Искупление

— Я вижу двух егерей. — Я тоже. — Аналогично. Гарри, Рон и Луна держались в тени, скрываясь за ближайшим кустом. — Это не сумка Гермионы? — хрипло прошептал Рон, указывая на одного из мужчин, рыщущего вокруг. Рон с трудом мог усидеть на месте. Он был на задании с тех пор, как потрясение от всего случившегося сошло на нет. — Мерлин, я очень на это надеюсь, — Гарри стиснул зубы, пытаясь разглядеть кого-нибудь ещё, кто мог быть поблизости. — Я думаю, мы сможем справиться с ними. Их только двое, и, если мы вырубим их прежде, чем они успеют вызвать подкрепление, мы сможем проникнуть в дом, — Гарри посмотрел на своих спутников. Он всё ещё чувствовал себя неловко из-за того, что Луна пошла с ними, но ни Рон, ни сам Гарри не смогли бы успешно наложить следящие чары. — Ладно, Рон, ты обойдёшь машину сбоку, а Луна поднимется на крыльцо. Я буду следить отсюда, чтобы убедиться, что поблизости никого нет. Говорите тихо, когда будете нападать. — Взять его, — Рон отошёл, не сводя глаз с егеря с сумкой Гермионы. Луна подарила Гарри полуулыбку, поднесла палочку к его голове, наложила дезиллюминационное заклинание сначала на него, потом на себя; она сделала бы то же самое и с Роном, но он отошёл прежде, чем она смогла даже попытаться. — Спасибо, Луна... будь осторожна. — Конечно. Гарри смотрел, как её слегка мерцающая фигура легко пересекает улицу. Её можно было заметить, только если пристально вглядываться, но в тусклом вечернем свете почти невозможно уследить за ней.

