Город ледяного огня

Закончив свой допрос, Нацу был выставлен за дверь, дабы шокированная от происходящего девушка смогла собрать мысли в кучу. И переодеться, наконец. Легким движением ноги страшная доска была отправлена под кровать, а сама девушка уселась за письменный стол и достала из ящика чистый лист бумаги и ручку. Если и собирать мысли в кучу, то только так. Зажав зубами кончик ручки, она призадумалась. С чего бы начать распутывать этот клубок? Пожалуй, стоит начать с вопроса: зачем она понадобилась вражкам? Записав вопрос на бумагу, она нарисовала мультяшное лицо, отдаленно напоминающее ее саму. Подумав еще немного, она нарисовала рядом с собой кучу бесформенных клякс. Это духи. Точнее сказать: их знания и опыт. Если предположить, что она способна связаться с Мавис или Зерефом (над Зерефом она призадумалась, ведь по словам Нацу именно из-за его действий коллайдер взорвался), то чисто теоретически она сможет достать из мира духов действенный способ избавить мир от сверхлюдей. Видимо, вражкам это не по нраву. Им нравятся их силы, поэтому они хотят вывести ее из игры. Вполне логично, но и здесь возникает сразу несколько «но». Что мешало им ворваться сюда целой толпой и победить героев количеством? Или напасть на них на улицах города, а уже потом явиться сюда и добить ее? Все их проблемы были бы решены одним махом, красота же. Но нет, они присылают сюда одного придурка. На другой части листа Люси нарисовала толпу злодеев, а рядом с ними лицо Стинга. Подумав, нарисовала еще одно лицо. Его брат. Что они делали? Нападали на банки, магазины. Брали деньги и технику. Иногда нападали на людей, в основном на приезжих студентов. Почему? Ради забавы? Показать свое превосходство? Словили синдром бога? Вздохнув, Люси провела пальцем по лицу Стинга. Он говорил о какой-то идеологии. Страшной идеологии. Она пугала его теперь, хотя до этого он ею проникся. Словно по щелчку в голове возник образ здоровяка, напавшего на них вчера. И его выкрики… «Ничего кроме своих нацистских лозунгов. Знаешь, это пугает» - она даже слышала интонацию голоса Нацу, когда он говорил ей это. Прижав к груди колени, она напряглась всем телом. Да не может же этого быть. А что если… Выдохнув, Люси прикинула, что тут два варианта. Либо это личные замашки железного козла, либо их враги – стая нацистов. Очень злых и враждебно настроенных нацистов. Но почему он выкрикивал имя Зерефа? Он ведь еще во время взрыва погиб. Это какой-то бред. Бесконечно долго она сверлила изрисованный лист бумаги и, наконец, нарисовала рядом с собой три лица. Нацу, Грея и Эльзы. Их маленькая кучка казалось невероятно жалкой по сравнению с толпой злодеев, которых она нарисовала на второй половине. Но сейчас она думала вовсе не об этом. Ее взгляд остановился на комичном лице Нацу. Она нарисовала ему только глаза и нос, оставив на месте губ пустоту. Потому что не знала, что нарисовать там – улыбку или оскал. Покачав головой, она смяла лист и отправила его в мусорную корзину, беря в руки телефон. Очередная попытка дозвониться до Стинга не увенчалась успехом, и ей оставалось только ругать себя за то, что не осталась там, чтобы выведать у него всю информацию. Хотя, скорее всего, Нацу утащил бы ее оттуда силой. В этом она не сомневалась, но не знала другого, более важного – почему? Потому что она была нужна героям со своими силами или потому что он и сам переживал за нее? Покачав головой, Люси печально усмехнулась. Это так по-женски думать о подобном. Искать в ком-то то, что очень хочется увидеть. Чего отчаянно жаждет сердце. Среди этого водоворота, сметающего на своем пути весь ее хрупко сложенный мир, так хотелось глотка свежего воздуха. Чего-то нормального, обыденного. Без всех этих нападений, драк, смертельных опасностей и спасения мира. Опустив взгляд на телефон, который она продолжала сжимать в руке, она глубоко вдохнула, собираясь с силами, и набрала нужный номер. - Привет, пап, - улыбнулась она в трубку, едва услышав привычное шуршание, с которым ее отец брал трубку. - Люси! – воодушевленно заговорили на том конце, и девушка заулыбалась еще шире. – Давненько ты обо мне не вспоминала. - Я всегда помню о тебе, папа. Просто столько всего случилось. Вокруг дурдом какой-то. - У тебя все хорошо? – взволнованно отозвался отец, и Люси прочистила горло, чтобы придать своему голосу беззаботных ноток. - Конечно! Я в порядке, просто очень устала и запуталась. - Если хочешь, я мог бы приехать к тебе на выходные. - Нет! – спешно воскликнула она, не на шутку испугавшись. – Не нужно, я со всем справлюсь. - А я в этом и не сомневаюсь, - фыркнул он. – Мы с твоей мамой поняли это, еще когда ты была маленькой. Все дети чуть что в слезы, а ты падала, хмурилась, вставала и шла дальше, как паровоз. Тут тебе повезло перенять характер твоей мамы. Она никогда не отступалась от задуманного, если уж что-то для себя решала. Та еще упрямица была, - в его тоне поселилась едва уловимая нежность. Он всегда говорил о Лейле так… особенно. - А что, если задуманное очень уж… сложное? Что, если задача, которая передо мной встала окажется невыполнима? - Если это действительно важно для тебя, то ты найдешь способ, уж я тебя знаю. - А если цена слишком высока? - Боже, Люси! Ты меня пугаешь, что у тебя там стряслось? – голос отца стал гораздо громче, и Люси слегка отстранила телефон от уха, мысленно ругая себя. - Ничего такого, просто разбирали этот вопрос на парах философии, вот я и задумалась… - А, - уже тише отозвался мужчина, прокашлявшись. – Ну, знаешь. Я думаю, что в каждой конкретной ситуации всегда свои критерии оценки. Но, в целом, достаточно просто сопоставить цену и результат. Тогда станет ясно, стоит ли оно того. У тебя точно все хорошо? Мишель говорит, что ты стала реже отвечать на ее сообщения. - Да, все отлично, - бодро пропела она. – Просто в универе завал. Мне пора. Спасибо. - Было бы за что, рад был услышать тебя, дочка, - Люси улыбнулась и отключилась. Ну вот, хотела отвлечься, а теперь стало как-то совсем тошно. Пришлось лгать отцу. Главное, что он в порядке, и она в этом убедилась. К тому же, кое в чем он помог ей разобраться. Она не хотела умирать. Это осознание обожгло ее изнутри и разлилось по каждой клеточке, каждому