Сегодня война

      Путешествие порталом всегда непредсказуемо, и Сириус понял это, когда приземлился на крышу небольшой хижины в городе Ришикеш. Джеймс и Римус, который сидел в своём летающем кресле стояли на небольшой опушке в лесу за городом, а Сириуса унесло чуть дальше, и теперь он выслушивал ругань индийской женщины, которая, заметив, что с крышей что-то не так, вышла из дома на улицу.       Сириус не понимал ни слова, женщина очень забавно махала на него своей поварешкой, хмурилась и кричала что-то по индийски.       Сириус отряхнул с головы солому, которой была покрыта крыша и спрыгнул вниз, благо высота была совсем небольшой.       - Простите, мэм, - сказал он по-английски, подумав, что вежливая речь будет понятна везде и сопроводил свое извинение поклоном.       Женщина немного остыла и перестала махать руками. Тут Сириус заметил боль в правом плече и взглянул на него. Из плеча торчала большая щепка. Хозяйка дома, тоже увидев это, всплеснула руками и потащила Сириус в дом, видимо, помочь с раной.       - Могучий Годрик, Рем, ты посмотри, ещё не успели приехать, а Сириус уже успел с кем-то познакомиться, - пробормотал Джеймс, увидев, что происходит.       Римус, разумеется, ничего не ответил, и Джеймс решил подождать пока здесь, тем более, им нужно было раздеться - такой жары Джеймс ещё не знал.       Занятый переодеванием Римуса, Джеймс не заметил, как подошёл Сириус.       - Ты очаровываешь даже тем, что свалился на крышу! - возмутился Джеймс.       - Это моя карма, - хмыкнул Сириус.       - Твоя что?       - Займись уже самообразованием, Поттер, - нравоучительно заметил Сириус и стянул с себя плотные штаны, переодевая их на шорты.       - Агуаменти, - Джеймс наколдовал всем воды и Сириус принялся поить Римуса.       Закончив возиться с одеждой и вещами, парни пристально вгляделись в горизонт, где белели вершины Гималаев.       - Ты уверен, что нам туда? - поежившись, спросил он Сириуса, который привязывал рюкзаки к креслу Римуса.       - Не уверен, - покачал тот головой, - может и туда, - ткнул он пальцем в ещё более далёкие сверкающие пики.       Они переглянулись.       - У нас три с половиной дня до полнолуния, - тихо сказал Сириус, - мы можем надеяться только на удачу.       В кармане у Сириуса была бумажка, на которой он подробно записал всю информацию о приюте для оборотней, которую знал Альфард Блэк. А знал он вот что: приют находится примерно в ста километрах от города Ришикеш, по нехоженой тропе на северо-запад, на высоте 2500 метров. Так же он дал несколько опознавательных знаков - в первый день они должны были пройти мимо огромной пещеры, высотой с трехэтажный дом, а потом перебраться через узкое, но глубокое ущелье.       Выставив компас палочкой, они посмотрели в сторону, куда указывало направление. Они разглядели намек на тропинку, и решили, что это как раз и есть "нехоженая тропа".       С этими словами Сириус выжидающе посмотрел на Джеймса и тот, не медля больше, превратился в оленя.       Чтобы помочь Сириусу забраться, олень встал на колени, а затем аккуратно поднялся и пошёл вперёд и вверх по тропе. Палочкой Сириус левитировал Римуса в кресле рядом, периодически оглядываясь, чтобы не быть замеченными какими-то магглами.       Олень легко поднимался по горной тропе, камушки под его копытами хрустели, и он то и дело прядал ушами, чтобы отогнать мух. Сириус опомнился, и произнес заклинание, отгонявшее насекомых. Олень благодарно фыркнул, мотнув головой.       - Может, отдохнешь? - сказал он, потрепав оленя по шее, - уже два часа идем. Да и Римус, наверное, устал сидеть...       Олень остановился и Сириус соскользнул с его спины, направившись к Римусу, чтобы переложить его на матрас.       - Ого, нормально мы ушли, - послышался из-за спины голос Джеймса, который смотрел на город, оставшийся далеко внизу.       - Главное, чтобы в правильную сторону, - мрачно изрек Сириус.       Джеймс промолчал, и налил себе воды в кружку. Потом еще одну и еще.       Сириус улыбнулся, глядя на него.       - Да вспомнил, как мы тем летом к Римусу пришли, и ты его катал по полю. Я тебе еще тогда ведро воды налил.       Джеймс улыбнулся, кивнув, но тут же помрачнел. Сириус знал, о чем тот думал - о том, что тогда они были вчетвером, а теперь Питер неожиданно бросил их в трудную минуту.       - Я давно заметил, что Хвост устал от Ордена. Он же трус, ты же знаешь.       Джеймс мрачно смотрел под ноги, по-прежнему храня молчание.       - Я думаю, что было ошибкой ему вступать в...       - Он же наш друг! - отчеканил Джеймс, строго посмотрев на Сириуса, - да, он испугался. Но я, что б мне гнилой мандрагоры объесться, я тоже не был спокоен как флоббер-червь! Я напрягся там, в плену у Пожирателей! Мне тоже было страшно! Просто у меня...       - Совесть есть, - закончил за него Сириус, - да, Джей, я бы тоже предпочел сейчас поваляться на пляже где-нибудь, а лучше просто пожрать чего-нибудь нормального и погонять на байке. Но... Не оставлять же Луни вот так... Мы должны хоть что-то сделать. Хотя бы попытаться... А Хвост думает только о своей серенькой шкурке. И всегда так было. Когда ты на пятом курсе... Ну за Снейпом побежал в Хижину... Хвост сидел и трясся от страха, чтобы ты не превратился в оленя у него на глазах, иначе все узнают, что он, Питер тоже анимаг, и его посадят в тюрьму.       Некоторое время они молчали.       - Слушай... А я так тебя и не спросил тогда. А как ты вообще Снейпа вывел? Он ведь наверное упирался, и не спешил помогать тебе спасти его. Джеймс усмехнулся, вспоминая тот случай.

