On The Other Side

Толстое одеяло пушистых облаков тяжело растянулось по всему небу. Временами солнце пыталось пробить себе путь, но, увы, все старания тщетны. Моб с заботливым видом поливает растения на подоконнике, лично здороваясь с каждым по отдельности, попутно удаляя отмершие листья. Двое — они самые слабые — постепенно увядают уже неделю, а из-за недавней пасмурной и засушливой погоды он боится, что они и вовсе умрут. Рицу, сидящий за столом, выставляет руку в направлении увядающего растения, и, стоит ему слегка взмахнуть ею, как растение вытягивается в свой полный рост, выглядя гораздо зеленее и здоровее, чем раньше. — Это что-то новенькое, — говорит Моб своему брату, который выглядит очень сосредоточено, используя свою способность. — Я видел, как ты делал это раньше. Тогда я тоже решил попробовать. Почему бы тебе просто не использовать свою силу? — Я предпочитаю выращивать их естественным способом, — бесстрастно возражает Моб, — но у меня, похоже, проблемы с однолетниками, — он переводит взгляд на недавно распустившиеся петунии. — Сегодня опять будет скучный день? — спрашивает Рицу, откидываясь на спинку кресла, балансируя карандашом на носу. — Не могу сказать точно, — говорит Моб, ставя лейку на место. Обычно он может предсказать, когда к ним заглянет парочка клиентов, а если такого не происходит — что ж, значит, день будет не очень, — ты хочешь поработать? Рицу не отвечает. Он убирает карандаш с носа и идет на кухню. В такие дни Рицу подолгу сидит там и заваривает кофе в попытке скоротать время. Он учится рисовать на кофе (без использования своих способностей). Они стали довольно сильными за прошедшие годы, оттачивая свои навыки и защищая множество людей. Когда у тебя есть много силы, и ее некуда деть, такие дни всегда протекают уныло. Моб усаживается за свой стол и наслаждается запахом свежемолотого кофе, проникающего в офис из кухни.

