Новая история

бечено POV Раймус       Я все лето исправно выполнял свой долг — находился рядом с Драко. Он постоянно вытаскивал меня полетать, и каждый час нахождения рядом с ним был каким-то особенным. Мы гуляли по саду, играли с Родентом, параллельно с этим руша особняк и доводя Люциуса.       Недавно, сидя на общем обеде, Лорд Малфой рассказал нам про то, что Блэк сбежал из тюрьмы, и посоветовал нам быть осторожнее. Его выразительные взгляды, посланные мне, так и говорили: «Не уследишь за Драко, не быть тебе моим зятем». Мне оставалось лишь кивать и мило улыбаться.       Настало время снова ехать в Хогвартс, и я молился, чтобы на этот раз все обошлось без троллей, Василисков, Темных Лордов и Дамблдоров. Хотя без последнего ничего точно не обойдется. — Я очень надеюсь, что вы не влипнете ни в какие разборки, как в прошлые два года. Пусть Люциус и не говорит ничего, но он очень сильно о вас волнуется.       На этот раз только Нарцисса провожала нас на перроне. Ее слова меня очень грели, даже учитывая, что я не человек. Я тоже так хотел… Чувствовать, переживать.       Ну, не будем о грустном. А то, пока я тут думал, мы уже и в купе обустроились. Пока все было хорошо, пришли Гермиона с Роном, мы мирно говорили, поезд гудел. Только вот резкая остановка всех нас удивила. По коридору прошелся ледяной ветер, всех пробила дрожь, один я думал, как слинять. Вот что тут забыли дементоры?! Нет, я понимаю Сириус Блэк, и все такое, но мне это не выгодно! — Чт-то это? — Малфой уже по привычке прятался за мной, как за каменной стеной. Вернее, мраморным изваянием без тени эмоций на лице.       Через стеклянную дверь было видно, как к ручке купе потянулась страшная костлявая рука с небольшими ошметками кожи. Троица затряслась сильнее, а я уже со вздохом просчитывал последствия. — Кьььяяяяя!       Громкий визг заполнил пространство, но не Гермионы, Драко или Рона, а самого дементора. Он сначала отлетел к самому окну коридора, с ужасом смотря на меня, а потом и вовсе умчался из поезда. Его собратья также не стали ждать, слыша весть о Великом, который опять появился в человеческом мире. — Вы слышали это? Кто-то кричал? — удивленно спрашивали ученики, пришедшие с других вагонов. — Д-дементор кричал, вы это слышали?! Они же звуков не умеют издавать! — те, кто видел и слышал это, восклицали, шокированные. — Блэк, я уже не знаю, кем тебя считать! Ты чего стражей Азкабана своей рожей кирпичной пугаешь? — Рон раскричался, будто гордясь тем, что дружит с кем-то подобным. Это у него, видимо, нервное.       Конечно, опять слухи разлетелись в мгновение ока, и меня прозвали уже Темнейшим Лордом, запугивателем самых темных тварей. — Мерлин, за что мне это? — я ведь так не хотел привлекать настолько нежелательное внимание. — Райм, это действительно ненормально! Неужели у тебя уже такое бывало?! Ты будто и не удивился такой реакции дементоров! — Драко пытался выбить из меня чистосердечное признание, но я уперся и даже слова не вымолвил.       Вступительная речь Дамблдора повествовала всем о том, что теперь дементоры будут сторожить школу, а также о новом учителе ЗОТИ.       Так уж вышло, что Златопуст подцепил некую неизвестную болезнь, которая сделала его недееспособным. По школе тут же разошлись слухи, какую именно болячку подцепил Локонс. И от кого. Версии выдвигались самые неожиданные. Лидировал вариант, гласящий, что Снейп всё-таки отравил приставучего писаку. Я такому развитию событий даже немного обрадовался. Никому не стоило знать, что это я Златопусту такой подарок вручил.       Ремус Люпин был приятным человеком, если можно было его так назвать. Характер он имел покладистый, как у собачки, пока не наступало полнолуние. Ликантропия преследовала его довольно долго. Мне хотелось побиться головой об стенку. Неужели и побег Сириуса из Азкабана Дамби подстроил, а теперь выпустил его старого друга для каких-то странных целей?       Преподавал оборотень интересно и не слишком серьёзно, что меня не радовало. Он легко давал детям расслабляться на уроках, не задавал самостоятельных работ и этим меня бесил. Может, самому взяться за обучение Драко?       Предлагать ему обучение и не пришлось, он сам попросил. — Знаешь, может выучим одно интересное заклинание? — неловко спросил блондин. — Какое? — удивился я. — Заклятие Патронуса. Ты, может, и распугиваешь дементоров одним видом, а я очень даже уязвим. — Вообще-то, пока ты со мной, они и приблизится не смогут. Не спрашивай, почему. Но ладно, я помогу тебе его изучить. — А ты его знаешь? В смысле, ты вызывал Патронуса? Мне казалось, тебе это не нужно. — Знания лишними не бывают. Тем более, Патронусов удобно использовать для передачи сообщений, они намного быстрее сов. — А какой он у тебя? Покажешь? — Драко так и искрил интересом, рассыпая вокруг себя видимые в аурном зрении золотистые искры. — Да, только нужно место, где мы сможем тренироваться. Знаешь, я покажу тебе одну забавную комнату, а ты никому о ней не расскажешь, идет? — я уже представлял восторг Малфоя, когда он увидит Выручай-комнату. — Ты меня за кого принимаешь?! Конечно! — примерно так я и раскрыл мальчику одну из интереснейших тайн Хогвартса. Восторг Драко действительно был неописуем, а также он сразу приметил, насколько полезна она может быть. — Экспекто Патронум! — для хорошего представления о заклинании, я решил показывать все движения палочкой и проговаривать слова.       Из палочки сначала начала сочиться голубая дымка, а потом она резко перекрасилась, став угольно-черной. На пол встал большой величественный конь. Весь черный, грива с хвостом развевалась более плотным туманом, тело, превосходящее взрослого человека в четыре раза, поражало изяществом и мощью.       Глядя на него, любой мог понять, что этот конь — боевой. Он не встанет под чужое седло, его преданность целиком и полностью принадлежит тому, кто растил и учил с рождения — хозяину.       Раньше каждый рыцарь если не воспитывал, то хотя бы объезжал своего будущего коня. Подобные лошади ценились, за одного такого можно было приобрести табун обычных. Боевой конь мог нести на себе рыцаря в полном доспехе, мог вытащить его, раненного, с поля боя, мог убить коня соперника на рыцарском турнире… — Эм, а все Патронусы имеют свои цвета? Я просто читал, что они голубоватым светятся. — подметил мальчик, как только оправился от шока. — Вообще, нет. Это я, как обычно особенный, — я пожал плечами. — Так, а теперь живо давай повторяй! И самое главное, думай о хорошем!       Около трех попыток прошло безрезультатно, а на четвертую появился легкий туман. Но мы и не думали на этом останавливаться. Около четырех часов в общей сложности заняли тренировки, но зато красивый белый лев мог гордо стоять рядом с огромным жеребцом (вспомнилась заключительная сцена из фильма «Тайна Мунакра», только цвета наоборот).       Я, если честно, совсем не ожидал, что у моей Пары будет такой великолепный Патронус, но огорчаться точно не собирался. Мне очень нравилось, как гармонично смотрелись два сильных создания магии рядом друг с другом.       Естественно, свою настоящую силу я не вкладывал в это заклятие, иначе тут бы весь Хогвартс развалился от разрушительной мощи Черного Дракона. Но ведь и Драко сможет выдать намного более сильную магию после ритуала… Так, не будем забегать вперед.       На этом мы упражнения решили не заканчивать и часто наведывались в Выручай-комнату, чтобы потренироваться. Также в этом году появилось новое развлечение — нам позволяли посещать Хогсмид по выходным. Разрешение, как практически последняя и самая близкая родственница, мне подписала Нарцисса. Ведь вряд ли возможно было поймать «психа», сбежавшего из Азкабана, чтобы попросить эту подпись. По крайней мере, люди бы меня не поняли.       Но счастье опять длилось недолго — произошло нападение Блэка на Хогвартс. Он там картину порезал, да сбежал. Зато шуму-то подняли… Дементоров стало больше, и они так и норовили подловить кого-нибудь и высосать душу. — Никому не следует нарушать правила, тогда и дементоры не смогут вас убить. Я, кстати, предупреждаю, что использовать имидж мистера Блэка для нарушений или глупых шуток — плохая идея, — сказал язвительно Снейп на одном из совместных с Гриффиндором уроков. Тогда многие еще смеялись, но я явно чувствовал, как затухают их звездные идеи попугать посреди ночи стражей Азкабана.

