Бессмертные

Для трех сотен учеников старшей школы Форкса этот понедельник ничем не отличался от тысячи других дней. Подростки спешили в школу, чтобы обсудить прошедшие выходные и новые слухи. Исключение составляли только вампиры, до сих пор так и не сумевшие до конца смириться с мыслью о добровольном посещении этого притона. Белла по традиции проспала завтрак, чуть не упала с лестницы, забыла тетрадь по литературе на кухонном столе, но в конечном итоге все-таки добралась до школы. Сначала Свон не заметила никаких изменений. Каллены были по-прежнему неестественно бледны и прекрасны. Джессика, как и всегда, стояла в коридоре, оперевшись на школьные шкафчики, в позе опытной эскортницы. Вокруг нее собралась компания из хихикающих старшеклассниц. — Ты видела, какие у него глаза? — Не знаю, может, это линзы? — Ага, конечно, зачем бы ему тогда очки? — Да сдались тебе его глаза. Британский акцент — это так сексуально… — Белла, — вместо приветствия произнесла Джессика, — ты уже видела новенького? Новенький все это время стоял неподалеку и без особого интереса пролистывал полученные в библиотеке учебники. Требуемый уровень знаний его не сильно впечатлил. Гарри в очередной раз задумался над тем, какого черта он тут забыл. Поттер с недоумением рассматривал своих новых одноклассников. Старшекурсницы не вызывали у него никаких эмоций, кроме недоумения. Даже любящая внимание Паркинсон никогда не позволяла себе так одеваться. Макгонагалл сняла бы пару сотен баллов с собственного же факультета, увидев такой наряд у одной из своих студенток. — Я только пришла, — сказала Белла, с трудом засовывая книги в свой шкафчик. Она уже видела Гарри раньше, и поэтому теперь могла делать вид, будто ей совсем не интересно. — Он такой высокомерный, — протянула одна из девушек, не переставая, впрочем, с любопытством смотреть на парня. — Он же просто стесняется, это такая защитная реакция, — пояснила ее подруга. — Белла, а ты знала, что он приехал к нам совсем один? Глаза Джессики сверкали от переполнявших ее эмоций. Она раньше всех познакомилась с новеньким и теперь обладала бесценной информацией, сдерживать которую было выше ее сил. За пару минут Белла узнала, что Гарри приехал из Англии, живет один, и у него нет машины. Блэк не слишком дружелюбно отвечал на их вопросы, но это, конечно, потому что он просто-напросто не привык к такому вниманию. Майкл и другие парни тоже пытались заговорить с новеньким, но тот сослался на необходимость подготовки к уроку, а потом и вовсе отошел подальше. — О господи, Белла, он смотрит на нас, — внезапно перешла на ультразвук Анжелика, больно вцепившись длинными ногтями в руку Свон.  — Он, кажется, идет сюда, — завизжали девушки. Спустя пару секунд Гарри, действительно, остановился рядом с ними. Парень посмотрел прямо на Беллу и произнес, улыбнувшись: — Доброе утро, мисс Свон. Имени одноклассницы он так и не смог вспомнить. Позади Беллы раздался чей-то тихий вздох. — Д-доброе, Гарри, — сказала Белла, пытаясь игнорировать удивленно-завистливый взгляд подруги, — можешь звать меня просто Беллой. — Как скажешь, Белла, — кивнул Гарри и поспешил отойти от раздражающей его компании. — Уже видел новенького, Эдвард? — весело спросила Розали, удобно расположившись на подоконнике в дальнем конце коридора, — неужели у тебя появился конкурент? Вампирский слух позволил расслышать, как ускорилось сердцебиение девушки. — Некоторые думают, что он еще один приемный сын Карлайла, с которым мы не ладим, — ухмыляясь, сказал Джаспер. Эммет и Розали громко засмеялись, а Элис улыбнулась. Эдвард в ответ лишь закатил глаза, он уже с самого утра успел наслушаться чужих мыслей про нового ученика. Спустя пару секунд Гарри прошел мимо компании вампиров, направляясь на первый урок. Поттер быстро оглядел молодых людей, лишь на долю секунды задержав взгляд на Эдварде, который холодно посмотрел в ответ. — Для вампира он недостаточно хорош, — заметила Розали, когда парень скрылся из виду. — Может быть, но глаза у него ведьмовские, — рассеянно произнесла Элис. Никто не придал ее словам особенного значения. Только Эдвард вдруг понял, что, несмотря на зрительный контакт, он не услышал ни одной мысли парня.

