Утонувший Бог

***

За короля Севера!

      Траурным взглядом воины провожают девушку, проходящую сквозь их ряды к лесу. На её лице ни одного движения, и взгляд устремлен в никуда. Ребекка держится уверенно, хоть в её горле и застрял ком эмоций, с каждой секундой пытающийся вырваться наружу. Она входит в рощу, и тогда её походка изменяется, освободившись от чужих взглядов. Девушка шатается и сгибается пополам, небрежно прислоняясь к дереву. Некоторое время назад, черный ворон доставил злосчастную записку, содержимое которой жалило, как игла овода. Нэд Старк обезглавлен у Великой септы Бейлора своим же мечом, и его голова теперь покоится на копье у Красного замка. Ребекка тяжело дышит, представляя себе смерть опекуна в деталях. Его мысли, его последние слова… Ему вообще дали последнее слово?       Внезапно Сторм осекается, услышав лязг металла и ярые стенания неподалёку. Осмотревшись, она идёт на звук, замечая Молодого Волка, который в гневе кромсает дерево мечом.       — Робб, — просит она, но Старк не слышит её, продолжая яростно бить по дереву оружием. С каждым новым ударом, он проговаривает слова злополучного письма, и они отражаются у него в сердце холодным снежным комом.       — Робб, — повторяет девушка настойчивее, но юноша продолжает игнорировать подругу, кусая свои губы до терпкого металлического вкуса, чтобы не закричать.       — Робб! — Ребекка с напором требует его взгляда и вытаскивает свой клинок из ножен, — Ты сломаешь свой меч. Дерись со мной, а не с деревом. Старк наконец обращает внимание, и девушка заносит меч, который он слабо отбивает. Сторм бьёт снова и снова, пока у Робба не выпадает оружие из дрожащих рук, и он не опирается на одну ногу, опустив голову. Шумно вдохнув воздух, Волк смотрит на подругу, делая пару дубовых шагов к ней, и когда Ребекка обнимает его, утыкается ей в плечо и дает волю слезам.       — Я убью их всех., — его голос надрывистый, а дыхание сбито, и Ребекка плачет вместе с ним, сильнее прижимая к себе, — Всех… до единого… Я убью их вс…       Обострённые чувства мешают ему говорить. Мысли смешиваются, и ясный рассудок покидает Робба, заставляя рыдания усилиться. Юноше всё равно, каким он слабым и изнуренным сейчас выставляется, он выплёскивает всё из себя, пусть даже слезами. Леденело его сердце, его руки и ноги, его слёзы на щеках, и Старк просто вжимался в подругу, как будто она могла спрятать его от окружающего мира и обжигающих чувств.       — Волчонок, у них твои сёстры. Нам надо вернуть девочек. — Сторм замолкает, чтобы восстановить своё дыхание. — А потом убьём их всех.       Ребекка зарывается пальцами в его кудри и прикрывает глаза, позволяя стоять им так, пока кто-то не измотается.       Наблюдающая из рощи Кейтилин очень жалеет, что её сын уже обещан не той девушке.

***

      Робб был спокоен и свеж, как-будто там в лесу, между ними с Ребеккой, ничего не произошло. Он иногда поглядывал на неё во время переговоров, но, благо, этого вроде бы никто не замечал.       — Дальше путь ясен, — лорд Бракен встал, проходя меж рядов сидящих, — дать присягу верности королю Ренли и идти на Юг, чтобы соединиться с его силами.       — Ренли не король — повысил голос Робб, и Джонос резко обернулся.       — Неужели вы присягнете Джоффри, милорд? Он казнил вашего отца. Молодой Волк поднял на мужчину глаза, а затем уверенно оглядел присутствующих.       — Это не делает Ренли королем. Он младший брат Роберта. Бран не станет лордом раньше меня, — он упомянул своего брата, — Ренли не станет королём раньше Станниса.       «Вы примите сторону Станниса?»       «У Ренли нет права!» — другие лорды тоже начали спор меж собой.       Большой Джон встал, не желая слушать этот курятник, и обратился к предводителям, перекрывая их голоса:       — Милорды! Вот что я скажу этим двум королям! — Амбер смачно харкнул на пол, вызывая радостный восклик окружающих, — Ренли Баратеон — ничто для меня. И Станнис тоже! Почему они должны править мной и моими людьми с пышного кресла на Юге?! Все замолчали, внимая словам.       — Что они знают о Стене? Или о Волчьем лесе? Даже боги у них неправильные! Народ засмеялся, и даже у Робба Старка это вызвало лёгкую улыбку.       — Почему мы не можем вновь править сами? Мы уступили только драконам, но драконы мертвы! — Лорд Амбер вытащил свой меч из ножен и указал им на Молодого Волка, — Вот сидит единственный король, перед которым я готов преклонить колено. Король Севера! Большой Джон стал на одно колено перед Старком. Последний опустил на него глаза, в полной мере осознавая, что сейчас происходит, а затем встал. Его сердце забилось сильнее, и немного поватнели ноги, но он этого не показывал.       — На такой мир я согласен, — встал кто-то ещё из лордов, — Пусть оставят себе Красный замок и своё железное кресло! За короля Севера! Еще один меч был вытащен из ножен, и ещё одно колено было преклонено перед Роббом.       Ни секунды не раздумывая, Ребекка встала, словив взгляд Старка.       — Я твоя сестра. Теперь, и навсегда!       — Теперь, и навсегда. — Ответил Волк. Ребекка вытащила и свой клинок, становясь на колено. Тоже сделал и Теон.       — Мой меч — твой. В победе и поражении. С этого и до последнего дня.       — За короля Севера! — крикнул Джон Амбер, и абсолютно все вторили ему. Робб осматривал лордов, возведших его в правители, и оглянулся на мать, которая со слабой улыбкой на лице кивнула ему. На его плечи опять возложили большую ответственность.