***

— Они придут за ней и, скорее всего, дорого за это заплатят. — Что ты хочешь, чтобы я сделал, Альбус? Бросить её посреди дороги и надеяться, что именно они найдут её? — язвительный голос заполнил комнату, Снейп бросил взгляд в сторону висящего на стене портрета. — Мы не можем допустить, чтобы они вошли в замок, Северус: их сразу же схватят! Ещё слишком рано — нужно найти все крестражи, — Дамблдор следил за каждым движением расхаживающего по кабинету Снейпа. — Пока она не нужна им, и ты должен помочь ей выздороветь. Другого пути нет. Ты должен помешать искать её, пока она не будет готова присоединиться к ним. — А что, если она никогда не будет к этому готова, Альбус? Не приходило ли тебе в голову, что эта война не для детей? — Я понимаю твоё беспокойство, но ты недооцениваешь её. Мисс Грейнджер проиграла, может быть, бой, но уж никак не войну! И ты можешь ей помочь, только ты можешь сделать это. Северус кипел от ярости: он не должен был позволять себе ни минуты человечности, ни мгновения милосердия. Это только прибавило ему неприятностей. — Чего ты от меня хочешь? Дамблдор, подбирая подходящие слова, внимательно следил за Снейпом. — Отправь зеркало. Оно позволит им увидеть, что с ней всё в порядке, и, надеюсь, вернёт их в нужное русло. — Я даже не знаю, где они сейчас, — тихо прорычал Северус, глядя на пустой портрет. — Кроме того, как ты можешь быть уверен в том, что они не явятся сюда как истинные гриффиндорцы? — Я прослежу, чтобы они не сбились с пути. Я знаю, Северус, что всегда просил тебя о многом, но мир нуждается в Гарри. Сейчас больше, чем когда-либо. И если она действительно сошла… тогда, боюсь, мы уже проиграли. Северус глубоко вздохнул, стараясь взять себя в руки. Его мозг прокручивал все возможные варианты развития событий, прогнозировал все возможные последствия. Снейп уже давно смирился со своей смертью, но он так надеялся, что погибнет не напрасно, что отдаст свою жизнь за лучший мир. — Я сделаю это… но сначала мы должны их найти. — Я уже послал Финеаса, — Дамблдор печально наблюдал, как Снейп удалился в личные покои, понимая, что он не может следовать за ним, ведь Снейп перекрыл все возможные средства связи в комнате. Северус с трудом сдерживал переполняющий его гнев. Мерлин, этот человек совершенно безумен! Как он может играть в эту игру? Хотя какое это имеет для него значение, если он уже мёртв? Снейп перевёл острый взгляд на кровать. Гермиона лежала совершенно неподвижно, её руки были прижаты к голове ремнями, которые он немного передвинул, чтобы позаботиться о её ранах. Мундштук выпал изо рта, скорее всего, из-за того, что она во сне вертела головой. Не желая повторения первой ночи, Снейп не стал фиксировать её тело в неподвижном состоянии. Его лицо дёрнулось, на губах появилась хищная усмешка, обнажившая зубы. Все его планы полетели к чертям из-за неё. Благодаря ей. Из-за его слабости. Северус обошёл вокруг кровати, пытаясь успокоить гнев, который рос в теле, целиком заполняя душу. Сила, которую он чувствовал много раз в самые тёмные ночи. Он прикрыл глаза, глядя на её внешне спокойное лицо. Его рука двигалась сама по себе, медленно обвивая длинными пальцами её шею, чувствуя, как гулко бьётся пульс под тонкой кожей. Снейп прищурил глаза, непроизвольно сжимая пальцы. Это было бы так просто. Как сломать зубочистку. Когда Гермиона открыла глаза, его сердце тяжело забилось в груди, но хватка только усилилась. Его зрачки, казалось, расширились от темноты, поселившейся в его сердце. Всё, ради чего он рисковал жизнью, все обещания, которые он дал, покатилось ко всем чертям с матерями. Но стоило её пальцам слегка коснуться его запястья, Снейп понял, что и решимость отправилась вслед за обещаниями. Почему она не кричит, не сопротивляется, не пытается вырваться? Почему она просто наблюдает своими чёртовыми тёмными глазами за бушующей во всех его внутренностях бурей?! Его хватка наконец ослабла, когда рука Гермионы отпустила его запястье. Её глаза закрылись не полностью, а скорее потеряли фокус на какой-то точке за его плечом. Северус внезапно отпрянул, кровь застучала в висках от осознания того, что он собирался сделать. — Мисс Грейнджер? Рука, которой он только что держал её за горло, двинулась к подбородку, поворачивая к нему её голову. — Мисс… Её глаза закрылись, и он наконец выдохнул. Снейп чувствовал её едва бьющийся пульс под своими пальцами. Её рот приоткрылся, но из него вырвался лишь хрипящий выдох. Её пальцы дёрнулись, тело вздрогнуло, когда она попыталась глубоко вдохнуть. Его собственные лёгкие сжались, когда он видел, сколько усилий ей нужно, чтобы просто дышать. Стоять было слишком трудно, тяжесть почти совершённого поступка давила, словно несущийся к земле гиппогриф. Он чуть не убил её. Чуть не задушил жизнь, которую так старался спасти. Что с ним не так? Эта девчонка не была какой-то незнакомкой с улицы. Она была его ученицей. Ребёнком, который рос у него на глазах. Которого он спасал уже много раз. Снейп уронил подбородок на грудь, отдёрнул руку, крепко сжав кулак. Он был чудовищем. Злом до мозга костей, как они и говорили. Он больше не мог этого делать. Он не мог быть тем, кем мир хотел его видеть. Он так устал от всего этого.

***

— Она же была здесь какое-то время… — Рон вытаскивал ящики один за другим, но в них ничего не было, даже заколки для волос. — Должно же хоть что-то остаться? Гарри, ничего не понимая, заглядывал под кровать. Она же не могла забрать всё до последней заколки, резинки, платочка, зеркальца, верно? Из сумки, что они забрали у егерей, которых вырубили снаружи, Луна вытряхнула всё. К сожалению, в сумке больше не было магического следа Гермионы. Луна снова наложила следящие чары, но они привели только к тому, у кого забрали сумку. Она так ничего и не нашла в их личных вещах, если не считать мантию-невидимку Гарри, спрятанную в одном из маленьких карманов. — Как будто кто-то всё вычистил, — Гарри присел на корточки, оглядывая комнату вокруг. — Зачем им это делать? — Может, они знали, что мы придём? — Рон, тяжело вздохнув, задвинул последний ящик. — Но зачем им убирать комнату? Больше в доме ничего не трогали, — Гарри глубоко вздохнул, сел на пустую кровать. Он запустил руку в волосы, глядя себе на колени. — Может быть, кто-то похитил её вещи, чтобы помочь ей? — Луна осторожно поставила сумку Гермионы рядом с Гарри. — Я бы сделала так, если бы заботилась о ком-то, — она оглянулась, когда Рон пнул угол комода, прежде чем опуститься на стул в углу. — У кого она может быть? — Рон прислонился лбом к стене. — Мы не проверяли Нору... может, она... может, она трансгрессировала туда... вместо «Ракушки». — Гермиона, конечно, великолепна, но я не думаю, что даже она может трансгрессировать без сознания, — Рон закрыл глаза, пытаясь отогнать воспоминание о том, как её тело тяжело прижималось к нему. — Добби правильно провёл трансгрессию? — Луна посмотрела на Гарри, затем на Рона. — Может быть, она выпала, это, как известно, случается, при парной трансгрессии. Хотя... результат выпадения обычно не очень... — её голос затих к концу фразы, и она опустила глаза в пол. — Может быть, она упала где-то... и кто-то её забрал?.. — Это не имеет значения... — Гарри резко встал с кровати, подняв подбородок. — Мы должны найти её, в безопасности она или нет, но она должна быть с нами.

