Обречённые на дюйм

- Приходи ещё, детка. Можешь Боба взять, если ему совсем тяжко. Накормим. Фелис обувала закрытые балетки, хоть на улице и стояла жара, вчерашнюю грязь и лужи никто не отменял. - Да, поесть он точно не откажется, - усмехнулась она, - Мужчина, так скажем, Старлы уехал или куда-то пропал, уже давно. - Расстались что-ли? - Я не знаю, мне своих дел хватает, я не успеваю за этим следить. Женщина протянула девушке пакет с контейнерами и едой в фольге. - Ну и хорошо. Более менее спокойно стало, надеюсь. - Спасибо, Нильса. Я как смогу ещё зайду. - Конечно, если что, я всегда здесь. - И да... То, что было в тот вечер в библиотеке... Наверное я выглядела больной психопаткой, - неловко посмеялась девушка, качнувшись на пятках. - Нет, ну что ты? - женщина тут же заключила светловолосую в свои объятия, - Нервные срывы - это ужасно, но ведь главное, чтобы рядом были люди, которые поддержат тебя в трудную минуту. Девушка вошла в свою комнату и улыбнулась. Дома никого не было, это не могло её не радовать. На самом деле целая куча дел снова поджидала свою хозяйку, эти дела должны быть сделаны желательно сегодня, но Фелис сделала глубокий вдох и улеглась под одеяло. Ночью сон был беспокойным, утром есть ничего не хотелось. Может Джастин писал ей, но она не проверяла социальные сети. А точнее удалила их. Чёрный список также сделал своё дело. Девушка усмехнулась, понимая насколько это женско-истеричный поступок, но у неё почему-то не было желания видеть его сообщений и слышать его голос. От одних мыслей ей было уже достаточно больно внутри, поэтому она максимально себя ограничивала от источника, несмотря на то, что всё ещё безумно его любила и скучала. Как будто им нужен перерыв, дабы перевести дыхание. Входящий вызов: анон.(рекомен. не брать) Боже, да за что же ей это? Фелис зажмурилась и громко задышала. Он звонил несколько дней назад - она не взяла трубку. Теперь отказывать будет уж очень некрасиво, ей не хотелось быть грубой. Нужно сказать ему правду, раз и навсегда. - Да? - Привет, Фелис, как дела? - Хорошо, как твои? - Отлично, - кажется, он заулыбался, - Я окончательно перепоступил в университет. У меня получилось. - Да, это здорово, Квентилл. Некоторый шум создал паузу, после чего стих. - Давай увидимся сегодня? - быстро проговорил он, - Просто завтра я должен уехать к родителям, времени не будет. Мы можем встретиться на территории университета, как ты и хочешь, или в другом месте. Я могу тебя подвезти. На самом деле я писал тебе это ещё вчера в фейсбуке, но ты уже давно туда не заходишь. Она прикрыла глаза. - Да, меня взломали, кажется. Послушай, я... - Я видел ты выкладывала в историю новую песню Холзи, мне она понравилась. Ему понравилась песня Холзи? И этот человек ровно год назад раскидал по двору вещи с её рюкзака, кидался в неё оскорблениями с дружками и потешался как над нищей? - Послушай внимательно, пожалуйста. Моему парню вряд-ли понравится, что я провожу время с другим. Парень прочистил горло. - Но мы ведь как друзья? Друзья? В какой момент это решилось без неё? - Нет, извини. Я рада, что у тебя всё наладилось, но у нас разные жизни. - Ты можешь не говорить Джастину, что мы видимся. - С чего бы мне делать это? Девушка насупилась, пока собеседник собирался с мыслями. - Потому что мне хорошо, когда я тебя вижу. Она закатила глаза и выдохнула. Этого ей точно не нужно было. - Ты мне очень нравишься, как-бы, - выдохнул он, - И мне жаль как я с тобой обходился раньше. Я извиняюсь перед тобой ещё раз. Вот так. И ещё знаешь что? В её понимании это был риторический вопрос, но парень молчал. - Что? - неохотно ответила девушка. - Тогда, в последний раз, когда я подарил тебе цветы возле туалета, я купил цветы не под кайфом. Ты, как потом я сам понял, нравилась мне с самого начала, я хотел извиниться и пригласить тебя куда-нибудь. - Но ты выбрал наркотики, а