потаенному уголку ее тела. Она еще столько всего не сделала. Но и отступить и сбежать она просто не могла, какой-то стержень внутри не давал ей этого сделать, не оставлял выбора. Вскочив на ноги, она быстро вышла из комнаты, мысленно давая себе обещание, что будет сражаться до последнего. Не позволит отцу оплакивать еще и дочь. Остановившись на пороге главного зала, она застыла на секунду. Все герои… нет, не так. Все ее новые друзья сидели за одним большим столом и увлеченно играли в покер, сверля друг друга подозрительными взглядами. Венди давно спасовала, а перед ней лежала небольшая кучка фишек. Зато Нацу с Греем уже во всю шли ва-банк, перекидываясь друг с другом колкими фразами. Леви хохотала, глядя на них, а Эльза сдержанно улыбалась, выглядывая из-за своих карт. Так редко можно было увидеть их всех вместе. Просто занимающихся чем-то обычным, человеческим. В череде наполненных опасностями будней порой забываешь, что все они просто молодые люди, жизни которых только начинались. В этот самый момент, смотря на них со стороны, она вдруг ощутила, что не одна. Она больше не одинока. Она стала частью чего-то важного. Частью людей, которые выживали в этом обезумевшем мире лишь благодаря тому, что держались друг за друга, зная, что в случае чего, друг всегда подставит тебе свое плечо. Ужасное горе сплотило их, подарив взамен что-то гораздо большее. - Эй, Люси пришла! Тогда начинаем все заново, чтобы честно! – замахала руками улыбающаяся Леви. Люси моргнула, прогоняя от себя образ израненной, висящей на стене, девушки. Откуда в ней столько силы? Как она может вести себя так, будто ничего не было? Проглотив вязкий ком, она кинулась к ней и, присев на корточки, стиснула ее в крепких объятиях. - Прости, - тихо зашипела она ей на ухо, чувствуя, что на ее макушку легла маленькая прохладная ручка. – Прости, что оставили тебя одну. Больше никогда… - Брось, - мягко отозвалась Леви, оттаскивая ее от себя за плечи, чтобы показать ей свое улыбающееся лицо. – Зачем переживать, если в итоге все закончилось хорошо? Мы же победили! И победим снова! Леви воодушевленно вскинула вверх кулак, хихикнув, а Люси задохнулась от чувств, которые переполнили ее в этот момент. Леви… Она ведь тоже была героем. Самым настоящим героем. Сильные руки ухватили ее сзади за талию, заставляя подняться. Шумно выдыхая из легких всю горечь, Люси заулыбалась, поворачиваясь. Сзади нее, смущенно улыбаясь, стоял Грей, который мягко подтолкнул ее в спину, усаживая на свое место. - Составишь нам компанию, Люси? – улыбнулась ей Эльза, сидящая напротив. Грей тем временем подвинул новый стул к столу и уселся рядом с девушкой. - Конечно! – теперь уже с легкой душой отозвалась она, поймав на себе внимательный и задумчивый взгляд зеленых глаз. Подмигнув ей, Нацу сгреб со стола все фишки, заново раскидывая их на каждого. Пока ребята подготавливали стол, Люси осмотрелась. Лаборатория выглядела гораздо лучше, чем было утром. Мебель вновь стояла на своих местах, правда на стенах не хватало нескольких оторванных металлических панелей. А на большом столе, за которым они все сейчас сидели, стоял экран, показывающий всем, что творилось снаружи. Отдых отдыхом, а о безопасности здесь никогда не забывали. Люси взяла свои карты и закатила глаза. Ей никогда не везло в подобных играх. Шестерка и девятка. - А что с обстановкой в городе? – спросила она у ребят между делом, пасуя на этот раз. - Добавлю к длинному списку твоих отрицательных качеств еще и занудство, - ухмыльнулся Нацу, повышая ставку. – Тут люди вообще-то отдохнуть пытаются. - Так уж и длинному, - буркнула она, взглянув на него исподлобья, получая в ответ озорной взгляд. - Не парься, для Нацу любой текст, в которым больше одного предложения, уже считается длинным и непостижимым, - хохотнул Грей, раздавая ей новые две карты. – Инженеры, что с них взять. - Слышь, да без меня ты бы давно подох с голоду. Кто починил микроволновку? – возмутился Нацу, полыхнув огнем в волосах. - Остынь-ка, у нас нет запасной колоды карт, - угрожающе заговорила со своего места Эльза, пасуя. Спасовал и Грей, отложив свои карты и наклоняясь к Люси, заглядывая ей через плечо, чтобы оценить ее шансы. Девушка смущенно поежилась, когда ее шею защекотали темные волосы. От него пахло очень приятным парфюмом. - В городе на удивление тихо, - наконец, Люси получила ответ на свой вопрос, но уже от Леви. – Кажется злодеи решили дать нам немного передохнуть. - Или готовят что-то чертовски злодейское, - воодушевленно отозвался Нацу. – Я аж воспылал. - Ты дурак что ли, радоваться такому? – возмутился Грей, возвращаясь на свое место. Люси не была особенно религиозной, но на случай, если там наверху кто-то все же есть, помолилась Супермену, чтобы никто не заметил ее румянец. - Знаешь, у меня есть свое мнение по поводу того, кто здесь дурак. Спойлер - это не я, - Нацу опасливо покосился на притихшую вдруг аловолосую, которая сидела в опасной близости от него. – И не Эльза, конечно… Повылазили бы уже все наружу, уделал бы их одним махом. - Это твое «одним махом» заодно и город сотрет с лица замели, - хохотнула Леви, а Люси так некстати вспомнила последнюю ужасающую цифру температуры, которую способен набрать Нацу. И это явно был не предел. - Для того мне и нужен Грей, - пожал плечами он. – Типо как мой оруженосец. - Че сказал? – встрепенулся Грей, но Эльза нарочито громко опустила ладонь на стол, не говоря ни слова. Это подействовало безотказно, и оба парня расслабленно развалились на своих местах, будто и не ругались только что вовсе. - Эти двое блефуют. Повышай! – вдруг услышала она знакомый голос и за спинами Эльзы и Леви вдруг появился ухмыляющийся Ромео, закинувший руки за голову. - А ты не подсказывай, это не честно! – возмутилась девушка, с досадой откладывая в сторону карты. – Я пас… Все разом обернулись на нее с удивлением, застывшим на лицах. Один лишь Нацу вопросительно приподнял брови, уставившись на нее. И она сразу поняла, о чем он спрашивал, кивнув. Нацу ухмыльнулся и крикнул куда-то в пустоту: - Эй, Ромео, не думай, что я не надеру твою призрачную задницу за мухлеж. Когда-нибудь и я окажусь там же, где и ты, и вот тогда припомню тебе это предательство. - Я же не