Как влюбить в себя миллионера

      Тихий стук в дверь спальни вывел Астрид из раздумий, что так настырно не хотели покидать её голову.       — Милая, с тобой всё в порядке? — послышался беспокойный голос миссис Хофферсон за дверью.       — Да, мам, — откликнулась девушка, оторвав лицо от подушки, — я просто немного устала: перелёт вышел долгий.       — Ты со вчерашнего дня из комнаты не выходишь — на тебя не похоже. Командировка не удалась?       Даже самой девушке было интересно, каков именно ответ будет на этот вопрос. Всё вышло не совсем так, как предполагалось. Совсем не так. Астрид поддалась своим эмоциям и по-детски «сбежала», даже не попытавшись обдумать ситуацию. Хотя, лучше уж так — она бы не смогла всё это сказать ему в лицо, а потом смиренно ждать реакции. Да и к чему бы привёл этот разговор, теперь уже никто не знает, да девушка особо и не хочет. Хофферсон долго думала над тем, почему поступила именно таким образом, и все рассуждения неизменно вели к одному: она боялась, причём почти с самого начала. Её любовь к Иккингу стала той самой ахиллесовой пятой, что подкосила воинственный дух Хофферсон.       Астрид с тяжёлым вздохом поднялась с кровати и без энтузиазма подошла к закрытой двери. Взглянув в зеркало шкафа на наличие каких-либо синяков, девушка облегчённо выдохнула. Она не плакала — не в её характере — так что лицо в полном порядке, если не считать некую надломленность в глазах, что было странно осознавать. Открыв дверь, блондинка попыталась улыбнуться матери.       — Нет, всё хорошо. Завтра поеду на работу докладывать о результатах.       — Ладно, — выдохнув, сдалась женщина, поняв, что большего пока не узнает, — Спускайся через пять минут — будем обедать. Я приготовила твой любимый плов с морепродуктами.       Хоть что-то хорошее за сегодня. Астрид устало улыбнулась и кивнула головой. Женщина напоследок с едва скрываемой тревогой оглядела свою девочку и, вздохнув, направилась в сторону лестницы. Проводив её долгим взглядом, блондинка облокотилась спиной о дверной проём и прикрыла глаза, вымученно вздохнув. Почему так тяжело? По ней будто стадо слонов пробежало, а ведь буквально позавчера она была полна жизненной энергией как никогда.       Её подруга, Сара, из другого штата, куда Хофферсон и прилетела самым ближайшим рейсом, даже не поверила, что та с Таиланда и такая измотанная. Благо, вышло без лишних расспросов. Астрид даже на короткое время смогла отвлечься, когда отвечала на бытовые вопросы подруги, даже улыбалась, когда к ним присоединилась маленькая дочка Сары. Но приезд домой на следующий день, завтрашняя поездка в дельфинарий вообще не поднимали настроения. Уже и проспала чёрт знает сколько, но лучше не становилось.       Из комнаты послышалась знакомая мелодия, исходившая из мобильного устройства девушки. Она даже знала, кто звонил. Хедер, наверное, уже плюнула на заграничный тариф, раз решила позвонить, ведь она до сих пор думает, что Астрид в Таиланде. Хофферсон за последние дни даже толком не созванивалась с подругой по ноутбуку, ограничиваясь короткими сообщениями о том, что всё хорошо, по крайней мере, было, отправляла какие-то фотографии. Лучше ответить.       Добравшись до кровати, блондинка тяжёлым грузом плюхнулась на мягкое покрывало и взяла телефон, поставив трубку сразу на громкую связь:       — Хофферсон, что там у тебя, чёрт подери, творится?! — заорала с той стороны Вереск, что Астрид аж вздрогнула, с опаской покосившись на оставленную открытой дверь, — Ты почему мне не сообщила, что вернулась?       — Что?! — удивилась голубоглазка.       Откуда она знает? Мама не могла сказать, ведь Астрид вчера коротко ответила на эту тему, что потом позвонит подруге. А та, похоже, экстрасенсорикой занялась в свободное от работы время.       — Хеддок вернулся на работу, — просто и коротко ответила Хедер.       — А ты это откуда знаешь?       — Ох, его секретарша сегодня приходила на приём со своим шпицем, вот и обронила, что начальник вернулся с отпуска раньше намеченного срока, из-за чего она и опоздала.       