***

Быть учеником старшей школы оказалось сложнее, чем Гарри себе представлял. Поттер расположился за партой в самом конце класса, откуда он мог незаметно наблюдать за новыми одноклассниками. Возможно, родись он в другое время, Гарри мог бы быть таким же, как и ребята вокруг него. Он бы сплетничал, переживал об оценках, влюблялся и надеялся, что кто-нибудь из популярных ребят позовет его сесть за свой столик в столовой. От этих мыслей у него даже зачесался шрам под футболкой, заботливо оставленный Василиском. Урок математики начался с переклички. — Вы не перепутали класс, мистер?.. — в классе раздались смешки. — Мистер Блэк. Нет, я собираюсь закончить школу в этом году. — Что ж, тогда рад видеть вас на моих занятиях. Гарри действительно выглядел младше своих одноклассников, многим из которых уже исполнилось девятнадцать. Поттер и раньше смотрел на некоторых школьников и с завистью отмечал, что они уже не выглядели подростками. Некоторым вполне можно было дать больше двадцати. Хотел бы он выглядеть так в его проклятые семнадцать лет. Первые уроки прошли мимо Гарри. В какой-то момент он даже подумал, что смертельно скучный призрак профессора Биннса не такой уж плохой кандидат на место учителя. Поттер уже достаточно давно не жил вместе с магглами, поэтому школа была идеальным вариантом, чтобы научиться притворяться нормальным. Тем более, будучи учеником старшей школы, волшебник бы вполне вписался в реальность Форкса. Тем не менее, спустя пару уроков Гарри осознал, что значительно переоценил свои силы. У блондина, сидящего прямо перед волшебником, была тонкая бледная шея, покрытая глубокими длинными шрамами. Гарри некоторое время не сводил глаз со своего соседа. Он не понимал, откуда у обычного ученика старшей школы могло взяться столько ранений, количество которых могло составить конкуренцию даже ему. В какой-то момент Джаспер резко повернулся и недружелюбно посмотрел на Гарри. Поттер в ответ лишь вежливо растянул губы в фальшивой улыбке, что неоднократно выводила из себя Нотта. Джаспер с самого начала урока ничего не чувствовал. Обычно пребывание в окружении большого количества людей было не слишком приятным, но здорово улучшало контроль над собственными способностями. На контрольных вампир привычно чувствовал страх и нервозность, иногда особенно сильно на общем фоне выделялось отчаяние очередного идиота, не знавшего ответ на вопрос. Но чаще всего Хейл чувствовал лишь всеобщую скуку, нетерпение и редкие проблески интереса. От всех этих эмоций он давно научился отгораживаться и не обращать на них внимания. В этот день вампир не сразу заметил, как перестал себя контролировать. Просто в какой-то момент Джаспер осознал, что не испытывает ничего, кроме апатии и редких проблесков тоски. Хейл какое-то время незаметно разглядывал своих одноклассников, но так и не обнаружил ничего странного. К счастью, стоило ему покинуть класс, и противная хандра рассеялась, а стоило ему только увидеть Элис, как все мысли о странном происшествии вылетели из головы.

