Flame

Стоишь на берегу и чувствуешь солёный запах ветра, что веет с моря. И веришь, что свободен ты, и жизнь лишь началась.

       У ее ног плескалось глубокое синее море, а вокруг не было ни души. Тога сидела на больших камнях, разбросанных у самой кромки воды. Обняв колени, она опустила на них подбородок, и прикрыв глаза, наблюдала за серебристыми волнами, которые тихо накатывали на песчаный берег, обгоняя друг друга и разбиваясь о прибрежные валуны. Ветер трепал еще влажные от морской воды волосы, непослушные пряди то и дело лезли в лицо, Тога уже в сотый раз заправляла их за ухо, но светлые локоны, как будто дразня, снова взвинчивались вверх, хлестали по щекам, а затем, лишь только стихал ветер, опадали на хрупкие плечи, мокрыми дорожками струясь по спине. Щекой девочка чувствовала теплоту заходящего солнца. Косые лучи высвечивали маленькую, сгорбленную фигурку, одиноко сидящую на фоне розовеющего неба, ложились на ее лицо, усыпанное редкими веснушками, золотили загорелую кожу и путались в льняных выгоревших волосах. Впереди, насколько хватало глаз, было бескрайнее море. Солнце уже почти скрылось за горизонтом, поэтому на водную гладь опустилась сумеречная тень, и только в одном месте лежала широкая сверкающая полоса, рассекающая темнеющую поверхность пополам. Где-то там на востоке, где должна находится линия горизонта, море сливалось с серой гладью неба, так что невозможно было с точностью сказать существует ли вообще эта грань. Здесь, где заканчивался постижимый и осознанный мир, и начиналась та самая манящая и таинственная неизвестность, здесь, на берегу моря ощущение реальности пропадало и мысли становились материальны. Тога откинулась назад, оперевшись на подставленные руки, запрокинула голову и закрыла глаза. Ее окутывала тишина, нарушаемая лишь свистом ветра и едва слышным шумом прибоя. Она подумала о родителях: они, наверное, сейчас укладывают оставшиеся вещи, или папа уже начал загружать машину..? ох, вот бы случилось что-нибудь, что как-нибудь повлияло на этот переезд, глупый и абсолютно бессмысленный, как переубедить родителей, а в особенности отца, не уезжать в какой-то неизвестный Детройт, который находится черт знает где и вообще большой и незнакомый.. Тога обреченно вздохнула и открыла глаза. Луч солнца янтарным блеском отразился в них, затопляя карюю радужку жидким золотом. ничего нельзя было изменить За спиной у нее садилось солнце. Небо над городом окрасилось в кроваво-красный. Ветер надувал алые паруса облаков. Горящий огненный шар солнца медленно растворялся в сгустках рваного тумана, гонимых ветром, а на небосклоне зажигались первые звезды.       Был последний день лета. Море, которое в последнюю неделю штормило не переставая, сегодня наконец успокоилось. Белые буруны волн плавно накатывали на берег, оставляя рваные клочки пены на мокром песке. Те мгновенно срывались с места, подхваченные порывом ветра, подобно маленьким облакам, взмывали в воздух и таяли. Это был маленький уединенный уголок пляжа, отделенный от городского заброшенной лодочной станцией. Он походил на картинку из журнала об отдыхе. В отличии от главного пляжа, вода здесь была ярко синего цвета, зеркально чистой и холодной, даже в самый жаркий день. Почти каждый день Тога приходила сюда, чтобы побыть наедине со своими мыслями и чувствами, и отдохнуть от суетливого и жестокого окружающего ее мира. Однажды, наткнувшись на эту бухту во время своего вечного поиска приключений, она с первого же взгляда влюбилась в это новое прекрасное место, сделав его пристанищем для своих размышлений и мечтаний. Ее необъяснимо тянуло сюда. Это уже было не просто привычкой, нет, это стало просто как смысл жизни. Проводить вечера вот так, сидя в одиночестве на этих огромных валунах у самого моря, щурясь смотреть вдаль, неровными штрихами выводить крылья чаек на желтоватой бумаге или в задумчивости перебирать страницы любимой, зачитанной до дыр книги. Или же просто мечтать. Свободно и легко. Тихий шум прибоя очищал голову от ненужных мыслей. Холодные брызги коснулись босых ног, отчего по всему телу пронеслась волна мурашек. Девочка подтянула ступни поближе к себе, и опустив подбородок на согнутые колени, обвела взглядом пляж. Вокруг не было ни одной живой души, только пару беспокойных чаек бегали туда сюда, подбирая выброшенную на берег рыбу и другой морской мусор. Из песка торчали обломки досок, единственное, что осталось о старых рыбацких лодок, которые были брошены на берег в сотни метров от моря доживать свой век.       Вчера ночью был ужасный ураган, волны с ужасающим грохотом разбивались о волнорезы, казалось огромные валуны не выдержат такого натиска и расколются пополам. В тот вечер Тога долго не могла заснуть. Лежа в своей кровати и прислушиваясь, она иногда улавливала далекие отголоски этой борьбы. Натянув одеяло до самого подбородка, она широко открытыми глазами смотрела в потолок, по которому скользили причудливые тени. Впервые в жизни ей было страшно. Ее не пугала бушующая стихия, ее пугали грядущие перемены.       Раскаленные на полуденном солнце камни приятно грели голые ноги. Вечерело и ветер стал крепчать. Тога пересела поудобнее, освобождая затекшую ногу и отряхивая колени от прилипших песка и маленьких ракушек. Она перевела взгляд на блокнот, который до сих пор лежал у нее на коленях. Лист так и оставался пустым. Мысли не лезли в голову. Там было так же тихо и пусто как здесь на берегу. Девочка в задумчивости провела на бумаге волнистую линию. Море Тога облизала сухие, потрескавшиеся от ветра губы. На языке остался солоноватый привкус. Она подумала о времени, которое ей осталось наслаждаться этим последним закатом на берегу моря. Так просто взять и уехать, бросив все это? Все к чему она привыкла, все, что любила всей душой. Море, бухту, закаты. Несправедливо, как же чертовски несправедливо. Она не хотела этого, но ее даже никто не спрашивал.       Она довольно быстро уложила все свои вещи, и никем не замеченная в беспорядке и суматохе, которые царили в доме, сразу рванула сюда. Хотела последний раз взглянуть на море и проститься с ним. Она пыталась запечатлеть в памяти это место, озаренное розовыми лучами заходящего солнца, впитать в себя пропитанный йодом воздух до последнего вздоха. Вряд ли она еще когда-нибудь вернется сюда. По щеке скатилась слеза, такая же соленая как и вода в море.        Мобильник, настойчиво вибрировавший уже целую минуту, замолчал. На разбитом экране отобразился пропущенный звонок. Мама. Было пора. Прощай Девочка поднялась, оттерла щеку, последний раз взглянув на темнеющий горизонт, и развернувшись пошла прочь, прижимая к груди блокнот. Она ни разу не оглянулась. Сзади оставалось ее прошлое, а впереди ждала новая жизнь.