Foreign friend

      Когда нашему общению стукнуло полгода, мой прекрасный мир спокойствия и невозмутимости разбило на мелкие кусочки объявлением этого китайца о том, что он собирается приехать через месяц на новогодние каникулы. Ко мне! На новогодние каникулы! Нет, ну вы видали?! Я, конечно же, растерялся, что очень мне не свойственно, ведь я был на сто процентов настроен встретить этот новый год в одиночестве, все так же уткнувшись в экран сотового, в обществе всем нам знакомых салатов и двухлитровой бутылки колы. Ну что ж, вот теперь мой зад точно не мог усидеть на месте и я почти каждый день представлял как пройдет наша первая встреча, в которую с трудом мог поверить. Я уже столько сюжетов напридумывал, что можно смело начать писать фанфики.       С наступлением декабря на улицах Сеула потихоньку начали появляться праздничные украшения, елки, гирлянды. Иногда, мне даже чудились перемежающиеся ароматы корицы и мандаринов. Не спорю, смотря на такой щедрый декор, и у меня появилось новогоднее настроение. Это событие вполне можно было отметить шампанским или вином, но я не люблю алкоголь, так что стаканчика кофе с обычной корицей было бы вполне достаточно и я тут же принял решение посетить одну свою любимую кафешку. За кофепитием я подумал о том, что приближается день, который я даже мысленно отметил красным в календаре. Я волновался. Украшал квартиру и волновался, пил чай и волновался, закупал подарки и волновался. Волнение было в каждом моем действии и, казалось, вся квартира пропиталась этим липким чувством.       Когда очередным утром рядом с моим ухом прозвенел будильник телефона, я чуть не свалился с кровати, так как сегодня, в обед, в аэропорт Сеула должен прилететь самолет, в котором будет сидеть мой Лу Хань. Эта самая мысль прошибла мой мозг сразу же, как только я проснулся. Нужно было как-то успокоить свои нервы, поэтому я сходил в душ, навел порядок в квартире, поправил липовые подарки под елкой и включил гирлянду. Все три киллограма мандаринов были помыты и теперь красовались в огромной стеклянной вазе на журнальном столике в зале. Я учтиво закупился шоколадом и какао. До того момента, когда нужно было выйти из дома и поехать в аэропорт, чтобы смешаться там в толпе ожидающих, а затем в такой же толпе прибывших увидеть заветное лицо оставался еще час, и в начале я не мог найти себе места, но не зря ведь человеку мозг дан. Я решил воспользоваться своим мозгом и пошел в комнату подбирать себе торжественный наряд (как девушка, ей богу), чтобы выглядеть максимально опрятно перед человеком, в которого влюблен уже не первый месяц. Как хорошо, что в моем шкафу две полки под завязку забиты самыми разными свитерами, а на вешалках полным полно рубашек всех цветов и фасонов. В то же время я глубоко пожалел о своих наклонностях шопоголика, ведь во мне ни единого процента чувства стиля. Мой мозг уже начинал кипеть, вот-вот грозясь выдать ошибку, но повезло, что спустя получаса раздумий, когда я раскидал по всей комнате свои вещи, и примерок я остановился на белом мохеровом свитере и клетчатой красно-сине-зеленой рубашке. Вроде смотрится очень даже ничего, новогодненько. С ногами я не стал заморачиваться и надел простые черные джинсы.       До выхода оставалось всего ничего и я решил не мучить себя ожиданием, вызвав такси и быстро накинув бежевое пальто, я покинул квартиру.       Не мудрено, что накануне большого праздника аэропорт был полон суетящимися людьми. Кто-то прилетал к родственникам, чтобы встретить новый год большой семьей, кто-то наоборот улетал в другую страну, и только среди всей этой шумной толпы я стоял и с замиранием сердца смотрел на табло. Рейс Пекин-Сеул-Пекин уже прибыл и люди готовились к высадке, а встречающих пригласили в зал ожидания, куда я бегом поспешил переместиться на дрожащих от волнения ногах. Очень скоро я увижу знакомую макушку своего иностранного друга. И как я это умел, я успешно упустил тот момент, когда прибывшие высыпали в коридор, ведущий в зал ожидания. На мгновение мне показалось, что я увидел его в этой толпе. Как иронично, но на фотографиях он выглядел совершенно по иному, хрупче и милее. В действительности же его фигура источала уверенность и мужественность, без шуток. Как хорошо, что я не замер истуканом, как я тоже обычно умею это делать, а точным взглядом проследил за приближением Лу Ханя, и когда он встал в плотную и неверяще уставился на меня, мое лицо расплылось в широкой радостной улыбке. — Айгу, почему ты выше, Сехун-а? — вместо приветствия услышал я и немного опешил. Не понял? Он сказал это на чистом корейском? Да, я оказался немного выше и из-за этого я не сдержал тихий смешок. — Ну скажи уж что-нибудь! Удивлен, что я говорю на корейском, м? — лицо старшего озарила ехидная улыбка и мне внезапно захотелось его обнять, что я и сделал. — Хен, я очень удивлен, что ты говоришь на корейском практически без акцента! Когда ты успел так прокачать скилл? — как же все-таки непривычно разговаривать на родном языке с тем, с кем больше полугода переписывался и разговаривал на английском. — В отличие от некоторых я занимался практически каждый день и еще смог нанять репетитора, — наигранно осуждающе ответил Лу, приобнимая меня за плечи. В следующую минуту его лицо снова озарилось улыбкой, явно от осознания того, что сюрприз удался. Но, о боже, его улыбка… такая яркая и заражающая. Кажется, я не просто влюблен. Я люблю его. — Ладно, вези меня скорее домой, я бы очень хотел отдохнуть после перелета, — добавил спустя минуту он и пошел к выходу из аэропорта, придерживая меня за локоть. Он вел себя так свободно. Интересно, из-за возраста ли это или он сам по себе такой. — Кстати, ты же говорил, что ненавидишь самолеты, почему не поехал поездом? — Потому что выкатываться из тесного вагона не слишком уж романтично, а вип-поезд позволить себе я пока не могу, — и снова наигранно и раздраженно отвечает хен, после тихо смеясь.