Кровавый закат

Очнулась я уже в больничном крыле. По крайней мере, такой вывод я сделала, увидев белые стены и кровати везде. Да мне бы в шоу «Интуиция» идти! Первым делом я по старой привычке захотела нащупать телефон, чтобы посмотреть новости ВК, да и вообще время. Но сделать этого я не успела, так как услышала знакомый голос: — О, даров, ты че, проснулась? Нет, блять, еще сплю! Не будите! — Ньют? Боевой сотоварищ по боевым ранам? — усмехнулась я. — Именно, — подтвердил он. — Кстати, не знаешь, кто все-таки победил? — Издеваешься? Я это, думаешь, в пророческом сне увидела? Я спала, как и ты. — А, ну да, — зевнул Ньют. — Че-то я какой-то заторможенный сегодня. Неудивительно, ты башкой об землю треснулся! Кстати, а где мой телефон? Все-таки интересно, какое число-то. А то вдруг мы тут миллион лет пролежали, а за это время уже апокалипсис наступил и люди вымерли? «Это будет не очень хорошо. Потому что телефон я перед матчем всучила кому-то из ребят. А если они вымерли… то это будет ВООБЩЕ не очень хорошо», — вдруг мелькнула мысль у меня в голове. Странно да прям ваще! Неожиданность века!, но ребята — единственные, кого я люблю по-настоящему. Они — моя семья, моя жизнь, мое всё. Родители… возможно, я любила их в прошлом мире, но в этот перенеслись не они, а какая-то жалкая пародия на них. Мама никогда не была такой непонимающей, папа никогда не был таким… жестким? Хотя характер папы, кстати, больше похож на оригинал, чем мамин. А вот друзья, мои друзья… я люблю их так, как никогда никого не любила. Так, лимит розовых соплей исчерпан, больше никому не надо и неинтересно. Лучше перестать страдать хуйней и выяснить, наконец, какое число и где фрау Шприц. — Ньют, а ты тоже спал все это время? Или все-таки можешь мне сказать, какой месяц, год и день и куда отбыла медсестра? — Фрау Шприц-то? — переспросил он с соседней кровати (а больше никого не было… странно). — Хз. А телефон у меня с собой, там написано: 09.10.1910, 14:28. Я, в отличие от тебя, всегда держу его при себе. Я криво ухмыльнулась, подумав, что это буквально подкол года — парень из начала 20 века постоянно носит с собой телефон, а вот девочка на 110 лет его младше свой телеф не взяла… Я осторожно потрогала свой нос — самым первым я сломала именно его. Прекрасное достижение! Вроде он был целым — классная у нас медсестра все-таки. Тогда я осторожно встала с кровати, сделала несколько неуверенных шагов… прям как актеры по красной дорожке идут. Или тетки из «Модного приговора» — его очень любила бабушка и всегда, когда приезжала, смотрела по нашему старому телеку, которым мы обычно не пользовались — нахуя? А меня этот «Приговор» бесил. Ньют внимательно наблюдал за мной, вольготно раскинувшись на постели. Я толкнула его: — Вставай давай. Все равно никого нет, так что можно к ребятам сбежать, про итог спросить. — Ну окей, — уныло кивнул он, поняв, что сейчас со мной лучше не спорить. А у меня было какое-то нехорошее предчувствие. *** Выйдя из Крыла, я огляделась. Да так и застыла на месте. Никого не было. Совершенно никого. То есть, реально никого! Чувствовалась эта мертвая тишина, откроешь дверь класса — а там никого не будет, только дверь тихонько скрипнет, когда со злости пнешь ее ногой, и закроется. В другом — то же самое. Как в пещере, ёпта! — Ньют… — тихо позвала я. — Я заметил, — вполголоса ответил он. Мы снова замолчали. Я подняла голову и увидела, как он задумчиво смотрит в окно, чуть нахмурившись. В глазах у друга был неподдельный, откровенный страх, они стали синими, как море в бурю, что случалось очень-очень редко. Не зная зачем, я все же переплела свои пальцы с его — прямо как в сопливых книжках и фанфиках. Так спокойнее, че! Мне тоже было страшно. Ничто так не угнетает, как полное отсутствие людей. Мы чувствовали, что их на самом деле нигде нет — и почему-то знали, что чувствовал другой. Телепаты хуевы, блять! Вот и выход из Хогвартса. Наплевав на то, что уже октябрь, а мы в футболках да джинсах — в 1910 году с квиддичной (впрочем, как и со школьной) формой было попроще как-то — мы вдвоем одновременно шагнули на улицу. Я тотчас почувствовала дыхание осени. Это и запах дождя, и хрустящий лист под ногой, и пронизывающий до мурашек, неприятный холод… И только после этого я заметила пару людей (рили! Живых людей, прикиньте! А я-то уж думала…) в нескольких метрах от себя. Заметил ли их Ньют, было непонятно — он философски пялился вдаль. — Гриндевальд — зверь, — внезапно раздался чуть хрипловатый тихий мужской голос. — Весь Хогвартс… сжечь… это же каким надо быть… И тут мы оба окаменели. Стоп, а получается, Гришка сжег весь Хог, пока мы спали? Но ведь этого… не может быть! Ведь.… почему же тогда не сгорели мы? Само здание Хога? И… ребята? Я потрясла головой, отказываясь в это верить. Тем временем Ньют моргнул и, наконец, нашел в себе силы найти настройки даты и времени в телефоне, дрожащим пальцем нажал «автоматически устанавливать дату и время» — это значило, что телефон напишет настоящее и правильное время. Я заглянула Ньюту через плечо. И охренела. На экране высвечивались цифры: «09.10.1927»