раскрыл ей твои карты, придурок, - возмутился дух и обиженно растворился в воздухе. Люси хихикнула и заверила друзей, что он ушел. - Знаете, это как-то… - настороженно начал Грей, покосившись на Люси, - пугает. - Это твоя рожа отморозка всех пугает, - хохотнул Нацу. – А тут нечего бояться. Лучше пугайся живых, которые что хотят, то и творят только потому, что могут. Эльза согласно кивнула, заново раздавая карты. - Похвально, что ты не поддалась искушению и не смухлевала, воспользовавшись своими способностями, - в своей привычной сверхсерьезной манере заговорила Алая. – Это достойно уважения. Всю оставшуюся игру Люси то и дело порывалась начать очень важную тему, но ей так не хотелось портить эту дружелюбную атмосферу, зарядившую воздух вокруг позитивом. И плевать, что против них ополчилось полгорода, плевать, что за стеной сидит неуравновешенный железный злодей, плевать, что одна из них видит призраков, второй загорается при каждом удобном случае, а третий только что заморозил стол вместе с несчастными фишками и картами только из-за того, что обронил карту, а когда наклонился за ней, Нацу крикнул: «Замрите! Грей опять обронил свои мозги! Вещичка-то хрупкая.» Пока Эльза стучала обоим по головам стальной рукой (Люси невольно посчитала как долго она могла задержать руку на разгоряченном парне), Хартфилия решилась все же поднять эту тему. Как говорится, одна голова хорошо… - Ребята, - позвала она, и парни, воспользовавшись замешательством своей мучительницы, выскользнули из ее хватки и разбежались по разным углам. – Я тут думала по поводу произошедшего… Мой друг Стинг рассказывал про какую-то идеологию среди той банды, которая нападает на город. А потом я вспомнила выкрики того психа, что напал на нас. Это же… нацистское. Вам не кажется это странным? Что если, это и есть их идеология? Что если нацизм возродился в их лице? - В этом есть смысл, - задумчиво протянула Леви. – Они часто нападали на приезжих студентов из других стран. Но и на простых людей не меньше. Тогда кто именно, по их мнению, не является носителем «чистой крови»? - Себя-то они точно считают голубых кровей, - фыркнул Нацу, потирая ушибленную голову. – Но и тот здоровяк явно не в себе. Он кричал «хайль Зереф». Но того уже давно нет. Может, они просто боготворят его потому что благодаря его торопливости они и получили свои силы? - Кто знает, - задумчиво протянула Эльза. – Может, получится разговорить его? - Могу заняться, - Нацу кровожадно ухмыльнулся и стукнул сжатым кулаком по ладони, опаляя ее огнем. На том и порешили. Люси снова вызвалась присмотреть за экранами, хотя ее собирались отправить вновь тренировать свои силы. Но Люси чувствовала, что ей нужна была разгрузка. Передышка. Поэтому она поудобнее устроилась перед экраном, иногда переводя взгляд на сосредоточенное лицо Леви, быстро стучащей по клавиатуре. Венди наблюдала за ее работой, изредка вставляя свои комментарии, над которыми потом обе тихо хихикали. Эльза удалилась в тренировочную комнату, а Грей скрылся на кухне. Нацу же вскоре вернулся от пленника, а его лицо было чернее тучи. Нижняя губа распухла, давая четкое представление о том, как прошел их разговор. Венди сразу же подскочила к нему и, игнорируя все возражения, исцелила его. Больше никто не решался трогать Нацу, который задумчиво сверлил стены, неторопливо раскручиваясь на стуле. А Люси не могла перестать отрывать взгляд от монитора в его сторону. В районе живота неприятно перекручивалось чувство какой-то неполноты. Слепой тревоги. Вдруг он резко остановился, поставив ногу на пол, и уставился прямо ей в глаза, задумчиво пожевывая губу и хмурясь. О чем он думал в этот момент? Хотелось бы знать, но она лишь стыдливо опустила взгляд на монитор, устало потерев покрасневшие глаза. Между ними явно что-то происходило. Чтобы понять это, не нужно быть экспертом в отношениях. Но сама она не знала, как лучше поступить. Куда бы она не смотрела, стоя на этом перепутье, везде виднелся тупик. Сейчас она могла сделать две вещи: сделать шаг вперед и упереться в стену или же шаг назад, где ее ждало то же самое. И неизвестно какой путь принес бы больше боли. Самой же ей отчаянно хотелось взять огромный молоток и разнести все преграды, которые находились перед ней. Было бы все так просто. - Держи, - голос, который и так отпечатался в ее сознании огромным клеймом, неожиданно оказался совсем рядом. Вздрогнув, она подняла взгляд. Перед ней стоял все такой же напряженный Нацу. Что-то беспокоило его, причем очень сильно, но он терпеливо держал в руке свой плейер, протянутый ей. – А то уже не знаешь, куда себя деть от скуки. - Спасибо, - Люси не смогла не заулыбаться так, что свело скулы, а напряжение на его лице слегка ослабло. Этот жест, такой обыденный на первый взгляд, значил для нее очень много. - Просто не хочу, чтобы воровство вошло у тебя в привычку, - хмыкнул парень и, беззаботно закинув руки за голову, удалился, усаживаясь за компьютер в дальнем конце комнаты. Судя по тому, как загорелись его глаза, он запустил там какую-то игру. Она уже слышала эту песню, которая заиграла, едва она нажала на play. Только вот теперь ее слова обрастали для нее уже другим смыслом. Дающим надежду, и в то же время отбирающим ее. Будоражащим бабочек в ее животе. Заставляющим сердце опасно сжиматься от осознания того, что она с огромным трудом удерживала внутри себя.

The Meto – Метагерой

Я научу бороться с безысходностью и болью, От твоих демонов внутри тебя укрою И буду защищать тебя в борьбе с самой собою, Если позволишь… Ну а пока, я просто жалкий шепот твоего моря Пучины самых отвратительных историй, В которых навсегда можем остаться мы с тобою, Если зло победит!

Так хотелось верить, что и сам Нацу, вкладывая в ее бледную ладонь плейер с этой песней, поставленной на повтор, думал о том же, о чем и она сейчас. Так хотелось рассказать ему, что он больше не одинок. Рассказать ему, каким волшебством обладает его невероятная улыбка и сила духа. Так хотелось рассказать ему, что она решила для себя кое-что очень важное.

Так что иди за мной По мрачным городам Твоих душевных ран Грусти и фобий, Где в самый трудный час Придется выбирать: Бежать или остаться Последним супергероем. Здесь. Тебе.