***

Рейген Аратака покидает школу так быстро, и в нем кипит столько злости и ярости, что он напрочь забывает свой зонт. И до тех пор, пока маленький дождик не перерастает в ливень, у него и мысли не возникает, что он, возможно, что-то забыл. И прежде, чем он может почувствовать сожаление по этому поводу, у него остается лишь чувство удовлетворения, что он ушел так быстро, как только смог. Его одноклассник — Сакурай — вероятно самый худший вид элитного мусора во всем мире. Рейген прочитал словарь от корки до корки в попытке найти самое лучшее слово, описывающее его тупость, но ближайшие по смыслу слова были связаны с животными с разными уровнями интеллекта. И даже животные не заслуживают того, чтобы их сравнивали с такими, как Сакурай. — Придурок, — бормочет Рейген, тщетно протирая лоб влажным рукавом своего пиджака, — тупой придурок, — он в сердцах пинает влажный комок грязи и смотрит, как тот разваливается, измазывая дорогу, — он ничем не лучше, чем кто-либо другой из нас, — неожиданно останавливаясь, он поднимает глаза к небу и чувствует, как в уголках глаз появляются горячие слезы, — почему он думает, что может причинить боль… Внезапно периферийным зрением он замечает свет фар. Слышен визг и треск, а воздух вокруг него горячий и влажный. Он осознает, что его глаза закрыты, и осмеливается открыть их. В нескольких футах на землей витает Субару Самбар — фары ярко сверкают, подернутые туманом из-за ливня, а двигатель ревет словно дикий зверь. У Рейгена подгибаются колени, и он падает на мокрый асфальт, когда понимает, что только что должно было произойти. Его первый порыв — это оглядеться в попытке обнаружить Сакурая (даже если Сакурай никогда бы и не спас его), но его глаза останавливаются на мужчине с тяжелой прямой челкой; его широко раскрытые глаза отлично видны из-за прозрачного зонта, рука все еще поднята, ладонь протянута к нему. После ожидания длиной, кажется, в целую жизнь, мужчина ведет рукой, и машина возвращается на землю. Водитель выходит и что-то говорит Рейгену, обеспокоенно спрашивая в порядке ли он. Рейген не может отвести от эспера глаз, который все еще стоит, молчаливо наблюдая за ними, на месте. Он не может перестать глядеть на свой шанс. Находя в себе силы встать, он пожимает плечами и извиняется перед водителем за то, что остановился посреди дороги. Ни один из них сильно не зацикливается на этом — виноваты были оба. Когда водитель больше не является проблемой, Рейген подбегает к мужчине, придерживая свои мокрые штаны. Его кеды звучно хлюпают. — Спасибо, — говорит Рейген самым благодарным тоном — он следит за тем, что использует свои самые лучшие манеры, прежде чем вытолкнет поток вопросов. — Ты в порядке? — спрашивает мужчина. Рейген тут же кивает, особо не раздумывая, — ты промок, — добавляет он. Рейген опускает взгляд и поджимает губы. — Я забыл свой зонт в школе, — признается он. Неожиданно дождь прекращается. Или, по крайней мере, над Рейгеном. Он все еще может видеть, как падают капли, и слышать, как они ударяются об зонтик мужчины. — Тогда ты можешь взять мой, — говорит он, улыбаясь так, словно ему рассказали очень смешную шутку. — Почему бы вам не сделать так же и себе? — любопытствует Рейген, указывая на сухое пространство вокруг себя. — Что плохого в использовании зонтика? — парирует мужчина. — Вы можете обучать меня? — спрашивает Рейген, вкладывая в слова всю свою решительность. На миг мужчина задумывается, закусив губу, и размышляет над последствиями своего ответа. — Почему ты хочешь учиться? — наконец отзывается он после того, как Рейген уж было решил, что он просто уйдет. — Я хочу помогать людям. В моем классе есть один кретин, который думает, что он крутой, потому что может согнуть пару ложек. Это его оправдание для всех мудацких дел, которые он творит, — поясняет Рейген, раздражение снова застилает глаза. Он надеется, что мужчина не обратил слишком много внимания на его красочный словарный запас. — Почему бы тебе не зайти в офис? — спрашивает мужчина, копаясь в кармане в поисках бумажника. Он вытаскивает стопку визиток и передает одну Рейгену. Ни одна капля дождя ее не достигает. — Меня зовут Кагеяма Шигео, — говорит мужчина, — некоторые зовут меня Моб. — Рейген Аратака, — отвечает Рейеген, жадно впиваясь глазами в визитку, на которой написано «Кагеяма и Ко., Экстрасенсорная Служба Экзорцизма и Консультирования», — думаю, моя мама не будет против, так что я приду завтра после школы… — начинает он, но когда отрывает взгляд от визитки, мужчины, которого иногда зовут Мобом, уже нет.

***

Каким-то образом сухая сфера, сделанная Мобом, не исчезает и остается на протяжении всей его дороги домой. Он не просыхает ни на каплю, но и не промокает тоже. Его мать злится, когда видит его внешний вид, и тут же принимается хлопотать над ним: она стирает его форму и проверяет его температуру, убеждаясь, что он не простудился. Его кеды выставлены наружу для сушки. Завтра ему придется надеть те неудобные мокасины. Завтра, думает Рейген, греясь в ванной, завтра я стану экстрасенсом.