не человечность. - Я ошибался, Фелис, я всё осознал. Она сделала глубокий вдох, перебарывая свою сейчас такую лишнюю жалость. - Хорошо. Я поняла. Чего ты добиваешься прямо сейчас? - Наверное... Ответных чувств. Хочу тебя добиться. - Но ты ведь понимаешь, что я уже в отношениях? - А если бы не Джастин, ты бы была со мной? - Что это за вопросы? Я говорю тебе в последний раз: видеться нам с тобой больше нет смысла, я люблю другого человека, и ты, пожалуйста, тоже сконцентрируйся на чём-то или ком-то другом. Мы не будем больше видеться и общаться. Удачи тебе. * * * Овощное рагу вышло ароматным и вкусным, рис в виде гарнира на удивление получился рассыпчатым, от чего Фелис была довольна собой ещё больше. На готовку ужина у неё всегда находились силы, после чего она звала Боба. - Я устроился в магазин работать. - Правда? - удивлённо воскликнула Фелис. - Да... - слегка смутился подросток, - Там дядя моего одноклассника предложил, когда мы у них в приставку играли. - Я тебя поздравляю! - она заметила его смущение от похвалы, которую он получал... никогда? - Это хорошее начало, может уже и себе приставку купишь. - Если ты дом не продашь, - тихо ответил Боб и сунул в рот овощи. Фелис поджала губы и чуть улыбнулась. - Там ещё сок в холодильнике, если хочешь. С окончанием учёбы девушка ощутила насколько легче ей стало без уроков и подготовок к экзаменам. Расписание на последний год выставлено так, что Фелис без проблем может заниматься работой и одновременно доучиваться последний год. Удивительно как быстро пролетел предыдущий, как много поменялось вокруг и в самой ней. - Конечно, ведь ты наконец потеряла девственность! Фелис накрыла лицо ладонями. Ругательство сорвалось с её губ само собой. - Одри, ты просто... - Что? Девушка моментально полезла за наушниками в сумку. - Я иду по улице между прочим! Ты на громкой связи. - Когда говоришь по фейстайму лучше надевай наушники заранее, чтобы никто не узнал, что моя подруга потеряла невинность по любви! К счастью, на середине реплики Одри Фелис успела подключить наушники и покачать головой. Собеседница по ту сторону экрана уже вовсю смеялась, наблюдая румянец на щеке подруги. - И вообще почему я последняя узнаю событие зимней давности? Событие года? - Ну, ты в принципе первая, кто это узнал. А, и ещё Лисса полчаса радостно пищала мне в трубку, после того как несколько дней пытала Джастина расспросами. - Конечно, ведь такое хочется обсудить. - Мне не хочется, я прошу тебя. - Как детишки твои? - Замечательно, - подтвердила фразу улыбкой и наконец потянула ручку двери, дойдя до местного кафе, - Схватывают на лету, я даже немного удивлена. - А вечером что делаешь? Может я позвоню и фильм вместе посмотрим? Девушка усмехнулась, присаживаясь за стол. Она как обычно заказала суфле со средним латте и пыталась себя научить, что сидеть в одиночку в кафе не выглядеть жалко. - Сэм уехал, совсем скучаешь, да? - Да, - выкатила собеседница нижнюю губу. - Я вечером пойду к родителям Джастина, они позвали меня на ужин. - Скукота, - закатила глаза Одри. Недавно приобретённое летнее шифоновое платье нравилось Фелис как ничто другое в её гардеробе. Светло-зелёная ткань с россыпью в мелкий цветочек и юбкой ниже колена отлично сочеталась с её кожаным рюкзаком и беленькими балетками. - Я вернусь завтра. - Спасибо за ужин. Девушка даже приостановила свои действия от неожиданной благодарности Боба. - Не за что. К вечеру, когда летнее солнце начинало заходить за горизонт, июльский воздух Онтарио заметно остывал, тёплый ветер мягко обдувал распущенные пряди Фелис, что касались кожи спины и струились к лопаткам. Она задумчиво плелась по дороге к дому Биберов, покусывая нижнюю губу. Позвонив в ворота - ей открыли. Девушка закрыла дверь, прошлась по тропинке к крыльцу, не забыв окинуть взглядом сочный газон и манящий гамак, на котором расслаблялась двумя