Секретный объект

— Что ж… Полагаю, у вас есть вопросы? — Алекс прошел вперед, открывая дверь в серую комнату, полностью экипированную компьютерами и многочисленными белыми столами, за которыми сидели люди в светло-голубых костюмах и что-то усердно высматривали в прозрачных экранах. — Подождите, но... как же Рэд? Он же… боже. Артур не знал, что делать и как себя вести. На его глазах в мужчину выстрелили дважды, после чего пришел Алекс и всадил в него еще и шприц с чем-то очень сильным и быстродействующим. Артур очень хотел верить в то, что Рэда повезли, чтобы оказать ему первую помощь, но взгляд Алекса прямо говорил, что о ней объект может забыть. И сейчас психолог места себе не находил, совершенно не понимая, почему Алекс ведет себя так спокойно, словно это не он был ответственен за то, что сделали с Рэдом. За то, что его чуть не убили. Не так Артур представлял себе заботу о пациентах… Артур вообще не думал, что за Рэдом и Валаром будет такая пристальная слежка. Да и как ученые узнали о том, что второй пациент у Артура? Если они видели, как Рэд ночью к нему пробирался по научному центру, то почему не выслали отряд сразу? Это было бы логичнее, если брать в расчет странную логику ученых, верно? Почему они дали Рэду возможность провести ночь вне камеры, если, опять же по их словам, объекты крайне опасны? Артур не знал ответов на эти вопросы, но они и не были его главным приоритетом. Он не хотел ничего знать, пока не убедится, что Рэду окажут всю возможную в таких условиях помощь. Сколько бы ученые ни находили оправданий и слабых объяснений того, что происходит, это все равно никак не давало им разрешения на такое обращение с живыми людьми. — Объект в полном порядке. Минут через десять снова придет в себя, — не оглянувшись на Артура, Алекс прошел в следующую комнату к свободному креслу у двух больших мониторов. В комнате больше никого не было за исключением одного ученого, который со слабым интересом покосился на Артура, но, увидев Алекса, своего непосредственного начальника, тут же поднялся со своего места и быстро куда-то скрылся, осторожно прикрыв за собой дверь. — Но в него же стреляли… Он был весь в крови… — Артур посмотрел на ученого, встречаясь с ним взглядом. — Вы послали к нему помощь? — Все не так просто, — Алекс недовольно вздохнул и взглядом указал на крутящийся стул. — Садитесь, Артур. Он нажал на сенсорную кнопку, выводя новое окно на экран и жестом направляя курсор на белый кружок под номером один. Перед Артуром открылась копия рабочего стола с совершенно другим оформлением и более четко структурированным списком. При этом Артур заметил, как внутренняя камера считала биометрические данные Алекса, сразу же открывая доступ ко всем документам и встречая ученого приветственной надписью. — К тому, что я собираюсь вам показать, нужно немного подготовиться. Это засекреченная информация, и тех, кто знает о проекте, можно пересчитать по пальцам. Все, что будет сказано в этой комнате, должно в ней и остаться. Камеры здесь фиксируют абсолютно все, так что вашего вербального согласия будет достаточно. Алекс тяжело посмотрел в глаза психолога, всем своим существом показывая, насколько серьезным будет разговор. Артур даже немного отодвинулся, ощущая, что Алекс наклоняется все ближе и ближе. Что-то для себя решив, ученый, не меняя властного тона, продолжил: — То, что вам сказали при приеме на работу, мало соответствует действительности. Я уверен, что вы не раз задавались вопросом, кто на самом деле ваши пациенты, являются ли они мутантами и насколько их можно считать людьми. Также их внешность не внушает доверия: идентичные лица и тела, волосы и даже глаза. Их можно было бы назвать близнецами или даже братьями, но они не люди, чтобы вешать на них такие ярлыки. В них нет ничего человеческого. Алекс развернул к себе второе кресло и посмотрел на Артура, который хмурился, не понимая, что происходит, но не перебивал, решая дать ученому возможность высказаться и только потом задать необходимые уточняющие вопросы. — Проект под названием «Биологическое оружие массового уничтожения — 3» был запущен два года четыре месяца и две недели назад. За это время были успешно выращены генномодифицированные клоны и разработаны необходимые программы для развития гибридов. В них была загружена вся нужная информация о нашей планете, существах, обитающих на ней, и людях. Только в мозге мутантов произошел какой-то сбой, причину которого мы до сих пор не можем установить. Изначально, когда в них только загрузили данные, объекты охотно подчинялись и вели себя так, как и предписывала программа. Но потом… они