***

На следующий день Рейген покидает школу почти также быстро, как и днем ранее. Он останавливается и ждет еще пару секунд, на всякий случай, прежде чем перейти по пешеходному переходу на другую сторону улицы, где его недавно чуть не сбили. Шагая по тротуару, он выискивает глазами знак Лоусона на Коушинрю-дори и сворачивает. В визитке говорилось, что офис Моба находится на этой дороге. Остановившись перед конечным пунктом своего назначения, он окидывает взглядом офис. Это обычное здание — все серое, с большими окнами. Знаки, стоящие рядом, указывают на наличие парковки сзади, а также время работы. Колокольчик на двери звенит, когда он распахивает ее, рассекречивая свое присутствие. Моб сидит за столом недалеко от него. Его глаза очень сильно выделяются — темная челка скрывает его лоб, а шея поглощена черной водолазкой. — Привет, Рейген, — говорит Моб, откладывая карандаш и книгу, которую он раньше читал, — как дела в школе? — Нормально, — отвечает он. Моб показывает жестом на стул напротив него, и Рейген незамедлительно усаживается. — Сделал твой одноклассник что-то плохое сегодня? Рейген думает о мальчике из А-3, который «опрокинул» на себя мисо суп сегодня. Он думает о девочке, все карандаши которой «сломались», когда она ими рисовала. — Да, — говорит он, — когда я смогу стать экстрасенсом? — он меняет тему. Лицо Моба принимает своеобразное выражение, так что Рейген понятия не имеет, что происходит у него в голове. — Я могу обучать тебя, — наконец отвечает Моб, подперев руками подбородок. Когда он это произносит, что-то тяжелое разбивается и катится по полу, и кто-то выходит из кухни — оттуда и вылетели осколки керамической кружки. — Рицу, — говорит Моб, — ты в порядке? Рицу вопросительно смотрит на брата. Не глядя на осколки, он махает рукой в их сторону, и они начинают собираться вместе. — Ух, ты! Он тоже так может?! — восклицает Рейген, наблюдая, как осколки сами собой принимают прежнюю форму. — Рейген, этой мой брат Рицу. Мы вдвоем работаем тут, — объясняет Моб, — хочешь чая? — Брат, — говорит Рицу, пока Рейген, пребывая в состоянии восторга, медленно кивает, — ты собираешь обучать его? — Рейген сразу взвивается из-за того, как Рицу усмехается над последними двумя словами. — А в чем дело? — спрашивает он. — Тебя не то чтобы обучить… — Это займет много времени, это он имеет в виду, Рейген. Это не может случиться за ночь, пусть ты так и ожидаешь. Понимаешь? — перебивает Моб. Конечно же, Рейген не понимает. Да даже учитывая помощь высших сил, не будет же он в одном классе с Сакураем вечно. Как он должен покарать его, если становление экстрасенсом займет так много времени? — Это не смешно, — говорит Моб, так тихо, что Рейген понимает, что это адресовано не ему. И даже не Рицу, потому что он стоит еще дальше. — Сколько это займет? — решает спросить Рейген, игнорируя странное бормотание Моба. — У всех по-разному, — уклоняется от точного ответа Моб. — Что ж. Думаю, ничего страшного, — выносит он конечное решение. Ему придется разобраться с Сакураем будучи обычным человеком. Но следующий чувак будет иметь дело с экстрасенсом-Рейгеном. Рицу поджимает губы и идет на кухню, не произнося ни слова. Когда он возвращается, то у него в руках поднос с чаем для Рейгена и брата. — Спасибо, Рицу, — говорит Моб. — Спасибо, Рицу, — отзывается эхом Рейген. Рицу требуется вся своя необыкновенная сила воли, чтобы не закатить глаза. Вместо этого он садится за собственное рабочее место, в нескольких шагах от стола Моба. — Ты