Так вот откуда эта мадам берёт всю информацию, а Астрид себе голову ломала, ведь та загадочно отмалчивалась. Стоило предположить такой вполне логичный вариант.       В реальность вернул голос собеседницы:       — Так ты мне и не ответила. Ты почему даже не удосужилась оповестить подругу о своём возвращении?       — Я вчера вечером только прилетела в город, очень устала, проспала до позднего утра, — как-то монотонно ответила Хофферсон и откинулась спиной на подушки. — Я бы тебе позвонила, просто позже.       — Завтра? — ехидно спросила Хедер, наверняка в этот момент приподняв бровь.       — Нет, — неуверенно протянула Астрид.       Тяжело врать подруге, что знает тебя, как облупленную. Из-за этого она и не звонила, ведь та точно бы всё поняла, только увидев лицо Хофферсон.       — Ну и в чём причина? — не выдержав затянувшегося молчания, спросила Вереск.       — Чего причина? — не поняла блондинка.       — Астрид, не прикидывайся дурой, со мной не прокатит.       — А, ты про это. — стоило сразу понять, но голова действительно плохо соображала. — Это не телефонный разговор.       Да и говорить особо не хочется. Да и что именно? «Хедер, я влюбилась, я так не могу, вот и сбежала»? Кратко, но вызовет миллион вопросов и негодований.       — Что-то у тебя точно случилось, причём серьёзное, — задумчиво протянула Вереск, — Не нравится мне твой голос, да и сама ты как с Луны упала. Вечером приеду и всё из тебя вытрясу. Ты меня знаешь!       Хофферсон что-то промычала в ответ, даже не в силах ответить. С таким настроем Хедер придётся сильно постараться…

***

      Вечер выдался как никогда тёплый, даже для лета. И только прохладный ветер с моря в полной мере помогал насладиться прогулкой. Он слегка обдувал успевшие загореть щёки Астрид и немного отрезвлял мысли девушки, что совсем ушла в себя и почти никак не реагировала на окружающий мир.       Вереск полчаса пыталась выяснить, что произошло-то в самом деле, и, почти отчаявшись, повела подругу на прогулку, чтобы та хоть вылезла из домашнего и как-то развеялась. И этот человек неделю провёл на южном курорте.       Хофферсон продолжала упрямо молчать, выдавливая из себя неоднозначные ответы, от чего брюнетка начинала злиться. Всё, что она более менее поняла, так это то, что… Да ничего она не поняла! Ответы: «Да» и одновременно «Нет» ничего не давали. Астрид как подменили.       — Он тебя обидел? — наконец решила спросить Хедер, уже теряясь в догадках.       — Нет! — вдруг более эмоционально, чем раньше, воскликнула Хофферсон, но тут же добавила, — Не совсем.       — Так, не пугай меня, — прищурилась Вереск, — Накричал? Поднял руку?       — Нет, нет, совсем нет, — интенсивно покачала головой блондинка.       — Астрид, пожалуйста, объясни, что случилось с тобой. Ты моя лучшая подруга, мы с тобой такое пережили. Думаешь, я что-то не пойму?       Хофферсон резко остановилась, что сразу же сделала и Хедер, с загоревшейся надеждой в глазах посмотрев на неё, что та, наконец, решилась что-то объяснить. Астрид повернулась в сторону моря, что находилось в десятке метров от набережной, по которой они и шли, потом махнула рукой, подзывая подругу за собой, и подошла к ограждению.       Они долго смотрели в водную гладь, на небольшие волны, пока она тихо не заговорила:       — Я нашла у него на столе документ о сносе дельфинария, неподписанный.       Хедер несколько раз моргнула, полностью сосредоточившись на том, какую информацию сейчас сможет получить и, в лучшем случае, почти сразу переварить. Молча кивнув, стала ждать продолжения.       — Потом записала на диктофон просьбу не подписывать его и уехала.       — Что?! — громко воскликнула брюнетка, выпучив глаза, — А-а, зачем? Почему? Что за странный ход? Это же не всё, надеюсь?       Астрид вздохнула, полностью понимая мысли Вереск в этот момент, и поставила локти на ограждение.       — Это будет долгий рассказ. Обещай, что не будешь перебивать, — она с просьбой посмотрела на девушку.       — А маленькие уточняющие вопросы?       — Можно, — улыбнулась блондинка.

