Украденный день

Самолет, взлетевший из Токио, слишком быстро принес Клинта и Наташу к базе Мстителей. Снова перед ними предстали все знакомые лица – здесь и Стив, и Роуди, и внезапно вернувшийся из космоса Тони Старк. Теплые дружеские объятья от старых друзей пришлись как никогда вовремя, чтобы хоть как-то отвлечь Клинта от тяжелых мыслей. Предложение Ракеты про то, что неплохо было бы умыкнуть у Бартона его катану и продать ее где-нибудь на другой планете, было воспринято в штыки, и лучник на полном серьезе обещал сделать из надоедливого енота брелок к будущей сумке Наташи. На этом знакомство новых и старых Мстителей закончилось. Их миссия сводилась к банальной простоте – уничтожить их врага. Проблема заключалась лишь в том, что враг был крайне силен. Но на то они и Мстители, чтобы не пасовать даже перед такой катастрофой. И надо сказать, миссия шла как по маслу – Старк на удивление быстро создал восхитительные костюмы и вооружение, не забыв и о Клинте. Новейшие стрелы с самонаведением и меч из вибраниума – Ронин оценил новое вооружение сполна. *** Их победа была близка. Оставалась лишь мелочь – Бартон с Наташей и Стивом закладывали заряд на последнем месте пребывания врага и со спокойной душой уходили оттуда, отсчитывая таймер. Клинт держал девушку за руку, обещая забронировать билеты в Петербург тотчас, как они окажутся в безопасном месте. Улыбка не сходила с лица Наташи, она ждала того, что наконец ее мечты станут явью. Внезапно воздух пронзил оглушительный крик Клинта. Все трое обернулись – человек в черной маске стоял в конце коридора, прямо рядом с бомбой и злорадно улыбался. Всего лишь помощник своего уже мертвого главаря. Маленькая пешка, способная сильно навредить напоследок. В руках у него был пистолет, из которого еще выходил дым от выстрела. Пуля четко попала в бедро Бартона, лишив его любой возможности передвигаться. -Вам конец! – человек взял в руки нож, готовясь перерезать провод. Тот самый, от нарушения целостности которого бомба придет в действие, и все в здании взлетит на воздух. – Мне умереть не страшно, а вот вы получите сполна! Я считаю до десяти, после чего вы все трупы! ДЕСЯТЬ! -Клинт, прошу, пошли, облокотись на меня!! – Наташа наклонилась к Бартону, пытаясь поставить его на ноги. Мужчина едва получил опору на ноги, как с криком упал. -Нат, это бесполезно, вы не вынесете меня… -ДЕВЯТЬ! -Нет, Клинт, я не оставлю тебя здесь!!! – голос Наташи надрывался, на ее лице вместо недавней улыбки расползались дорожки слез. -Нат… - Стив пытался схватить руку девушки, но та его отталкивала. – Мы не сможем уйти втроем. -ВОСЕМЬ! -Наташа… Я всегда буду с тобой, помнишь это? – Клинт слабо улыбнулся, стиснув зубы от пронзительной боли. Кажется, пуля задела крупную бедренную артерию. Что ж, он умрет даже раньше, чем здесь все взорвется. -Клинт, прошу, пойдем… - Наташа тряслась в истерических рыданиях, не желая отпускать руку Бартона. -СЕМЬ! -Нат, у меня тяжелое ранение, я не смогу передвигаться. Не жалей меня, пожалей себя. Ты обещала, что будешь жить, помнишь? -Но Клинт, как мне жить без тебя…? -ШЕСТЬ! -Как самураю. Все закончится уже сегодня. Ты больше не Мститель. Ты обычная девушка Наташа Романофф. Петербург тебя ждет. Я уверен, ты будешь счастлива. -Клинт… -ПЯТЬ! -Прощай, Наташа. Я всегда буду любить тебя, - Бартон из последних сил подтянулся, чтобы поцеловать руку девушки и в следующий момент опрокинулся навзничь. В его глазах постепенно угасал свет. -Клинт!!!! – такого крика Стив больше никогда не слышал. Боль, отчаяние, ненависть, отрицание – все смешалось лишь в одном имени. Казалось, что жизнь Наташи оборвалась вместе с жизнью Клинта… -ЧЕТЫРЕ! -Наташа, пора уходить! – Стив подхватил девушку на руки и ринулся к выходу. Ему было невыносимо больно потерять друга, но жертвовать еще двумя жизнями он не мог. -Клинт… - Наташа от безумной душевной боли даже не могла сопротивляться. Она лишь смотрела на отдаляющееся тело Клинта и горько плакала. Не могло все так закончиться, невозможно… Стив едва успел выбежать из здания, как грянул мощный взрыв. Столб пламени за секунду охватил двухэтажную постройку, а мощная волна сровняла бетонные стены с землей. Двое Мстителей наблюдали свою крупную победу и одновременно тяжелейшее поражение. *** -Пустите меня, там Клинт!!! Спасатели заканчивали разбирать завалы спустя два дня после взрыва. Старк прочесывал своим сканером биологических тканей каждый сантиметр и наконец нашел место, где программа определила биологический материал. Бригада тут же начала разбирать камни, чтобы достать тело Бартона. Полтора часа – и к ним подошли санитары с черным мешком. Наташа же круглосуточно дежурила на месте разбора завалов. Она не могла поверить в смерть Клинта и молила всех богов, чтобы Старк с его чертовым прибором не нашел тело. Что Бартон живой и здоровый выбрался оттуда и ждет, чтобы сказать Наташе, что это была очередная его шутка. Но писк обнаружителя разрушил все надежды девушки. А окончательно стена отрицания рухнула, как только из-под камней показалась рука Клинта. Наташа не могла обознаться – две стрелы на предплечье, самая первая татуировка, над которой девушка долго хихикала, называя Бартона Купидончиком. -Клинт! – Наташа рванула к спасателям, которые окончательно достали тело. Девушка остановилась в пяти шагах от того места и едва не лишилась чувств. Нет, тело не было обезображено, оно чудом сохранилось, выдержав обрушение. Наташа видела абсолютно пустые глаза Клинта, застывшие от страха. На губах до сих пор сохранялась та улыбка, которой сквозь жуткую боль он в последний раз улыбнулся девушке. Наташа набралась смелости взять его за руку. Такая знакомая, грубая и шершавая… И абсолютно холодная. -Наташа, прошу, пойдем, у тебя будет время попрощаться… - Старк попытался приобнять девушку, но лишь получил жесткий удар в грудь, и Романофф убежала подальше от этого места. Она не хотела похорон. Она хотела, чтобы Клинт был жив. Ей хотелось выбросить из головы пустые глаза Бартона. Но, кажется, они продолжат сниться ей в кошмарах. Спустя два часа, как Наташа добралась до базы Мстителей, она стояла в аэропорту Нью-Йорка. -Добрый день. Один билет в Санкт-Петербург, пожалуйста. Нет, обратный не нужен, спасибо, - Наташа протянула кассиру паспорт. Ее больше ничего здесь не держало.

