Часть 2
2 апреля 2019 г., 22:08
— Уже сбежать от нас собралась? — услышала я за спиной бархатный голос Доротео.
Я обернулась и увидела Доротео в той же серой майке и тряпичных штанах. Он явно только проснулся, что не удивительно…
На бумажке с адресом вечеринки было написано время, поэтому я проснулась раньше всех, где-то в пять. Быстро собралась и уже хотела уйти в одно место до того, как нужно будет ехать. Но, к сожалению, меня заметили.
— А, да нет, — я сняла капюшон своей серой спортивки. — Просто…
— Не лги мне, — он улыбнулся и сел на диван. — У каждого из нас есть свой дар, которым нас наделил Бог. Моим даром является то, что я легко читаю человека, могу сказать когда ему больно, а когда хорошо. Могу назвать любимую еду, песню, машину, одежду и тому подобное. Уж кого-кого, но меня обманывать не советую, — он стал смотреть в стену перед собой, словно меня здесь и нет. — И мы вроде предупреждали, чтобы ты одна никуда не ходила.
— Прости, я помню, — я поправила свои волосы. — Я думала, что быстро схожу и вернусь когда вы ещё спать будете.
— Я знаю, что тебе нужно сейчас, и куда ты хотела пойти. Я пойду с тобой, — он щёлкнул пальцами и оказался прямо передо мной в красивом костюме.
Я смогла лишь только кивнуть и мы вышли из штаба. Нас уже ожидала машина, которую Люцифер вчера оставил здесь.
— Какой адрес? — спросил Доротео, вставив ключ зажигания и повернул его.
— Мэйн стрит 1, — я пристегнулась.
— Молодец, что пристегнулась. Запомни, я вожу очень быстро и никогда не стою в пробках, — он выжал почти сразу же по полной педаль газа, от чего я сильно дёрнулась.
Мы мчались по узким улицам с нереальной скоростью, а поворачивали на перекрёстках настолько резко, что, казалось, я видела дым от шин. Уже спустя считанные минуты мы оказались около нужного дома.
— Можешь пойти сама. Я буду здесь, — улыбнулся Доротео и я вышла из машины.
Я оглянулась и чуть не расплакалась, увидев свой дом так близко. Я спряталась в кустах под нашими окнами. Долго ждать Дебби не пришлось, она вышла спустя минут десять моей засады.
Я никогда прежде не видела её настолько грустной. Её глаза опухли, словно она плакала день и ночь напролёт, а её кожа была неестественно бледной. Сама она была одета во всё серое и чёрное. В школу она всегда ходила пешком, поэтому я дождалась в засаде её ухода, после чего спокойно села в машину и приказала Доротео ехать по адресу моей школы.
Моя школы была одной из тех, что работала по субботам. Этот день был таким же, как и понедельник.
Мы мчались на всех скоростях, а когда подъехали к зданию школы, то Доротео резко свернул, остановившись. Многие школьники оглянулись, даже парочка моих знакомых. Я буквально выскочила из машины, бегом направившись к школе, ведь мной сейчас управляли эмоции. Хотя я сама не до конца понимала, что происходит, ведь мои мысли словно затуманились…
— Да стой ты, — я даже не заметила как передо мной возник Доротео. — Тебе нельзя злиться и поддаваться эмоциям. Глаза приобретают красный цвет, — пока он смотрел мне в глаза, я пыталась отдышаться.
Я сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Только когда Доротео отошёл меня, дав понять, что всё в порядке, и я смогла полностью расслабиться.
— Я сама не знаю что это было… — я встряхнула головой, но мной словно вновь овладевало неизвестное и очень сильное чувство, сводящее с ума. — Мне почему-то кажется, что мне нужен прямо сейчас один конкретный человек. Я знаю, где он стоит сейчас.
— Ясно, — он поправил шляпу. — Это дежавю.
— Прости? — я пыталась прогнать это чувство, отвлекаясь на людей вокруг.