Песня не успела закончиться, когда на ее плечо опустилась чья-то рука. Люси с досадой вытащила из ушей наушники. А ведь ей так хотелось дослушать до конца. Пыхтя и чертыхаясь, парень грохнул по столу двумя кружками с чем-то горячим и дымящимся, которые до этого удерживал одной рукой. Пока он придвигал второй стул к ее столу и усаживался на него, девушка повела носом, с наслаждением улавливая аромат бергамота. - Это же Эрл Грей? – хихикнула она, покосившись на самодовольное лицо брюнета, который, к счастью, все еще был в одежде. Видимо, одной взбучки от Эльзы ему хватило. - Ага, мой любимый. Подумал, что тебе тут скучно охранять нас без чая, - Люси поднесла кружку к губам и тихонько подула, разгоняя по поверхности напитка круги. Про себя же призадумалась. Как же замучено она, должно быть, выглядит со стороны, раз уж все стремятся разогнать от нее скуку. - Любимый не из-за названия случайно? – отхлебнув немного, Люси посмаковала знакомый из детства вкус и вернула стакан на стол, небрежно смахивая след от помады. - Отчасти, - хохотнул парень, уперевшись локтем о стол и придвигаясь ближе, к экрану, щурясь. Она уже видела его в очках за работой однажды. И теперь только убедилась в том, что зрение у него было не ахти. – Как там на границе, все спокойно? - Да, и не думаю, что что-то изменится, - пожала она плечами, разминая затекшую шею. - Это потому, что в душе ты оптимистка, или потому что что-то знаешь? – Грей игриво вздернул бровь и улыбнулся уголками рта. Люси смущенно заулыбалась и слегка качнула головой. - Просто мне кажется, что, хотели бы они по-настоящему утащить меня отсюда, уже давно сделали бы это. - О, ты так не уверена в наших силах? – слегка обиженно отозвался Грей. Люси вмиг покраснела и замахала перед его лицом руками. - Нет же! Конечно, нет! Просто… - она замялась и схватилась руками за дымящуюся кружку, чтобы отвлечься на это приятное обжигающее тепло. – Просто все это кажется мне странным, будто мы не видим чего-то очень очевидного. - А как по мне, ты та еще любительница все усложнять, - расслабившись, по-доброму поддел ее парень. Его взгляд переместился на экран, а затем опустился ниже. – Плейер совсем как у головешки. Хоть в этом не было ничего приступного, но от этого замечания Люси едва не задохнулось от смущения. Будто ее поймали за чем-то крайне интимном и личном. - Мой и есть, а что, какие-то проблемы? – грубо отозвался с дальнего конца комнаты Нацу, не отрываясь от своей игры. - Мои наушники сломались, вот Нацу и дал мне пока что свой, - мягко отозвалась девушка, вздрогнув от резкости в голосе Пламеня, от которой она, кажется, уже успела отвыкнуть. - Вот ты задница, а мне не давал, когда в засаде сидели, - Грей придал голосу нотки возмущения, но сам же продолжал по-доброму улыбаться, шумно отхлебывая из кружки. - Можешь говорить по тише, а то от твоего тупого голоса IQ в комнате падает, - буркнул Нацу, закликав мышкой, как из пулемета. Видимо в его игре настал напряженный момент. - Тебе-то чего переживать? – хмыкнул Грей, а Нацу вдруг застыл, выпустив из рук мышку и клавиатуру. - Из-за тебя, козлина, меня убили! – раздраженно рыкнул он, а его руки и волосы опасно вспыхнули. Стул отлетел назад, и Нацу встал, продолжая пылать. Омуты его зеленых глаз подернулись серой, не предвещающей ничего хорошего, дымкой. - Я-то тут при чем? – вторя ему, и Грей поднялся на ноги, обходя стол вокруг и приближаясь ближе к разгоряченному другу. – Мне и отсюда видно, какие у тебя кривые руки. - Эй, вы чего? – испуганно пропищала Люси со своего места, когда от кончиков пальцев Грея к локтям поползла толстая корка льда. - Люси, даже не пытайся остановить их сама, - предостерегла ее со своего места Леви, шепнувшая что-то Венди. Та коротко кивнула и, стараясь держаться ближе к стене, понеслась куда-то.

RAVANNA – Амок

Грей же с Нацу уже не замечали ничего вокруг, гневно взирая друг на друга. Нацу первым ринулся в бой. Его тело лишь частично охватило пламя, но от кожи все равно исходил безумный жар, который Люси ощущала на себе, даже отскочив назад и прижавшись спиной к прохладной стене. Она кинула обеспокоенный взгляд на Леви, но та уже и сама ловко откатилась как можно дальше от эпицентра сражения. Скользнув по полу, как по катку, Грей пригнулся, пытаясь протаранить приблизившегося Пламеня, но тот подпрыгнул, переворачиваясь в воздухе вниз головой. Его пылающая рука коснулась макушки друга, но тут же погасла с громким шипением, встретившись с немыслимым холодом. Но, казалось, этот факт ничуть не расстроил его. Оттолкнувшись от его головы, он оказался за спиной у Айс Берга и с силой пнул его вспыхнувшей вдвое сильнее ногой. Грей отлетел вперед, но перед ним вдруг выросла округлая стена изо льда, по которой он скользнул, резко меняя траекторию своего полета в сторону Нацу, который едва успел приземлиться на пол. Люси замерла, наблюдая за боем расширившимися глазами. Кровь шумела в жилах так громко, что она слышала свое собственное рваное дыхание и бешенный стук сердца. Это было столь же прекрасно, как и страшно. Она еще никогда не видела настоящей драки супергероев так близко. Тот день, когда они сражались с человеком-молнией не в счет, весь обзор ей преграждала ледяная стена. Конечно, порой она наблюдала за драками Нацу с экранов у Леви, но это не шло ни в какое сравнение с тем, что она сейчас видела перед собой. Они не просто махали кулаками, они словно… танцевали, плавно перетекая из одного места в другое по воздуху, по стенам, меж ног противника, скользнув по полу. Уклоняясь, они демонстрировали невероятную реакцию, заставляя Люси испуганно втягивать в себя воздух. Комната пылала и в тот же момент остывала до минусовой температуры, и Люси чувствовала себя как под контрастным душем. На стенах, полу и мебели оставались обугленные черные следы от прикосновений Нацу, а вот лед Грея таял, не причиняя особого урона помещению. Все это продлилось