Убийственно спокойно

— Да… А ты разве не читал сказки? Герои всегда гибнут, ну, разве что у героя нет закадычного дружка… Тогда? Тогда умирал дружок. О, теперь я понял, в чём подвох! ©Dragon Age: Origins. Зевран

      Я ненавижу людей.       Они кривят свои рты в мерзких улыбках, презрительно смотрят на меня своими мерзкими глазами и думают, будто я вселенское зло без права слова. Убийца. Предатель. Жалкий мусор, недостойный геройского помилования.

О Господи, серьёзно? Убейтесь об стену, пожалуйста — глаза мозолите.

      Герой. Ге-рой. Г е р о й. Обычный человек, неожиданно получивший божью милость; тот, кто должен был свергнуть Тёмного лорда и сверг его; уважаемый юноша, которому король отдал и страну, и дочь, и все богатства.       Идиот без собственного мнения; марионетка без интуиции; слепошарый кретин без чувства такта. Он не умеет н и ч е г о, даже силой пользуется с трудом, меч до сих пор правильно держать не научился. И не хочет. Ему, чёрт возьми, похуй. А я скована наручниками, стою перед здешним народом и с горечью не могу не спросить саму себя: и вот за этих я готова была умереть в замке лорда? Серь-ёз-но?       До колик смешно.       — Виктория Шерондер обвиняется в государственной измене и клевете на героя. Так же Святой герой, лорд Арториус, утверждает, что эта женщина неоднократно пользовалась титулом компаньона героя и терроризировала простолюдинов. Властью Дериара дели Верианского Виктория Шерондер приговорена к смерти!       Усмехаюсь и резко смотрю точно на Арториуса, стоящего подле короля. Мелкий неблагодарный гадёныш, чтоб ты сдох! Столько нервов мне убил, а теперь просто так бросаешь на произвол судьбы?       Мразь.       — Твоё последнее слово, преступница? — спрашивает глашатай, кинув на меня взгляд.       — Сдохните в муках, суки, — хрипло отвечаю и, гордо вздёрнув подбородок, скалюсь.       Мне вот-вот отрубят голову, а я смеюсь, гогочу на всю площадь и впервые чувствую себя свободно. Без обязательств, без желания угодить пустоголовому придурку.       С.       В.       О.       Б.       О.       Д.       А.       Наверное, так чувствовал себя Тёмный лорд, когда стоял на коленях перед Арториусом и улыбался. Скалился так радостно, что хотелось дрожать от страха.       Увидимся в Аду, твари.              

***

             Ад до неприличия напоминает детскую колыбельную, в которой обычно спят совсем ещё малыши. Кажется, такую покупала недавно принцесса, о чём-то радостно разговаривая с моей кузиной.       А где демоны? Где боль и агония?       Где моя расплата за все преступления, а?       В комнату кто-то входит — дверь скрипит довольно красноречиво. Колыбель качается, и надо мной склоняется чьё-то совершенно незнакомое мне лицо. Молодая девушка улыбается мне так нежно, что невольно становится страшно.       Разве можно улыбаться с такой любовью?       Но она улыбается, тянет ко мне свои руки, и только тогда я осознаю, сколь большой для меня она выглядит. Словно великан с Южных земель, но совершенно не походит на них: смуглая кожа никак не походит на угольно-чёрную кожу титанов, а серо-голубые глаза совсем не стоят ни в какое сравнение с величественным аметистом глаз южан. Но тогда отчего она такая большая? Или…       — Ай-чан, ты проснулась? — ласково спрашивает незнакомка.       … это я маленькая?       И что ещё за «Айчан»? Неужели есть столь безвкусное имя? Меня зовут Виктория и никак иначе! Почему эта женщина позволяет себе нечто подобное?!       Пытаюсь встать, чтобы выяснить всё с этой бестактной женщиной, но лишь чуть приподнимаюсь и заваливаюсь обратно, неосознанно выставив перед собой руки. Почему…       Почему они такие маленькие?!