— Где-то очень близко находится человек, которого ты буквально видела единожды, но чувства говорят тебе, что вы обязаны познакомиться и встретиться. Чтобы не усложнять, мы называем это дежавю.
— Так что ж ты тогда меня не пускаешь к этому человеку? — эмоции взяли вверх.
— Пускаю, но от меня ни на шаг. Скоро карать начну. Я же о тебе забочусь, как и вся команда.
— Но это же мои личные дела, — я закатила глаза.
— Запомни. Со вчерашнего дня у тебя больше нет личных дел, мы всегда рядом и всегда в курсе всего. Тебя прихлопнут в любую удобную секунду. Твари — это люди, даже я далеко не всегда их различаю.
— Да пойдём уже. Мне всё равно, — отмахнулась рукой я и слегка ухватилась за пиджак Доротео, ведя его по школе.
Он скинул мою руку, отряхнулся, после чего мы оба успокоились. Я шла за этим человеком словно хищник за добычей, видя его следы, чувствуя его запах. Когда запах стал максимально сильным, то я увидела обладателя этого аромата.
— Я знаю его, — я резко обернулась к Доротео, чтобы стоять спиной к тому парню. — Он долго не отрывал от меня взгляд в доме Бога, хотя мы просто прошли мимо.
— Тот, что у шкафчика? — он невзначай выглянул из-за моего плеча, а я кивнула. — Кажется я знаю его, тебе лучше с ним не связываться. Здесь неподходящая обстановка для объяснений.
— Хорошо. Скажешь потом, но я должна увидеть кое-что ещё, — я пошла по тому же пути, по которому мы сюда и пришли, чтобы избежать близкого зрительного контакта с этим парнем.
И тут, почти у главного входа я увидела доску объявлений. Обычно на ней были какие-то новые статьи из школьной газеты или же новости дня для старост. Но я увидела лишь немереное количество фотографий со мной, а так же пожелания от каждого ученика.
— Это ты? — шепнул мне на ухо Доротео и положил мне руку на плечо, рассматривая фото.
— Да… — я подошла к стенду ближе.
«Покойся с миром», «Мы любим тебя и помним!», «Спасибо, что спасла мою подругу», «Нам будет не хватать такой доброй и смелой девочки». В эту секунду резко кольнуло в сердце, когда я увидела столь знакомый почерк и фото… Где была я и Дебби. «Ты была лучшей сестрой, ей и останешься».
— Ты кто? Чего так пристально рассматриваешь её? — послышался знакомый, но грубый, голос.
Я развернулась и увидела Дебби, она явно была зла.
— Я… Мы были хорошо знакомы. Я пришла, чтобы это увидеть, — я старалась сдержать слёз, смотря в глаза Дебби.
— Вся школа так оплакивает её, — она словно усмехнулась. — Дети и девушка, которых она спасла, каждый день приносят цветы к её фото, — она кивнула головой в сторону конца коридора первого этажа.
Там я увидела мою огромную фотографию с чёрной ленточкой, а под ней куча цветов.
— Знаешь, у меня для тебя есть кое-что, — я достала из кармана обычный листок, который был сложен вчетверо, после чего протянула его ей. — Она хотела это уже давно отдать тебе, но так и не смогла, оставив это мне в истерике.
Она с неким недоверием, но надеждой, начала разворачивать лист бумаги.
— Пойдём, — тихо сказала я Доротео и мы вышли из школы, пока моя сестра была погружена в свои мысли. — Быстро в машину, — сказала я ему, и мы побежали.
Когда мы отъехали от школы, то я заметила, что Доротео как-то замялся, словно не решался сказать что-то.
— Так кем был тот парень? — я поправила волосы, которые растрепались во время бега.