совсем не долго, но девушке казалось, что она наблюдала за этой устрашающей нешуточной схваткой часами. Вскоре, из тренировочного зала выскочила разозленная не на шутку Эльза. Ее тело покрывали капельки пота от тяжелой тренировки, но они исчезли сразу же, как только ее кожа стала стальной. Лишь алые волосы продолжали развиваться за ее спиной, словно огненный шлейф тянущийся за ней. Девушка грациозно заскочила на стол, за которым совсем недавно сидел Нацу и навалилась на дерущихся сверху, прижимая каждого из них к полу в районе груди. Нацу сдавлено закашлялся, лишившись кислорода и погас. Лишь черный дым тянулся от его тела, оставляя на потолке едва заметные следы от копоти. - Какого черта вы творите? – Эльза не повышала голос, но в ее тоне и без того сквозила невероятная угроза, от которой даже у Люси по коже прошлись мурашки. Грей рванул было вперед, стремясь подняться на ноги, но Алая с силой впечатала его обратно. Если бы она могла пылать подобно Нацу, она спалила бы своим гневом всю лабораторию. – Что на вас двоих идиотов нашло? Она продолжала сверлить их взглядом, но те молчали, постепенно успокаиваясь. Прошло не меньше минуты, прежде чем она отпустила их, поднимаясь на ноги и возвращая своему телу человеческий вид. - Чтобы я вас сегодня рядом друг с другом больше не видела, - рыкнула она на них, и Грей первым развернулся и скрылся в коридоре, ведущим к комнатам. Нацу же задержался взглядом на ее лице чуть дольше, но не стал спорить, огибая ее тяжело дышащую фигуру. Когда он проходил мимо застывшей у стены Люси она услышала его неразборчивое бормотание: - Как задолбали эти тупые правила: не бей Грея, не поджигай занавески, не бей Грея… Вопреки всему ужасу, скопившемуся у нее внутри, она нервно хохотнула, проследив взглядом скрывающуюся за дверьми взъерошенную макушку. - Люси, - вновь заговорила Эльза, но заметив, как от ее тона блондинка вздрогнула, смягчилась, оборачиваясь в ее сторону. – Отдохни пока, я сама послежу за камерами. На случай, если эти два идиота вернутся. - Хорошо, - пискнула она, гадая, где эта хрупкая на вид девушка прячет такую разрушительную силу, способную разом повалить двух разошедшихся парней. Сворачивая в коридор с комнатами, она поймала на себе хитрый, с прищуром, взгляд Леви. Она ожидала, что та скажет ей что-то, но этого не произошло, поэтому она просто неуверенно кивнула ей и прошмыгнула в сторону своей комнаты. Успокоить бешенное сердцебиение удалось не сразу. Около часа она провалялась в кровати, наконец, найдя время на проверку социальных сетей. Грей действительно уже давно висел в списке просящих добавления в друзья. И Люси приняла заявку. Но и прохлаждаться долго она просто не могла. Душа требовала действий. Слишком много людей полагалось на нее. Поэтому, усевшись на полу по-турецки, она шумно выдохнула и прикрыла глаза, сосредотачиваясь. - Ромео? – позвала она, чувствуя, как вокруг нее всколыхнулся ветер. При том, что в ее комнате, конечно, не было окон. Открыв глаза, она увидела перед собой улыбающегося паренька, закинувшего руки за голову перед ней. И снова в его движениях она увидела движения Нацу. Видимо, эти двое были очень близки. – Почему я могу так запросто позвать тебя? - Наверное, потому, что точно знаешь, что можешь сделать это, - пожал плечами он. – Знаешь, это как на велосипеде кататься. - Тогда почему я не могу позвать кого-то еще, например, Мавис? – сокрушенно выдала Люси, чувствуя себя выпитой до дна. Кажется, эти попытки забирали не мало ее сил. - А мне откуда знать? Спроси у духа, который когда-то умел призывать духов, - недовольно буркнул парень. Люси слабо улыбнулась. Кажется, ему не нравилось, когда он чего-то не знал. Ох уж эти умники. – Зато могу точно сказать, что ты все еще привязываешься к месту. Я же уже говорил, что в мире духов нет такого понятия, как «где», «когда», «во сколько». - Слушай, ты и так уже сломал мне мозг, - недовольно буркнула она и скрестила руки на груди. – Не ты ли хвастался, что ты теперь часть целого миииииира. Вселенной. И при этом не знаешь, как мне быть? - А ты, знаешь ли, мешаешь мне… заниматься моими призрачными делами! – его лицо выглядело оскорбленным, и он, под стать ей, скрестил и свои руки. – И вообще, ты опять воспринимаешь все слишком буквально! Ох уж эти живые. Фыркнув, Ромео поднялся и отряхнул свои штаны. Люси приподняла брови, завидев это, чем, кажется, еще больше вывела парня из себя. «Призраки что, еще и пыль с пола собирают?» - подумала она, хихикнув. - Нет, не собирают, но привычки остаются, - буркнул он, а Люси возмущенно насупилась. Еще и мысли ее читает. - Слушай, я не хотела тебя обижать, - все же виновато заговорила она. Что-что, а ругаться с единственным духом, который приходит на ее зов, ей совсем не хотелось. – Я еще попытаюсь связаться с Мавис. - Ладно уж, - буркнул он и слабо улыбнулся. – Зови, если что. Когда исчез Ромео, она вновь попыталась сосредоточиться, повторяя про себя ее имя, зовя ее, умоляя явиться ей, даже неумело молилась. Но ничего не происходило, и она почувствовала себя совсем опустошенной. Устало повалившись на спину прямо на полу, она повернула голову и уставилась на доску Уиджи, которую еще утром сама же туда затолкала. А что, в прошлый раз это помогло. Почему бы не попробовать снова? Вытащив ее и подтянув к себе, Люси вновь уселась, опуская пальцы на стрелку. Сделав успокаивающий вдох и выдох, она уставилась на свои руки и твердо заговорила в пустоту: - Здесь есть духи, которые слышат меня? – чувствуя себя полной дурой, Люси осеклась. – Кроме Ромео. С секунду ничего не происходило, после чего ее тело с силой дернуло вперед. Боязливо взвизгнув, Люси поборола в себе желание убрать пальцы и зажмурилась до тех пор, пока движение не прекратилось. Тяжело задышав, она открыла сначала один глаз, а затем и второй. Под прозрачным стеклом стрелки виднелась расплывчатая надпись. «Да». Переждав, пока табун мурашек