Primo. Secundi. Tertius.

***

      Я не знаю, честно не знаю, как мы перенесли осень и зиму. Марго сидела дома, либо ходила в лес, редко. После хулиганов с кладбища у нее очень часто болели колени, а сама себя она лечить не умела.       Ещё хуже было, когда мы начали кашлять. Сначала я, потом Марго. Я варил отвары из самых разных трав, но кашель возвращался. Мы нашли решение – я варил при луне, шептал в травы, вычерчивал руны и знаки – то, что я всегда умел. Я чувствую их и словно понимаю язык символов гораздо лучше, чем язык людей. А Марго потом в эти отвары шептала тоже, да, да держала в руках, и от этого они стали помогать в десятки раз лучше.       Я достал нож. Украл, если честно. Мы сходили в лес, хотели набрать яиц или хоть какого-то зверья.       Ну в общем наткнулись на берлогу медведя, я уже с жизнью простился было, без Марго бы я не ушел, а с Марго мне не убежать, как вдруг медведь падает замертво и рев мелкой на весь лес.       Оказывается она не только поднимать мертвых умеет.       После этого она была без сил, я сначала донес её домой, а потом медведя, разделал его на мясо, на шкуру и прочее, с трудом заставил её есть.       И пообещал, что не отвернусь. Да, мне бы и самому было бы страшно, знай я, что могу одним желанием убить. А Марго же добрая. Добрая и светлая.       Мы сидели на поляне, недалеко от дома. Маргарет рисовала в альбоме, который ещё от прошлых хозяев достался, а я собирал ягоды, грибы, коренья и прочее. С утра поймал две рыбины, глядишь уха будет на ужин.       Как-то я завертелся, задумался и пришел в себя только от тихого шепота Марго: -Ако, не шевелись. Посмотри под ноги.       Я посмотрел. Лучше бы я этого не делал. У самых ног была гадюка, здоровенная и совершенно точно ядовитая гадюка, приготовившаяся к броску. Я прямо видел, как она раскачивается, выбирая между шеей и рукой. И старался не шевелиться. Превратиться в статую.       И раздался грохот. Шум. Гогот. Гадюка приготовилась… И упала замертво. Я с испугом взглянул на Марго, она уже плакала, беззвучно. И смотрела куда-то за моё плечо.       Там была компания моих старых знакомых, Серого с его бандой. И они все видели.

***

      В тот день они убежали, только пятки сверкали. Только теперь, когда я уходил за чем-то, я кожей ощущал их ненависть, даже если видел их издалека. С каждым днем ощущение смутной опасности разгоралось все сильнее.       Я с утра сходил к ручью, набрал воды. Марго собирала пучки трав, которые цветут только весной, перебирала овощи и ягоды, которые я принес вчера. Вечером отправился на речку рыбачить и вроде ничего не происходило, но чувство опасности просто разрывало на части. Это та самая интуиция, про которую писали во многих книгах, и она мне кричала – что скоро случится непоправимое.       Но ничего не происходило, я не хотел идти домой, боясь, что поделюсь бедой с Марго, а она только перестала плакать по ночам.       А что если беда случится с Марго? Нет, пока дома она в безопасности. Никто не заходит за калитку, их держит вдалеке какой-то дикий страх. Дикий страх, страх, страх, он захватил меня и я начал озираться по сторонам, пытаясь понять, что меня так пугает, куда бежать, как спастись.       И я увидел.       Я увидел дым. Дым столбом, как от разгорающегося пламени. В том месте, где стоит наш дом.       Казалось, я летел, но сердце упало в пятки, я бежал, не видя ничего перед собой, в надежде, что успею. Я успел увидеть это.       Несколько человек в черном стояли вокруг дома, когда я прибежал, ещё один выводил из дома зареванную, задыхающуюся Марго, они начали смеяться и один из них схватил какой-то нож, и, пока я пытался прорваться сквозь других, он начал истошно вопить противным скрипучим голосом: - Мы избавим мир от черни! Избавим его от Ведьм! Пусть ад примет душу этой мелкой ведьмы, умри, дрянь!       Я знал, что делать, как никогда раньше. Я видел каждый миг, как нож разрезал горло Марго, как темная, густая кровь толчками сочилась наружу, я слышал противный булькающий звук, я держал уже руку урода, у самого горла, я тихо шептал про себя       «Приношу свою душу, за место души Марго, отныне и впредь, я приму наказание, добровольная жертва за место насильной, меня зовут Демон, я приношу покаянье» -Какой хороший улов! – боже, какой у него мерзкий голос, - СДОХНИ, ДЕМОН!

«Марго, я тебя не брошу.»       Если это посмертие, то я только счастлив. Как будто в желе, и в густом тумане, я был собой и одновременно был всем. Мне хотелось кричать и звать Матушку и брата, но вокруг никого не было. Я заметил вдалеке пульсирующий огонек, побежал, полетел, стремился туда, я знал, что это моя Марго, я видел, как в трепещет её свет, свет чистой души.       Стало больно, как будто сердце связали и тащат куда-то сквозь мою грудь, меня тянуло вверх, душа Марго почувствовала и устремилась ко мне. Мы будто бы обнявшись устремились куда-то.       И стало темно, одиноко и холодно. И вдруг раз! Вспышка.       И я опять почувствовал боль, страх, ужас. Открыл глаза и увидел потолок. Которого не было и быть не могло в моей деревне.

Первый готов.