***

      Облегчённо выдохнув от того, что, наконец, смогла всё рассказать, Астрид с грустной улыбкой посмотрела на Хедер и сказала:       — Как-то так.       — Угу, — задумчиво промычала брюнетка и уставилась на бескрайний горизонт.       К её чести, она очень внимательно выслушала подругу и старалась не поддаваться эмоциям, а лишь выстраивать логическую цепочку из всего того, что произошло с Астрид и что она чувствовала тогда и сейчас.       Прошло пару минут, но Вереск продолжала молчать, а Хофферсон начинала негодовать. Её даже напугало излишне сосредоточенное лицо подруги. Если честно, она ожидала да и побаивалась другой реакции, более бурной.       Сдвинув брови к переносице, блондинка спросила:       — Ну, и что ты скажешь?       Она даже не знает, что именно хочет услышать. Но какая-никакая реакция должна быть. Ей потребовалось минут двадцать на то, чтобы поведать всю историю полностью, а не теми отрывками, что знала подруга.       — Знаешь, — начала Хедер и, повернувшись, вдруг, к удивлению Астрид, печально улыбнулась, — Спустя буквально минуту, как ты начала рассказ, то и дело на твоём лице появлялась такая счастливая улыбка, которую ты, наверное, сама не замечала.       Хофферсон недоверчиво посмотрела на неё.       — Да-да, так и есть. Я даже не думала, что наша, — проницательный взгляд голубых глаз, — ладно, моя задумка так обернётся. Если честно, я сама начала понимать, что за абсурд предложила, уже тогда, когда ты улетела.       — Зато уверяла меня в ней как настоящий оратор, — сложила руки на груди Хофферсон с лёгким недовольством в глазах.       — А ты бы себя видела со стороны, — защитилась девушка и, не удержавшись, захихикала, — Как будто из тебя всю энергию выкачали.       — Причина, знаешь ли, была. Ты в курсе о том, как важен для меня этот дельфинарий.       — Да! Я понимаю. Надо было что-то делать, вот у меня и созрела, очень неожиданно, эта мысль. Хеддок молодой, жутко красивый, с невестой разошёлся. Прям сама судьба благоволит, особенно после того, как я узнала, что он полетит отдыхать в Таиланд. Солнце, море, пляж, курортные страсти. Астрид, да хоть просто отвлечься, если ничего не получится! Я уже и хотела тебе это сказать на нашем первом созвоне, но тут ты сообщаешь, что механизм запустился, он обратил на тебя внимание.       — Самым удивительным образом, — прошептала Астрид, отведя взгляд в сторону.       — Вот именно! — бодро произнесла брюнетка, — Потом ты мне такие вещи рассказывала, а сейчас и дополнила, что ни в одном сне не приснится. В последние дни ты редко выходила на связь, но я в тебя верила, — она положила ладонь на плечо Хофферсон, а потом убрала её, печально опустив глаза вниз, — А сейчас я хочу попросить у тебя прощения.       — Что? Почему?       — Тебя постоянно тревожило чувство вины перед Хеддоком, ведь ты со всей присущей тебе ответственностью подошла к этому делу, но и присущая тебе мораль и совесть не покидали тебя и ты не смогла сполна насладиться этим «приключением». Прости, я не должна была так поступать с тобой.       Астрид прервала девушку, заключив ту в крепкие объятия. Вереск удивлённо обняла подругу в ответ, не совсем понимая, почему её вполне заслуженно не ругают.       — Боже, Хедер, ты не должна извиняться! Я не маленькая девочка, у меня есть голова на плечах. Ты не представляешь, как долго я размышляла по поводу всего этого мероприятия, чтобы успокоить себя, как только не объясняла для себя это ключевое слово «Влюбить». И я смогла найти в нём вполне себе логичные варианты и мысли. Только они не попали под мою ситуацию, — она отстранилась от неё и грустно вздохнула, — Тяжело мне было не от того, что я всё это делаю, а от того, что я делаю это с человеком, в которого постепенно влюбляюсь.       — Я так хочу за тебя порадоваться, — раздосадовано произнесла брюнетка, — Но сейчас в таком же шоке, что и ты, что Хеддок собирался подписать согласие на снос. Плюс ко всему, я довольно много рылась в интернете на личность Иккинга Хеддока. И со всей раздобытой информации на него точно не подумаешь, как на безжалостного крушителя дома для животных. Да у него мама профессионально дайвингом занималась! Любовь к морю и их обитателям в крови этого человека.       Да, он говорил о работе своей матери. И это очень поразительно. Снова прокручивая в голове все такие моменты, как-то тяжело верится в реальность. Но она есть.       Астрид пожала плечами.       — Но факт говорит сам за себя.       — Иногда даже фактам нельзя верить, — Хедер неоднозначно всплеснула руками, — Господи, Астрид, это нельзя оставлять просто так. Дай мне ещё время всё это осознать, а потом мы вместе, не торопясь, без лишних эмоций, обдумаем, что дальше будем делать.       — Я не понимаю, что тут… — громкую речь Хофферсон прервал донёсшийся из сумочки Вереск звонок мобильного.       Нахмурившись, брюнетка достала свой телефон и, мельком взглянув на звонившего, сразу ответила, поднеся его к уху.