на ее спине успокоится, она вновь заговорила, чувствуя, как уверенность все больше наполняет ее тело. - Я могу поговорить с Мавис Вермилион? – вновь обронила она в пустоту, не испытывая ни малейшей радости от того, что ее монолог наконец перерос в какой никакой, но диалог. Стрелка вновь пришла в движение, и на этот раз Люси не закрывала глаз, проследив траекторию ее движения. «Нет». - А с Зерефом? – досадливо, уже тише, попросила она. Стрелка дернулась в сторону, вновь возвращаясь к слову «нет». - Какие-то интроверты, - буркнула она, а стрелка под ее пальцами опасно задрожала. Пискнув от страха, девушка поспешила добавить. – Извините! Стрелка замерла, и Люси призадумалась. Было ли что-то, чего бы ей хотелось спросить у духов. То, что могли знать только они. Ей вдруг вспомнились те моменты, когда сбивчивые голоса предупреждали ее об опасности. Но она еще ни разу не послушалась их. И тогда вопрос в ее голове созрел. - Скажите, пожалуйста, - неуверенно начала она, стараясь придать своему голосу как можно больше учтивости. – Опасно ли мне покидать лабораторию сегодня? Кто-то поджидает меня снаружи, желает мне зла? Какое-то время стрелка молчала, и Люси с досадой подумала, что духи просто не знали ответ на ее вопрос. Она уже собиралась убрать пальцы, но они будто приклеились к стрелке, которая вновь начала свое движение. «Нет». Стрелка вновь вернулась на свое место и пальцы Люси сами оторвались, освободившись от плена. - Спасибо, - пробормотала она и поднялась с пола, усевшись на кровать. В ее голове созрела абсолютно безумная мысль. Она маленьким комочком засела в ее голове, разрастаясь там каждый раз, когда она задумчиво возвращалась к ней. Это было безумием. Но она нуждалась в этом. До необузданной дрожи в поджилках. Больше не могла нормально соображать, запертая в этих стенах, тонувшая в своих мыслях, пытаясь грести к берегу, понимая, что ее руки даже не двигаются. Все, что скопилось внутри нее требовало выход. Топало ногами по полу и назойливо канючило, действуя на нервы. Она уже давно приняла для себя решение, но осознала это только сейчас. Образы мелькали перед ее глазами, перетекая щемящей болью куда-то в солнечное сплетение. Отворив дверцы шкафа, она достала оттуда простое и легкое синее платье. *** Самым мучительным оказалось ожидание. Люси то и дело кидала замученный взгляд на часы, но минутная стрелка, будто ей на зло, лениво, едва заметно, перекатывалась с минуты на минуту. В итоге, не выдержав, она поднялась с постели на пятнадцать минут раньше, чем планировала. Подумав, она еще раз спросила у духов, безопасно ли сейчас снаружи. И лишь получив подтверждение, выскользнула за дверь. Лишь бы не встретить никого на пути в столь поздний час. В общем зале она застыла на месте, увидев у наблюдательного экрана Нацу, который лениво помешивал в миске сухие хлопья, широко зевая. Больше там никого не оказалось. И это было ей только на руку. Услышав шевеление, Нацу нехотя повернулся в ее сторону и остановил ничего не выражающий взгляд. Сердце в ее груди подпрыгнуло и замерло в ожидании чего-то. А чего, она и сама не знала. Он бегло пробежался по ее фигуре, облаченной в простое, но струящееся по ногам платье и свел брови к переносице. Когда их глаза снова встретились, ей казалось, что он вот-вот скажет ей хотя бы что-то. Но он просто молча отвернулся к экрану и закинул в рот свой сухой завтрак. Кажется, он опять не в настроении. Но это не остановит ее от того, что она решила. Тихонько пройдя мимо него, она зашла на кухню и притаилась, выглядывая из-за угла. В ее сторону он больше не смотрел. Поэтому девушка задержала дыхание и бесшумно скользнула вдоль стены в сторону лифта. Скорее всего Нацу услышит звук пришедшего в движение механизма. А если нет, то увидит ее на камерах. Ну и пусть смотрит. Лифт отворил перед ней свои двери почти мгновенно и Люси, не теряя времени напрасно, скользнула в него и нажала на кнопку гадая, заметил ли Пламень. Подавив в себе желание обернуться, она быстрым шагом пересекла улицу и взмахнула рукой у дороги, останавливая такси. Приветливого вида мужичок вежливо попросил ее пристегнуться и показывать дорогу. Люси назвала адрес, и машина тронулась. Здесь было совсем не далеко, всего лишь проехать мимо густого парка Квин Элизабет, и она уже на месте. Всю дорогу она вглядывалась в очертания удаляющихся развалин исследовательского центра. Ее уже давно сошедший с ума мозг пару раз услужливо рисовал ей вспышки пламени где-то вдалеке. Но стоило моргнуть, как наваждение исчезало. Расплатившись с водителем, она остановилась, провожая удаляющуюся машину взглядом. Наконец, она могла просто остановиться и вдохнуть полной грудью влажный от недавно прошедшего дождя воздух. В ее волосах запутались ароматы наступившей так внезапно осени, ветер колыхал синее платье. Она задержала взгляд на линии парка, плотно усаженной деревьями. Их кроны терялись где-то в тени позднего вечера, но в местах, где на них падал теплый свет фонарей, уже виднелись красные и желтые мазки. Люси улыбнулась и поспешила к застывшему у нее за спиной стадиону Нета Бейли, знаменитому тем, что в его недрах можно было не только поболеть за любимую бейсбольную команду, но и посетить крупнейшие концерты по вечерам. А сама Люси знала это место особенно хорошо. Как не очень богатой студентке, которая старалась не сидеть на шее у своего отца, а жила лишь на стипендию, ей приходилось выкручиваться любыми доступными способами. Мало того, что ей пришлось пересесть на велосипед, так и на развлечения, без которых не может прожить не один молодой человек в полном рассвете сил, денег у нее не всегда хватало. Но здесь ей помог Стинг еще в самом начале их знакомства. Тогда Люси наотрез отказалась, чтобы он просто купил билет и ей. Но в город приезжали ее любимые Breaking Benjamin, поэтому грустила она не по-детски. И тогда Стинг признался ей, что знает другой способ попасть на