научился быть экстрасенсом? — спрашивает Рейген Моба. — Я был им с рождения, — говорит он, делая глоток. — А что насчет тебя? — спрашивает Рейген теперь Рицу. Тот неохотно отвечает. — Мои силы пробудились позже, — поясняет он. Ему почти больно признавать следующее, — где-то в твоем возрасте. В Рейгене пробуждается надежда. Вся обида, которую он держал на Рицу, рассеивается за счет того, что он поделился такой важной информацией. Все возможно! Он того же возраста, что и Рицу, когда тот стал экстрасенсом! — Как ты это сделал? — возбужденно спрашивает Рейген. Братья обмениваются взглядами, и ему отвечает Моб. — Мы поговорим об этом позже, — произносит он. Звонок телефона прерывает тишину, последовавшую после ответа Моба. Оказывается, что это телефон Рицу, и он отвечает до начала третьего звонка. — Привет. Нет. Мы не сидим тут без дела, — говорит Рицу, несмотря на то, что они действительно находятся в такой ситуации. Рейген не считает себя причиной беспокойства или чего-либо другого, — да, будем там. Все… очень плохо? — спрашивает Рицу, и на другом конце линии воцаряется долга пауза, — хорошо, уже едем. Он вешает трубку и смотрит на Моба. — Это Шо. Он говорит, в горах что-то происходит, — Моб обдумывает сказанное, а затем кидает взгляд на Рейгана, который подпрыгивает на месте. — Можно мне тоже пойти? Можно я пойду с вами, пожалуйста, пожалуйста! — Я не знаю. Это может быть опасно, — колеблется Моб. — Он хоть духов видеть может? — интересуется Рицу. — Это можно легко устроить, — произносит Моб, поднимая ладонь, и обращается к Рейгену, — ты хочешь видеть их? — медленно спрашивает он. Рейген исследует его лицо в поисках подсказки на невысказанный вопрос «что мне делать», но ему недостает терпеливости и бесстрастности Моба. Если он хочет быть экстрасенсом, ему нужно уметь видеть духов, верно? Но он еще не экстрасенс. Способность видеть их и неспособность что-либо с этим сделать принесет ему пользу? Или это еще больше усложнит ситуацию и подвергнет его риску? В нем крепнет уверенность, когда он думает о добрых делах, которые он сможет сделать будучи экстрасенсом — это только шаг номер один. Он… — Я хочу их видеть. Как только он произносит это, его обдувает ветром, волосы падают ему на глаза, и он закрывает их. Моб отводит руку, и Рейген ждет еще немного, прежде чем приподнять веки. Все его тело гудит от мощной энергии, он чувствует себя сильным и здоровым, как никогда. Он смотрит на Моба, около него что-то летает. Он давится криком и указывает на существо. — Что ж, теперь мы знаем, что это сработало, — насмешливо говорит существо. — Это что за чертовщина? — произносит Рейген, его голос на грани визга. — Это Экубо, — говорит Моб. У него возникает соблазн оставить все как есть, поскольку Экубо рано или поздно проявит себя сам, — он один из нас. — Едва ли, — в один голос заявляют Экубо и Рицу, одновременно закатывая глаза. До Рейгена доходит, что Экубо как раз тот, с кем разговаривал Моб. — Ты серьезно собираешься взять его с собой? — с напором спрашивает Рицу. — Думаю, ему следует увидеть то, во что он себя втянул, — объясняет Моб, все меньше звуча предупреждающе, и все больше — прагматично. — Со мной все будет хорошо! Я буду делать все, что вы мне скажете! — пытается убедить их Рейген. — Просто постарайся не мешать, — говорит Рицу, вздыхая, — я буду ждать в машине. Моб кивает и перед уходом прибирает комнату, выключает свет и обогреватель. Он переворачивает табличку на входной двери, так что она гласит: «Уехали на дело».