— Я вот и думаю, как тебе будет правильнее объяснить, кто он, — он очень нервно сжимал руль, разворачивая машину ещё резче, чем прежде. — Думаю, что ты прекрасно знаешь теорию людей об Адаме и Еве. Так вот… Парень, которого ты видела, и есть тот Адам, только вот люди не совсем правильно рассказывают эту историю. На самом деле первой появилась Ева. Она обещала всему живому и неживому мир, спокойствие и счастье. Она выполнила своё обещание. Но однажды она решила, что живого в этом мире мало, поэтому просила помощи у небес, даже не зная о существовании Бога, чтобы те послали ей хоть что-то живое и подобное ей, дабы вместе они с лёгкостью исправили эту проблему. Так Бог и поступил. Он создал Адама, которого на самом деле звали и зовут сейчас Ксэнтус. Ева родила ребёнка от Ксэнтуса, но ему не понравилось то, как выглядел новорождённый и он уже тогда мечтал о его смерти. Еве пришлось исследовать наш мир, дабы найти укромное место для спасения ребёнка. И там она встретила почти такое же маленькое дитя, которое просто пряталось от всех невзгод. И тогда Ева вырастила двоих детей, которые продолжили род. Конечно дальше приходилось рожать дочери от отца, затем сестре от брата, что делало детей нездоровыми, но вскоре людей стало так много, что они уже даже не были друг другу родственниками. И в один день Ксэнтус нашёл Еву и её род. В тот день погибли многие, ведь он смог получить силу Бога и бессмертие. Ну… В общем, не так уж сильно и изменились его намерения. Только теперь у него ещё есть и сторонники, — Доротео словно проклинал героя своего рассказа про себя. — А что за записку ты ей дала?
— Там было то, что она уже давно искала, — я прикрыла рот кулаком. — После смерти наших родителей осталось одно послание детям, то есть мне и ей. В этом послании говорилось о том, что у наших родителей есть законно-купленные частные дома и территории за городом. А в них есть вещи, которые мы унаследовали. Это послание было рассчитано на то, что когда-то их не станет и им нужно будет нам рассказать об этом. Я получила послание первой и уже собиралась отдать его Дебби, но… Я побоялась, что теперь, когда она еле как отошла от мыслей о том, что она всех почти потеряла, ей будет ещё больнее, если вдруг она узнает о том, что родители оставили памятные вещи своим дочкам, — мне стало плохо и я не стала продолжать этот разговор.
***
— Хелен, я рад, что ты пришла с… — Я её парень, — моментально среагировал Люцифер и закинул мне руку на плечи. — Что ж, рад вас видеть, — сказал неуверенно Дэнис и проводил нас жестом. Мы вошли в дом. Я скинула руку Люцифера с плеч и дала ему пощёчину. — Это ещё за что? — возмутился он. — В следующий раз придумай что-то по-оригинальнее. Можешь делать что хочешь, но я сегодня планирую только выпивать и болтать с кем-нибудь. Не люблю вечеринки. — И с какой же целью ты пришла тогда? — он толкнул меня рукой в сторону бара. — Девушка, что была в этом теле до меня, столько натворила. Пришла всё исправлять. Но моя задача посидеть тихо, ко мне сами пойдут, если им понадобится. Мы направились к бару. Первые два часа мы выпивали и делились историями, после чего начало вечереть. За окнами дома уже виднелся закат. Многие ребята, которые весь день провели в бассейне, начали возвращаться. В доме включили музыку, поэтому мы вышли на улицу, чтобы насладиться тишиной. — Слушай. Как тебя сокращённо можно назвать? — сказала я, прежде чем в очередной раз произнести его имя. — Честно, в нашей компании меня иногда зовут Люц. Звучит конечно так себе, но все уже привыкли к этому, как и я, — он сел в кресло, которое первое попалось на глаза. — Люц… Расскажи мне о команде. Я ничего о вас не знаю, — я села на соседнее кресло, пристально смотря в глаза Люциферу. — Раз уж я здесь, то начну с