***

      - Нет уж, Поттер, я никуда отсюда не пойду. По милости твоего обожаемого Блэка, я сейчас узнаю все ваши поганые тайны.       - Идиот ты, Снейп, пошли скорее отсюда. Иначе твоя сальная башка больше ничего никогда не узнает.       - Угрожаешь мне, Поттер? - оскалился Снейп.       - Да нет, тупица! Не я тебе угрожаю! Пошли, тебе говорю! Быстрее!       Из глубины тоннеля послышались странные звуки. Джеймс замер, а потом схватил Снейпа за рукав и потащил к выходу. Слизеренец упирался, пытаясь вырвать рукав из пальцев ненавистного Поттера, но ничего не выходило.       Тогда Снейп придумал, как ему показалось, гениальную вещь, и быстро скинул с себя мантию, которая осталась в руках Джеймса, а сам, что было мочи, рванул обратно по проходу вперед.       - Стой! Вернись! - в голосе Джеймса было такое отчаяние и даже мольба, что Снейп на секунду притормозил и оглянулся.       - Северус, вернись, пожалуйста, давай уйдем отсюда, - Снейп не мог поверить своим ушам и глазам, Джеймс Поттер назвал его по имени, и умоляюще просил о чем-то.       - Хорошо, - наконец, сказал Снейп, - я сейчас же уйду, если ты скажешь мне, в чем, драккл тебя раздери, дело.       - Я расскажу тебе, как только мы уйдем отсюда, - пытался уговорить его Джеймс.       Снейп упрямо сложил руки на груди и в упор смотрел на Поттера.       С того конца туннеля послышались все более отчетливые звуки рева и грохот деревянной двери. Джеймс знал, что замок давно разболтался и оборотню ничего не стоит выбить дверь несколькими ударами лап. А то, что Римус уже слышал их - там в тоннеле, Джеймс не сомневался, у оборотня потрясающий слух.       Снейп непроизвольно обернулся на шум, и Джеймс, воспользовавшись моментом, схватил его за руку и вновь потянул в выходу.       - Пусти, Поттер! Думаешь, я дурак, и не могу сложить два и два? Я давно догадывался про этого Люпина! Скажи мне, это так? Я ведь все правильно понял?       Джеймс внезапно остановился, так резко, что Снейп врезался в него. Он приблизил свое лицо к лицу слизеренца, и Снейп увидел, с какой яростью и презрением тот смотрит на него.       - Чего ты суешь свой нос везде? Что Люпин тебе покоя не дает?       Снейп открыл рот, чтобы ответить, но внезапно Джеймс зажал ему рот рукой. Они прислушались. Было тихо. Но Джеймс знал, что эта тишина... Ненормальная, неправильная. Они уже несколько раз были с Римусом во время его превращений, и он постоянно выл, скулил, скреб когтями, в общем, производил шум. Тишина давила на уши и Джеймс непроизвольно попятился. Сухая веточка хрустнула у него под ногой, и они оба услышали глухое свирепое рычание из глубины тоннеля.       Теперь Снейпа не надо было уговаривать. Он с ужасом обернулся к Джеймсу и тот протолкнул его вперед себя к выходу.       - Беги! - заорал он Снейпу.       Кажется, так быстро Снейп еще не бегал - незачем было. Джеймс бежал за ним, не оглядываясь, но уже слышал мягкие удары лап о земляной пол туннеля и хриплое дыхание оборотня.       В темноте, при тусклом свете палочек, Снейп не заметил низкой притолоки у самого выхода, и на всем бегу врезался в неё. Конечно, он упал и даже, кажется, отключился. Джеймс выволок его на улицу. Было начало апреля и довольно холодно. Снейп кучей свалился на землю и, застонав, сел, схватившись за голову, смотря прямо в глубину тоннеля. Свет от палочки Джеймса на мгновение осветил узкий проход, и Снейп увидел злобную морду оборотня и два горящих, как угли глаза, которые смотрели прямо на него. В ту же секунду Джеймс заклинанием захлопнул незаметную дверцу и сполз по ней на землю.       С другой стороны слышался вой и скрежет лап о дверь. Снейп с ужасом глядел на неё.       - Он же... Это же... - бессвязно бормотал он, держась за голову.       - Если ты кому-то скажешь, то его не просто исключат, его могут посадить в Азкабан, как и Дамблдора, - произнес Джеймс, - я не сомневаюсь, что ты хочешь это сделать. Но не забывай теперь, что ты, - Джеймс выделил это слово, - теперь мне должен. Я спас твою немытую башку.       К Гремучей Иве спешили Дамблдор, Макгонагалл, Слизнорт, мадам Помфри и Сириус.       - Джеймс? - издалека крикнул Дамблдор. - Ты успел?       Джеймс молча кивнул, вставая и отряхиваясь, не глядя ни на кого.       - Все за мной, в мой кабинет, - твердым голосом приказал директор.       Джеймс шел, опустив голову, не смотря на лучшего друга, который даже не пытался заговорить с ним.