***

Рицу едет через окраины города и проезжает мимо платной дороги, заворачивая на проселочную тропу, которая ведет в горы. Рейген сидит на заднем сиденье, теребя ремень безопасности. — Мама не заставляет меня пристегиваться, — ворчит он, усаживаясь так, чтобы ремень не натирал ему шею. — Мы не твоя мать, — стонет Рицу, — и для нас ты — драгоценный груз. Она будет в ярости, если узнает, что ты умер, потому что два незнакомца не заставили тебя пристегнуться. — Вы не незнакомцы, — возражает Рейген, полностью игнорируя общий посыл. — Какая у меня фамилия? — спрашивает Рицу. — Эй, я знаю вообще-то, Моб дал мне визитку, эм, Эйкава? Нагакава? — Рицу вздыхает со своего места. — Кагеяма, — шепчет Экубо. — Я тебя слышу, невидимый говнюк, — говорит Рицу. Рейген удивляется, когда он спрашивает его, — у тебя есть братья или сестры, Рейген? — У меня есть од… Моб наклоняется вперед и хватает брата за руку, шокируя Рейгена, так что он и слова выдавить из себя не может. — Почти на месте, — говорит он, глядя в окно, — где Шо? Внезапно деревья напротив них сгибаются до самой земли из-за сильного ветра, и две фигуры, появляясь на дороге, начинают сражаться. Рицу выругивается и нажимает на тормоза с такой силой, что слышен визг, и они даже слегка дрифтуют. — Нашелся, — произносит Рицу, наконец полностью останавливая машину, и отстегивает ремень, практически выпрыгивая за дверь. — Рад, что пристегнулся, а? — усмехается Экубо, пока Рейген думает над вопросом стоит ли ему тоже выйти. — Оставайся здесь, — решает за него Моб, выходя из машины, — и не отстегивай ремень. Рейген не совсем согласен с его решением, однако молчаливо подчиняется. — Оставайся с ним, Экубо! — выкрикивает Моб, бегом направляясь к тому месту, где существо сражается с Шо. Наблюдая за тем, как он выпускает огненные струи из своих ладоней в огромное аморфное черное существо, Рейген предполагает, что он их хороший друг. Он вытягивает шею, чтобы получше разглядеть происходящую перед ним битву. — Не обращай на меня внимания! — кричит Шо, пока его противник неоднократно наносит ему удары, и почти исчезает из поля зрения, — тут есть другой… — его предупреждение не срабатывает, когда второе существо проносится мимо машины и обрушивается на Рицу сзади. Моб бежит туда и едва ли смотрит на духа, который ударил его брата, и тот исчезает с пронзительным вскриком. Рейген полагает, что так и выглядит экзорцизм (хотя он надеется, что это не всегда происходит вот так). Рицу поднимается на ноги и пытается привлечь внимание существа, которое схватило Шо. Ему это удается, но существо наносит ответный удар и набрасывается на него. Моб встает перед ним и повторяет то, что сделал с первым духом, однако этот оказывается более стойким. Шо настигает существо прежде, чем оно добирается до братьев и снова переводит все внимание на себя, нанося ему несколько сильных ударов, прежде чем наконец предать духа забвению. Опустившись на колени, он переводит дыхание и прижимает левую руку к груди. — Они застали меня врасплох, — признает он, — обычно такие духи для меня как два пальца об асфальт, — к нему подбегает Рицу, выглядя взволнованно, и закидывает его руку себе на плечо, осматривая Шо на наличие травм. Лицо Моба принимает задумчивое выражание, когда он осматривает место битвы. Похоже, что он согласен с Шо, но что-то не так. — Где ты на них наткнулся? — Я проверял храм для дяди. Он сказал, что там засекли странные сигналы. Я напоролся на этих ребят и увел их подальше от города, — поясняет Шо, — я в порядке, Рицу, — добавляет он, отмахиваясь, — не волнуйся. Рицу, нахмурив брови, в упор смотрит на него, и весь его вид говорит, что не может этого быть. Шо опирается на него по пути к машине. — На переднее сиденье, Рейген, — говорит Моб, садясь за руль, — ты можешь перелезть через консоль, — Рейген быстро исполняет его указание, позволяя Шо и Рицу сесть сзади, — не мог бы ты достать аптечку из бардачка? — просит он. — Я в порядке, Моб, — упирается Шо, несмотря на то, что его левая рука совсем не двигается. Моб ничего не говорит в ответ, заводя машину и выкручивая руль, так что они едут обратно той же дорогой. Рицу открывает аптечку и достает антисептические салфетки. — По крайней мере дай мне тебя очистить, — говорит он, вытягивая салфетку из упаковки, очищая порез, и оттирает грязь с лица Шо, — в противном случае произойдет заражение. — Благодарю, доктор, — отвечает Шо. В отражении зеркала Рейген видит, как он выразительно двигает бровями, заставляя Рицу застыть столбом. — Что это за парень? — спрашивает Шо в пустоту, хотя он мог просто спросить Рейгена. — Мой работник, — говорит Моб, кидая взгляд на Рейгена, — может быть, — Рейген яростно кивает, — мы поговорим об этом, когда вернемся в офис, — тихо добавляет он. — Дай мне осмотреть твою руку, — произносит Рицу, протягивая к Шо ладони. — Все хорошо, — отвечает он, отмахиваясь. Рицу не двигается, — лучше поцелуй ее, и все будет отлично. Но Рицу совсем не против удовлетворить просьбу Шо, целуя его прямо в губы. К удивлению Шо, Рицу хватает его левую руку. Он стонет в знак протеста, и в его голосе слышится боль. — Ты идиот, — заявляет Рицу, закатывая рукав толстовки, мельком встречаясь взглядом с Рейгеном в зеркале. Рицу, по крайней мере, имеет приличие выглядеть смущенным. Занятый дорогой, Моб молчит.

