведь последние дни его общество ей было только в радость, о чём она не раз задумывалась, а потом в очередной раз убеждалась.
Из-за мелкой дрожи по коже Астрид взялась обеими руками за ремешок своей сумочки, а потом несколько раз перевела взгляд с шатена на брюнетку. Хеддок так и стоял со сложенными руками, ни один мускул на его лице не дрогнул, взгляд был устремлён на девушку напротив.
Та же, в отличие от парня, как только не искривила своё лицо. Злоба смеялась на недовольство, потом на презрение, ненависть. Как будто она до сих пор не решила, что именно хочет сказать. На короткий миг голубоглазке даже показалось, что эта незнакомка хочет уйти, чтобы не испытывать на себе пронизывающий взгляд, который и ей явно был не очень приятен, но Астрид это, наверное, только показалась.
Наконец Ванесса встряхнула своими короткими тёмными волосами и прошипела:
— Не думала, что после разрыва с Эммой ты так быстро найдёшь себе новую жертву.
Так, а вот то, как она её назвала, Астрид не понравилось. Какая ещё жертва? Хеддок тоже недовольно скрипнул зубами, и в его взгляде, направленном на брюнетку, появилась злоба. Ну, хоть какие-то эмоции, а то сплошное безразличие.
— Не думал, что ты так будешь беспокоиться о бывшей подруге.
— А благодаря кому она оказалась бывшей?! — громко воскликнула девушка, — Ведь это из-за тебя мы разругались! А я говорила ей, что связь с тобой ни к чему хорошему не приведёт. Эмма же посчитала, что я ревную и хочу вернуть тебя обратно. Но поверь, такого ужасного человека, как ты, я бы хотела стереть из памяти.
«Так, я ничего не понимаю. Это бывшая Хеддока?! Ещё до той модели?» — подумала Хофферсон и сильнее сжала ремешок сумочки.
— Неужели за 5 лет твоя жизнь, заметь, без моего присутствия, не стала лучше? — усмехнулся шатен.
— Я журналистка, так что совсем избавиться от тебя для меня невозможно, только если ты резко обанкротишься, и то долго судачить будут.
— А, так вот почему такой негатив, — понял Хеддок, — Хочу тебя заверить, что твоя дорогая Эмма сама разорвала помолвку и нашла нового жениха, а половину того, что говорит пресса, на зло мне.
— Я уверена, причин для этого достаточно, — кинула девушка, и парень поджал губы, ничего не ответив на это.
Видимо, она оказалась права. Астрид начала мысленно вспоминать некоторые статьи об отмене свадьбы, которые прочитала перед поездкой в Таиланд. На тот момент она не очень углублялась во все слова, обвинения в сторону жениха — это её не очень интересовало.
Хофферсон так и не смогла себе объяснить, зачем вообще это сделала, какую пользу из этого получила. Все те прилагательные, что характеризовали миллионера в этих статьях, в жизни были просто неуместны уже с первой встречи. И вчера вечером ей было тяжело поверить в его холодную натуру по отношению к бывшим — это было просто невозможно, так не бывает в жизни.
Только сейчас, встретив эту Ванессу, Астрид как раз почувствовала тот самый холод и ещё больше погрузилась в негодование. И Иккинг всегда так с ними общался? А почему с ней совсем другой?
Она и не заметила, что журналистка успела перевести взгляд с ужасного бывшего на его спутницу. Только если на Хеддока брюнетка смотрела со злобой и презрением, то на Хофферсон с каким-то сочувствием.
— Почему-то мне кажется, что ты хороший человек, — привлёк к себе внимание голубоглазки женский голос, и Астрид посмотрела на девушку, — Послушай моего совета — держись подальше от этого бездушного человека.
Хофферсон нахмурилась и отпустила ремешок своей сумки, за который до этого цеплялась как за спасительный канат, чтобы не выдавать лёгкой судороги в руках. Теперь же она была вполне уверена в своих действиях. Пусть Астрид не успела во всём разобраться за прошедшие несколько минут, но была точно уверена, что того человека, с которым она провела последние дни, оказавшиеся самыми лучшими и счастливыми в её жизни, нельзя назвать бездушным. Поступки и действия говорят громче всяких слов.
Астрид, как ни в чём не бывало, мило улыбнулась и осторожно взяла руку Иккинга, переплетая их пальцы. И как же она обрадовалась, когда почувствовала тепло, невидимыми нитями распространившееся по её руке, доходившее до самого сердца, до самой души.
— Я сказала это десять минут назад и скажу снова. Иккинг самый замечательный человек, которого мне довелось встретить в жизни! — чётко проговорила Хофферсон.
Мужские пальцы крепче сжали её ладонь, и краем глаза девушка заметила, как губы Хеддока дрогнули в слабой улыбке. Совсем немного, но он улыбнулся, что заметила и Ванесса, которая итак после слов блондинки приоткрыла рот, а теперь же вообще была шокирована всем происходящим.