***

      - Прости, - тихо сказал Сириус, когда Джеймс закончил рассказ.       - Ты уже просил прощения.       - Я думаю, что не лишним будет еще раз.       Они оба посмотрели на друга, безмолвно лежащего на разложенном матрасе. Кажется, он задремал.       - Его бы казнили. Если бы не ты, - глухим бесцветным голосом произнёс Сириус, - до сих пор не могу понять, как я об этом не подумал. И как Рем меня простил, тоже не могу понять.       Сириус провел рукой по волосам Римуса, отметив, что седых волосков стало еще больше.       - Давай переложим его в кресло. Нам пора.       Через десять минут странная процессия вновь отправилась в путь, в горы.       Сириус крутил по сторонам головой, пытаясь разглядеть, есть ли где-то пещера, но ничего похожего вокруг не было.       Олень шел без остановки несколько часов. Быстро стемнело и в небе загорелись яркие звезды. Сириус слез с оленьей спины, заметив, что переход не дался Сохатому слишком легко - мохнатая шея была вся мокрая от пота.       Пока Сириус занимался Римусом, перекладывал его, поил и переодевал, Джеймс развел костер и сварил им незамысловатый ужин. Пока тот остывал, он пошел раскладывать палатку, а Сириус выставил вокруг сигнальные чары.       - Эй, Сохатый, я тут захватил сливочного пива, для романтики! Приглашаю тебя на ужин! - крикнул Сириус, заглядывая в палатку, и осекся. Джеймс не дождался еды, и уснул, положив под голову куртку.       Накрыв друга пледом, Сириус вышел наружу.       - Что ж, дружище, придется нам трапезничать вдвоем, - обратился он к Римусу, с удивлением заметив, что тот смотрит прямо в огонь, сфокусировав на нем взгляд, хотя обычно его взгляд был устремлен в никуда.       - Эй, тебе что, нравится огонь? Ну-ка, а если так? - Сириус развел немного в стороне еще один. Римус перевел взгляд на второй костер.       Сириус чуть не подпрыгнул от радости.       - Ты еще там! Луни, ты там есть! Значит, мы тебя вытащим!       Поедая гречу, Сириус весело смотрел, как Римус переводит взгляд с одного костра на другой.       Внезапно Римус покачнулся в своем кресле и издал неразборчивый звук, глядя в огонь, а через минуту еще и еще, словно пытаясь говорить.       Засыпая, Сириус подумал, что завтра будет, чем порадовать Джеймса.