себя, — он хихикнул, словно сам для себя, после чего резко сменился в настроении, стал каким-то холодным. — Я родился в Лондоне, где и жил всю свою жизнь. Я рос в семье аристократов, поэтому был приучен к этикету за столом, да и в общем. Часто ездил с отцом на встречи, переговоры, приглашался на официальные вечера в загородных домах, — он встал с кресла и сунул руки в карманы джинс, смотря на закат. — Когда я поступил на первый курс медицинского, как и хотели мои родители, то отец подарил мне машину, частный самолёт, бумажную фабрику. Его радости не было предела. И, когда мне стукнуло девятнадцать, я встретил девушку своей мечты. Она была идеальной, я не видел в ней ни одного минуса. Мы безмерно любили друг друга. Поэтому уже в свои двадцать я сделал ей предложение. Спустя полгода была свадьба. И вот, вечером в день свадьбы мы решили незаметно уехать в мой загородный дом, чтобы провести прекрасную ночь, — он повернулся ко мне профилем и улыбнулся. — Она уговорила меня передать ей право вести машину. Мы были очень пьяны. В конце концов мы просто разбились, ведь она не успела вовремя затормозить и повернуть перед обрывом, — он повернулся ко мне, но я видела лишь лучи оранжевого солнца, что освещали контур его тела. — Так я и погиб. — Мне жаль, — я сглотнула ком, который застрял у меня в горле. — А… — Она погибла ещё до меня, — словно прочитал мои мысли Люцифер и ответил. — Ну, если говорить о Доротео, то ему просто не повезло. Он долго молчал, метаясь с места на место, видимо не зная с чего начать, но затем всё же сел в кресло и начал: — Он был рождён в американской семье, которая была очень строгой. Его буквально до восемнадцати на гулянки не отпускали. Когда ему исполнилось семнадцать и он пошёл в одиннадцатый класс, осознал страшную вещь… Ребёнок воспитанный жестоким отцом оказался геем. Он влюбился в своего одноклассника, а тот в свою очередь тоже был по мальчикам. У них начался тайный роман. И однажды, когда его родителям было просто необходимо уехать на два дня и одну ночь, оставив своего сына одного в доме, он привёл своего парня к себе. Конечно дело дошло до постели. И тогда вернулся его отец, в прямом смысле застав своего сына голым верхом на голом парне. Отец не выдержал и на эмоциях взял дробовик, целясь на незнакомца в кровати его сына. Доротео в последнюю секунду лёг на своего парня, закрыв его спиной от пули. В итоге Доротео умер, а его парень до сих пор оплакивает его, хотя уже прошло более трёх лет. — Отцу всё равно на смерть? — это было единственное, что я смогла сказать. — Отец умер в той же больнице от горя, где лежал Доротео, пока врачи окончательно не констатировали его смерть. Так и осталась одна его мама, которая, к счастью, была беременна в момент смерти мужа и сына. Она боялась признаться супругу в этом, ведь тот и первого еле как воспитал через крики и злобу. Сейчас у Доротео есть младшая сестрёнка. Он иногда уезжает из штаба, чтобы повидать маму и сестрёнку. — Это мило с его стороны, — я улыбнулась, хотя на сердце стало тяжело, узнав об этих несчастьях Доротео и Люцифера. — А что с Мэй? — Она никогда не была человеком. Она что-то вроде той девушки из истории об Адаме и Еве. Её создал Бог, специально для того, чтобы основать этот штаб. Поэтому она почти и не выходит из штаба. Такое золото хочет заполучить любое существо, сбежавшее от Бога, — нашу беседу прервала моя сестра, которая появилась словно из ниоткуда. Она была жутко заплаканная, но старалась держать себя в руках, сжимая при этом в кулаке ту бумажку, что я дала ей в школе. — Я знаю, что скажу сейчас бред, но… — она вытирала слёзы, которые без остановки бежали по её лицу. — Ты ведь и есть Лиз? Верно? — А… — Я точно знаю это. Даже не отрицай, — она смотрела с некой надеждой, всё же