***

На литературе Белла села рядом с Гарри. Поттер хотел уйти сразу после окончания урока, но его планам не суждено было сбыться. — Тебя, наверное, замучило всеобщее внимание? — спросила девушка, пытаясь завязать диалог. — Я привык к чему-то подобному. — Это Розали Хейл, — вдруг произнесла Белла. Гарри удивленно посмотрел на Свон. — Та девушка, на которую ты смотришь уже пять минут. На самом деле Гарри мечтательно смотрел в окно, размышляя над тем, что будет, если замедлить падение песка в маховике времени. — Да? Никогда не видел таких красивых ма…людей, — сказал Гарри. В этот момент блондинка повернулась и снисходительно посмотрела прямо на Поттера, будто она слышала их диалог и теперь не верит ни единому его слову. — Красивая, — подумал Гарри и неожиданно для самого себя произнес: — она напоминает мне одну знакомую. По крайней мере, такая же высокомерная — на первый взгляд. — И много в Англии таких красивых девушек? — В Англии не очень, но во Франции хватает. — Ты был во Франции? — спросила Белла, никогда не бывавшая в Европе, но всегда мечтавшая увидеть мир за пределами Америки. — Я много путешествовал, — уклончиво ответил Гарри. Хотя едва ли его визиты к разным специалистам можно было так назвать. Конечно, ему удалось побывать в разных странах, но в России он большую часть времени провел в полузаброшенной деревне, расположенной где-то в сибирской глуши и не изображённой ни на одной карте мира. В Германии же после занятий с герром Шмидтом у Гарри хватало сил только для того, чтобы доползти до кровати. Одним словом, времени на посещение достопримечательностей у него не было. Белла задала еще пару вопросов о Франции, на которые Гарри вежливо, но не слишком охотно отвечал. — Ты всегда жила в этом городе? Гарри без особого интереса слушал рассказ девушки про Финикс. В какой-то момент он потерял нить беседы и только по инерции продолжал улыбаться. Жутко хотелось спать, его организм не привык к таким ранним подъемам и теперь активно об этом сигнализировал. — Гарри, ты меня не слушаешь? — спросила Белла. Гарри вздрогнул, выйдя из полудремы, и растеряно снял очки, чтобы их протереть. Он смущенно улыбнулся, всем видом изображая вину. Поттер сильно преуспел в этом за время обучения в Хогвартсе. — Прости, я совсем замечтался. Белла посмотрела в ярко-зеленые глаза героя магической Британии и порадовалась тому, что она очень редко краснела. Ее пульс вновь на мгновение сбился с привычного ритма. Незаметно для людей, но вполне различимо для острого слуха вампира. — Кто этот парень у окна? — спросил Гарри, во второй раз за день встретившись взглядом с вампиром. — Это Эдвард Каллен. Они с Розали сводные брат и сестра. Рядом с ними Эммет. Его тоже усыновил Карлайл Каллен. — Приемные? — Да. Еще есть Джаспер и Элис. Но у них сейчас другие предметы. — Какая большая семья. Розали без тени смущения слушала чужой диалог, ища очередной повод подразнить Эдварда. — Все еще уверен в своей неотразимости? — язвительно протянула Розали, обращаясь к Эдварду. — Скоро звонок, — сказал Гарри и встал со своего места, собираясь выйти на улицу, чтобы взбодриться и покурить. Каллен заметил этот маневр. — Эдвард, — вдруг воскликнула Белла. «Эдвард», — мысленно повторил Гарри. Когда он поднял голову, то оказался прямо напротив Каллена, который появился так внезапно, что, казалось, умел аппарировать. «Высокий», — с легкой завистью подумал Поттер, разглядывая парня. Откровенная недоброжелательность одноклассника его совсем не трогала. — Ты не познакомишь меня с новым учеником? — донесся до Поттера приятный хриплый голос. — Гарри, — сам представился волшебник, желая побыстрее сбежать из класса. — Эдвард Каллен. — Приятно познакомиться, — кивнул Гарри, — Белла, я пойду, а то мне еще надо найти кабинет химии. — У меня сейчас тоже химия, – произнес Эдвард, продолжая сверлить Гарри холодным взглядом. Поттер усилием воли не скривился, услышав эту радостную новость, и подумал: «Мерлин, когда я успел ему досадить? Смотрит на меня, как Малфой на маглорожденных». — Я тебя провожу, — равнодушно сказал Каллен, не ожидая возражений. Волшебнику сразу же захотелось огрызнуться, но это было бы слишком агрессивно с его стороны, так что он просто последовал за парнем. Гарри шел на полшага позади, и теперь он смог разглядеть, как плавно и расслабленно передвигался его одноклассник. В движениях Каллена не было свойственной подросткам зажатости или же показушной уверенности. Эдвард двигался грациозно, словно перетекая из одной позы в другую, в любой момент готовый атаковать. Гарри потряс головой, прогоняя глупое видение. Его паранойя выходила на новый уровень, заставляя видеть опасность там, где ее не могло быть. «Возможно, он просто занимается спортом», — решил Гарри. На химию они чуть не опоздали, и, к неудовольствию волшебника, учитель