начали интерпретировать проекты под себя… Общаться друг с другом. Проект, результатом которого должно было стать идеальное оружие, угрожал провалиться. Ученый внимательно посмотрел на Артура, который ловил каждое его слово с широко открытыми глазами. — Тогда мы начали искать недочеты в генной инженерии и программном коде, но все модули были расположены в строгом порядке, и никаких ошибок не было и быть не могло. Объекты начинали развиваться и переставали считать нас преградой, приняв решение уничтожить всех, кто был причастен к их созданию. Иррациональное действие, вызванное скрытыми от нас причинами, могло повлечь за собой куда больше жертв, чем их оказалось на самом деле. Мутантов очень быстро усмирили и отправили на операционный стол, искать причину неудачи. Но… Алекс со злостью сжал зубы и сцепил руки в замок. — Оказалось… что их невозможно убить. Можно замедлить, усыпить, оглушить или дезориентировать. Но не убить. За несколько месяцев было перепробовано больше полутысячи способов, но ни одно оружие не могло причинить объектам вреда. Они с завидным упорством восставали из мертвых и продолжали пытаться убить все живое вокруг себя. Сначала мы думали, что их можно постоянно уничтожать, таким образом добиваясь их истощения и последующего прекращения функций жизнедеятельности. Но их корпус сконструирован очень грамотно: все инородные тела, которые каким-то образом повреждают внешнюю оболочку, тут же усваиваются организмом и прививают гибридам иммунитет. Так что если их однажды застрелить, то во второй раз это уже не подействует. Изначально мы этого не знали и использовали на них практически весь доступный арсенал. Поэтому сейчас на них может оказать влияние только гранатомет или какие-то новые разработки в генетике или кибернетике. Что-то наподобие того, чем я выстрелил в объект номер один. Алекс поджал губы и хмуро посмотрел на Артура, который уже хотел снова что-то спросить про Рэда, но передумал. Сначала Артур очень скептично отнесся к словам Алекса, даже подумал, что это новая сказка, сочиненная специально для него, но нет. Каждое слово ученого падало тяжелым камнем, раскрывая Арту глаза на правду, к которой он оказался не готов. — Если бы мы не имели контроль над их памятью, все было бы гораздо хуже. За долгое время вы первый, кого объекты слушают и не пытаются убить. Именно поэтому воспоминания мутантов удаляются не полностью, а частично, и вас они не забывают. Если бы мы не принимали этих мер, объекты стали бы совершенно неуправляемы. А незнание того, что находится за пределами их клетки, лишает их желания сбежать. Вы понимаете, Артур? Хоть вы и добились поставленной задачи и даже смогли начать диалог с объектами… но вместе с этим вы дали им мотивацию. Цель, которую нужно выполнить. Алекс положил ногу на ногу и задумчиво посмотрел на Артура. — Они не люди, Артур. Не забывайте этого. Система их мышления изучена не до конца, а человеческий облик далеко не так безобиден, как кажется. Мы до сих пор не знаем, на что еще они способны, кроме непрекращающейся регенерации и силы, во многом превосходящую человеческую. — Алекс замолчал и с легкой усталостью посмотрел на Артура. — Я так понимаю, у вас еще остались вопросы. — Да… — Артур сглотнул, не зная, хочет ли слышать ответ на свой вопрос. — Вы сказали, что для этого проекта были выращены клоны. Вы имели ввиду клоны людей? — Да, Артур, — Алекс медленно кивнул и посмотрел на психолога. — Клоны людей. За основу были взяты материалы не только человеческого генома, поэтому сейчас невозможно сказать точно, какой результат мы получили. Мутантов невозможно изучить, так как ни наркоз, ни что-то более сильное не отключает их на длительный период. А возможность объектов просыпаться во время операции мы уже знаем и больше не хотим подвергать наших ученых опасности. — Алекс… Но ведь клонирование людей и эксперименты над ними… — Запрещены. Да. У нашего центра есть некоторые привилегии… Но я вам, кажется, уже говорил, что вся информация, которую вы услышите в этом помещении, должна остаться секретной. А это значит, что разговор, который мы с вами ведем, никогда и ни при каких обстоятельствах нигде не всплывет. — Но… — Советую вам еще раз прочитать документ, который вы подписали в день нашей первой встречи. Там подробно описывается цель вашего пребывания и несколько раз делается акцент на том, что все здесь происходящее разглашению не подлежит. — Алекс холодно посмотрел на Артура и очень спокойным голосом добавил: — Перечитайте пункт двадцать три ноль пять. После ознакомления с ним у вас не останется вопросов такого характера, я вас уверяю. Артур