***

Когда они добираются до офиса, Шо и Рицу идут на кухню. Шо утверждает, что он «с голоду умирает после всей этой тусовки». Рицу лишь закатывает глаза и заводит его внутрь. — Так, — начинает Рейген, стоя в центре офиса, пока Моб переворачивает табличку на «Открыто» и возвращается к своему столу, издавая тихий вздох. — Так, — говорит Моб, готовый ответить на вопросы Рейгена о битве. — Они встречаются? — вместо этого спрашивает он, и Мобу требуется минута, чтобы вникнуть в смысл. — Эм, — запинается он, пока Экубо в истерике носится по офису. — Что за странный ребенок, — хихикает он. — Да-а, — протягивает Моб. Все это слишком неловко, и мнение общества о таких вещах разнообразно, обычно оно отрицательное, — это проблема? Потому что если… — Нет, мне просто интересно, — отвечает Рейген, с грохотом падая на стул перед столом Моба. Он больше ничего не говорит, так что Моб убеждает себя, что, возможно, ему действительно просто интересно. — Это было так безумно, — начинает Рейген, — всегда все так и происходит? — Не всегда, — отвечает Моб, начиная что-то записывать в своем блокноте, — но иногда. — Что ты записываешь? — Краткое описание инцидента. Хотел бы ты работать здесь? — Моб очень быстро меняет тему. Хотя Рейген быстро согласился на это в машине, сейчас он думает над этим чуть больше. Если так выглядит «иногда», он неуверен, насколько его хватит. Но поскольку помимо него есть еще трое взрослых, он уверен в своей безопасности. Кое-что связано с самим Мобом; словно он хранит какой-то секрет. Рейген хочет его узнать. — Я могу платить тебе 750 йен в час, возможно, два часа в день будет достаточно? Ты можешь работать в понедельник, среду, пятницу или как тебе удобно. Формально, мы работаем и в выходные, но открыто об этом не говорим. Выходные предназначаются для работы, которая требует поездок. Ты, вероятно, не сможешь ее выполнять. Можешь потратить свои выходные на выполнение домашнего задания. Рейген кивает в последний раз. — Да, если наймешь меня, — Моб кивает в ответ. — Хорошо. Ты не состоишь в каких-нибудь клубах? — уточняет он, продолжая вести запись. — Нет, — говорит Рейген, воображая, как отреагирует Эйко, когда он скажет ей, что покидает клуб драмы. Моб делает глубокий вдох и смотрит на календарь. — Когда бы ты хотел начать?

***

Оказывается, Эйко ни капельки не заботит то, что там делает или не делает Рейген в свободное время. Она молча отдает ему его вещи. Он слегка обижен, а затем он вспоминает, что теперь он — часть рабочего общества, и это заставляет его чувствовать себя весьма взрослым. Он улаживает дела с Мобом, так что они приходят к согласию, что он работает по понедельникам, средам и четвергам. В таком случае он сможет потратить выходные на школьные дела, но все равно будет ходить в офис достаточно часто, чтобы увидеть множество клиентов и демонстрации правильного экзорцизма. Сегодня вторник, так что идти в офис ему не надо. Вместо этого он вынужден терпеть Сакурая и его свиту. Сегодня они решили напакостить целому клубу ловли насекомых. Сакурай выкапывал жуков из земли и запускал их в других учеников, пока его друзья смеялись. Все озадачены кучей жутких ползучих тварей (которые и летать-то не должны), взмывающих в воздух. Рейген отчаянно желает взять ситуацию под свой контроль, приструнить Сакурая. Если он попросит его остановиться, то получит грязью, полной червей, в лицо. Если он скажет учителю, то ничего не произойдет — учителя еще меньше, чем ученики, понимают, как справиться с Сакураем. Постукивая карандашом по губе и пережевывая ластик, Рейген хочет, чтобы возможность стать экстрасенсом за одну ночь действительно была осуществима.