посадил их за одну парту. Эдвард все время молчал и лишь иногда пристально смотрел на Поттера, нарушая всевозможные нормы приличия. Будь на месте Гарри обычный человек, он бы уже давно чувствовал себя как минимум некомфортно. Вампир же пока не догадывался, что у его нового одноклассника давно выработался иммунитет к таким взглядам. — Откуда ты приехал? — вдруг спросил Эдвард, заставив Гарри чуть не вздрогнуть от неожиданности. Они сидели за последней партой в просторном кабинете, поэтому едва ли кто-то мог расслышать их беседу и понять, что речь идет не о лабораторной работе. — Из Англии. — Почему именно сюда? — Не люблю большие города, — произнес Поттер, не отвлекаясь от пробирки. Маг внимательно, пожалуй, даже чересчур внимательно наблюдал за осадком, который появился в колбе после химической реакции. После его многочисленных опытов определить содержание веществ в смеси кислот было не сложно. Сложнее было запомнить магловские термины и не смотреть на Каллена. Эдвард уставился в окно, не собираясь как-либо участвовать в общей работе. Этот новенький казался ему абсолютно непробиваемым, чем особенно сильно бесил. Последнее время вокруг вампира появилось слишком много людей, чьи мысли он не мог прочесть. Только если мысли Беллы вампир даже не ощущал, то сейчас он, казалось, все время натыкался на невидимую стену, которую хотелось разрушить. Гарри тем временем начал записывать собранные данные, усиленно делая вид, будто он ничего не замечает. В какой-то момент резкая головная боль отвлекла волшебника от работы. Ощущение напоминали легкую ментальную атаку, но Гарри вовремя вспомнил, что вероятность встретить мастера легилименции в обычной старшей школе стремится к нулю. Они закончили работу за двадцать минут до конца урока. Точнее, Гарри закончил. — Ты хорошо разбираешься в химии, — констатировал Эдвард. К удивлению вампира, парень не побежал с радостными криками сдавать работу, а сосредоточенно заполнял тетрадь странными треугольниками, старательно имитируя работу. — У меня был хороший учитель, — произнес Поттер немного грубее обычного. «Неужели Белле нравятся такие парни, — размышлял Эдвард, успевший запомнить мельчайшие детали чужой внешности. — Глаза как глаза. Ну зеленые. При инквизиции бы сожгли первым. Худой. Курит. Может, это материнский инстинкт?» — Все в порядке? — не выдержал Гарри, все это время пытавшийся не завязать конфликт, на который его одноклассник явно нарывался. — Я просто подумал, что во времена инквизиции тебя бы отправили на костер. Гарри от неожиданности не сразу нашелся с ответом. Зеленые глаза мага гневно сузились и больше не казались равнодушными. Каллен же невозмутимо сидел рядом и, оперевшись на локоть, наблюдал за происходящей метаморфозой. Новенький на мгновение ожил и перестал напоминать безукоризненно вежливую куклу, игнорирующую существование вампира. Поттеру показалось, что он заметил проблеск веселья в чужих глазах, и это разозлило его еще сильнее. Каллен действительно повеселел. Злить новенького оказалось неожиданно приятно. Возможно, у Эдварда скоро появится новое хобби. — Я хотя бы не похож на вампира, — прошипел Гарри, для которого сравнение с кровососами было худшим оскорблением. Эдвард замер, резко напрягшись. — Что ты сказал? Поттер иначе интерпретировал чужое недоумение. — Что? Тебе только черного плаща не хватает, — огрызнулся Гарри. — Воткнешь осиновый кол в сердце, чтобы проверить? — Есть более надежные способы, — доверительно произнес Гарри, вставая с места, чтобы сдать работу. — Поделишься? — В другой раз, — пообещал Поттер, уже отойдя на достаточное расстояние. Спустя пять минут Гарри был уже дома. Волшебник был в определенной степени горд собой. Первый учебный день закончился, а он так и не нарвался на неприятности. Поттер открыл блокнот, сделав несколько заметок о прошедшей части дня. Он быстро написал на бумаге «Эдвард Каллен», обведя чужое имя в кружок, и принял решение держаться от странного парня подальше. К сожалению волшебника, вампир совсем не собирался поддерживать его в этом начинании. — Что-то случилось? — тем же вечером поинтересовался Джаспер, когда ему выдался случай остаться с Эдвардом наедине. — С чего ты взял? — Ты сегодня какой-то слишком веселый. — Мне озвучить, сколько раз за сегодня ты мысленно произнес имя Элис? — спросил Эдвард, подняв бровь. Конечно, его не интересовали мысли друга, но стоило намекнуть, что кое-кому следовало бы держать свои способности под контролем. — Понял. Замолкаю, — сказал Джаспер и сделал жест, будто он застегнул рот на замок. Хейл был искренне привязан к Эдварду, но что творилось у того в голове, Джаспер никогда не понимал и, если честно, не спешил выяснять. Оставшись в одиночестве, Эдвард позволил себе клыкасто улыбнуться. Жизнь в Форксе становилась все интереснее и интереснее.