И как же Астрид была ей благодарна, когда брюнетка больше ничего не сказала, лишь бросила короткое: «Ну удачи», и ушла. Хофферсон даже облегчённо выдохнула и провела свободной ладонью по лицу. Слава Богу, всё закончилось.
Неожиданно Иккинг потянул её за руку на себя и заключил в крепкие объятия. Астрид непроизвольно ахнула, когда уткнулась лицом в мужское плечо, но не стала отстраняться, а, наоборот, обняла его в ответ.
Ей не надо было поднимать голову, чтобы убедиться, что его изумрудные глаза вернулись к жизни и больше не были наполнены тем ужасным холодом. Ритмичного стука сердца хватало вполне, что било в такт её собственному.
Астрид часто задышала, как будто восполняя какую-то потерянную частичку себя. Энергия, его энергия, что не сравнится ни с чем.
— Я люблю тебя и ничто не сможет меня в этом переубедить, — судорожно прошептала девушка, сжимая в руках ткань его рубашки.
Тёплое дыхание приятно обожгло её ухо, и послышался хриплый шёпот, от которого по телу пробежал миллион мурашек.
— Будь моей женой…
Астрид тихо засмеялась в его плечо и, прикрыв глаза, отрицательно покачала головой. С неё на сегодня хватит неожиданностей. Тем более, он же это не серьёзно…
Продолжая часто дышать, девушка приложила щёку к его груди и тихо прошептала:
— Просто будь рядом…
***
Вот в который раз Астрид убеждается в том, что их с Иккингом отношения, назовём это так, вечно претерпевают какие-то изменения. В смысле, планы всё время меняются. То неожиданный квест, такая же неожиданная ночёвка у тайских знакомых Хеддока, то внезапное свидание на яхте. А сейчас что? А сейчас они снова оказались на яхте, только на этот раз на долгое время, опять же по планам, кто знает, как пойдёт. Когда вчера ночью они наконец-то вернулись в отель после не очень приятной встречи, Иккинг, как обычно, провёл Астрид до её бунгало. Уже пока они шли, она предположила, что шатен что-то задумал, потому что не проронил ни слова по дороге и о чём-то глубоко размышлял. Даже когда они уже дошли, он стоял несколько минут, пребывая в своих мыслях, и девушка не стала его отвлекать от раздумий и спокойно принялась ждать, что он скажет. Спустя какое-то время Хеддок резко взял её за руку, что она аж вздрогнула от неожиданности, и сказал: — Я хочу, чтобы мы провели оставшийся отдых на яхте. Сказать, что Хофферсон была в шоке — ничего не сказать. Она тогда в изумлении открыла рот и непонимающе посмотрела на парня. И только чёрт знает, как он её сумел уговорить. Так что после завтрака на следующий день они съехали с отеля, переместившись на знакомую яхту. И теперь Астрид сидела на кровати в знакомой каюте и смотрела на свой небольшой чемодан, не решаясь его распаковывать. Толика сомнения крутилась в её голове, как будто предчувствуя что-то неладное. Где-то с полчаса она сверлила взглядом предмет перевозки вещей, а потом протяжно промычала и откинулась спиной на мягкие простыни. Поднеся ладони к лицу, блондинка заговорила сама с собой: — Что я творю? Что я творю? — покачав головой, она откинула руки в противоположные стороны, — Вот что творится в моей голове? Зачем я сюда приехала? Затем. А что в итоге получается? Чёрт знает, что. А почему? А все мы знаем, почему. Пролежав ещё несколько минут без движения, но с вихрем мыслей в голове, Астрид приподнялась на локтях и выдохнула. — Так, Хофферсон, соберись! Надо наконец взять и поговорить с Иккингом, потому что я так больше не могу. Я хотела не думать об этом, но постоянно вспоминаю, какая я дрянь… В каком-то смысле. Блондинка снова легла на белоснежные простыни и спустя несколько секунд продолжила: — Моя совесть не будет чиста, пока я не решу этот вопрос. Надо лишь подгадать момент, и всё будет хорошо, — сжав кулаки, она закрыла глаза, вздохнула и выдохнула, а потом повторила для себя, — Всё будет хорошо! Всё-таки решив пока не торопиться с распаковкой, Астрид достала только одежду на сегодня и один купальник, потому что утром она нацепила то, что попалось под руку, и сейчас этот наряд её совершенно не устраивал, потому что ещё вчера она решила, как сегодня оденется. Пока Хофферсон торчала в каюте, яхта отошла от пристани и успела далеко уйти от берегов. Вот почему она не видела Иккинга всё это время, даже когда вышла наружу. В этот раз можно долго не искать этого капитана. Уже привычным маршрутом голубоглазка направилась в сторону рубки, по пути закручивая волосы в пучок, чтобы не лезли в глаза, что было очень вероятно в этом месте. Морской ветер был совсем иначе, чем на берегу, и ей это определённо нравилось. Этот шум воды, лёгкие покачивания, морской воздух. Слава Богу, она не страдает морской болезнью. Преодолев короткое расстояние, Хофферсон наконец