***

      Джеймс проснулся от духоты, которая была в палатке, и сразу же вылез наружу. Солнце уже встало и пекло вовсю. От вечернего холода ничего не осталось. Внимательно оглядевшись, Джеймс почувствовал нарастающее беспокойство. Вчера они прошли не меньше трети пути, но никакой пещеры не встретили.       "Может, Альфард ошибся. Никакой другой дороги там не было, и мы шли строго на северо-запад".       Доев остывшую кашу, заботливо оставленную Сириусом в котелке, Джеймс отогнал тревожные мысли о том, что они идут не туда.       Через час они снова отправились в путь. Дорога теперь была куда круче, но идти нужно было еще быстрее, ведь времени у них оставалось всего лишь два с половиной дня. Учитывая, что превращение может начаться и в семь вечера, то и того меньше... Но ребята не чувствовали усталости, потому что Римус то и дело развлекал их мычанием или отдельными вскриками, особенно, когда вдруг с дерева взлетала птица или на тропинку выскакивал заяц.       Сириус смеялся и подбадривал его:       - Смотри, Луни, там белка, - показывал он ему, правда Римус не понимал его, но Сириусу хотелось думать, что он его хотя бы слышит.       Они шли уже полдня и Сириус смотрел вокруг. Этой дорогой не ходили магглы-альпинисты, так как она не вела к высоким интересным вершинам. Лес был редкий и видно было далеко.       Вдруг олень издал протяжный звук, который Сириус расценил, как радость.       - Что, Джей?       Олень с восторгом подпрыгнул на всех четырех ногах, и Сириус от неожиданности мешком свалился с его спины.       - Эй, полегче! - закряхтел он, потирая ушибленное место.       - Там! Пещера! - с восторгом крикнул Джеймс, показывая пальцем куда-то вперед.       Сириус пригляделся, и точно - вон она, огромная пещера, окруженная скалами, поросшая желто-зеленой растительностью. Она была намного выше того места, где они находились, поэтому им было хорошо видно ее. Они чуть ли не бегом направились туда, но скоро их пыл поутих - тропинка стала еще круче, и олень с трудом взбирался по ней.       - Сохатый, стой, - сказал Сириус, когда услышал, как тяжело дышит олень, и слез с него, - пойду дальше сам, сколько могу.       - Нам надо добраться до пещеры до темноты, - отдышавшись, сказал Джеймс, - здесь негде даже поставить палатку. А темно будет уже через час-полтора.       Как назло, погода испортилась и начинался дождь. На тропинку плюхнулись первые тяжелые капли, а в небе сверкнуло.       - Помнишь, как мы ждали грозу? Ну когда учились быть анимагами? - спросил Сириус, чтобы как-то отвлечься от трудного подъема.       - Да, - улыбнулся Джеймс, плотнее заворачиваясь в плащ.       - Великий Мерлин, кажется, это было давно, как в прошлой... - Сириус не успел договорить, и подскользнулся на мокрой глине, хорошенько приложившись щекой об землю.       - Бродяга! - Джеймс помог другу подняться и вытер его лицо от грязи. Скула была рассечена: видно, попался острый камушек.       - Подожди, у меня была с собой мазь, - Джеймс принялся рыться в карманах плаща, джинсов, потом в жилетке.       Сириус терпеливо ждал, вытирая рукавом струйку крови с лица.       - А! Она же в рюкзаке, а рюкзак несет Римус, - вспомнил Джеймс.       Римус сидел в своем кресле под магическим зонтиком чуть выше по тропе, и Джеймс поспешил к нему.       - Рем, Сириус тут... - начал Джеймс, и осекся. Тело Римуса наполовину покрылось шерстью, глаза блестели желтым, а лицо исказилось.       - Что случилось? - спросил Сириус, увидев тревогу на лице друга.       - У него началась трансформация. Неполная пока. Но я думаю, что...       - У нас не 2 дня, а один... - закончил за него Сириус.       Джеймс кивнул.       - Мы прошли километров 50 или около того.       Они молча глядели друг на друга.       - Мы не успеем, - обреченно покачал головой Сириус, - 50 километров даже по ровной дороге пройти нелегко. А в гору...       - Мы будем пытаться, Сириус, - отрезал Джеймс, схватив его за руку, - мы сделаем все, что от нас зависит, гриндилоу тебя раздери. Я потащу тебя наверх, даже если ты будешь упираться всеми четырьмя лапами.       Сириус усмехнулся, глядя на Джеймса, который с укором и вызовом смотрел на него.       - Да, не зря Медоуз от тебя без ума. Есть в тебе что-то такое, хоть и задница костлявая.       - Не знал, что ты рассматриваешь мою задницу.       - Приходилось пару раз, когда в душе после квиддича ты просил потереть тебе спинку.       - Ну а что, самому-то неудобно ведь.       - А мазь-то ты принес? Или был занят рассматриванием шерсти Лунатика?       Джеймс хлопнул себя по лбу и вновь поднялся к Римусу, доставая все-таки мазь из рюкзака.       Обработав рану, Джеймс сказал:       - Значит так. Ты садишься на меня и едешь. Доберемся до пещеры и поспим - часа четыре, лучше три. Потом отоспимся. Старайся сушить дорогу передо мной, чтобы я не навернулся.       Сириус кивнул. У него сильно кружилась голова то ли от усталости, то ли от того, то он так и не восстановился после напитка Живой смерти, то ли от всего сразу.       "Нда, мне же прописали отдых. Вот тебе и отдых. Горный курорт, чтоб его", - думал Сириус, покорно взбираясь на оленью спину.       Джеймс не помнил, как они добрались до пещеры. Глаза заливало дождем, он просто брел и брел наверх. Сириус как мог раздвигал ветки палочкой перед ним и высушивал тропинку, но он не мог заниматься этим постоянно, ведь главной задачей было направлять летающее кресло Римуса, и пару раз он не успел, и друг врезался в деревья.       И вот, наконец, копыта оленя ступили на каменный пол пещеры. Олень подошел к стене, тяжело дыша, с трудом лег на пол и опустил голову, уткнувшись в мягкий мох. Сириус налил ему воды, которую тот залпом выпил.       - Подожди, я взял с собой хлеб, сейчас найду...       Но, как и вчера, Сириус не успел. Джеймс уснул, даже не превратившись в человека. Сириус погладил его по коричневой взмыленной шее и занялся Римусом. Его нужно было переодеть в сухую одежду, высушить мокрую, напоить и накормить, и не забыть поставить защитные заклинания. Но прежде нужно развести костер, потому что температура явно понизилась и стало куда холоднее.       Когда Сириус все закончил, он выглянул наружу из пещеры. Дождь кончился и небо прояснялось. Луну было отчетливо видно сквозь облака.       - Подожди, пожалуйста, еще немного. Ты все равно забираешь его каждый месяц. Какая тебе разница - когда? Подожди, пожалуйста... - произнес Сириус, обращаясь к небесному светилу.       "Ну вот, схожу с ума помаленьку. Уже с луной пообщался", - усмехнулся Сириус, укладываясь рядом с теплым мохнатым оленьим боком.