сомневаясь в своих словах. — Как ты поняла это, Дебби? — я действительно решила не отрицать это, хотя злость Люцифера я чувствовала даже не смотря на него. — Твои глаза. Хоть они и изменили цвет, но в них всё ещё есть родимое пятно. У Лиз в глазу было чёрное родимое пятно точно такой же формы. Твоё кольцо. Оно на том же пальце, что у и неё. И это то кольцо, что я лично дарила ей, так что я прекрасно знаю как оно выглядит, даже издалека, — он скрестила руки на груди, ожидая объяснений. Я сама не ожидала от своей сестры такой наблюдательности, на секунду я взглянула на свою руку. Ещё вчера, в машине, когда я ехала в новый для меня мир, на моей руке было кольцо той девушки, а не моё. — Прости, — это единственное, что я смогла сказать, лишь бы не заплакать. Я увидела как по щеке Дебби пробежала слеза, после чего она вздохнула и кинулась на меня с объятиями, а я только и успела подняться с кресла. — Дура. Ты хоть знаешь как я волновалась! — она буквально кричала мне всё это в плечо, захлёбываясь в слезах. — Я не могла себе представить, что потеряла и тебя! Лиз, прошу прости меня за всё! Я клялась оберегать тебя, быть хорошей старшей сестрой, но ничего из этого не выполнила. Не отпускай меня, пожалуйста! — сказала она ещё громче и без единого звука уткнулась мне в плечо. Я со слезами на глазах смотрела на Люцифера, в глазах которого читались страх и безысходность. Погладив одной рукой волосы Дебби, а второй сжав её ещё сильнее, я сказала через слёзы: — Ты не виновата. Ты всегда была самой хорошей старшей сестрой. Ну же, улыбнись, — сказала я ей и на последнем всхлипе посмеялась. — Я помню, что ты написала мне смс-ку с адресом и попросила забрать тебя. Не брала трубку. А когда я приехала, боясь, что с тобой что-то случилось, то увидела тебя стоящей в слезах под ужасным ливнем. — Тогда ещё играла эта долбанная песня… — тоже через слёзы посмеялась Дебби. Затем мы тихо начали напевать её с заплаканными глазами и улыбками на лицах: «…Если б мне платили каждый раз, каждый раз, когда я думаю о тебе, я бы бомжевала возле трасс, я бы стала самой бедной из людей…». — Девочки, не хочу прерывать ваш концерт грёз, но нам уже пора, Хелен. Мне только что отписалась Мэй, — сказал Люц и встал с кресла. — Теперь я от неё ни на шаг не отойду. Хоть руки отпилите, — сказала Дебби, с улыбкой смотря на Люцифера. — Кстати, а что с тобой произошло? Хелен? — Так… Хелен, тренировки начинаются через полчаса… — он с ноткой недовольства пробормотал время, смотря на наручные часы. — К сожалению, Дебби, ты не можешь пойти с нами. — Ну и почему же? — после её слов я заметила, что у этих двоих хорошие отношения не сложатся. — Потому что теперь у твоей сестры полно секретов, которые она не имеет права рассказывать обычным людям. — он схватил меня за запястье и притянул к себе. — Я согласен на то, чтобы обговорить условия ваших встреч, но сейчас мы просто обязаны идти. — Хорошо. Мой номер ты помнишь, Лиз. — прорычала Дебби и развернулась в сторону дома. Я уже открыла рот, чтобы попрощаться, но увидела злое выражение лица Люцифера, и сразу же закрыла его. Мы молча вышли с территории дома и сели в машину. Я увидела, что за мной следила Дебби, но не стала об этом говорить, дабы Люцифер не злился. Машина тронулась с места. — Есть идеи как рассказать об этом Доротео, чтобы он нас не убил? — усмехнулся Люц, не отрывая взгляд от дороги. — Да что в этом такого? Она же сама догадалась, мы ей ни слова не сказали об этом. — Ты думаешь, что он станет слушать эту болтовню? Он строгий лидер, не потерпит таких неудач, — он начал стучать пальцем по рулевому колесу. — Ладно, надеюсь, что всё обойдётся. Он захочет убедиться в этом, так что разреши ему прочесть твои мысли. — Разрешить? Но он уже читал их без моего