неделями ранее. Сочный персик под хороший фильм обеспечили ей отличный вечер. Поднявшись по ступенькам, Фелис вздохнула и постучалась. Пока тишина. Через несколько секунд дверь отворилась. Воздух застрял в её лёгких. Пальцы намертво вцепились в лямки рюкзака, но даже при таких условиях ей удалось ощутить этот знакомый аромат дорогих духов. До боли в груди знакомый. Фелис безотрывно смотрела на возникшую на пороге фигуру и только спустя минуту с шумом втянула воздух приоткрытыми губами. Джастин чуть приподнял уголки губ и беспечно качнулся на месте. - Привет. Она смотрела на него, слыша сердцебиение в собственных ушах. Его не было с ней пять самых долгих месяцев на свете. - Я приехал к тебе. Не теряя времени юноша сделал шаг и заключил растерянную фигурку в горячие объятия. Она не шелохнулась, только спустя несколько секунд опустила веки, расслабила плечи и смогла вернуться к нормальной циркуляции кислорода. - Неужели нужно довести меня до нервного срыва, - голос её тихо дрожал, - Чтобы заставить тебя вспомнить обо мне? Он только крепче сжал её в своих руках и зарылся носом в волосы. - Моя. Рядом. Наконец-то. Фелис влилась ладонями в ответные объятия. Она обнимала его и не могла поверить, что снова ощущает родные изгибы так близко. Что сейчас он рядом с ней, осязаемый, самый родной и только её. Он прилетел. Стоило ей его увидеть - функция "думать" в её голове отключилась, нежность проникла в вены вместе с отбивками бешеного сердцебиения и тёплым дыханием в шею. Непонятно сколько времени они так простояли, отвлёк их радостный Роджер, который подлетел к их ногам, небрежно протискиваясь сквозь и роняя карамельный попкорн с пачки. Джастин отстранился, с улыбкой подхватил мальчика и скрылся в гостиной, Фелис скинула обувь с ног и промокнула уголки глаз от выступивших слёз. Её немного потряхивало, потому что она всё ещё не могла поверить в происходящее, но старалась сдержать остатки самообладания. Не теряя ни минуты, счастливая Нильса позвала всю семью за пышное застолье. У девушки была куча вопросов и претензий, она всё ещё не разобралась со своими эмоциями, дальнейшим планом действий и всё ещё была сбита с толку. Она не имела возможности прижаться к любимому человеку долгие месяцы, в то время как сейчас кареглазый парень сидит прямо рядом с ней с удовлетворённой улыбкой на губах и иногда накрывает её ладонь своей, мягко поглаживая. За прошедшие сорок минут они не обмолвились и словом друг с другом. Джастин вышел с отцом к машине, а Фелис помогала Нильсе с тарелками после ужина. - Вы не поговорили ещё? - тихо шепнула женщина. Девушка покачала головой. - Оставь, - забрала та блюдо с её рук, - Ты бы видела себя за столом, сидела как неживая. Идите решайте. - Ты точно...? - Давай, милая, не мучай себя. Фелис вздохнула и медленным шагом поплелась в комнату. Приезжая сюда она жила, если так можно выразиться, в комнате Джастина, поэтому подумала, что если тот увидит, что некоторые предметы переставлены - не будет возражать. Буквально минуту тишины спустя - в дверь раздался стук. В женской голове ещё не успели родиться какие-то фразы или действия, она только вздрогнула от неожиданности и сразу поняла кто именно рвался к ней в компанию. - Нам нужно поговорить. Его мягкий голос так давно не звучал напрямую с ней, без каких-либо гаджетов и приспособлений. Она обнимала локти руками, а он с грустью заметил, что сама она немного похудела, слегка покрасневшие глаза и круги под её глазами стали темнее. Нильса говорила, что девушка счастлива на своей работе, неужели только он довёл её до такого? Он закрыл за собой дверь, двинулся к середине комнаты и потянулся к фигуре, но Фелис сделала шаг назад. - Не нужно меня трогать. Просто начни говорить. Тот глубоко вздохнул. - Я же соскучился. Фелис усмехнулась. - Мы не ради этого сейчас здесь. - Ты права насчёт того, что я увлёкся, - с трудом ему