Поиски своей любви

      Ацуши встал пораньше и отправился на кухню, поцеловав перед этим мафиози в носик. Теперь была его очередь готовить. За какое-то время он приготовил блинчики и облил их сверху вишнёвым вареньем, положил сверху блинчиков три вишенки, сделав тем самым этот завтрак очень красивым и аппетитным. Положил это творение на поднос, ещё налил чаю и поставил кружку туда же. Тихонечко и аккуратно понёс это дело к Накахаре в спальню. Тот как раз уже проснулся, когда парнишка вошёл. Светловолосый приветливо и с тёплой улыбкой аккуратно положил ему на коленки поднос с вкусняшками, пока тот усаживался поудобнее с восхищением. По комнате веет этим аппетитным ароматом.       — Это тебе. С добрым утром, милый, — ласково улыбается Накаджима.       — Ух, спасибо большое, — ответил ему рыжик с тёплой улыбкой на лице и принялся кушать это божественное творение рук паренька. — Как вкусно!       — Я рад, что тебе понравилось, — улыбается широко.       Ацуши уселся на краешек и наблюдает за Чуей, как он ест, и не прекращает улыбаться. Это было мило, да и блинчики всё-таки получились восхитительные.       — Чуя, давай... примем ванну в-вместе? — внезапно спросил парнишка, покраснев.       Накахара не ждал такого и естественно удивился, тут же покраснев. Прошло несколько секунд после вопроса, и рыжик расплылся в улыбке. Чуть наклонил голову в бок, глядя на возлюбленного.       — Хорошо, — ответил он ласково.       Рыжик доел блинчики с улыбкой. Парнишка убрал с его колен поднос с грязной посудой, поставил это дело на время на тумбу, а потом взял его за руку и повёл в ванную. Мафиози не сопротивляется и встаёт с постели, направляясь в ванную комнату.       Дверь в ванной закрылась. Они начали тихонечко раздеваться, улыбаясь и поглядывая друг на друга. Залезли в воду вместе. Ацуши усадил себе Чую на колени спинкой, прижимает к себе за талию и мягко целует шейку. Накахара блаженно прикрыл глаза и выдохнул, наслаждаясь такой лаской. Слегка поёрзал, чтобы было удобно сидеть. А сидеть в тёплой водичке с человеком, который тебе понравился, очень приятно. Паренёк отстранился от любимой шеи, улыбаясь тепло, вылил немного шампуня себе на руку и стал намыливать голову Накахаре, после ополоснул и принялся мыть свою. Закончив мыться, они поднялись. Парниша включил душ, и они принялись друг друга шоркать мочалками, улыбаясь. Через несколько минут они всё же помылись и вышли из ванной комнаты, переодевшись в чистую одежду, и пошли в спальню. Парниша взял поднос и было направился на кухню, но остановился в проходе и глянул на рыжего.       — Завтра я, пожалуй, всё же пойду домой. Давно пора вернуться на работу.       — Согласен, Ацуши.       — Ты, кстати, можешь потом ко мне приходить тоже.       — Обязательно, и ты ко мне.       — А ты когда на работу пойдёшь?       — Неизвестно пока что. Заданий никаких на данный момент нет.       — Понятно, хорошо, — направился на кухню.       Накахара подошёл к окну и стал о чём-то думать, а вот паренёк в это время занялся уже грязной посудой. Успел и сам перекусить, а потом вернулся где-то через пол часа или же час. Заметил фигуру у окна и тихо подошёл ближе, а потом нежно обнял со спины, прижимая к себе. Рыжик тут же отвлёкся от своих мыслей и повернул голову на бок, глянув таким образом через плечо на парня, и с любовью улыбнулся. Голубые глазки блестят от солнца, как переливы волн будто. В эти глаза только и можно, что смотреть и любоваться их красотой. Люди с такими глазами не такие уж и частые, редкость. Рыжик повернул голову обратно к окну и смотрит на небо. Тихо себе под нос, надеясь, что человек сзади не услышит этого, шепчет: «Хотел бы я... выйти замуж за тебя». Ацуши уткнулся в шейку носом и прикрыл глаза. А услышав эти слова, хоть те и были очень тихими, глаза распахнулись тут же, а сам густо покраснел. «Это п-правда?.. Мне не послышалось же?.. С-с-свадь-дьбу?.. Разве он этого хочет?.. — смотрит в окно задумчиво, пытаясь уложить в своей голове всё. — О-ох, Ч-чуя... — прижимает крепче к себе. — Возьму твои слова к себе на заметку», — думает парнишка. А потом тихонечко отстранился от него и отошёл. Накахара, почувствовав, что тепло дорогого человека больше нет сзади, повернулся назад, внимательно глядя за парнишей. Тот вытащил из одного тайничка, который специально тут сделал, одну вещичку, которую он ранее специально купил и спрятал от него. Засунул её к себе за спину, тем самым быстро спрятав и повернувшись лицом к рыжему.       — З-закрой глазки, — тихо попросил парнишка.       Мафиози вопросительно на него смотрит, взглядом спрашивая: «Зачем? Что ты там прячешь от меня?». Но потом всё же послушно их закрыл. Ацуши подошёл ближе, вытащил из-за спины эту вещь, точнее маленькую белую коробочку, на которой сверху ещё красная лента, и открыл её. Встал на одно колено перед ним, немного смущаясь этому всему. Да, быстро, но таковы их желания.       — А... А т-теперь открой, — запинаясь, попросил.       Накахара открыл свои глаза и тут же удивился, уставившись на эту картину. Смотрит то на парнишу, то на красивое обручальное кольцо внутри этой коробочки. Позже на лице расплылась широченная улыбка, сжимает кулачки.       — О, Боже...       — Т-ты в-выйдешь за меня? — робко спросил.       — Д-да! Конечно, да!       Накахара тут же накинулся на светловолосого, повалив того на пол, и обнял его за шею. Лежит на нём счастливый. А вот парнишка такой реакции не ожидал, поэтому громко охнул, зажмурившись, когда упал.       — Я выйду за тебя! Выйду!       Парень был ошарашен такой реакцией, тихонечко обнял за талию, перед этим положив коробочку на пол. Прижал к себе покрепче рыжего и страстно впился в сладкие губки. Мафиози громко промычал, но с большим удовольствием ответил, прикрывая столь прелестные и счастливые голубые глаза. Прошло несколько секунд, и Накаджима отстранился, пошло причмокнув при этом. Поцеловал в носик и повалил рядом, а потом нагло так и оставил на полу, тихонько вставая. Но после уселся рядом на колени, взял безымянный пальчик Чуи и надел на него колечко с широкой улыбкой.       — Люблю тебя, Ацуши! — обнял за шею снова, присев.       — И я тебя, Чуя! — поцеловал ещё раз в губки и отстранился.       Поднял на руки рыжего, который сразу резко покраснел, смутившись от этого, а потом уложил его на кровать, ухмыляясь. Лёг к нему с другого бока и приобнял за талию. А коробочка так и осталась валяться на полу — забыли, не до неё. Накахара прижался к тельцу возлюбленного и положил голову на грудь со счастливой улыбкой, прикрывая глаза.       — Я так люблю тебя, что даже описать невозможно, — тихо прошептал рыжик.       — Да и я это сейчас тоже выразить не могу. Не могу выразить свою любовь к тебе. Я просто хочу быть с тобой. И лишь с тобой, Чуя! — прижимает к себе, обнимая за талию, и прикрывает глаза.       — Как и я с тобой, Ацуши. И... — начал Чуя, вспомнив. — Я должен был давно тебе кое-что сказать... — произнёс он как-то виновато и с грустью себе под нос.       — Что? — поинтересовался, приоткрыв глаза.       — У... У меня есть бывший, — сказал он, боюсь, отстраняясь от тепла чужого тела и усаживаясь спинкой к нему с опущенной головой.       — Б-бывший?.. — глаза Накаджимы распахнулись, как только Чуя сказал эти слова.       — Да, — судорожно выдохнул мафиози. — Я всё равно буду с тобой. Я люблю тебя... И... я это сказал просто так, чтобы ты знал это...       — Понятно, — вздохнул, уселся нормально и опустил голову. — Тогда... Тогда и я расскажу тебе кое-что.       — И что же? — забоялся, но и всё ещё не поворачивается.       — Моё сердце — это уже одни лишь осколки. И оно болит. Мне нужна помощь, чтоб восстановить его. Мне нужен тот, кто сможет наполнить его любовью. У меня внутри образовалась стена. Я её даже физически чувствую, если мне говорят, что я дорог, и я нужен, и то, что меня любят. Эти слова отталкиваются от этой стены, так и не притронувшись к моему сердцу. Я хочу разбить эту стену! Чуя, помоги мне. Я пытаюсь принимать эти слова ближе, пытаюсь разломать эту стену... Я хочу быть с тобой. Хочу быть рядом с тобой. Я тебя люблю, — мафиози повернулся к нему.       — Я обещаю. Нет! Я клянусь, что помогу его собрать! И разрушить эту стену! — серьёзно смотрит, намереваясь это всё сделать. Всего лишь стоит подарить настоящую любовь и счастье, собрать эти осколки и соединить воедино.       — Люблю тебя, — искренне улыбнулся, чуть склонив голову в бок.       — И я тебя люблю, — уткнулся лицом в грудь и целует место, где находится сердечко, а после и просто водит носиком по нему. Ацуши понравилось, ведь это было очень приятно.       — А ведь знаешь... У меня тоже оно болит бывает...       — Охох, — теперь его очередь была целовать и водить носиком по месту с сердечком.       — Сразу так тепло становиться, — расплылся в улыбке и снял с себя рубашку. — Так будет удобнее.       — Ага, — водит носиком по сердечку и целует его.       — Ацуши, — откинул голову назад. — Ты обещаешь, что не доломаешь его?       — Чуя, если я тебя люблю, то нет, — улыбается и целует. — А я тебя люблю. Я клянусь тебе, что буду с тобой.       Рыжему понравилось, как и самому парнишке. На сердце становилось тепло, но боль у него не проходила, к сожалению. Всё же через несколько ещё поцелуев тот прижал к себе мафиози, укладываясь с ним нормально в постель. Какое-то время они лежали в объятиях друг друга с закрытыми глазами. Чуя утыкается в грудь личиком, а Ацуши зарывается носиком в рыжую макушку. Потом они снова смотрели фильм, лишь бы не отстраняться друг от друга, да и парнишка завтра уходит.       Так и уснули вместе эти две милые лапочки в тёплых объятиях друг друга, пока работает телевизор.

***

      Парниша встал рано утром и отправился к себе домой, а именно в общежитие ВДА, поцеловав перед этим напоследок спящего Чую в лоб. На этот раз погода была мрачная. На небе появились тёмные тучи. Можно ожидать, что будет дождь. Вернувшись домой, стал прибираться по квартире, ибо был полный бардак, так как ничего не прибрано, везде уже была пыль. Долго же его не было...       Через несколько часов, где-то в два часа дня, раздался стук в дверь Накаджимы. Ацуши удивился, подумав: «Кто же это может быть?.. Может это Чуя решил зайти?».       Паренёк открыл дверь. За ней стоял совсем и не Чуя, как хотелось бы ему, а какой-то мужчина, который с порога стал заявлять:       — Ну, здравствуй. Итак, ты, гандон, посмел увести моего мужа, но я его забираю!       — Я никого не уводил... — непонимающе смотрит на мужчину.       Молодой человек позволил себе зайти внутрь помещения. Он был где-то лет двадцати трёх или четырёх, ростом примерно под сто семьдесят пять сантиметров, стройный и достаточно красивый. Были волнистые, короткие графитно-чёрные волосы и узкие тёмно-карие глаза. Чёлка обрамляла его лицо, и некоторые пряди были собраны в центре лба. На нём был одет чёрный плащ, заканчивающийся почти у колен. Белая рубашка, закрытая под чёрным жилетом. Чёрно-синие брюки с тёмно-коричневыми ботинками на ногах. Ну вылитая копия прошлого Дазая.       — В любом случае, ему на тебя посрать, и он возвращается ко мне, — настойчиво говорит тот.       — Уверен? — с эгоизмом спросил его парнишка. Он понял, про кого идет речь. Чуя сказал ему, что у него есть бывший.       — Бедный мальчик. Тебе нужны доказательства?       — Не думаю, что у Вас они будут.       — А вот как раз и будут.       Молодой человек дал ему прибор для записи звука — диктофон. На нём он записал слова Накахары, а если быть точнее, то их разговор сегодня утром при встрече.       — Вот, послушай. И... этот диктофон можешь оставить у себя и делать с ним, что хочешь. У меня их много ещё, — усмехнулся и остался, чтоб посмотреть реакцию паренька после того, как прослушает запись. Да и вдруг у него ещё будут какие-то вопросы?       Парень уселся на футоне и включил прибор, чтобы послушать. Мужчина был прав... На записи было ясно слышно голос мафиози.       — Прости, — сказал рыжик мужчине.       — Знаешь, раз любишь его... я пойму, — огорчённо говорил его бывший.       — Нет же.       — Если ты с ним правда счастлив...       — Перестань, прошу. Мне больно, когда ты так говоришь.       — Я просто пытаюсь разобраться, кого ты выбрал.       — Я просто боюсь испытать боль. Снова. Но я без тебя не могу. Всё это время у меня ужасно болело сердце.       — Родной мой.       — С каждым днём моё сердце билось всё тише и медленнее.       — Перестань метаться и пойми, что ты мой. Я не могу без тебя, — несколько секунд молчания. — Почему ты не носишь его кольцо?       — Не хочу. Не могу. Оно будто обжигает.       — Я для тебя теперь никто, — послышался тихий плач и всхлипывания.       — М?       — Я больше не твой муж.       — Я клянусь, что всё, любимый! На самом деле, я его так и не признал. Он мне чужой. — на этом моменте распахнул глаза, уставившись в пол. В груди всё сжалось.       — Прошу тебя, брось его, — всхлипывает.       — А ты можешь... сказать ему, что забираешь меня? — две иль три секунды молчания. — Закрой глазки.       — Хорошо, — ещё несколько секунд тишины, но можно было услышать причмокивание.       — У тебя такие же нежные... губы, — ласково проговорил рыжик.       Запись окончилась. Глаза заливаться слезами, которые тут же полились из глаз, но он не показывал их мужчине. Светловолосый скрыл своё лицо, отвернувшись в другую сторону и поджав губы. Слёзы так и капают на одежду и руки.       — Сорян, оливидерчи! — мужчина был уже у двери.       — Ясненько! — выговорил он чуть со злостью.       — Ну что? Ещё вопросы? Мы женаты уже шесть месяцев, — парниша молчит, проливая слёзы. — Ну, собственно, если на этом всё, то гудбай! — вышел из его квартиры, закрыв после за собой дверь.       — Значит... вот к-как... — проговорил со слезами, плача и больше не сдерживаясь.       Психанул, выливая свои эмоции на диктофоне так, что тот разбился об пол с треском. Он не ожидал такого... Это был для него шок. Болезненный шок... Он вкладывал душу в свою любовь и ласки к рыжику эти несколько дней, а тот... А тот его бросил вот таким вот мерзким образом... Ацуши было настолько больно от слов «На самом деле, я его так и не признал. Он мне чужой». Эти слова вертелись в его голове. Особенно «Он мне чужой». И это всё после того, что было между ними? После всего, что он сделал? После всех ласк и такого удовольствия? Это было очень больно... Он замкнулся в себе, обнимая колени и пряча в них голову. Он плакал... Слёзы лились ручьями. Было очень мучительно... А после так и уснул со слезами на лице на полу и с болью в груди... Всё внутри сжимается, а в горле образовался ком.