***

      Глухой ночью олень проснулся и вышел из пещеры. Дождь прекратился, небо прояснилось и почти полная луна освещала тропинку. Лес был по-прежнему редкий, видно было хорошо.       - Ну хоть что-то... - пробормотал Джеймс, возвращаясь обратно в пещеру.       - Эй, Бродяга... Сириус, вставай. Нам пора, - он легонько потряс друга за плечо, но тот лишь перевернулся, промычав что-то неразборчивое.       Джеймс вздохнул, и решил пока собрать вещи. Римус был по-прежнему в пугающем обличье полу-оборотня. Через минуту Сириус проснулся сам, и молча принялся помогать. Скоро вещи были собраны, и они подошли к выходу из пещеры.       - Надо было седло купить, что ли, - сказал Сириус Джеймсу, - а то ноги болтаются, затекают.       - Я тебе что, скаковая лошадь? - насупился Джеймс, - так посидишь. И вообще, сиди поближе к шее, а то у меня поясница болит уже от твоей задницы.       - К шее? Там, прошу прощения, ваши величественные рога, господин Сохатый. Могу немного подпилить, в принципе, раз...       - Я тебя побрею тогда под пуделя.       Сириус скорчил рожу, и через мгновение перед ним уже стоял олень.       Олень смотрел вперед, думая, что сегодня ему предстоит самая трудная дорога, которую он когда-либо проходил. Им оставалось примерно пятьдесят километров. Джеймс старался не думать, что столько за раз он не ходил даже по ровной дороге, не то, что в горы. Сириус посмотрел оленю в лицо, поняв, о чем тот думает.       - Вся надежда на твои быстрые ноги, Сохатый, - сказал он, похлопав оленя по шее.       Луна светила ярко, освещая тропу. Путники отправились в дорогу.       Когда рассвело, Сириус предложил Джеймсу немного отдохнуть.       - Хоть полчаса, Сохатый. Нам надо хотя бы попить.       Римус давно проснулся. С заходом луны шерсть и остальные признаки оборотня пропали. Он продолжал забавно вскрикивать, когда мимо пролетали птицы. Сириус разговаривал с ним, надеясь, что звуки речи ему помогут.       Олень опустился на колени, тяжело дыша. Сириус поставил перед ним ведро воды, и пошел поить Римуса. Когда он вернулся, то увидел, что олень выпил всю воду и нечаянно уснул рядом с пустым ведром.       Сириусу присел с ним рядом, с жалостью смотря на друга. Ему совершенно не хотелось будить его, но он знал, что дойти до вечера до приюта для оборотней и найти там Лорин - единственная надежда Римуса опять стать тем, кем он был.       - Джей... Сохатый. Проснись, - он дотронулся до оленя, тот вздрогнул, проснулся и помотал головой. Осознав, что уснул, он тут же встал.       Тропинка стала более пологой, и олень пустился вскачь. Так они двигались намного быстрее. Сириус едва успевал направлять кресло Римуса, чтобы не задеть деревья. Через несколько часов скачки олень остановился. Его ноги мелко дрожали от усталости, грудь была в лохмотьях белой пены. Он лег на землю, пытаясь отдышаться. Сириус забрался на большой валун, покрытый зеленым жестким мхом, и посмотрел вперед.       - Джей! Там ущелье! Я вижу, оно там точно есть! Километра 2, может 3, не больше! Мы почти дошли!       Вдруг Сириус замолчал. До его носа донеслись странные запахи. Сириус превратился в пса и втянул воздух. Через несколько секунд пес оскалился, глухо зарычав, и спрыгнул с валуна вниз.       Джеймс уже превратился в человека и сидел, прислонившись спиной к огромному валуну, на который залезал Сириус.       - Что там, Бродяга? - спросил Джеймс.       - Годрик его разбери... Но там явно что-то... Недружелюбное.       Пахло гнилой плотью, немытым телом и кровью.       Ребята задумались. Они собирались идти именно туда, потому что в другую сторону дорога резко вела вверх и упиралась в небольшие скалы, которые им в любом случае не преодолеть. И ущелье было именно в той стороне. Времени на размышления было совсем мало.       - Это вряд ли альпинисты... Слишком уж отвратительный запах.       - На троллей похоже. Тут есть тролли? - спросил Джеймс.       Сириус пожал плечами. Нарваться на пещеру троллей не входило в их планы.       - Если это тролли, может, нам удастся обойти их по кругу. Я, например, сбегаю Бродягой вперед и разузнаю, что да как.       Джеймс согласно кивнул, и большой черный пес побежал вперед на разведку. Джеймс так и сидел на земле, привалившись к большому теплому валуну. Некоторое время он отдыхал, думая, что предпочел бы сейчас искупаться, а не прислоняться к горячему, нагретому солнцем камню.       "Длиннобородый Мерлин, как же здесь воняет... " - думал он, пытаясь поудобнее устроиться, но зелёный жесткий мох колол ему тело.       "Срежу к дракклам" - решил он и послал режущее заклинание на отвратительную растительность.       В тот же миг произошло несколько вещей. Из валуна брызнула какая-то темная жидкость, а откуда-то со стороны донесся глухой рев, подобный реву десятерых слонов. Джеймс в ужасе отскочил и бросился к Римусу, мирно дремавшему в своем кресле. Валун пришел в движение. И тут только Джеймс увидел, что камень, к которому он прислонился, вовсе не камень, а исполинская рука великана, который теперь ворочался, разбуженный его заклинанием. Из раны текла кровь, как будто зарезали лошадь. Тяжело дыша, Джеймс принялся потихоньку пятиться, надеясь, что великан их не заметит и вновь уснет.       Но великан, выспавшийся за день, и не думал засыпать. Близилась ночь - его любимое время суток, и где-то совсем близко пахло мясом, которое нужно было поймать.