удалось признаться в своём провале в поддержании здоровых отношений на расстоянии. - Может я перестала быть интересной? - Нет. Его ответ звучал твёрдо, карие глаза смотрели прямо и сурово. - Хорошо, - не было причин не верить, - Но дело в том, что я говорила тебе об этом. И кажется ты не собирался ничего с этим делать. - Не говори так. Я уделял тебе достаточно внимания, первые месяцы точно, ты помнишь? Когда работа кончалась в семь, я был дома и мы почти три часа говорили с тобой. И это были не подачки, я этого хотел, я тебе звонил, потому что ты лучшая женщи... - Давай без комплиментов. Он выдохнул. Из него рвалось многое что бы ей сказать, ему хотелось поцеловать её так сильно, чтобы синяки днями не сходили с её губ, сжать до хруста в рёбрах и бесконечно шептать как сильно он соскучился. - Почему ты начал скрывать некоторые моменты? - Я посчитал их невесомыми. Или боялся, что ты мне не поверишь. - А ты хоть раз попробовал проверить мою реакцию? Джастин. Я всегда тебе верила и верю. И ты не лгал мне никогда, просто начал умалчивать о каких-то моментах, которые посчитал ненужными для знания, но я бы поняла тебя, я бы была спокойна, что доверие между нами всё ещё есть, что это чёртово расстояние нас ещё не погубило. - Я стал сильно уставать. У меня появились стресс и бессонница, ты знаешь, что я падкий на такие вещи, что если ты мне позвонишь, да или любой другой - я вылью это всё несмотря ни на что. Ты этого не заслуживаешь. - Но я также не заслуживаю отклонённых вызовов! - с искренней обидой вырывалось из её уст, - Сухих фраз, что ты завтра перезвонишь. И дело в том, что иногда ты и не перезваниваешь. Знаешь, когда ты так далеко мне всегда кажется, что в тебе что-то поменялось, что ты не пишешь мне, потому что не хочешь. Потому что нашёл что-то более важное для себя. - Цветочек мой, послушай: я занят с раннего утра и до ночи. Я звоню тебе в обед, звоню ведь? Та кивнула. - Дни летят бесконечно быстро, я иногда не понимаю когда кончился один и начался другой, я выжимаю из себя все силы, потому что эта работа и учёба с профессорами были моей мечтой. Теперь это просто моё и я вкладываю всё, что имею, без остатка. - А мне ничего не достаётся, - грустно усмехнулась она, - Последние недели я звонила тебе и говорила словно с роботом. Когда мужчина приходит домой, он должен чувствовать ласку, заботу и тепло. Это сложно получить через экран и динамик, но я стараюсь. - Я знаю, что ты стараешься. У тебя это получалось, когда я был в Онтарио. Было бы идеально, если бы ты действительно физически была рядом со мной, я бы обнимал тебя после тяжёлого дня и всё внутри у меня бы становилось на место. - Поэтому я звоню тебе, а ты отвергаешь. - Потому что это не то, чего мне хочется и я протестую. Как маленький мальчик. Я довольно вредный, да? Она улыбнулась. - А ты звонишь и успокаиваешь меня, - продолжал он, - Мне хочется, чтобы ты просто была рядом, из-за этого я и негодую и злюсь. - Эта злость ни к чему не приводит, ты видишь это? Он кивнул: - Мне казалось, что я позлюсь и всегда успею исправить ситуацию. - Почему ты не говоришь мне о Ребекке? - с трудом ей удалось выговорить это имя, начать неприятную тему, - О проблемах нужно говорить. - А тебе хочется о ней говорить? - Понимаешь, Джастин, тебе всё с ней понятно и тебе в порядке, а мне неизвестна ситуация, и ты хочешь, чтобы я отбросила её? - Ты боишься, что она уведёт меня? - улыбнулся он. - Не до шуток сейчас. - Ты можешь посмотреть камеры наблюдения в нашей обсерватории и увидеть, что единственная точка нашего с ней соприкосновения это две синие папки, потому что мне лень копировать каждый листочек и сделать их своими, поэтому мы делим папки на двоих. Фелис. Верь мне. - Я верю. Правда. Просто не умалчивай о мелочах, мне важно всё! - Ты десять дней игнорировала мои звонки и сообщения, - сунул руки в карманы