***

Северус медленно убрал руку. Он поднял глаза, когда её тело внезапно дёрнулось. Зелье, которое он давал ей, закончилось несколько часов назад. После их последней встречи — его нравственного падения, — он спрятался в маленькой лаборатории, которую соорудил из старого шкафа. За то время, что он провёл там, Снейп сварил восстанавливающий напиток и расслабляющее зелье. Прошло три часа с тех пор, как он едва не задушил её. Три часа на то, чтобы расставить приоритеты и вспомнить свою истинную цель. Всё это время Гермиона то и дело просыпалась, и её тихие прерывистые всхлипывания наконец-то позвали его в комнату. Её глаза следили за ним, а рука рвалась из пут, пытаясь дотянуться до него. Он успокоил её, приложив ладонь ко лбу, чтобы унять жар. Она закрыла глаза от его прикосновения и затихла. Это была довольно странная реакция, он её не ожидал, особенно учитывая последние события. Когда её спина неестественно выгнулась, Снейп понял, что скоро случится очередной приступ. Он поморщился, когда её тело напряглось, послышался звук дерева, скрипящего от натяжения удерживающих её ремней. Её голова откинулась на простыню, зубы стиснули мундштук, который Снейпу удалось вставить обратно ей в рот. Сейчас он был похож на странной формы ложку. Он был разработан, чтобы помочь ей не откусить язык и не скрежетать зубами во сне. У него было два крыла, которые выходили наружу и прижимались к зубам. Это устройство больше походило на соску для взрослых, закруглённый конец которой Снейп немного изменил, чтобы она могла общаться. Хотя у него не было возможности научить её пользоваться этим устройством. Её сознание было недостаточно ясным, чтобы он мог попытаться это сделать. Когда волна боли покинула её тело, Гермиона тяжело опустилась на кровать. Её дыхание было поверхностным. Тихие, но глубокие горловые стоны, почти как у пнутой собаки, вырвались из её рта, когда она попыталась вдохнуть воздух через нос. Снейп придвинулся ближе, снял опустевший пузырёк, который повесил над кроватью, и заменил его одним из новых снадобий, сваренных чуть меньше трёх часов назад. Когда жидкость потекла по трубке в её желудок, он обнаружил, что Гермиона схватила его за край сюртука. Их глаза встретились, и Снейп нахмурился: её взгляд показался ясным сейчас. Туман, который раньше закрывал её глаза, рассеялся, и он увидел, как её мозг пытается осознать всё, что происходит в данный момент. Снейп придвинулся ещё ближе и, освобождая край сюртука от её пальцев, спокойно посмотрел на неё, затем медленно наклонился, вынимая мундштук из её расслабленного рта. — Ты голодна? — странный, почти добродушный вопрос сорвался с его губ. Это так не похоже на него обычного. Грустная улыбка, слегка коснувшись его губ, делала и без того суровое лицо ещё более строгим. Он ждал, что она ответит кивком, всхлипом, чем угодно. Но, когда она просто отвернулась, уставившись в какую-то странную точку на стене, он зарычал. Ей нужно поесть, им обоим нужно. Несмотря на раннее утреннее пробуждение, её тело должно было быть достаточно восстановлено, чтобы принять хоть какую-то пищу, по крайней мере, что-то полутвердое. Проблема была в том, что он не имел ни малейшего представления о том, что она любит, а на что у неё аллергия. Не дождавшись ответа, Снейп резко встал с кровати и направился в свой кабинет. В конце концов, он мог взглянуть в её личное дело и убедиться, что он не усугубит её состояние. Закрыв за собой дверь, он совершил ошибку, посмотрев на портрет Альбуса Дамблдора. Он недовольно хмыкнул, увидев его улыбку, и направился к шкафу, где хранились личные дела студентов. — Финеас нашёл их. — Где? — На площади Гриммо. — Предсказуемо. Полагаю, они избавились от егерей? — Совершенно верно. Они даже взяли с собой мисс Лавгуд. Северус громко фыркнул и вытащил большую папку из шкафа, хлопнув дверцей сильнее, чем это