Самый сладкий яд

      ЧонГук сидел за партой и, еле перебарывая сон, глазел на экран. Ничего интересного там не происходило, но надо было делать вид, что предмет был действительно занимательным. Рэна влетела в аудиторию и начала громко извиняться за часовое опоздание. По помещению пронеслась волна тихих смешков. Девушка села к ЧонГуку, который этого, кажется, не заметил, пока она на задела его плечо рюкзаком. — Решила скрасить твоё одиночество. — шепнула она, — О чём речь? — она кивнула на экран. — Понятия не имею, честно говоря. — сонно вздохнул Чон. — Как дела? — Более чем хорошо. А как твои? — Ничего особенного. Сестра переживает из-за собственной влюбчивости, а мне её нытьё надоело. — фыркнула Рэна, — Я переезжаю в Пусан. — Ого! И это ты называешь ничего особенного? — Да. — пожала плечами девушка. — Я боялся спросить тебя… после того случая. — осторожно начал парень, — Ты в порядке? — Не беспокойся. — отмахнулась Рэна, — Тебе не стоит переживать об этом. Всё хорошо. — Точно? — Да! Спасибо за заботу. — прядь красных волос упала ей на лицо после энергичного кивка. — Когда уезжаешь? — Сегодня после этой пары ухожу. — Что ты будешь там делать?       Девушка задумалась, всматриваясь в дерево парты. — Думаю, есть много вариантов. — У тебя там родственники?       Рэна недолго помолчала, потом слабо улыбнулась и прикусила губу. — Да… родственники. — В Пусане хорошо. Город достаточно большой, но не шумный. — ностальгически протянул ЧонГук, — Мы с другом там часто в центральном районе гуляли, когда я… с родителями ссорился. — Много ссор было? — поинтересовалась девушка. — Предостаточно… — вздохнул Чон, — И у папы, и у мамы трудный характер, если можно так выразиться. — Мы же с тобой не увидимся больше. — внезапно понизившимся голосом произнесла девушка, устремив тёмные глаза в окно, — Хотела сказать тебе спасибо.       ЧонГук нахмурился и пристально посмотрел на Рэну, не понимая её интонации. Она же просто уезжает… К чему эта грусть и подавленность в голосе? Да и общались они не очень-то близко. Хотя, если учесть, что происходило и продолжает происходить в её жизни, подобная привязанность вполне объяснима. — Разве нельзя приезжать в Сеул иногда? — усмехнулся парень, — К сестре своей, например?       Рэна наградила его слепым взглядом и улыбнулась, но, казалось, эта улыбка была предназначена не для него, а для кого-то другого. — Можно… конечно можно. Но не в моём случае. Я не вернусь. Поэтому прощаюсь с тобой.       Излишняя драматичность вызвала у Чона лёгкую улыбку. Он кивнул. Сонный воздух аудитории разорвал визг университетского звонка. Пара закончилась. ЧонГук подскочил и хотел уже поскорее вылететь из этой проклятой комнаты, но Рэна схватила его за запястье и потянулась к нему, оставив невесомый поцелуй на его губах. Парень опешил, а девушка нежно улыбнулась и поспешила выйти из аудитории, скрывшись в коридоре. Рядом послышались шаги и недовольные вздохи. — Слушай, парень, — ЧиМин снова появился из ниоткуда, строго смотря на младшего, — Один раз ТэХён простить может, а насчёт двух я уже не уверен. — Нет, это не то, о чём ты подумал! — поторопился оправдаться Чон, — Мы не… в общем, я сам не понял… это… — Я видел. — прервал его Пак, осуждающе вскинув бровь. — Хён, ты ведь не скажешь ему? — ЧонГук неуверенно посмотрел в ледяные глаза и прикусил губу, — Пожалуйста, хён. Я не хочу разочаровывать его.       ЧиМин тяжело вздохнул и подошёл к окну, оперевшись руками на подоконник. — Хён? — осторожно спросил Чон, подходя к старшему и заглядывая ему в хмурое лицо.       Пак презрительно хмыкнул и хотел ответить, но что-то за окном быстро перелетело мимо него, сверкнув красным, и он отпрыгнул от подоконника. — Мать твою! — выругался он.       На улице поднялся визг и крики. ЧиМин схватил младшего за руку, и они понеслись вниз, к выходу. Оказавшись снаружи, парни увидели плотное кольцо орущих студентов: многие плакали, кто-то хватался за голову, нескольких рвало. Пробравшись к центру круга, они увидели Рэну… Тело застыло в неестественном положении, открытые переломы оголяли белые кости, череп смещён, густая кровь, такая же красная, как волосы девушки, туго растекалась по серому асфальту, глаза открыты, они тусклые, как стеклянные шары, которые бросили на полку и забыли, отчего они покрылись пылью.       У ЧонГука сбило дыхание. Она пыталась сказать ему! Пыталась, а он не понял. Парень, еле держась на свинцовых ногах, вышел из круга и побрёл, куда именно он не видел из-за солёной пелены на глазах. Вдруг ноги его подкосились и Чон чуть не упал, но был пойман сильными руками. ЧиМин отвёл его подальше от эпицентра всей суматохи, посадил его на скамейку и сам присел перед ним. — Эй, ты как? — тихо спросил он, сам приходя в себя. — Она хотела мне сказать, она пыталась, думала, что я пойму. — нервно затараторил ЧонГук, начиная драть себе волосы, — Идиот! Я не увидел этого! Почему? Почему?!       