Сегодня война

      Почти через месяц Лили, под руку с Джеймсом, вышла из больницы святого Мунго, и они вдвоём отправились к Эвансам. Джеймс ничего не говорил Лили и её родителям про то, что детей у них не будет. Он решил, что говорить об этом пока рано, а там... Может, все само как-то рассосётся.       - Мам! Лили вернулась! - в окно кухни Петунья увидела Джеймса, открывающего перед Лили калитку.       За месяц, что сестра тяжело болела, Петунья смягчилась и была готова встретить её более сердечно, чем обычно.       Родители бросились обнимать младшую дочь, а потом и Петунья тоже.       - А что это за тип, который приходил иногда за твоими вещами? - спросила она.       Лили слегка улыбнулась, увидев, как слегка порозовели щеки сестры. Похоже, чары Бродяги не оставили равнодушной даже её.       - Это лучший друг Джеймса, Сириус. Мы учились в одном классе.       Джеймс хмыкнул, услышав это.       - Петунья, а как же... Вернон? Конечно, Сириус красавчик и все такое, но...       Петунья покраснела и зло глянув на Джеймса вышла из комнаты. Лили расстроено проводила её взглядом.       - Ээээ... Я что-то не то сказал? - озадачено спросил Джеймс.       Лили махнула рукой. В конце концов, призрачная надежда на возобновление отношений с сестрой, была лишь призрачной.       Элизабет приготовила настоящий пир в честь выздоровления дочери. Радость омрачало только демонстративное отсутствие старшей дочери, но Джеймс включил все свое обаяние и мистер и миссис Эванс в очередной раз подумали, что их дочь не ошиблась с выбором.

***

      После довольно трудного дежурства Сириус сел на мотоцикл и поехал в сторону Лондона. Сегодня днем он дежурил у одной из школ в Уэльсе. Пожиратели раскидали там много опасных артефактов, чтобы испробовать их на детях. Там были и ядовитые шипы, маскирующиеся под цветы, и взрывающиеся камни, внешне не отличающиеся от обычных, но самое опасное - музыка, вызывающая неконтролируемую агрессию у тех, кто её слушал. Сириус, Гестия Джонс и Минерва Макгонагалл снимали заклинания, пытаясь вернуть школе безопасность.       Сириус подъезжал к Лондону. В коляске лежала сумка с вещами Марлин. Она забыла их, когда убежала после их последней неудачной встречи. Он хотел передать их с кем-то, но решил, что это будет трусливо с его стороны, избегать расставить точки над i. Он рассказал обо всем Джеймсу. Тот вздохнул, пожал плечами и сказал: 'видимо, ты не готов к отношениям'.       Затормозив перед домом, где Марлин по-прежнему жила с Доркас Медоуз, он вздохнул, поглядев на окно комнаты пока ещё своей девушки. Свет горел, и, судя по тени, она была там. Неохотно подхватив сумку, Сириус направился в сторону подъезда.       - Кто? - спросил звонкий голос Доркас.       - Это Сириус. Доркас, позови Марлс.       Доркас крикнула Марлин.       "Ну вот он и приехал, чтобы окончательно порвать со мной", - тоскливо подумала Марлин, идя к двери.       - Эээ, Марлин, я вас оставлю, поговорите нормально, да и мне надо там кое-куда сходить... - сказала Медоуз и быстро трансгрессировала, Марлин даже не успела сказать 'не надо'.       Она надеялась, что разлука и его холодное к ней отношение остудит и её чувства. Как же ей хотелось посмотреть ему в глаза и ничего не чувствовать! Но противные, уже совершенно неуместные бабочки вновь запорхали внутри, когда она посмотрела ему в глаза. В них она увидела решимость и чувство вины, и все поняла. Не в силах выдерживать это, она опустила взгляд и заметила свою сумку у него в руках.       - Мог бы и передать с кем-то, - тихо сказала она, - не зачем было ехать так далеко из-за какой-то сумки.       - Я и хотел так сначала. Но подумал, что это будет нечестно по отношению к тебе.       - Нечестно?       - Ну да. Знаешь, за эти несколько месяцев ты дала мне больше, чем другие вместе взятые.       - Тогда почему?..       - Я не готов к отношениям, - повторил он фразу, которую сказал ему Джеймс.       - Это тебе Джеймс так сказал? - усмехнулась Марлин.       - Ээ...       - Он знает тебя лучше, чем ты сам.       Сириус пожал плечами и протянул Марлин её вещи. Но тут она неожиданно выхватила сумку у него из рук, бросилась на к нему на шею, и прижалась в страстном поцелуе.       Некоторое время он отвечал ей, но потом оторвал от себя.       - Марлин...       Она вновь обняла его, прижавшись уже более откровенно. После нескольких поцелуев он вновь отстранил её и сказал:       - Нет, Марлин, ты пожалеешь потом...       - Не пожалею! Всё равно я больше никого не полюблю!       - Не говори ерунды...       - Почему ты не хочешь дать мне даже этого?! Я что, так плоха? В Хогвартсе куча девчонок рассказывали, как проводили с тобой ночи!..       Сириус улыбнулся.       - Девять из десяти врали, поверь...       - Я что, так плоха?! - повысив голос повторила Марлин.       - Нет... Ты прекрасна. Я... Я не знаю, почему я так поступаю. Я не хочу использовать тебя. И поверь, одна ночь ничего не изменит.       Марлин оттолкнула его и отошла на несколько шагов, отвернувшись. Потом резко развернулась и дала ему пощёчину.       - За что, черт возьми? - обиженно воскликнул Сириус.       - За то, что я ещё люблю тебя! И меня разрывает от этого! Я хотела родить тебе детей! Всю жизнь любить тебя...       Сириус покачал головой. Ему уже становилось не по себе от этих эмоций.       - Марлин... Ты прости меня. Я не хотел ничего плохого. Я не думал, что так все... В общем, прости. Надеюсь, ты не будешь воротить от меня нос, когда увидишь меня на собрании?       Сириус попытался улыбнуться ей, но она не поворачивалась больше и он, тихо вздохнув, вышел из квартиры.       'Чего-то не клеится у меня с Лондоном", - усмехнувшись, подумал Сириус, проезжая недалеко от площади Гриммо.