***

      Пес со всех лап мчался обратно. В ущелье, которое он разглядел раньше, он увидел то, что повергло его в ужас. Гигантские великаны ходили по расчищенным от деревьев огромным площадкам. Входили и выходили в высоченные пещеры, сдирали шкуры с оленей и медведей. Прямо под ногами у них валялись кости и черепа животных, и Сириус разглядел несколько человеческих. Опомнившись, он бросился назад к друзьям, чтобы скорее уйти отсюда, потому что одолеть десяток великанов было непосильной задачей для двух волшебников.

***

      Джеймс аккуратно левитировал кресло с Римусом, который как назло проснулся. Великан, вставший во весь рост, покачиваясь, смотрел в их сторону, но пока не замечал. Джеймс шел очень аккуратно, ступая медленно, чтобы не задеть камень или сухую ветку. Они отошли уже метров на пятьдесят, как вдруг с дерева вспорхнула птица и Римус приветствовал ее особенно громким вскриком.       Великан издал глухой звук, похожий на радость, и направился к ним. Каждый его шаг его был как пятнадцать человеческих, поэтому Джеймс побежал что есть силы, направляя при этом летающее кресло, чтобы оно не ударилось о деревья.       "Мне не убежать" - стучала паника у него в голове, - "негде спрятаться".       Прямо справа от Римуса великан грохнул об землю исполинской дубиной. Большой булыжник отскочил от дубины и влетел Джеймсу в плечо, разбив его в кровь. Джеймс заорал от боли, остановился и выкрикнул:       - Протего максима!       Их с Римусом отделил от громадного существа тонкий щит из магии.       Великан замахнулся дубиной, но она угодила прямо по щиту. Он затрещал, но выдержал. Великан, распаленный видом раненой добычи, продолжал попытки.       - Протего максима! - вновь крикнул Джеймс, когда щит начал звенеть от ударов и трескаться. Но он понимал, что долго он не продержится, к тому же, придут другие, а в том, что они есть, Джеймс не сомневался.       Сбоку раздался собачий лай. Сириус отчаянно пытался переключить внимание чудовища на себя, чтобы дать Джеймсу и Римусу спастись. Великан на секунду отвлекся, но, видимо, оценив разницу в добыче, не заинтересовался псом, прыгавшем на его ногу.       - Секо! Редукто! - Сириус понял бесполезность попыток привлечь великана собакой и решил атаковать.       Заклинания Сириуса ощущались великаном не более, чем укол от булавки. Он не обращал на них внимания, продолжать крошить щит, созданный Джеймсом.       - Джеймс! - заорал Сириус. - Зальем его кипятком!       Для того, чтобы создать совместное заклинание, Джеймсу нужно было разрушить свой же щит, последнюю преграду, оберегающую их от монстра.       Сириус заклинанием срезал огромную сосну позади великана, и она рухнула прямо на него. Не то, чтобы это сильно ему повредило - скорее, немного помешало. Чудовище с некоторым замешательством посмотрело на дерево, лежащее у него на плече, и стало спихивать его в сторону. Этих секунд ребятам хватило, чтобы общими усилиями создать мощнейшую струю кипятка, которая, как из гейзера, ударила великану прямо в шишковатую голову.       Рев великана был подобен грому, он взметнул мощные руки, закрывая лицо и отступил на несколько шагов, а потом и вовсе отвернулся, подставляя шею и спину под обжигающие струи.       Ребята побежали, не разбирая дороги, и она привела их к тем скалам, которые они видели раньше. В панике они остановились, не зная, что теперь делать. Джеймс облокотился об дерево, тяжело дыша, спросил:       - Ты сможешь левитировать Римуса наверх? - и Сириус в ответ покачал головой.       - Я же не Дамблдор... Высота метров 100, может и больше.       - Давай попробуем втащить кресло на веревке?       Сириус сразу же отмел эту идею.       - Слишком опасно! Нужно придумать что-то другое.       За спиной послышался рев и шум. Они переглянулись.       - Он идет за нами!       Совсем стемнело. Джеймс оглянулся на Римуса. Его тело начало мелко дрожать, близилась трансформация.       - Мы не успели, Бродяга... Не успели... - обреченно сказал Джеймс. Он слишком устал, чтобы что-то придумать. Отчаяние, что они не успели совсем немного, охватило его. Не было сил куда-то бежать, что-то делать. Все силы он вложил в то, чтобы успеть, чтобы помочь Римусу.       Сириус увидел, как Джеймс сел на землю, зажимая рукой рану на плече.       - Ты что?! Перекусить тут решил?! Сейчас как раз попадешь на ужин к великану! Или на завтрак - он ведь только проснулся!       Джеймс услышал в голосе Сириуса истерические нотки, но ему было все равно - он слишком устал.       Тело Римуса покрывалось шерстью, конечности уже стало сводить судорогой.       - Превращайся! Мы все превратимся, так нам будет легче убежать! - крикнул Сириус Джеймсу.       Но тот словно впал в оцепенение и не слышал его.       Сириус уже слышал звук ломающихся ветвей. Великан нашел их.       - Превращайся! Давай же! - он тряхнул Джеймса, и тот, словно очнувшись, поднял голову и с ужасом посмотрел Сириусу за плечо.       Сириус оглянулся. На него смотрел оборотень - его верхняя губа приподнялась, обнажая желтоватые клыки, глаза горели ненавистью.       - Тише, Лунатик... Это я, Сириус... - но оборотня было не урезонить, и он, мягко оттолкнувшись прыгнул прямо на друга.       Своей цели он не достиг - в воздухе он напоролся на острые рога, которые олень выставил ему навстречу. Скуля и прихрамывая, оборотень стал отползать в сторонку.       Пес и олень заметались по площадке перед скалой. Тяжелые шаги со стороны леса уже заставляли дрожать мелкие камушки на земле. Олень остановился, и замерев, наблюдал, как верхушки больших сосен качаются и отлетают в стороны под взмахами гигантских рук. Великан шел через лес, словно человек идет по полю высокой травы - раздвигая ее руками, только травинками были столетние деревья.       С одной стороны были скалы, которые оборотню не преодолеть, с другой наступал великан.       Вдруг со стороны скал послышался шорох. Римус вскочил на лапы и уставился в темноту. Со скалы, с той стороны, что была прямо над обрывом, спустился оборотень. Он сошел с тропы, которую Сириус и Джеймс не заметили в темноте. За ним спустился еще оборотень, и вот их пятеро, семеро, пятнадцать - ребята уже не могли сосчитать. Олень вжался в скалу, а пес встал перед ним, прижав уши, готовясь дать отпор, даже если это будет его последний бой. Но оборотни и не думали нападать на оленя и пса. Они не огрызались и не выли. Они прошли мимо анимагов и встали рядом с собратом-чужаком. Один из пришедших, черно-серый оборотень, зарычал. Но рычал он не на Римуса. Великан, наконец, добрался до своей добычи и теперь выпученными от злобы глазами смотрел на поляну, ища глазами свою жертву. Его лицо было покрыто кровавыми волдырями от кипятка, а руки сжимали огромную дубину.       Черно-серый оборотень в один прыжок преодолел поляну и зарычал на оленя и пса. Он мотнул мордой в сторону скал, словно призывая их уходить. В зверином теле видно было лучше, и Сириус с Джеймсом разглядели узкую тропу, идущую над ущельем наверх скалы. Но они отказывались идти, ведь Римус остался здесь. Черно-серый рычал громче и щелкнул зубами, подталкивая их мордой.       Великан замахнулся дубиной и ударил ею прямо в середину стаи. Оборотни бросились в рассыпную, а затем кинулись прямо на великана, они прыгали на него и драли его тело со всех сторон. Темная кровь лилась из великана, как из треснутого аквариума. Он ревел от боли, пытаясь стряхнуть с себя волков, но они были быстры, очень быстры и ловко уворачивались от его рук, вновь вгрызаясь в его тело.       - Надо им помочь, - сказал Сириус, превратившись в человека. Джеймс, который с трудом стоял на ногах, кивнул, не имея сил спорить.       Аккуратно выйдя на поляну, Сириус, прицелившись, выстрелил из палочки веревкой, которая обвила ноги великана. Она была слишком тонка, чтобы связать его, но ее оказалось достаточно, чтобы великан потерял равновесие и рухнул на землю. С ужасом Сириус увидел, что один оборотень не успел отпрыгнуть в сторону, и огромная туша попросту раздавила его. Сириус в отчаянии огляделся, ища в стае волков, дерущих великана, знакомую светлую кисточку на хвосте. Когда он ее заметил - а Римус сидел у великана прямо на груди и рвал его когтями, - он чуть было не бросился его обнимать, но остановил себя.       Сириус выстрелил из палочки еще одной веревкой, она туго обернулась вокруг шеи великана и начала его душить.       - Дальше разберетесь, ребятки, - пробормотал Сириус, пятясь обратно к скале, где ждал Джеймс.       Великан ревел и брыкался, но оборотни были слишком неистовы и сильны, и их было слишком много. Через несколько минут все было кончено. Огромная туша, залитая кровью, лежала на поляне, а оборотни жадно отрывали от нее куски и ели. Сириус не хотел на это смотреть, и ушел, чтобы увести Джеймса подальше.       - Они его уделали. Ну и я помог чуток, - скромно заметил Сириус, подойдя к другу.       Джеймс сидел съежившись, прижавшись к скале.       - Плечо, - жалобно протянул он.       Сириус аккуратно отвел его руку о раны и увидев ее, нахмурился. Из нее белела кость, неясно было, сломана она или нет. Сириус заклинанием наложил шину и перевязал бинтом, который был у него в кармане.       - Нам надо уходить, Джей. Пошли по этой тропе. Она явно куда-то ведет, раз такая куча оборотней спустилась с нее.       - Бродяга... Это же... Это не те оборотни? Там есть Лорин? Как ты думаешь?       Сириус пожал плечами. Те или не те, поделать они уже все равно ничего не могли, а сейчас надо уйти в безопасное место.