добралась до нужного места, где и обнаружила капитана. «Да чёрт подери» — воскликнула про себя девушка. Кто-нибудь уже объясните ей, почему это происходит. Какого чёрта? Каким образом? Как?! Она специально надела красные короткие шорты с белой полупрозрачной рубашкой, которую завязала на талии поверх купальника. И вот он Хеддок — в красных шортах и белой футболке. Какие демоны ему этот цвет сказали, он же с утра в другой одежде был. «Ладно, уже просто пора смириться со своей участью» — подумала блондинка и переступила порог рубки. Капитан сразу заметил чьё-то присутствие и повернул голову в сторону своей пассажирки. На короткое мгновение на его лице появилось удивление, которое почти сразу сменилось улыбкой, и он покачал головой. — Ты тоже заметил, — констатировала факт Астрид и приложила ладонь ко лбу, — И так каждый раз. — Мне кажется, или это судьба, мисс Хофферсон? — довольно улыбнулся Хеддок и протянул руку в её сторону. — А может, признаешься, что подглядываешь за мной, когда я одеваюсь, — вымолвила девушка и сделала несколько шагов в его направлении, принимая предложенную руку и тут же оказываясь прижата спиной к груди шатена. — Я бы очень хотел, но нет, — прошептал Иккинг, обжигая горячим дыханием женское ухо. Продолжая одной рукой держать штурвал, при этом прекратив движение яхты, другой он обхватил тонкую женскую талию, рубашка на которой не могла скрыть от его пальцев нежную кожу девушки. — Хотя знаешь, это можно легко исправить. Приятное дыхание опалило кожу блондинки на шее и ключицах, и она в наслаждении откинула голову назад, прислоняясь ею к мужскому плечу. Хеддок поцеловал оголённый участок кожи возле её шеи и провёл дорожку поцелуев к самому лицу, немного прикусил мочку уха. — На что ты намекаешь? — Астрид тяжело задышала, прикрыв глаза. Сладкое желание начало разливаться по её телу, сосредотачиваясь внизу живота. Немного грубые пальцы поглаживали её плоский живот, короткие поцелуи покрывали правую щёку и шею. От неторопливости действий она ещё больше возбуждалась, из-за чего плотно сжала ноги. Ну да, сколько дней Астрид уже провела в компании этого привлекательного мужчины, и у них ещё ничего не было. И правильно, и неправильно одновременно. Она поражается своей выдержке. — Хочу, чтобы ты каждое утро просыпалась в моей постели и я видел, как ты одеваешься. Сердце начало стучать невыносимо быстро, а в мозг ударило непонятно чем, потому что Астрид забыла, как дышать. Мысль о пробуждении каждое утро в объятиях этого мужчины, а до этого, скорее всего, страстные ночи, отдавалась теплом по всему телу. — Это твоё желание? — усмехнувшись, спросила девушка, вот только желаемая уверенность в голосе превратилась в какой-то полустон, полушёпот. — Нет, это взаимное желание, — прошептал Хеддок и прикусил кожу на женской шее, тут же поцеловав её. Астрид положила левую ладонь поверх руки Иккинга, что покоилась на её талии, а правую руку откинула назад, зарывшись пальчиками в густую шевелюру. Она не могла выдавить из себя и слова, полностью погружённая в свои ощущения, что дарили ей прикосновения и поцелуи Хеддока. Лишь когда из её уст вырвался тихий стон, шатен прорычал: — Что ты делаешь со мной, Хофферсон? О, да, она уже давно почувствовала своими ягодицами выпирающий бугор в его шортах, это было сложно не заметить. Астрид в очередной раз прикусила нижнюю губу, из которой уже начала выступать кровь, и повернула голову в правую сторону, тут же потянув на себя лицо любимого. Облизанные и искусанные губы нашли своё место в соитии с губами капитана. Подчинившись их воле, девушка приоткрыла уста, позволив чужому языку проникнуть внутрь. Страстный, но при этом нежный поцелуй отдавался сладкой дрожью по всему телу. Хотелось большего, ужасно хотелось — об этом свидетельствовало всё её тело, но при этом что-то внутри Астрид останавливало её, кричало о неправильности всего происходящего. И когда рука Хеддока с её талии собиралась опуститься ниже, она крепко сжала её в своей ладони и не дала этого сделать. Борясь сама с собой, девушка нехотя разорвала поцелуй и затуманенным взором посмотрела на Иккинга, убрав руку с его головы. Он несколько секунд восстанавливал дыхание и зрение, а потом, оглядев её лицо, мысленно всё понял. Нежно поцеловав её в щёку, шатен слабо улыбнулся и вымолвил: — Будешь так одеваться — быстро в мою каюту переедешь! — Ну, посмотрим, — усмехнулась девушка, а потом благодарно улыбнулась. Вернув голову в правильное положение, Хофферсон прислонилась ею к плечу Хеддока и посмотрела на открывшийся вид из окон в рубке. Пальцы левой руки переплелись с мужскими, покоящимися на её талии, и девушка облегченно вздохнула. Какой же он замечательный.