***

      — Здравствуйте, мистер Питерс, — поприветствовала в трубку девушка.       — Здравствуй, Хедер. Надеюсь, ты не занята? У меня есть очень важная новость, — улыбнувшись своему гостю, произнёс директор дельфинария.       — Да? Я вас слушаю.       — Я знаю, что Астрид уже вернулась домой и ты наверняка с ней встречалась. Очень огромная просьба, не сообщай ей то, что я сейчас скажу.       — Ладно. Подождите пару секунд.       Он расслышал через трубку едва слышный разговор, а потом тихие шаги.       — Я слушаю.       — Ты не последний человек в нашем дельфинарии, и я считаю, что ты должна это знать, — а ещё потому, что его попросили, — Через два дня состоится последнее в этом году шоу по поводу закрытия дельфинария на масштабную реконструкцию.       — О Боже! — радостно воскликнула девушка, — Вы серьёзно?!       — Никаких шуток, дорогая. Новый владелец сам лично обсудил со мной все детали… И сейчас бы хотел поговорить с тобой.       Человек, сидящий напротив него, принял протянутый телефон, из которого в этот момент донеслось что-то очень громкое, а после проводил благодарным взглядом из кабинета.       Шатен поднёс телефон к уху и сразу спросил:       — Она рядом?       — Я отошла ещё дальше, но её недоумевающий взгляд видно отсюда, — попыталась спокойным тоном ответить подруга Астрид.       Он тяжело вздохнул и поднялся со стула, потому что сидеть с бешено бьющемся сердцем непосильная задача. Ему безумно хотелось увидеть её, поговорить с ней, но пока рано, не всё готово.       — Значит, она правильно сомневалась, — вдруг послышался женский голос из трубки.       Он не совсем понял, о чём эта девушка говорит.       — Но откуда тогда этот приказ о сносе?       — Уже неважно, — покачал головой Хеддок, — Главное, этого ни за что не случится.       Он бы в жизни не простил себе, если бы подобное произошло. А если бы узнала мама?..       — Ты любишь её?       А эта особа очень проницательна, не смотря на то, что придумывает безумные идеи. Хотя, он должен ей в ноги кланяться. Улыбнувшись, шатен покачал головой.       — Скажи, что ей не тяжело сейчас, — попросил Иккинг.       — К сожалению, не могу.       Хеддок еле подавил вымученный стон, так и рвущийся наружу. Этого он боялся больше всего. Он правильно рассудил голос на диктофонной записи. Сердце больно щемило только от одной мысли, что Астрид мучается из-за всего этого. Но именно по этой причине Иккинг и разговаривает с её подругой.       — Она не должна узнать, что это будет последнее шоу и чему оно посвящено.       — Но об этом все работники будут знать!       — Мистер Питерс объяснит им ситуацию, — он нервно провёл рукой по волосам, — Пожалуйста, сделай так, чтобы она не волновалась.       — Это будет сложно, — тихо протянула девушка, — Но, кажется, знаю, что делать.       — Надеюсь…       Он был перебит.       — В этот раз без глупостей. Как сговорились, — пробурчала Вереск и спокойно добавила, — Я сделаю всё возможное.       — Спасибо.       Завершив вызов, Иккинг положил чужой телефон на стол, а сам устало провёл рукой по лицу. Последние 30 часов выдались очень бурными и выматывающими. Он почти не спал ночью, вместе с Ингерманом почти клюя носом над рабочим столом в его кабинете. Даже бедной Рите пришлось остаться, чтобы спасать мужчин порциями кофе каждые полтора часа. Потом обязательно ей премию выпишет.       Хеддок даже не смог уделить внимание своему другу Заку, лишь что-то уловил от него наподобие: «Эмма неожиданно решила утихомирить журналистов, сказав, что больше не злится на Хеддока и просто хочет жить дальше счастливо». Очень благородно с её стороны. Надо будет хоть свадебный подарок с извинениями отправить, всё-таки 5 лет вместе были.       — Мистер Хеддок, — в кабинет, оказывается, вернулся хозяин, — Вы что-то ещё хотели обсудить, если я не ошибаюсь?       — Да, — кивнул шатен и сел обратно, — Скорее, это будут вопросы лично-делового характера…