концерт, пусть и не совсем легальный. Люси долго ломалась, но все же любовь к музыке победила. Начальником охраны на стадионе работал дальний родственник ее друга, и парню удалось выклянчить у него ключи от технического помещения, дубликат которого сейчас был надежно спрятан за лямкой бюстгальтера Люси. Они не раз и не два выбирались на концерты таким способом, просто забираясь на самую вершину стадиона и выбираясь на его крышу, гораздо выше последних рядов зрительских трибун. Обычно туда забирались только технические работники, чтобы проверить исправность кровли, но Люси и Стинг нашли другое применение этой узкой площадке, с которой открывался потрясающий вид на представление. Сегодня она впервые пришла сюда одна, без Стинга, и от этой мысли вновь стало грустно. Но она не позволила себе зацикливаться на этой мысли, потому что сегодня ее ждал крышесносный концерт группы, которую она открыла для себя совсем недавно благодаря плейеру Нацу - Eskimo Callboy. И не только концерт, если ее задумка осуществится. Но, в любом случае, это поможет ей дать мозгу передышку. Прочь холодные стены без окон, прочь загадки и сложные решения, прочь все те проблемы, что в один миг навалились на нее разом. Минуя толпы возбужденных фанатов, она прошла уже знакомыми ей коридорами и поднялась на самую вершину, посетовав на то, что забыла взять с собой телефон, и ей нечем было освещать темноту технических, гудящих со всех сторон, помещений. Забравшись на кровлю, она привычным движением уселась на самый край и свесила вниз ноги, ловя своим телом пронизывающий влажный ветер. Снизу не торопясь разбредались по полю зрители, выстраиваясь перед временно сооруженной сценой. Очередной холодный порыв ветра подхватил ее волосы и вдруг переменился, обдав ее жаром. Не поворачивая головы, она довольно улыбнулась. - Ответь-ка мне, Хартфилия, на один простой вопрос: какого хера? – прорычали у нее над самым ухом, и сумасшедший жар сошел на нет, когда его тело перестало гореть. Обернувшись, Люси осмотрела подбочившегося и склонившегося над ней парня, волосы которого сильно растрепались от полета. – И только не говори, что ты немного заблудилась на кухне. - Так, - строго заговорила она, умело парадируя тон Эльзы, и откинулась назад, облокотившись на локти. – Сядь уже, наконец, и посмотри вниз. - Говоришь слишком самоуверенно для той, кому вот-вот надерут зад, - Нацу явно стушевался от ее тона. Помедлив, он все же выполнил просьбу. Или даже приказ. – И что там? Люси указала ему пальцем в сторону сцены, на которой сиял логотип с названием группы. - Помнишь, ты говорил мне, что способности мешают тебе нормально жить? Что ты не гуляешь, никуда не ходишь… Так вот, поздравляю тебя, Драгнил. Сегодня твоему самобичеванию пришел конец. Добро пожаловать на концерт, который ты будешь слушать здесь со мной до самого его конца. Сбегая сюда, Люси не была уверена, что Нацу, по своему обыкновению, проследует за ней. Но очень надеялась на это. Потому что, по большей части, ради него все это и затевалось. И вот он пришел. Снова. И от этой мысли холодный ветер показался ей ласкающе теплым. Или все дело в ходячей батарее, сидящей лишь в десятке сантиметров от нее? - А фейерверки ты с собой случайно не захватила? А то только их не хватает, чтобы плохие парни узнали, где ты, - съязвил Нацу, а Люси повернула к нему голову и самодовольно заулыбалась. - Никто за мной не придет, - вскинув подбородок, заявила она. Нацу смотрел на нее, как на умалишенную, не больше и не меньше. - Это еще почему? - Потому что я посоветовалась с духами. Они сказали, что сегодня мне ничего не угрожает, - пожав плечами, она хихикнула, когда Нацу ошарашенно провел по лицу раскрытой ладонью. Опустив глаза вниз, он вдруг усмехнулся. - А в моем гороскопе сегодня высокая вероятность разбогатеть... Ты же понимаешь, как безумно все это звучит? - Не менее безумно, чем парень, который только что прилетел ко мне по небу. - И то правда, - Нацу вдруг улыбнулся ей во весь рот, сбивая дыхание, и беззаботно скрестил ноги по-турецки. – Ты ненормальная, Люси. Просто ненормальная. - Зато я не пессимист, как некоторые, - улыбнулась ему в ответ она, ответив на его пронзительный взгляд. Ей нравилось видеть эти смешинки в его прояснившихся зеленых глазах. - Я не пессимист. Я вечно горящий, усталый и замученный оптимист. - Я просто хочу показать тебе, что способности не могут поставить крест на твоей жизни, - Люси первая отвела взгляд, думая, что он точно слышит сумасшедший стук ее сердца от одной лишь близости с ним. - Говоришь так, будто понимаешь меня, - фыркнул он и отвернулся, заглянув вниз, на спешащих по своим местам людям. - Думаю, что достаточно неплохо. - Допустим, но сейчас меня волнует кое-что еще, - Нацу вдруг посерьезнел в лице, но уголки его губ продолжали подрагивать. Выставив перед ней руку, он начал перечислять, загибая пальцы. – Проникновение в дом через окно… - Что? – опешила девушка, наблюдая за тем, как он загнул один палец. – Это же мой дом был! - Разгуливание в общественных местах в неприличном виде, - Люси задохнулась от возмущения, а Нацу, уже не скрываясь, хохотал над ее реакцией. - Что неприличного в пижаме? Я же не в белье ходила! - Воровство чужой собственности и, опять же, незаконное проникновение… Убийство. - Какое еще убийство? – не поняла девушка, напрягаясь. - Убийство моих нервных клеток, - выдохнул парень и состроил страдальческую физиономию. - Это не преступление! - Где написано, что это не преступление? - Да в кодексе же уголовном! - Хм, - призадумался Нацу, приложив указательный палец к подбородку. – Обсудим это после, с моим адвокатом. Кстати, забыл про похищение моего одеялка и удержание его в заложниках. Люси хотела было возмутиться, но ее голос потонул в звуках барабанов и гитар. Парень и девушка обменялись предвкушающими заговорческими взглядами и перевели взгляды на сцену, где начинали свой концерт артисты.