***

      Горячее мясо в зубах - это то, что нужно. Кажется, он не ел нормально целую вечность. Оборотень рвал зубами великанье тело, поедая его прямо с кожей и жилами. Вдруг он перестал жевать, почувствовав на себе чей-то пристальный взгляд. Он поднял голову и замер.       Память вернулась к нему так быстро и болезненно, как нож входит в тело.       Это она.       Это точно она.       Не может быть... Но как? Откуда? Почему он здесь, в этом лесу?       Мысли оборотня и человека путались и смешивались друг с другом, но острое чувство любви и разлуки взяло верх над звериной сущностью и, встав на лапы, Римус подошел к ней - к своей Лорин.       Оборотни не могут плакать - но она плакала, без слез, глядя на него, потерянного для нее навсегда. Ее лапы и морда тоже были в крови, ведь сражалась она не за себя, а за того, кого увидела на поляне и не сразу поверила в то, что видит.       Вокруг пировали оборотни, кто-то уже сладко потягивался, готовясь уснуть. Здесь были одни только волчицы, поэтому не могло быть обычных для стай оборотней оргий. Оборотни самки недобро поглядывали на единственного самца-чужака, попавшего в их стаю. Но он никого не видел кроме той, что стояла, прижавшись лбом к его плечу. Они ушли вглубь леса бок о бок...