***

      Скоро выступление, а Астрид больше думает не о нём, а о том, что после поедет в главный офис Хеддока. И как она только согласилась? Но ладно, в этот раз они с Хедер вместе принимали решение. У подруги почему-то после звонка их директора появился неожиданный заряд сил и энергии, которую она направила на то, чтобы поднять настроение Хофферсон и убедить в разумности этого решения, неустанно твердя, что Хеддок точно не мог так поступить.       И стоило признать себе, что она действительно хочет увидеть его и поговорить. Вестей за прошедшие дни так и не было и, чтобы лишний раз не нагружать себя ненужными мыслями, Астрид посвятила себя тренировкам на работе, немного усовершенствовав программу, потому что мистер Питерс невзначай намекнул, что шоу должно быть грандиозным.       Общество дельфинов её очень успокаивало, что она до самого вечера не покидала дельфинарий, а вчера уже проводила тренировку на улице. Но вот, странное чувство, её не покидало ощущение того, что за ней кто-то наблюдает, раз двадцать оглядывалась, но всё было абсолютно чисто.       Трибуны были заполнены по самое не хочу.       — Что за странное внимание? — спросила она у своего помощника.       — Может, прознали о твоём новом шоу? — загадочно улыбнулся парень.       — Ага, конечно, — усмехнулась девушка и поправила микрофон, — Ладно, поехали…       Обещанное шоу оправдало свои ожидания: аплодисменты были бешеные, люди почти вскакивали с мест, не в силах держать эмоции в себе. Астрид так зарядилась их энергией, что начинала в голове мысленно прокладывать маршрут до раздевалки, обратно, на выход, потом в город. Вот только точно понимала, что и после окончания придётся задержаться, по крайней мере, на фотосессию.       Вот она уже собиралась прощаться со зрителями, как неожиданно к ней на подмосток выходит мистер Питерс с микрофоном в руке. Быстро сориентировавшись, девушка отошла в бок, чтобы, на всякий случай, удержать дельфинов возле себя, потому что у тех странная любовь к обрызгиванию директора.       — Дамы и господа, мы рады, что вы решили посетить наш дельфинарий по случаю его закрытия на масштабную реконструкцию.       И в этот момент сердце Астрид чуть не остановилось. Она не могла поверить собственным ушам. Мужчина что-то продолжал говорить, толпа гудела, но она не разбирала слов. В голове только одно: «Быстрее поехать».       Как в тумане прошли следующие полчаса, пока люди покидали дельфинарий, некоторые фотографировались с ней и дельфинами или с другим тренером морских котиков. Только когда последний зритель покинул трибуны, а Хофферсон более менее закончила свою работу на сегодня, она смогла быстро сбегать в раздевалку, переодеться и забрать вещи, даже волосы ещё не высохли. Как она не упала нигде, случайно поскользнувшись? Видимо, многолетний опыт.       По традиции нужно было попрощаться с морскими друзьями, что резвились на уличной сцене. Позже их уведут внутрь.       — Пожелайте мне удачи, родные, — прошептала Астрид, наклонившись к дельфинам, что подплыли к ней.       Те издали радостные звуки, и девушка рассмеялась. Вскочив на ноги, она уже направилась в сторону выхода, но, как гром среди ясного неба, её парализовал знакомый, родной, любимый голос с трибун.       — Куда-то спешите, миледи?       Замерев, Астрид слышала стук собственного сердца, что отдавал в самую шею. Боясь проснуться, она осторожно перевела взгляд в ту сторону, откуда услышала голос. Слух и зрение были заодно, осталось проверить осязание.       