почувствовал, как по спине прошелся легкий холодок, принося за собой только еще большее напряжение и состояние, граничащее с сильной настороженностью, испугом и слабым недоверием. Артур не понимал, как Алекс и его ученые смогли пойти на это. Это же не только запрещено законом, это еще и противоречит всем нормам морали и этики! Над Рэдом и Валаром все это время издевались, проводили эксперименты и ограничивали их во всем, не считая их за людей. А когда они начали проявлять себя не как запрограммированные машины, а как формирующиеся личности, их тут же было приказано устранить и найти поломку! Артур даже не мог до конца представить масштабы происходящего. Стоило гибридам начать социализацию, как ученые во главе с Алексом сразу все это пресекли, калеча им психику и наказывая за то, чему они должны были научиться по своей природе. Артур ни на секунду не поверил Алексу про то, что в них нет человечности. Она в них есть, даже, наверное, больше, чем во всех ученых этого комплекса вместе взятых, только вот самим ученым она не нужна. Им нужны послушные машины, готовые на все. Однако Алекс не до конца оценил их человеческую составляющую. Он предпочел стирать им память и держать взаперти, нежели поменять приоритеты и принять тот факт, что они тоже люди и отношения требуют соответствующего. Артур посмотрел на Алекса, тут же вспоминая многое, на что раньше не обращал внимания. Артур никогда не задавался вопросом, где спят парни, справедливо полагая, что их выводили к нему в кабинет из другого помещения. Но теперь он понял… У них ведь ничего нет… Ни кровати, ни книг, ни даже простых условий для жизни. У них нет одежды, их не кормят и не разговаривают с ними. Их не считают за людей. Они заперты в клетке, и каждый день им стирают память, чтобы потом они так же продолжали стоять и ждать непонятно чего. Уже два с половиной года. Господи. Артуру стало намного яснее, что объекты думали о людях и почему им понадобилось столько времени на то, чтобы начать говорить. В таких условиях многие вообще бы не смогли больше произнести ни слова. Никогда. Но Рэд с Валаром справились, и Артур постарается сделать все возможное, чтобы спасти их от всего этого кошмара. — Что ж… Рад, что мы решили этот вопрос. — Алекс придвинулся к столу и навел курсор на первый файл с длинным названием, состоящем из одних цифр. — Напоследок несколько видеоматериалов, ради которых я ввел вас в курс дела. Чтобы вы понимали, с чем работаете, и больше не пытались скрыть от нас местонахождение объектов… — Что? — Артур пораженно посмотрел на ученого и нахмурился. — Алекс, я ничего не скрывал. Рэд сам пришел ко мне и просто хотел… — Он не мог ничего хотеть! Вы несколько раз могли позвонить мне, отправить сообщение или, наконец, просто оставить помещение, заперев в нем мутанта! Телефон все время был при вас, даже когда вы отправились кормить смертельно опасного гибрида, вы все еще могли доложить мне и разрешить ситуацию в разы эффективнее! — Алекс, откуда вы знаете все эти подробности? — Артур встал со стула и требовательно скрестил руки, с возрастающим напряжением понимая, что все это время следили не только за его достижениями с объектами, но также бесцеремонно лезли в его личную жизнь. — Я, кажется, предупреждал вас про камеры, — Алекс холодно посмотрел на Артура, одним взглядом давая понять, что психолог сейчас находится не в том положении, чтобы предъявлять обвинения. — Про камеры, которые установлены в моей квартире, вы ничего не говорили. Артур с трудом сдерживался, ежесекундно повторяя про себя, что портить отношения с руководством может ему очень дорого обойтись, особенно если его отстранят от объектов и запретят возвращаться в научный центр. А это было последнее, что Артур хотел. — Если бы не было камер, Артур, — Алекс особенно выделил его имя, — вы бы сейчас здесь со мной не стояли. Ученый наконец-то нажал на воспроизведение одной из последних записей, оставив предыдущие файлы позади, и жестом приказал Артуру занять прежнее место. Он собирался показать психологу сторону объектов, с которой тот еще не был знаком, развеять все сомнения Артура о кажущихся невинными мутантах и доказать, что от людей в них остался только облик. Алекс помнил наизусть каждую формулу, каждый штрих при создании генномодифицированного образца и знал, что собирается сделать. Ведь эффект будет куда сильнее, если Артур посмотрит на все своими глазами и найдет подтверждение словам ученого. Алекс был уверен, что информация, содержащаяся в файлах, навсегда перевернет мир психолога, и тот вряд ли когда-нибудь еще захочет оставаться наедине с объектами без охраны.