Eskimo Callboy - Pitch Blease

Концерт был просто восхитительным, наполненный драйвом и бешенной энергетикой. Единственное, что омрачало общее впечатление – у Нацу пару раз загорались волосы, когда он особенно погружался в эти бешенные ритмы. Тогда он болезненно морщился и возвращал себе привычный вид. Люси с досадой осознавала, что ему всегда, каждую минуту, приходилось сдерживать себя. Он не мог полноценно расслабиться вообще никогда. Разве что во сне. Но тем не менее, он счастливо улыбался, наблюдая за тем, как со сцены убирают инструменты, а фанаты продолжают стоять на своих местах в надежде получить автографы кумиров. - Знаешь, что, Люси? – вкрадчиво спросил он, откидываясь назад и, подложив под голову руки, облизал губы, уставившись на звездное небо. Поколебавшись немного, девушка последовала его примеру, ложась рядом. Поколебавшись еще немного, она осторожно придвинулась ближе, к согревающему в прохладе ночи боку. - Что? – взглядом она прокладывала дорожки меж звезд, представляя, как красиво они сейчас отражались в их глазах. Зеленых и карих. - Спасибо, - просто сказал он и усмехнулся. - Это еще не все, - хихикнула она, а Нацу настороженно скосил на нее взгляд, продолжая лежать неподвижно, ощущая приятное давление у себя под боком. – До центра отсюда совсем не далеко. Только парк пройти. Прогуляйся со мной по нему, и я расскажу, кто пустил слух, мол ты ко мне приставал. - Чего? – возмутился парень и напрягся. – Не было такого слуха. А иначе Эльза мне горящую кочергу затолкала бы в… - Будет, если не позволишь мне подышать свежим воздухом в парке. - Вот как, - рассмеялся Нацу. – Добавляем в список еще и шантаж. Кажется, кто-то забыл, что попал в команду к героям, а не злодеям. - Я-то помню… Из любой ситуации есть выход, Нацу. Просто иногда проще считать, что его нет, - грустно пролепетала Люси, прикусив язык. Дабы Нацу не стал донимать ее расспросами, поспешила сменить тему. – Пойдем? А то охранники закроют выход. Впрочем, им еще долго пришлось стоять за углом, потому что Нацу наотрез отказался выходить в холл, пока там толпились фанаты. Лишь спустя пол часа, когда толпа значительно поредела, они выскользнули на улицу. Вновь оказавшись на свежем воздухе, Люси слегка раскинула руки в стороны и глубоко вдохнула. - Как же хорошо, - протянула она, ловя на себе любопытный взгляд Нацу, который молча хмыкал, наблюдая за ней со стороны. В парке уже во всю играла осень, пронизавшая воздух, забрызгавшая деревья яркими мазками. Она добавляла красок, успокаивая взоры уставших от избытка зеленого, заставляла людей теснее жаться друг к другу. Она остужала воздух, но подогревала когда-то остывшие сердца. Нацу шел по мощеной дорожке чуть впереди, первым наступая на теплые круги света от фонарей. Люси наблюдала за его затылком, чувствуя, как тепло закралось к ней под кожу, просочилось в вены и стремительно растеклось по всему телу. Темнота ночи завораживала, делая эту слабо освещенную дорогу такой интимно таинственной. Казалось, будто они забрели далеко-далеко от дома. Туда, где нет посторонних людей. Здесь было безлюдно, но Люси впервые почувствовала себя такой неодинокой и наполненной изнутри. И ей хотелось большего. Хотелось, чтобы он обернулся на нее и сказал что-то отвлеченное. Что угодно, лишь бы этим своим веселым тоном. Хотелось, чтобы этот бледный свет звезд навсегда стер с его лица опечатки пережитой боли. Она влюбилась в него, как дура. Бесповоротно и окончательно. В самого, казалось бы, сложного человека на земле. Грустно ухмыльнувшись своим мыслям, она поняла, что не простит себе, если не сделает того, чего так хотелось. Ей было страшно. Но будь что будет. Пусть сам решает, нужно ему это или нет. Сделав рывок вперед, она обхватила его сзади в кольцо рук и уткнулась носом в теплую спину. От него пахло… От него так пахло чем-то неуловимым, но таким желанным. Он остановился, как вкопанный, шаркнув ногами по брусчатке. Она не видела его лица, но ей было достаточно и того тепла, что она жадно впитывала в себя от его напряженной спины. - Ты чего это, Люси? – приглушенно спросил он, наконец. Его голос казался ей охрипшим. - Нацу, я… - хорошо, что ее не прожигали его пылающие глаза. Одного взгляда в них, на сведенные вместе брови, хватило бы, чтобы замолчать. Чтобы и дальше хранить в себе это чувство, старательно скрывая его от чужих глаз. Но ее собеседником была всего лишь спина. – Мне не важно… Мне плевать, что ты постоянно загораешься, да еще и сумасшедший. Черт. Я… - она сглотнула мешающий ей ком и прикрыла глаза. - Я просто хочу быть с тобой. Все, абсолютно все, не имеет смысла, когда я думаю об этом. Я понимаю, что это невероятно сложно, но я устала усложнять. Я просто знаю, что, когда ты рядом со мной, все по-другому. Даже, когда ты злишься на меня. Даже, когда кричишь… И я не знаю почему. Несколько мгновений, длинною в целую вечность, она слушала лишь свое собственное рваное дыхание и далекий стрекот сверчков. После ее слов, его спина стала ощутимо горячее, но в холоде ночи это не вызывало дискомфорта, поэтому она продолжала настойчиво сжимать его напряженное тело. Его грудь тяжело вздымалась и отпускалась, а ей захотелось заплакать. Но она не могла позволить себе эту слабость. - Люси… - наконец, отозвался он, мягко накрывая ее дрожащие руки на своей груди и заставляя пальцы разжаться. – Не надо. Не делай этого. - Уже сделала, - ее руки безвольно повисли вдоль тела, и она сделала шаг назад. Медленно и неуверенно, он повернулся к ней всем телом. Но так и не посмотрел ей в глаза, повернув лицо в сторону. Ту половину, что была повернута к ней, освещал теплый желтоватый свет. - Это все так неправильно, - задумчиво протянул он, вцепившись пальцами в торчащие пряди волос и с силой сжав их. – Но и у меня есть к тебе чувства. - Правда? – что-то в его тоне и в дрогнувших губах заставило ее подозрительно нахмурится. Шумно выдохнув, он, наконец, повернулся и посмотрел ей прямо в глаза. В них было столько боли и… надежды? - Да. Я чувствую, что ты напрочь уничтожаешь мои нервные клетки, - Люси удивленно моргнула, но не из-за того, что он сказал. А из-за того, как. Он сказал это с такой теплотой, как если бы признался ей в любви. Люси облегченно выдохнула, но он продолжал хмуриться, упрямо покачав головой из стороны в сторону. - Это же какой-то бред. И что мне с тобой делать? – сдавленно выдавил он из себя, и это был первый момент, когда он показал ей свою слабость и растерянность. Непоколебимый и несокрушимый Пламень стоял сейчас перед ней, сбросив непробиваемую броню и расставив руки в стороны, обнажив перед ней все, что у него было. - Откуда мне знать, - печально усмехнулась девушка. – У меня нет хитрого плана, я просто хочу быть с тобой. Быть твоей опорой. И чтобы ты отвечал мне тем же. Если захочешь… Как завороженный он неотрывно смотрел на нее грустными глазами и качал головой из стороны в сторону. - Это я во всем виноват. - Да какая разница, кто в этом виноват! – вспылила девушка и сделала широкий шаг вперед, сокращая расстояние между ними. – Не думай, что я строю призрачные надежды. Я все понимаю, и мне было не просто принять такое решение… Но вот я здесь, стою перед тобой и впервые в своей жизни признаюсь кому-то в чувствах. Она хотела сказать что-то еще, но захлебнулась в собственных словах, проглотив все буквы. Стержень, который всю сознательную жизнь позволял ей сдерживать эмоции перед окружающими, звонко надломился, и она больно закусила губу, полностью сдаваясь под его взволнованным взглядом. Ей так хотелось смахнуть длинную челку с его глаз, провести по широкой линии скул, дотронуться до искусанных в кровь губ. Задохнувшись от душивших ее чувств, она отчаянно протянула руку, намереваясь дотронуться до него хотя бы кончиками пальцев. Но он резко перехватил ее руку за запястье. И неуверенно улыбнулся уголком губ. - Ты. Самая. Большая. Заноза. В моей. Заднице.