Иккинг преодолел последнюю ступеньку и нежно улыбнулся. Он не торопился приблизиться к ней, но этого и не требовалось. Астрид уронила свою сумочку и за считанные секунды сократила эти злополучные метры между ними. Почти бросившись ему на шею, она оказалась в плотном кольце мужских рук. Он здесь, уже и обоняние подключились к этому списку, уловив знакомый парфюм.       — Иккинг! Как я скучала, — прошептала блондинка, встретившись с этими изумрудными глазами, и ласково положила ладони на его щёки, — Прости меня.       — Чшш, ни за что не извиняйся, — тихо вымолвил шатен, прижимая её ближе к себе, — Ты не представляешь, какое у меня вчера было искушение выйти к тебе.       — Значит, у меня не паранойя, — слабо рассмеялась девушка и прикрыла глаза.       Теперь, помимо своего сердцебиения, она слышала и его бешеное. Нежное прикосновение мужских пальцев к её волосам отдалось новой волной тепла по всему телу. Этот жест теперь всегда будет нечто интимным между ними.       Не открывая глаз, она потянулась вперёд, и почти сразу её губы накрыли его в нежном, многообещающем, волнительном поцелуе. Пальчики зарылись в мягкую шевелюру Хеддока, его руки плотно сжались на её талии, почти вдавливая ткань платья в нежную кожу. На фоне она услышала улюлюканье дельфинов. Такого зрелища те точно раньше не видели.       Любовь без слов, именно так можно охарактеризовать их связь, когда всё понятно с одного жеста, фразы, действия. Ты чувствуешь своего партнёра, его эмоции, ощущения, и не скрываешь своих.       Волшебный миг быстро закончился, и пришлось отстраниться друг друга, но ненамного.       — Почему именно сегодня? — тихо спросила Астрид, перебирая в пальцах шелковистые пряди.       — Во-первых, для красивого момента, — щипок, — Ауч, ха-ха-ха, во-вторых, для подготовления моего желания.       Девушка непонимающе взглянула на него, на что Иккинг улыбнулся и нехотя разорвал объятия. Сделав шаг назад, он деловито произнёс:       — Твоё желание выполнено, теперь моё. Я хочу, чтобы ты стала директором будущего отеля, в составе которого будет целый дельфинарий.       Потребовалось несколько минут, чтобы понять весь смысл этих слов.       — Ты шутишь.       — Никоим образом, — уверенно покачал головой шатен.       — Но я ведь почти ничего не понимаю в этом. У меня нет должного образования.       — Поверь, оно сейчас не так требуется. На постройку с реконструкцией уйдёт минимум год, так что у тебя будет время выучиться самому главному. Я знаю, что после окончания школы ты собиралась в экономический институт, но по семейным обстоятельствам не смогла этого сделать. Если хочешь, ты можешь начать обучение. Но при помощи людей, которые давно в этой сфере, ты быстрее освоишь всю суть работы. Одного я уже забронировал. Тот, зараза, выпросил отпуск, но без сестры всё равно никуда не уедет.       — Это же нереально, — неуверенно вымолвила Астрид.       — Нереально то, что я встретил тебя. Но, как видишь, и это возможно, — он бережно взял её руки в свои, — Я помогу тебе, всегда буду рядом. Да, Господи, мой отец на пенсии, всё равно заняться нечем.       Она переводила волнительный взгляд с него на их сплетённые пальцы и с трудом верила во всё это. Но, как показал опыт, иногда стоит довериться течению.       Энергично закивав, девушка нервно рассмеялась и оказалась ловко подхвачена на руки.       — Мне стоит сегодня ждать ответ на другое предложение? — с любовью и надеждой заглянув в её небесные очи, спросил Иккинг.       Астрид нежно улыбнулась и обхватила руками его шею. Бог любит троицу.       — Да!