***

— Сегодня мы проходим боггарта. Скажите-ка мне, кто это? — так начался один из уроков ЗОТИ, которые я считал не особо полезными.       Гермиона опять показала феноменальную память, процитировав отрывок из учебника. Нам сказали построиться в линию и отрабатывать заклинание, которое предварительно показали.       Я подметил, что Поттер резко отпросился, пожаловавшись на плохое самочувствие. Ну конечно, ведь не может клон проявить какой-либо страх, так что боггарт просто не поменяет облика и начнет искать другую жертву. Возможно, ученики и не поймут, но учитель наш все равно не дурак.       Догадался я, что попал в беду, только когда услышал, как Малфой передо мной справился со своим страхом. Ну что я за идиот? Сам я, если честно, не представляю, во что может превратится мой боггарт. Страхи у меня были, но я не знал, какой самый сильный из них. — Отлично, мистер Малфой. Дальше!       Подошла моя очередь, боггарт хорошенько подвис, но все же определился и стал тем, что я действительно не хотел вспоминать. Вот за это я ненавидел этих тварей, они даже меня могли прочесть и не особо боялись, как те же дементоры.       Отец встал передо мной во всей красе, сверкая перстнями и жуткими красными глазами. Одеждой служила прекрасная мантия из черного шелка, волосы того же цвета были достаточно короткими, но не торчали. Самой важной частью было то, что одной рукой он удерживал за шею блондинистого парня, а другой приставлял к его горлу тонкий кинжал. «Отец» ничего не говорил, лишь сверлил меня ледяным взглядом.       По кабинету разнесся дружный вздох и несколько испуганных криков. Даже Люпин остолбенел от такой сцены. Я почувствовал сильное волнение со стороны Дракона, но не смог оторвать взгляд от того, что было передо мной, чего там говорить про мысли о заклинании.       Волны ужаса и чистой силы стали исходить от меня, я понимал насколько все это палевно, но сил остановиться не было. Огромный ком подкатывал к горлу, воспоминания накрывали вместе с истерикой. — Райм! — резко рядом возник Малфой, хватая меня за руку и отводя подальше.       После этого я был как в тумане, смутно видел, как Люпин превратил свою луну в шарик, как меня вели в больничное крыло и поили успокоительным, как мой мальчик говорил мне что-то с очень взволнованным лицом. Долго такое длиться не могло, и меня просто сморила обычная человеческая слабость, я провалился в глубокий сон…