in love with..?

Я люблю тебя больше звёзд. Очень сильно тебя люблю. Я достаю тебя, я очень много пытаюсь тебе сказать, не перестаю навязываться. Но все потому, что я хочу убирать твои волосы тебе за ушко намного больше, чем писать диссертацию или трахаться с очередной девчонкой. У меня два желания. Целовать тебя, целовать нежно и осторожно, так, как не целовал никого. И быть твоей собачкой. Я готов, только попроси. Но ты никогда не попросишь. Где же твоя напускная важность, бесстрашие, которое льётся из тебя непрекращаемым потоком самолюбования и уверенности под пожирающими и раздевающими взглядами фанатов? Только я знаю тебя, Роджер Тейлор, а ты так и не понял это… -Что не понял, Брайан? — в недоумении проподнял бровь и по-детски сощурился ударник. О, ну конечно, сказал последнюю фразу вслух. Как во всех дурацких и плохо написанных романтических «произведениях». Так глупо. Ну, хоть разговор завязаться может. -Ты так и не понял, что все в жизни решается словами через рот. А не томными взглядами, которые ты на меня бросаешь на репетициях, когда я отворачиваюсь. По секрету, Родж, у нас в репетиционной стоит зеркало. -Ну, я пытался решить через рот, жаль что не словами. Просто знаешь, пока я не скажу этого вслух, у тебя не будет чёткого обоснования, чтобы предполагать, что твои догадки верны. -То есть, момент, когда ты пытался меня засосать, мне воспринимать исключительно как интересную экспедицию твоих губ по исследованию рельефа моей щеки? — Брайан вспылил. С ним такое редко бывало, но все же, человек не может быть уравновешенным все время, особенно, когда напротив него стоит Роджер Тейлор, с растрепанными волосами, в домашней одежде, с выглядывающими из-под футболки ключницами, пытающийся отрицать, что он не прочь проводить свое свободное время со всеми, у кого волосы длиннее середины шеи. Наверное, Брайан в гневе выглядел крайне мило. Или устрашающе. Это не важно, но вызывающе он выглядел точно, потому что в этот момент чёртовому Тейлору наконец хватило мужества и он неосторожно, как подросток на первом свидании, накрыл губы Мэя своими. Глаза открывать не хотелось. Хотелось стоять так вечность и проталкивать язык в такие места рта барабанщика, на которые даже самая распутная девица не осмелится позариться. Но голова начинала кружиться и нахождение в изоляции от света не могло продолжаться так долго. Астрофизик разлепил глаза, жадно впитывая в себя подробности комнаты Роджера, надеясь на то, что здесь они появятся ещё не раз. Но тут на глаза гитаристу попалась вещь, которая заставила его сначала остановится, а после и вовсе отстраниться от Тейлора, смотрящего на него с глазами, полными непонимания. Набор чёрного кружевного белья. Женское белье в его комнате. А Брайан Мэй в мыслях и душе. Но Брайан Мэй ещё и за дверью, оборачиваясь и произнося напоследок: -Верность всегда была твоим коньком. И как тут объяснишь, что это белье, который с таким трудом раздобыл Роджер для приватной носки у себя дома. Прозвучит глупо.