Легче пера, острее стали

(сладкий привкус свободы)

      Нежные руки тянут поводья, заставляя аллюр сменятся шагом. Ноги словно гвоздями прибиты к седлу, так крепко держится в нем Санса. Не отпускает управление ни на секунду, пока лошадь не останавливается на мягкой почве. И только тогда тонкая, как тетива лука, спина может расслаблено сгорбиться. Прежде чем рассмотреть пляшущие под ветер листья и заснеженный луг, все те же руки перевязывают поводья о ствол дерева. Так раньше отцовские руки накрепко связывали веревки.       Хочется верить, что хороших поступков за жизнь Санса совершила больше. Что отец мог бы посмотреть на дочь с гордостью.       Мысль уносит ветром, окончательно растрепывает медные пряди. Они паутинкой ложатся на лицо, вьются у шеи и с новым порывом ветра разлетаются за плечи. Леди Старк гордо поднимает голову, высматривая Ранду, но видит только как ее неспокойная лошадь мечется у дерева в одиночестве. Сансе не становится страшно, что ее подруга исчезла. Наверняка стоит ожидать, что она подкрадется к ней со спины и прикроет глаза перчатками. Более пяти секунд они просто стоят молча, пока одна из них не выдерживает и громко смеется. Санса не замечает как мысли близко сплетаются с явью и уже через минуту оказывается лежащей на земле, по шею усыпанная снегом. Заливистый смех слышится откуда-то сверху, справа. Она переворачивается, хватает подругу за ногу, как никогда не сделала бы настоящая леди, и тянет за собой. Ранда плюхается в снег тоже.       Так просто кататься по снегу весело и приятно. Белоснежные кристаллики остаются на щеках, безболезненно покалывают. И Сансе жаль, что она не знала этого раньше, что проделки Арьи считала глупыми и слишком детскими. Сейчас же они с Мирандой сами дурачатся так по-детски, настолько легкомысленно забывая о титулах и великих домах. Потому что в этот миг есть только они одни и весь мир должен затаить дыхание в ожидании. И лицо у подруги такое же румяное, счастливое. Взгляды пересекаются и на мгновение она становится еле уловимо печальной и тихой. Санса не понимает почему. Спросить банально не успевает, входит в оцепенение. Ранда садится перед ней на колени, стряхивает с лица снег и гримаса на нем впервые делается такой серьезной и отстраненной.       Грудная клетка вымученно поднимается и возвращается на место. Движения медленные, скорее автоматические, вырытые из глубин подсознания, пока Миранда Ройс подыскивает подходящие слова. И вот теперь Сансе становится страшно. Не нужно быть гением, чтобы знать — Миранда не хороша в красноречии и всегда все выкладывает напрямую. «Но что привело тебя в такое замешательство?» — проскальзывает в мыслях Сансы, прежде, чем девушка напротив размыкает губы.       — Я узнала случайно…       Голос у нее предательски подрагивает. Санса послушно молчит. Замечает, как руки Миранды неуверенно теребят кожаный костюм.       — Лорд Бейлиш собирается выдать тебя замуж.       Слова — осколки, проходят через одежду, кожу, впиваются в грудную клетку дольше, чем того следовало ожидать, проходят дальше, пока не вонзаются в самое сердце и беспощадно его раздирают. У Сансы широко открывается рот в попытке вскрикнуть, что все это ложь, но легкие тоже залиты кровью. Из уст доносится тяжелый кашель, пока тугой болью выворачивает живот.       —Но… Петир… — Пытается собрать слова в предложение. Безуспешно.       Миранда ерзает пододвигаясь, но у Сансы глаза влажные, окутанные белой пеленой, словно метелью, не видящие. В себя ее приводят только теплые объятия и дружеское плечо в нужный момент, сейчас. Она все еще в оцепенении, но слова таки находятся, медленно просачиваются по трахеи, комкаются, пока не соприкасаются с острой кромкой зубов. Вспархивают наружу слабым эхом, отголоском свободы из побледневших губ. Холодные, сломленные.       — Петир обещал вернуть меня домой.       Получается слишком тихо, сбивчивым шепотом. Это не мешает Ранде услышать, но мешает почувствовать реальность Сансе. Земля под ногами больше не такая крепкая и она не проваливается сквозь нее только благодаря крепкой руке помощи, держащей ее на плаву. Но если она выходит замуж, значит и ее уже рядом не будет. Руки крепко сжимают талию Ранды в кольцо, не желая отпускать. Острый подбородок ложится на плечо. Словно чувствуя в жестах юной леди мольбу, Мира ласково по-матерински гладит ее по рыжей макушке и убаюкивающе шепчет.       — Это правда, Санса. Он повезет тебя в Винтерфелл.       Санса не спрашивает, кто будет ее мужем. Ей страшно знать кто управляет Севером, вместо отца, брата… Но интерес сжигает. И только спустя минуты, когда догорающий пепел оседает внутри оставляя обломки прошлого, а снежинки перестают таять после приземления, у Старк находятся новые силы. Встать, дойти до лошади не пошатнувшись, отвязать узду, оседлать коня и наконец, сойдясь с Рандой в одном темпе у тропины к замку, спросить. Ответ заставляет кривиться, но Санса держится, пока по глотке стекает желчь с подступившим порывом тошноты.       Ничего, это скоро пройдет.