***

      Сириус проснулся, когда услышал шаги. Он вздрогнул и, отбросив одеяло, вскинул вперёд руку с палочкой, готовясь нападать. Но увидел только проходящих мимо женщин, закутанных в длинные мешковатые одежды. У некоторых были покрыты головы, они быстро проходили мимо, мельком глядя на двух чужаков, уснувших прямо на тропе.       Наконец до Сириуса дошло, что это за женщины.       - Эй... Стойте! Вы же оборотни! Да? - неуверенно крикнул он.       Некоторые женщины возмущённо оглянулись, посмотрев на него, но не замедлили шага. Одна все же остановилась.       - Скажи лучше, кто вы такие. Вы потревожили нас, привели к нам великана. Мы спасли вам жизнь, одна наша сестра погибла.       Сириус поежился, вспомнив, как падал великан.       - В вашей ста... В вашей общине есть девушка по имени Лорин?       Женщины переглянулись.       - Кто вы такие? Что вам от нас надо? - чуть более сурово вновь спросила женщина, не удостоив Сириуса ответом.       Сириус рассказал, и хотя рассказ получился сбивчивым и путаным, женщина кивнула, когда он закончил.       - Вы можете идти к ним. Они там, внизу, - сказала она, показав пальцем вниз, туда, где были останки великана.       - То есть Лорин жива? Можно, она уедет с нами?       Женщина вмиг посуровела и покачала головой. Развернувшись, все они ушли, оставив Сириуса и Джеймса одних на вершине скалы, куда они зашли ночью. Джеймс спускался с трудом, морщась от боли. Вскоре они вышли на поляну.       - Великий Мерлин, какая мерзость, - пробормотал Сириус, взглянув на останки великана.       Но Джеймс не ответил. Он остановился и смотрел в конец поляны, где уже начинался лес.       Спиной к ним, прямо на земле сидел Римус.       Переглянувшись, ребята заорали:       - Рем! Рем!!       Тот тут же обернулся на их зов. Его взгляд был абсолютно осознанным, а движения - здоровыми и чёткими. Счастливо засмеявшись, Сириус и Джеймс побежали к другу.       - Рем! У нас получилось! Получи...       Джеймс оборвал себя на полуслове. Перед Римусом лежала волчица, положив свою голову ему на колени.       - Она умирает, Джеймс... Она больше не превращается назад...       Его лицо было сырым от слез. Сириус и Джеймс не знали, что сказать. Радость от того, что друг исцелился, куда-то исчезла.       - Римус... Прости... Это был единственный шанс тебя спасти. Ты помнишь что-то?       Римус кивнул.       - Я помню, как Беллатриса мучила меня. А потом... Я был как будто глубоко под водой. Я смотрел наверх, где свет, и видел тени. Когда я пытался выплыть, меня засасывало назад, когда пытался что-то сказать - задыхался. Я не мог там умереть и не мог жить.       Ребята молчали, в ужасе от услышанного.       - Когда настало утро, я понял, что я больше не под водой, я могу дышать, смотреть, говорить. А она... Она больше не превращается... Глава общины сказала мне, что ей осталось несколько дней, может, неделя.       Волчица тяжело дышала. Ночью луна давала ей силы, а днем они стремительно убывали.       - Я останусь с ней. До конца.       - Мы с тобой, - тут же сказал Сириус, и Римус благодарно кивнул.       Глава общины, та, что превращалась в черно-серую волчицу, ошиблась. Лорин оставила свое тело уже на следующее утро. Она лежала на коленях у своего любимого и свой последний вдох сделала, глядя ему в глаза.       Ребята похоронили её под большим деревом, вместе с другой девушкой, погибшей в схватке с великаном, натаскав камней, сделав что-то вроде мемориала. Девушки из общины оборотней тихо молились, читая нараспев мантры на незнакомом языке.       - Лорин была всегда очень добра, не роптала и не злилась, что мы не смогли ей помочь. И все время говорила, что счастлива, что успела ощутить любовь, - сказала глава общины Римусу, - это её вещи, возьми, они теперь твои.       Римус машинально взял протянутый ему мешок и заглянул в него. Там лежала волшебная палочка, несколько пакетиков со специями, пара книг и тетрадь. Римус пролистал её - там были рисунки. С большинства на него смотрело его собственное лицо. На некоторых были пейзажи окружающей природы. На последнем - одинокая волчица, умирающая на фоне заходящей луны.       Римус взмахнул палочкой. Рисунок изменился и ожил - волчица больше не была одна, её голова покоилась на коленях у мужчины, и он нежно гладил её по шее. Джеймс и Сириус переглянулись - они никогда не видели такой магии и не знали, что Римус ей владеет.       - Вот теперь все правильно, - прошептал Римус, нежно проведя пальцем по рисунку, - ты не была одна.