джинс, - Объяснишься? - Нет. Кивнул, опустив голову. - Я волновался. - Ты спрашивал обо мне у своей семьи. Я жива, это всё, что я хотела, чтобы ты знал. На самом деле - она была на грани слёз. Эмоции, которые ей сегодня пришлось испытать накладывались одна на другую, было слишком сложно стоять во спокойствии (почти), когда внутри бушевал ураган. Она подошла к нему ближе. Ещё ближе. Мужской парфюм ударил ей в ноздри. - Запомни раз и навсегда: твои проблемы не важнее проблем других, - всматривалась в карью гущу. Потряхивать начало сильнее, - Я тоже работаю, я тоже человек. Не обесценивай. Ясно тебе? Джастин послушно кивнул и начал наклоняться к её губам. Фелис поджала свои и сделала шаг назад. - Я всё ещё не простила. Ты всё ещё эгоист. Ты думал - приедешь, и я моментально растаю? - Ну... Честно, я на это рассчитывал в какой-то степени. Девушка опустила голову и засобиралась на выход, на что кареглазый недовольно застонал и схватил её за руку. - Малыш. Просто помни, что ты самый важный пункт в моей жизни. - Я так не думаю, - закусила нижнюю губу, осторожно взглянула на того из-под ресниц, - Я принимаю себя у тебя не на ведущем месте, я теснюсь с наукой, потому что уважаю твою страсть. Хотя-бы не лги себе. Либо поставь меня на первое. - Лисса всегда говорила, что девушка хочет видеть только себя на ведущем месте. - Чувствовать, - исправила она его, - Я хочу, чтобы ты научился разграничивать, делать действительно правильный выбор, без обделений. Что когда в один прекрасный день с неба будут падать метеориты - ты не побежишь исследовать иноземные материалы, ты побежишь спасать меня. Было сложно проводить остатки вечера в библиотеке, когда любимый человек в этом же доме, близко как никогда до этого. Она впустую листала страницы фэнтези старого издания, потому что не могла вникнуть в смысл написанного, в её голове было лишь одно: на первом этаже, когда девушка проходила мимо гостиной, её взгляд упал на душераздирающую картину. Джастин сидел на корточках перед Дейзи и крепко держал её руку. Женщина промакивала глаза платком, что-то тихо говорила, пока сын смотрел на её лицо и сжимал челюсть. А затем она наблюдала парня позже, в приоткрытую дверь ванной: одной рукой он сжимал край раковины под глубокое дыхание, а пальцами второй зажимал глаза. Ему не спалось без неё. Хоть он и жутко устал от перелёта, эти два дня сложились в один, Джастин вертелся в постели, периодически кидая взгляд на часы. Почти час ночи. У него всё ещё были вопросы к Фелис, они вроде поговорили, но легче ему не стало совсем. Что они выяснили? К чему пришли? Она простила его или нет? А разве она не виновата? Молчать столько дней! Что она возомнила? Даже толком дотронуться до себя не дала, неужели у них настолько всё плохо? А та СМС? Она действительно хочет разойтись? Может они уже разошлись, а он не заметил?! Бибер фыркнул и вскочил с кровати, наматывая круги. Он понимал свою ошибку. Перед его уездом они вместе были не так долго, и тут на них сразу обрушается такое испытание, тогда, когда больше всего хочется быть вдвоём, изучать друг друга и мир вокруг. Может, он слишком привык быть одним? Слишком долго скрывал от заботливой мамы различные мелочи, и теперь скрывает то же от заботливой Фелис? Пока мысли навязчивым ворохом вертелись в голове, он уже стоял около двери дальней спальни и царапал пальцем позолоченную ручку. Поджал губы и выдохнул. Постучался. Тихое "войдите" его обрадовало и одновременно обеспокоило. Почему она всё ещё не спит? Девушка стояла в брючной пижаме около своего стола, словно вовсе ещё не ложилась. Он засмотрелся на её вьющиеся волосы, пока закрывал дверь, и ожидал каких-либо противостояний, но нет. Она спокойно включила ночник и складывала тетради в стопку. Аромат чайной розы витал в комнате, Джастин приближался к столу и уловил нотки увлажняющего крема. Она всегда им пользовалась перед сном - у