***

      Джеймс уже стоял на пороге дома Лили, готовясь уходить.       - Сегодня ты, наконец, будешь спать в своей кровати, а не на больничной койке, - говорил Джеймс, натягивая шапку.       - Не знаю, усну ли я сегодня вообще.       Джеймс вопросительно поднял брови.       - Понимаешь, я уже привыкла, что ночью рядом всегда ты...       - Я же спал в кресле!       - Всё равно... - Лили обвила его шею руками.       Вдруг в комнату влетел серебряный феникс. Голосом Дамблдора он сообщил:       - Срочное собрание в штабе. Через полчаса.       Джеймс и Лили переглянулись. Последнее срочное собрание было, когда убили семью Марлин.       - Мам, я... Мне надо пойти кое-куда. Я через пару часов вернусь.       - Но.. Лили! - Элизабет была в растерянности.       - Это по поводу вашего... Ордена? - спросил Альберт, глядя на Джеймса.       - Эээ... Мистер Эванс, Лили не должна была вам...       - Это не Лили. Это твой друг рассказал. Мы говорили с ним насчёт этой войны, и он сказал мне про то, что вы входите в организацию борьбы с вашим главным врагом, - мистер Эвансам скрестил руки на груди, и Джеймс подумал, что вот сейчас он скажет, что Лили там не место.       - Я хочу сказать, Джеймс... У меня две дочери. Такие разные, но я люблю их обеих. Петунью за её ответственность, послушание, трогательную нежность к нам. Лили за её таланты, доброту и храбрость. Да, она всегда была храброй девочкой. Ты тоже не робкого десятка, как мне твой друг говорил. Так что... Задайте этому Волан-де-Морту, покончите с ним!       Джеймс только молча вытаращив глаза слушал Альберта. Что там Сириус рассказал ему, что он, глядишь, сам готов идти мочить Пожирателей?..       Лили, похоже, тоже была в лёгком шоке от слов отца. Элизабет завернула им с собой несколько блюд, оставшихся с ужина. Джеймс автоматически уменьшил свёрток, добавил заклинание неразрушения и сунул в карман. Родители Лили с любопытством смотрели на его действия. Лили старалась не колдовать в доме из-за сестры, поэтому они почти не видели магии.       Через 5 минут Лили и Джеймс были в штабе. Почти все были уже там, даже Арабелла Фигг. Но самое главное, там был...       - Римус!!! - Джеймс бросился обнимать друга, - как ты сюда попал? Ведь ты же выходил в город неделю назад!       - Сейчас все расскажу. Собрание, вроде как по моим делам... - Римус скромно улыбнулся, а Карадок Дирборн ободряюще хлопнул его по плечу.       Марлин пришла последняя. На её лице были видны следы слез, она села как можно дальше от Сириуса, но приветливо кивнула Джеймсу. Тот искоса взглянул на друга и по надменной физиономии понял, что девушку он все таки бросил. Тихонько вздохнув, он пробормотал:       - Бродяга, он и есть Бродяга...       Вошёл Дамблдор.       - Уважаемые коллеги и друзья. От нашего шпиона среди оборотней Римуса Люпина поступила информация о грядущем нападении. Деревня в Шотландии. Полнолуние через два дня. Цель все та же - Волан-де-Морт не оставляет надежды грубым образом захватить Министерство и ему нужна армия инферналов. Он хочет использовать оборотней, чтобы исключить опасность для своих последователей - волшебников. А так же, чтобы этой же ночью напасть на Министерство. В деревне живёт 300 человек. Волан-де-Морт хочет задействовать 30 оборотней.       - 15 оборотней достаточно, чтобы зарезать 600 человек за ночь, - охнула Эммелина.       - Есть одна трудность. Я не знаю пока, какая это деревня. Это знает только Сивый. Ему Волан-де-Морт выдал портал. Мне нужно пойти туда, чтобы знать, что это за место. Но...       - Как же мы отличим тебя, когда ты превратишься? Как нам не убить тебя с ними вместе?       Римус замолчал, плотно сжав губы.       - Об этом мы хотели спросить вас, друзья... Какие есть идеи? Если кто не знает, то, к сожалению, никакой артефакт, заклинание слежения не удержится на оборотне после трансформации.       Всё молчали. Джеймс, Сириус и Питер переглянулись. Они прекрасно помнили, как выглядит Римус в обличии волка. Но как сказать об этом?       - Сэр... Я смогу отличить Римуса. Помните, тогда на нашем 5 курсе я вывел Снейпа из подземного хода? Я видел Римуса и помню, как он выглядит, помню светлое пятно на груди, коричневую полосу между глаз. И кисточка на хвосте тоже светлая.       Римус покраснел. Друзья никогда не рассказывали ему, как он выглядит, а он и не хотел знать. Слышать эти подробности ему было противно.       Дамблдор облегчённо вздохнул.       - Прекрасно, Джеймс. Для большей наглядности следует нарисовать рисунок, чтобы у всех запечатлелся образ в памяти. Кто может рисовать?       Марлин хорошо рисовала, и следующие полчаса Джеймс подробно описывал ей, как выглядит Римус-волк.       Грюм подробно объяснял всем собравшимся, как справиться с оборотнем, так как заклинания малой и средней силы на них не действовали.       - Тёмные существа, 1 класс опасности... - громко говорил Грюм.       Джеймс поджал губы и, взяв Римуса за плечи, вывел его из домика.       Римус глядел в вечернее небо. Почти полная луна выглядывала из-за редких облаков.       - А знаешь, это ужасно, но... Я был почти рад, когда узнал, что готовится это нападение.       Джеймс усмехнулся.       - Я понимаю. Ведь ты можешь быть полезным, а не прозябать среди этих монстров.       Из домика вышел Сириус. Он как-то тревожно посмотрел на них обоих.       - Джей, там Грюм тебя зовет.       Пожав плечами, Джеймс вернулся в хижину.       - Поттер, так как ты единственный, кто видел Люпина в обличие волка, ты будешь отвечать за распознавание его среди других и обезвреживание.       Джеймс кивнул.       Оборотни... Это схватка будет не менее опасной, чем та битва на маггловском фестивале.

