О любви, которой не было

Иногда загруженность работой сказывается весьма положительно на мыслительный процесс. И покурить-то некогда сбегать, не говоря уже о том, чтобы сесть, с видом покинутой, и забыться в своих воспоминаниях. Озадачиться вопросом «Почему он снова здесь?», тяжко вздохнуть об ушедшем невозвратном и твердом решении наконец-то переступить эту порочную ступеньку своей жизни, сжигая за собой все мосты. Однако небывалый приток серьезных дел и не думали давать мне передышек для минорных размышлений. Они шли косяком: всем что-то было от меня нужно, у всех вокруг сплошные проблемы, никто ничего не знает… Словно на моем доселе спокойном море вдруг разразился небывалый шторм, рискующий превратиться в цунами, смывающее города и поселки на своем пути… Уж не вчерашняя ли встреча снова перевернула мою жизнь? Нет, бред… Случайность, плюс бессонница. И все-таки ничто мне не помешало сосредоточиться на делах с таким рвением, что под конец рабочего дня я почувствовала себя как выжатый лимон. Сил не было даже на то, чтобы добраться до дома, не говоря уже о всяких там бесполезных раздумьях. Случаем, не перестаралась я сегодня? Впрочем, неважно… Домой! Больше меня ничего не интересует. - Ириш! Ты домой? Твою ж мать… Терпеть не могу, когда меня зовут Иришей. Как угодно: Ира, Ирка, Ирусик, Иркез, Ирина Сергеевна, но только не Ириша. Особенно если произносят масляным голосом с целью что-нибудь добиться от меня. - А что? – Всем видом показываю, что я не намерена задерживаться. - Что-то случилось? На лице Гавриши блуждали панические нотки. - Все пропало, Ириш! Если до завтра не сдадим дело Маляриевых, нам очень больно треснут по башке! Не «нам», а «тебе» - мысленно поправляю я Гавришу. Уж сколько раз я ему твердила об этом нашумевшем деле, что оно не такое простое, как кажется и что его нельзя откладывать в долгий ящик… Нет, он так и не смог со всей серьезностью подойти к данному вопросу… Будто это был сопливый юнец по кличке Гавриша, а не пятидесятилетний мужик изрядной внешности, Александр Гаврилов, мой партнер по адвокатской конторе. Когда я только пришла к нему работать, он попробовал подбить ко мне клинья, но был ласково послан без обратного адреса… Только не женатики. И только не он… Иногда мне кажется, что я готова всех послать, лишь бы снова окунуться туда, куда меня звали и где я буду желанной… Я с небывалой свирепостью отбросила пальто на диван. - Давай сюда свое дело, пока я не передумала! Гавриша, рассыпавшись в благодарностях, тут же испарился за материалами. А мне, наконец-то, удалось вздохнуть. Хотя с другой стороны, что там, дома? Сашка, как перешел в другую школу с углубленным знанием английского языка, теперь живет у мамы. Конечно же, сначала я была категорически против такого решения, однако меня не могло не радовать, что мой сын очень серьезно подходит к вопросу поступления в один из престижнейших вузов. Не буду же я препятствовать этому. Пора уже и привыкать, что ребенок рано или поздно вылетает из родного гнезда с целью найти собственную дорогу… Значит, можно и на работе переночевать. Я отпустила Володю, и, взяв с Гавриши твердое слово, что он меня лично довезет до дома, вклинилась в трудовой процесс, хоть и не без труда. Когда мы, наконец, закончили, было начало первого. Гавриша, сладко потянувшись, удовлетворительно кивнул: - Спасибо тебе, Ириш. Без тебя я бы пропал. Кажется, сегодня я точно сойду с ума… Спокойно, спокойно. - И как ты только жил до меня? – пробубнила я себе под нос, чтобы он не понял. - А? - Да нет, ничего. Слушай, я, пожалуй, такси возьму. - Нет, Ир, - немедленно возмутился Гавриша. – Мы так не договаривались! Я же обещал! - Ничего, расплатишься другим способом, - тоном, не терпящим возражения, отрезала я. – Все, до завтра. - И прежде чем Гавриша нашел новое возражение, я схватила свое пальто и быстрым шагом вышла из кабинета. Вслед успела услышать только разочарованное «Ну как знаешь…» Встретивший порыв ветра несколько остудил мою разгоряченную безумным деньком голову. И что это мне такое взбрело – отпустить водителя? Зачем тогда, спрашивается, он мне нужен, если мне все еще охота приключений на свою пятую точку искать посереди ночи? Может быть, все-таки дождаться Гавришу? Слезно объяснить ему, что я пошутила и хочу, чтобы он меня довез до дома в целости и сохранности? Или же Володе набрать, хоть он наверняка спит давно… - Садись, подполковница. Окажу любезность. В первую минуту мне показалось, что мне показалось… Не может этого быть! Нет, неправильно… Не должно так быть, просто не должно! - Откуда?... – только и смогла спросить я. - Мимо проезжал, - снова усмехается он. Что-то уж больно он зачастил проезжать мимо меня, надо сказать… Но тем не менее я не стала ломаться и очень быстро запрыгнула на пассажирское сиденье, краем глаза заметив изумление на лице вышедшего следом Гавриши. Ух и расспросов-то завтра будет, на всю оставшуюся жизнь… Стены ОВД полны мифов… Черт! Почему опять я? - Хватит за мной следить, Стас, - собрав всю свою волю в кулак, говорю я. – Что у тебя за склонность к шпионским играм появилась? Я ждала от него обычного сарказма, с помощью которого он рубит все мои докапывания и оставляет мои вопросы без должного внимания. Словно я спрашиваю у него что-то настолько из ряда вон идиотское, что и отвечать-то стыдно. Впрочем, иногда он говорит правду. Особенно, когда я ее совершенно не жду, как сейчас. - Не хотел упустить тебя из виду. Совершенно сбитая с толку, я прикусила язык. Всегда думала, что его поступки диктуются лишь корыстными мотивациями. Даже тогда, когда моя сказка внезапно закончилась, толком не начавшись, меня не покидало ощущение, что все было не спроста… Только вот зачем? Я так и не смогла себе ответить, да и до сих пор не могу. - Зачем? – все-таки задала я вслух. Он покосился на меня. От былой усмешки не осталось и следа, он явно разгадал мой умысел. Он всегда читал меня как раскрытую книгу, причем еще и прозрачную. - Ты мнительна, как старый алкоголик. - Зачем? – пропуская колкость мимо ушей, повторила я. - Я соскучился, - просто ответил он.