Любовь на двоих

После бурного признания друг другу парни решили жить вместе, как пара. Только вот Киллуа постоянно краснел и стеснялся подобных отношений, ведь после того дня Гон стал относиться к нему как к девушке: постоянно помогал, не давал ему бродить одному поздно ночью, видимо он забыл, что Киллуа профессиональный убийца и один из тех, кто победил муравьев-химер. Конечно в некоторых моментах это очень нравилось беловолосому, но иногда его это даже немного возмущало, всё-таки он тоже парень. Особенно неловко было когда ребята начинали целоваться. Хоть Киллуа и чувствовал себя в эти моменты потрясающе, он чувствовал, что занимает роль девушки в паре и это его очень смущало. Гон выбрал доминантную роль и Киллуа не был особо против, но чтобы зайти дальше, первый шаг должен сделать именно Гон. И вот, когда парни бродили по лесу где-то в горах и решали где бы переночевать, на глаза им попалась небольшая хижина. Решив, что лучше проверить данный объект на наличие людей и прочей живности, парни двинулись в сторону домика. К их общему удивлению дверь была открыта, поэтому они без проблем вошли внутрь дома и увидели, что внутри было очень мало мебели: кровать среднего размера, печь, стол и стул, больше ничего. А по слою пыли парни поняли, что тут уже давно никто не бывал, поэтому незваных гостей ждать не придется. Быстро прибравшись и перекусив, ребята решили расстелить спальные мешки чтобы поскорее лечь спать, на кровать они не решили ложиться, мало ли кто на ней лежал и никто не знал сколько лет она так стоит. Когда свет был потушен к парням в комнату забрался свет от луны, он освещал весь дом, поэтому даже без свечи все было хорошо видно. Гон и Киллуа лежали рядом лицом к лицу, и Фрикс воспользовался этим чтобы посмотреть на спящего Киллуа, но вдруг синие ясные глаза посмотрели прямо в янтарные. — Скажи, Гон, с какого момента ты влюбился в меня? — казалось что даже при таком освещении было видно, как парень покраснел, однако взгляда не отвёл. — Думаю... Всегда. Сразу как только встретил тебя, то понял, что хочу чтобы ты был рядом. Ты мне показался таким крутым и невероятным, что это захватило меня полностью. — Гон взял Киллуа за руку и переплел их пальцы и это движение показалось парню настолько милым и романтичным, что он придвинулся вплотную к тёплому телу Гона и приобнял его. — Прости что иногда делал тебе больно.— сказал Гон после небольшой паузы. — Не стоит ворошить прошлое, мы оба были глупыми, поэтому все в порядке. Я тоже не раз подводил тебя, но ты остался мне верен, несмотря ни на что.— поцелуй в руку показался Киллуа таким невесомым, но очень приятным. Только сейчас он заметил контраст между цветом их кожи: бледная, почти прозрачная кожа Киллуа, которая в свете луны сияла, и смуглая, словно само солнце поцеловало парня, кожа Гона. И этот контраст был настолько прекрасным, что хотелось запечатлеть его на какой-нибудь картине или хотя бы фотографии, но увы, эта красота так останется только в их памяти. Пару секунд молчания и Гон пересел на спальник Золдика. — Киллуа, ты не против если я кое что попробую?— спросил Гон и посмотрел на парня своим коронным взглядом "побитого щенка". И вот как такому отказать? — Конечно же не против. Если это делаешь ты, то я никогда не буду против. — Киллуа освободил немного места для Гона и улёгся рядом. Немного помедлив, Гон придвинулся и начал целовать белую кожу своего парня, от пальцев руки до макушки головы. А Киллуа млел от таких поцелуев, после каждого из них по телу пробегали табуны мурашек. Но вдруг Гон опустился на уровень груди беловолосого и спросил: — Можно? — он положил руку на майку и немного задрал её, вопросительно глядя