него закружилась голова. Фелис возилась с листами, пока не ощутила дыхание в волосах. Замедлила действия, потому что стала вслепую перекладывать одну на другую, подалась влево и уткнулась взглядом в грудь под белой футболкой. Мужские пальцы ненавязчиво скользнули мягкими подушечками вдоль её скулы и приподняли подбородок. Зелёные, глубокие, умные и нежные глаза влились в его. Он скучал по каждому взмаху её ресниц, по волнительно приоткрытым губам и мягкости мраморной кожи. - Я буду спасать тебя каждый день своей жизни. Её грудь приподнялась в волнительном вздохе, щека таяла от нежного касания. Его глаза всматривались в её, кисть нашла смелость погладить подбородок большим пальцем и двинуться к шее. Сердце готово было пробить грудную клетку, губы пришлось увлажнить быстрым движением языка. Тонкие ключицы девушки были его одним из любимых мест, но сейчас его интересы были немного выше. Джастин достиг края ночной рубашки и остановился на первой пуговице. Расстегнул. Лиф приоткрыла губы, а он постепенно терял голову. Вторую пуговицу постигла та же участь. Третья выскользнула легче, четвёртая, пятая и последняя. Ей казалось, что весь мир сейчас способен ощутить пульсацию в её висках и холод в кистях. Воздух, что она объёмно вдыхала, впивался в лёгкие, но даже этого было мало. Мужская ладонь коснулась обнажённой груди. Он едва не застонал от удовольствия, склонился к губам Фелис и словил её прерывистое дыхание вместе с невинным взмахом ресниц. - Я мечтал об этом каждую ночь. Тёплые губы накрыли её влажные в жадном поцелуе. Ладонь на груди сжалась, тихий стон подначил притянуть к себе фигурку сильнее и одним движением скинуть верх пижамы на пол. Теперь он обнимал её шею двумя руками и целовал родные губы, по очереди, распаляя искры страсти и ощущая ладошку на своей щеке. Спустя пару секунд Фелис соприкоснулась голой спиной с прохладным постельным бельём и в приглашающем жесте раздвинула коленки, ни в коем случае не прерывая поцелуя. Он идеально вливался в изгибы её нежного тела, ласкал губы и мягким жестом просился языком внутрь. А когда его поцелуи двинулись ниже - женский стон удовольствия не заставил себя долго ждать. Он сходил с ума, он сжимал ладонями её бока, ласкал кожу размеренным распределением горячих поцелуев и понимал, что никогда и ни на что не променяет эти ощущения. Её пальчики блуждали в прядях его светлых волос, торс приподнимался сам по себе, навстречу влажным ласкам, навстречу мягким губам, что ласкали грудь, зубами подцепляя кожу, позволяя проворному языку изучать ореолу. С мурашками по всему телу Джастин осознал с какой лёгкостью чуть не потерял шанс испытывать эти невероятные ощущения. Он едва не лишился лучшей девушки на всём свете, и поклялся больше никогда не быть мудаком. Шёлковые штаны ей очень шли, но без них было лучше. Особенно когда под ними больше ничего не было. Когда губы стали малинового оттенка от бесконечных поцелуев, её ладошки активнее исследовали крепкую грудь, сильные лопатки и мужской изгиб талии. Время застыло в пространстве, настоящее улетучилось со всеми выходящими, были только они и сумасводящая нежность двух любящих тел. Два облегчённых стона вылились в раскалённое пространство, когда Джастин сделал первый рывок навстречу наслаждению. Женская россыпь поцелуев в подбородок и изгиб челюсти вводили парня в экстаз, Боже, ему ещё никогда не было настолько хорошо... Горячее дыхание опаляло кожу её шеи, Фелис выгибалась навстречу крышесносному экстазу и одаривалась крепкими поцелуями в ответ. Прижимала его голову к груди, наряду откидывая свою назад. Он нашёл её губы и сплёл пальцы их обоих рук. Расположил одну у её головы, уткнулся носом в щёку, обжигая кожу своими частыми выдохами. - Я люблю тебя, - жаркий шёпот; он смотрел в её изумрудные глаза, пока та не поверила в услышанное, - Я по-настоящему влюблён в тебя, Фелис. Фелис...