***

Наконец наступает четверг, и Рейген несется в офис сразу после школы. Пробегая Лоусона и Коушинри-дори, он замечает машину, припаркованную перед зданием. Вероятно, клиент! Он подбегает к двери и медленно открывает ее, чтобы колольчик не доложил о его присутствии. — Моб, я здесь, — говорит он пустому офису. Ни Моба, ни Рицу, ни клиента. Он еще раз проверяет время — он не опоздал. А еще табличка на двери. «Открыто». Поставив рюкзак рядом со столом Моба, он проскальзывает на кухню — может, Моб заваривает чай. Он видит Моба, но также он видит другого мужчину в костюме, прижимающего его к стойке, и его руки обвиты вокруг головы Моба. — Р-Рейген, — заикается Моб, смотря на удивленного школьника широко раскрытыми глазами. Рейген слегка краснеет, не рискуя предположить, что происходит. От мужчины совсем не исходит опасность, но Рейген держит себя настороже, убеждаясь, что Моб в порядке. Мужчина учтиво отступает назад и отпускает Моба, прежде чем он мог бы мягко оттолкнуть его. — Кто это, Шигео? — спрашивает мужчина, — стажер? — В-вроде того, — бормочет Моб, все еще оправляясь от того, что его поймали с поличным. — Я учусь быть экстрасенсом, — объясняет Рейген, и смущение заставляет его голос звучать громче, — Моб обучает меня. Мужчина расплывается в искренней улыбке и смотрит на Моба нежным взглядом. Моб отворачивает голову, неспособный удержать зрительный контакт. — Это замечательно, — произносит мужчина, — Теруки Ханадзава, — он протягивает ладонь Рейгену. Ни разу не делавший рукопожатия, Рейген осторожно протягивает свою. — Рейген Аратака. — Можешь оставить нас на секунду, Рейген? — доброжелательно просит Ханадзава, — мне нужно лишь кое-что уточнить у Шигео, и я тут же верну его тебе, — Рейген кивает и выходит в приемную, где он оставил свой рюкзак. Он переключает свое внимание на другое — добавляет номер телефона офиса в свой список контактов. Верный своему слову, Ханадзава сразу же уходит. Моб его провожает, и он машет ему на прощанье и желает Рейгену удачи в его начинаниях. Он садится в машину, припаркованную перед офисом. Когда дверь со звоном закрывается, Моб делает глубокий вдох и садится за свой стол. Он не может заставить себя посмотреть на Рейгена, который же наоборот пристально за ним наблюдает. — Дыши, — говорит Рейген, и Моб дышит, переставая задерживать воздух у себя в груди, и его дыхание приходит в норму. — Извини, я должен был помнить о времени. Я вовсе не хотел смущать тебя, — извиняется Моб. — Все нормально, — отвечает Рейген, — ты встречаешься с этим парнем? — Моб закашливается и что-то бессвязно бормочет, прежде чем с обеспокоенным видом посмотреть на Рейгена. Он понятия не имеет, как ответить на его вопрос. — Ты… Тебе, типа, нужно быть геем, чтобы быть экстрасенсом? — наконец спрашивает Рейген. Смех Экубо разражается словно гром, когда он материализуется из ниоткуда. — Просто невероятно, Шигео. Посмотри, что ты наделал, — произносит он, ухмыляясь. — Конечно же нет, Рейген, — отвечает Моб, и его лицо принимает еще более глубокий оттенок красного, чем прежде, — ты можешь быть человеком любого типа, экстрасенсорные способности не носят дискриминационный характер, — Экубо продолжает смеяться. — Так вы? Встречаетесь? — возвращается к своему первому вопросу Рейген. — Почему тебе так интересно? — спрашивает Моб, вытирая лоб, и утыкается в свои записи. — Думаю, я просто хочу узнать о тебе побольше, — признается Рейген, — ты теперь мой учитель в конце концов. Лицо Моба принимает более серьезное выражение, и он обдумывает его слова. — Теру… Ханадзава, он… особенный для меня человек, — выговаривает Моб. Экубо маскирует свое хихиканье под кашель. — Он тоже экстрасенс? — Да. — Боже, вас так много, — восклицает Рейген. Это дает ему надежду, что у него есть шанс вступить в их ряды. — Он был первым человеком с силами, что и у меня, которого я встретил, — рассказывает Моб, листая свой блокнот, — он хороший человек. Ты можешь попросить его о чем угодно. — Тебе необязательно хвастаться своим парнем, — заскучавшим тоном произносит Рейген, — в смысле, мне было интересно, но ты можешь остановиться, все эти романтические вещи — мерзость, — говорит он. Его апатия заставляет Моба почувствовать себя немного лучше и хуже одновременно. Это будет интересно.