ЧиМин крепко схватил его за плечи и сильно встряхнул. — Прекрати! Это не твоя вина. — Я мог бы… — Что? Что бы ты сделал? — перебил его Пак, — Она всё решила задолго до того, как начала ваш разговор. Думаешь, мог бы её переубедить? Нет. Её жизнь была сущим кошмаром. То, что ты её не понял, говорит лишь о том, что тебе намного легче, чем ей. Если она тебя любила, я уверен, она была рада тому, что ты ничего не заметил. — Но ведь должно же быть хоть что-то, что могло бы заставить её жить? Её сестра?       ЧиМин задумался, садясь рядом с младшим на скамейку. — Люди разные… Для тебя, может, Джин или ТэХён — сильная мотивация держаться. А для неё Кира вряд ли была причиной жить. Ты знал, что у этой красноволосой… — Рэна её имя! — Хорошо, у Рэны, так вот у неё проблемы с психикой были с детства. — Откуда ты всё это знаешь? — переведя дыхание, спросил ЧонГук. — Их отец убил моих родителей… — прохрипел ЧиМин, — Об их семье я знаю всё. От Джина в основном.       ЧонГук начал тяжело дышать и покачиваться на скамейке в разные стороны, периодически жмурясь. — Хён… мне плохо. — Что такое? — нахмурился Пак. — Голова кружится. — ЧонГук потёр глаза. — Поехали домой. — ЧиМин встал и помог подняться младшему, — О, полиция и скорая уже здесь. Пора уходить, пока всех не загнали внутрь и не начали расспрашивать.       Пак набрал водителя и, сказав, что он нужен через пять минут, повёл ЧонГука к выходу с территории университета. Тело Рэны накрыли белым полотном, которое моментально покрылось багровыми пятнами, и каталку с ней заталкивали в фургон скорой помощи, которая, минуя больницу, отправится прямиком в морг. Чон резко отвернулся, почти уткнувшись носом в плечо ЧиМина. Машина подъехала через семь минут. Когда парни садились, к ним подбежал полицейский. — Молодые люди, а ну выходите! — грубо сказал он, хватая дверь, у которой стоял ЧиМин, — У нас пара вопросов. Нужны все без исключения!       Пак сильно дёрнул дверью, вырвав её из рук мужчины и сел в машину, громко хлопнув. — ТэХён дома сидит? — спросил водитель. — Да. — отрезал ЧиМин, — Заболел.       Водитель кивнул и продолжил вести машину молча. — Как голова? — спросил Пак, смотря на младшего.       Вместо ответа ЧонГук поморщился и махнул рукой. — Забыл тебе сказать. — ЧиМин вскинул брови, — ТэХён выбрал квартиру ночью, пока ты спал. В течение недели переедешь.       Чон тяжело вздохнул. — Недоволен? — усмехнулся Пак. — Нет-нет! — замахал руками младший, — Не в этом дело. — Тогда в чём? — Я не понимаю, почему вы так… заботитесь обо мне. — Не обобщай. Я к этому не имею ни малейшего отношения. — покачал головой ЧиМин, — ТэХён тебя любит, а его отцу купить квартиру — труда немного.       ЧонГук посмотрел в холодные глаза и прикусил губу. — Я не имел ввиду, что ты мне абсолютно безразличен, если ты так подумал. Но знаешь, ты как-то странно влияешь на своё окружение. Всем так и хочется тебе помочь. Меня немного бесит, честно говоря. — Извини…       ЧиМин беззвучно посмеялся и посмотрел на смущённого Чона. — Ты милый. — улыбнулся он, — Правда.       Младший робко усмехнулся и опустил голову. — ЧонГук, — серьёзно сказал Пак, — Не переживай из-за той девушки сильно. Я повторюсь, это вовсе не твоя вина. — Спасибо, хён… — Вот, кстати, о хёне! — Тебя раздражает? — взволнованно спросил младший, — Прости, я начал тебя называть без разрешения. — Да. Не то что бы раздражает, но это непривычно. — кивнул ЧиМин, — Можешь, конечно, называть, я не против. Просто я не хочу, чтобы ты думал, что я тебе близкий человек.       ЧонГук уставился на него и открыл рот. От этих слов ему почему-то стало больно. — Хён, это обидно. — выдохнул парень, — Зачем так резко?       Пак вздохнул и придвинулся немного ближе к Чону, вглядываясь ему в глаза. — А ты быстро привязываешься к людям, да? — Хён. — твёрдо сказал ЧонГук, сдвигая брови, — Если я тебе не нравлюсь настолько, что тебе даже слышать от меня хён неприятно, скажи мне прямо. — Дело в том, что мне трудно сближаться с людьми. И я тебе немного завидую в этом плане. — ЧиМин откинулся на мягкую спинку сидения, — Вот и всё. — А долго нам ещё ехать? — Полчаса примерно.       ЧонГук прикусил губу и неуверенно опустил голову на колени старшего, закрывая глаза. — Ты что творишь? — непонимающе вздохнул ЧиМин, дёрнув ногой. — У меня голова кружится. Дай полежать. — ответил младший и, сделав многозначительное ударение на слове, добавил, — Хён.       ЧиМин нахмурился от неловкости момента и, немного помедлив, осторожно опустил руку на плечо Чона, устремляя нежно улыбающийся взгляд в окно.