на Киллуа. — Дурак, не спрашивай о таком! — смущённо ответил Золдик, и чуть позже добавил:— Конечно можно. После этого Гон полностью задрал синюю майку, открывая себе доступ к действиям. Он сначала не очень смело дотронулся к правому соску и чуть сжал его пальцами. Киллуа от такого ощутимо вздрогнул и резко вдохнул воздух. Гону такая реакция понравилась, но он хотел увидеть ещё больше, поэтому опустил голову и дотронулся языком до уже твердого соска. Следом за этим последовал еле слышный стон и это только разадорило Гона. Он начал активно сосать и вылизывать, иногда кусая чувствительное место, а парень под ним извивался ужом, пытаясь уйти от непонятных ощущений. Когда Гон в очередной раз сильно укусил сосок и оттянул его сверху донеслось: — Ах! Гон~ — услышав этот стон Фрикс отстранился и опустился к паху, снимая так мешающие сейчас шорты. Приспустив их Гон увидел насколько был возбуждён Киллуа: аккуратный член стоял колом и из него небольшими капельками лилась белесая жидкость. От такого зрелища у самого парня его возбуждение увеличилось вдвое. Он приблизился и лизнул головку, отчего Киллуа прогнулся в спине и застонал в голос. Удивившись такой реакции Гон продолжил свои манипуляции: он начал вылизывать член от головки до аккуратных яичек. Золдик стонал и выгибался от слишком приятных ощущений. — Гон~ Ааах, прошу быстрее! — простонал Киллуа и расдвинул ноги, прося большего. От картины раскрасневшегося и такого беззащитного парня у Гона окончательно сорвало тормоза, поэтому он облизал свои пальцы и просунул между ягодиц, в податливую дырочку, сразу два пальца. От неожиданности Киллуа вскрикнул, но как только Гон начал двигать пальцами и нажал на чувствительный комочек нервов, парень аж подпрыгнул и застонал ещё громче, чем прежде. Решив, что Киллуа был уже достаточно растянут, Гон приставил ко входу свой большой член и попробовал толкнутся внутрь. Сначала это было довольно трудно из-за величины члена, но после пары толчков оба начали получать неописуемое удовольствие. С каждым толчком Киллуа прогибался в спине и, не стесняясь, стонал во весь голос, чем приятно удивил Гона. Через пару минут, когда темп стал быстрее, а толчки более глубокие Киллуа почувствовал что разрядка была уже близко, поэтому обнял Гона и прошептал: — Я сейчас... кончу... Гон~ давай кончим вместе? — и он говорил это так пошло, что Гон не сдержался и толкнулся как можно глубже, вырывая из губ своего любимого очередной стон. — Чёрт~ я тоже... Сейчас... кончу... Гх! И они кончили одновременно, Гон глубоко в Киллуа издав гортанный рык, а Киллуа себе на живот, при этом застонав и прогнувшись в спине настолько, что казалось ещё чуть-чуть и позвоночник не выдержит и сломается. После этого парни повалились на спальник и пытались отдышаться, но дыхание всё не хотело восстанавливаться. Через какое-то время всё пришло в норму и на ребят накатила такая усталость, как после тренировок Биски: всё тело болело, казалось каждая мышца напоминала о себе небольшой болью. Но если в случае с Биски это была очень не приятная боль, то тут же наоборот, эта боль была желанной и приятной. Вытерев себя и Киллуа, Гон уложил его в свой спальник и сам лёг рядом, обняв того за талию, а парень улёгся на мускулистую грудь и приобнял одной рукой за торс. Разнорячёная кожа создавала приятный контраст с вечно холодной кожей Киллуа. И когда беловолосый начал уже засыпать, то услышал слова Гона: — Я люблю тебя больше всего на свете и никогда не перестану любить. — следом за этим последовал поцелуй в лоб и это было настолько по родному, что на душе сразу стало так тепло. — Я тоже люблю тебя, Гон. После этого оба парня провалились в объятия Морфея.