***

      Обдумывая предстоящее сражение, Дамблдор рассеяно водил глазами по комнате. Взгляд его упал на письмо из Нумергарда. Палочкой он поджёг его и уничтожил пепел.       - Слишком много лет прошло, Геллерт... Что бы ты ни хотел сказать мне, это не имеет значения. Если бы ты не сделал тогда неправильный выбор... Мы вместе разделались бы с Реддлом. Мы были бы вместе. Но теперь... Уже ничего не исправить. В кабинет заглянула мадам Помфри.       - Сэр, там в моем кабинете... Что-то странное.       Медсестра выглядела растерянной и смущенной одновременно. Дамблдор немедленно пошёл с ней, гадая, что такого могло случиться.       На подходе к лазарету Дамблдор услышал громкую музыку. Какая-то певица обещала страстные ночи под Луной своему любимому. Голос был довольно красивый и если бы не бездарный текст, Альбус даже спросил, кто это поёт.       - Сэр, эта музыка и... остальное, это все началось внезапно.       Дамблдор остановился.       - Внезапно? То есть не вы её включили?       - Нет-нет, и ещё там...       Мадам Помфри толкнула дверь и...       Кровати исчезли, только посередине стояла... Нет, не так. Стояло огромное царское ложе, на нем лежали нежные пуховые подушки. Рядом стоял изящный столик, на котором горой лежали фрукты, шоколадки и всякая снедь. На другом столике...       - Это не мои журналы, профессор! - покраснев, уточнила медсестра.       Дамблдор усмехнулся, увидев полуобнаженых девиц, в основном, маггловских, на обложках. Он взял один и открыл, чем вызвал вздох возмущения у медсестры. Тут же над кроватью повисла надпись:       - Не скучай, Лунатик!       И подпись: Сохатый, Бродяга и Хвост.       Надпись залихватски махнула буквой 'у' и превратилась в фигуру девушки в откровенной позе.       Мадам Помфри зацокала языком, а Альбус откровенно рассмеялся.       - Поппи, я думаю, мальчики хотели немного поддержать своего друга во время его плохого самочувствия... Что ты сделала или сказала перед тем, как это все появилось?       - Я.. Кажется... Напевала что-то.       Мадам Помфри смутилась и Дамблдор не стал уточнять, что именно. Взмахом палочки он вернул лазарету его привычный вид и в воздухе опять повисла надпись: 'Шалость удалась!'.