было нужно. — Мисс Грейнджер легко заменили, — прежде чем сесть, Снейп бросил папку на стол. — Это не так; похоже, она пришла помочь им. — Это так? — Северус поднял глаза на портрет Финеаса. — О да, — безразличие капало с языка Финеаса словно тающий снег, — я полагаю, вам повезло, что Кричер питает сильную неприязнь к магглорожденным, иначе они бы уже поднимались по ступенькам в ваш кабинет. Альбус подозрительно отстранённо относился ко всему происходящему, но Снейп знал, что Кричеру не пришла бы в голову идея самостоятельно убрать все её вещи. Северус посмотрел на счастливо улыбающуюся девчонку на фотографии, сопровождающей её личное дело. На шестом курсе она выглядела довольно усталой, но в целом здоровой. В сознании тут же предстала нынешняя картина — лежащая на его кровати девчонка. Так много перемен за столь короткий срок. Он перевернул страницу, просматривая записи о поступлении на первый курс: абсолютно здорова, аллергических реакций не выявлено. Он закрыл папку с некоторым недоверием, поправив незакреплённую страницу. С намерением засунуть обратно в папку Снейп пробежался по ней глазами, но тут его внимание привлекла дата, поставленная в самом углу. Он снова открыл личное дело, пролистнув до этой перекошенной странички. Быстро просмотрев информацию на листе, он понял, что хорошо помнит это происшествие. Её пятый год обучения в Хогвартсе — её первая настоящая битва со злом, которое восстало, чтобы поглотить их всех. Ей невероятно повезло остаться в живых той ночью. А утром он варил зелье, чтобы помочь ей справиться с проклятием. Его мозг соображал слишком быстро — проклятие так и не снято. Просто нейтрализовано, но не снято. Снейп закрыл папку и поднялся со своего места. Вернувшись в свои покои, он заметил, что Гермиона вздрогнула: её глаза расширились, на лбу отразилось отчаяние. — Успокойтесь, — его слова звучали резко, заставляя её попытаться отодвинуться от него. Северус тихо зарычал и подошёл к краю кровати, с которой она безуспешно пыталась встать. — Я не причиню вам вреда. Гермиона медленно покачала головой, глаза метнулись к его руке. Слабая мольба сорвалась с губ яснее, чем прежде. — Я н-н-не бра-ала-а… ни-че-е-го. П-по-жа-луй-ста. Слезы навернулись на её глаза, но мужчина, стоявший перед ней, казалось, не замечал этого. Она попыталась потянуть за ремешок на запястье, но Снейп вмиг её одолел. Одной рукой он схватил девчонку за бедро и притянул к себе. Гермиона дёрнула ногами, но ремни на лодыжках только крепче натянулись. Слёзы продолжали катиться по щекам, она попыталась повернуть плечи. Однако твёрдая рука, лежащая на груди, удержала её, прижав к мягкой постели. — Успокойся, девочка, — проворчал Северус, когда она попыталась ударить его головой в грудь. Он опустил глаза, когда она попыталась укусить его. Невероятно. Его рука оставила попытки взять её за подбородок. — Лежи смирно! — слова слетели с его едва приоткрытых губ. Рука Снейпа, несомненно, оставит следы на коже, учитывая, с какой силой он удерживал её, но следующая отчаянная мольба чуть не убила его. — П-по-жа-луй-ста, не уби-вай-те ме-ня… Его рука разжалась, как туго намотанная пружина. Она умоляла его раньше, он просто не понимал её искаженных слов. Его сердце болезненно забилось, когда он понял, как в её глазах выглядела эта ситуация, подбородок дёрнулся, и он опустил руки. Он не хотел с ней сражаться. Мисс Грейнджер? Северус как можно мягче вошёл в её сознание. Было тихо, в отличие от прежних времён, наполненных звуками, которые невозможно было разобрать. Мисс Грейнджер, вы меня слышите? Слышите меня? Северус нахмурился. Мисс Грейнджер, вы знаете, где находитесь? Вы знаете?.. Как меня зовут? Глубокое чувство страха, зародившееся где-то в животе, распространялось по всему его телу. Как меня зовут? Северус оборвал связь, выпрямившись в полный рост. Её там не было.