Эпилог

      Чайник визгливо оповестил маленькую квартирку о том, что закипел и пора бы его выключить. Наташа выключила газ, поставила рядом фарфоровый чайник и налила туда кипятку. В воздухе повис аромат бергамота и лимона. Ее любимый. Поставив заварку на стол, девушка подошла к окну. Жаркий летний день, открытая форточка и шум Невского проспекта за стеклом.       Год как Наташа окончательно уехала в Россию. Маленькая квартира на Невском проспекте, с простеньким ремонтом и крохотной кухней. Та самая, о которой мечтала. Только до сих пор здесь витает чувство одиночества и невыносимой боли. На кирпичной стене висит простая фотография, распечатанная на обычной бумаге. Красивый мужчина, с ярко-голубыми глазами, натягивает тетиву лука в фотографа и заливисто смеется. Бартон в сердце Наташи остался именно таким, как на снимке. Лишь изредка ее преследует кошмар его пустых глаз, которые она увидела в последний раз. На похороны Клинта девушка не поехала, ей не хватило смелости. Она наскоро собрала вещи и улетела навсегда. Это была их мечта, и Наташа ее исполняет. Мысли девушки прервал заливистый лай собаки. Малыш корги, веселый, виляющий хвостом, терся о ногу Наташи, требуя совместной игры. Девушка улыбнулась ему, быстро допила чай и взяла мячик. -Что, Барти, будем играть? – она кинула в коридор игрушку и пошла вслед. На столе осталась стоять пустая чашка, до сих пор источающая легкий аромат чая. А рядом, в самодельной рамке, тетрадный лист с уже слегка потускневшими чернилами. Ей Старк отправил послание обычной почтой, каким-то образом узнав адрес и пообещав молчать о ее местоположении. Последнее письмо Бартона. Нелепо написанные кривые буквы, на русском языке. Он его не знал, но очень старался для Наташи, и хотел, чтобы письмо попало к ней в случае его смерти. Девушка хранила послание как самую важную вещь, так же, как и хранила любовь к Клинту. В самом сердце, навсегда. Ее Клинт Бартон. Ее Соколиный глаз. «До свиданья, друг мой, до свиданья. Милый мой, ты у меня в груди. Предназначенное расставанье Обещает встречу впереди. До свиданья, друг мой, без руки, без слова, Не грусти и не печаль бровей,- В этой жизни умирать не ново, Но и жить, конечно, не новей.»