согласия. — «Разрешить» не равно «Согласиться». Это образное выражение. Доротео способен читать мысли, только если человек взволнован, расслаблен или же боится чего-либо. Когда человек слаб, в общем. Так что на протяжении всего разговора будь расслабленной, а иначе он посчитает, что мы решили скрыть что-то от него. — Если он может читать мысли, то какая у тебя способность? — спросила я, приметив то, как нервничает Люцифер, сжимая руль. — Я отец природы, — он улыбнулся. — Посмотри в своё окно. Я, не понимая о чём он, развернулась к окну. И тогда я увидела ветви деревьев, которые тянутся с той же скоростью, с которой едет наш автомобиль. Ветки обвивали встречные столбы и деревья, не переставая расти. Когда мы проезжали по мосту, который был расположен над океаном, то вода начала в прямом смысле танцевать. Волны приобретали разные формы и танцевали друг с другом. — Честно, мне это не особо нравится, — после этих слов Люцифера всё представление прекратилось. — Я бы хотел какую-то полезную силу, а этой редко могу воспользоваться. Я хотела что-то сказать, чтобы опровергнуть его слова, но меня перебил гудок другой машины. Люцифер посмотрел в зеркало заднего вида. — Что ж. У меня для тебя две новости, Хелен. Одна хорошая, а другая плохая. С какой начать? — он прибавил газу. — Давай с хорошей. Мне сегодня уже хватило напряжения. — Прямо сейчас ты возможно узнаешь какая у тебя сила, — он как-то истерически улыбнулся. — Кхм… А плохая? — В машине, что нас преследует, сидят более трёх тварей, которые гонятся за тобой. Я не смогла ничего ответить, а Люцифер резко свернул с главной дороги и начал мчаться в сторону леса. — Ты должна будешь с ними выйти лицом к лицу. — И ты мне не поможешь? — я закрыла глаза и попыталась успокоиться, откинувшись на спинку сиденья. — Не могу. Ты должна пройти такое испытание, иначе Бог посчитает, что зря дал тебе шанс, — он свернул в лес. — Будь готова выбежать из машины и бежать со всех сил дальше. — Куда? — я отстегнула ремень безопасности. — Куда глаза глядят. Они всё равно догонят, — он отвлёкся от дороги, посмотрев на меня. — Не бойся, я буду следить за тобой. Ты будешь в порядке. И он резко остановил машину. Я открыла дверь и со скоростью света выпрыгнула из машины, начав бежать. Я бежала так быстро, как не бежала никогда. Справа и слева от меня бежали обычные люди, которые очевидно и были тварями. Справа от меня бежала девушка, блондинка с красивой фигурой. А слева парень, у него были чёрные волосы и очень слабое телосложение. Но при этом они оба выглядели так, что смогут свалить любое дерево в этом лесу. Я продолжала бежать, не оглядываясь, хотя явно слышала, что сзади бежит ещё человека два-три. И тут мы выбежали на какую-ту поляну посреди густого леса. И тут меня окружили. Те двое стояли спереди, и ещё два парня сзади. — Ну надо же, какая удача, — начала блондинка. — Чистая душа просто так разъезжает по городу. — Подарок судьбы, не иначе, — сказал один из тех, кто стоял позади меня. — Бог там с ума что ли сошёл? Наделять такую глупышку силой, так ещё и пускать в отряд по борьбе с нами, — усмехнулась блондинка. — Ты хоть щит ставить умеешь, дурашка? — Вы за мной бежали, чтобы поболтать? Или струсили? — я усмехнулась, прикрывая так свой страх. — Да уж. Смелости тебе не занимать, — сказал черноволосый и взмахнул рукой. Я почувствовала, как мою шею сжимает словно ремень от брюк. — Приятного нам аппетита, — блондинка улыбнулась и облизнула губы. Парень расслабил руку, а я чуть не свалилась с ног на землю. Они бросились на меня, но я словно по чьему-то велению легко отмахивалась от них. В какие-то моменты я просто старалась не попадаться под их удары. Но в один момент я почувствовала что-то невероятное, меня словно всю переполняла энергия, которую надо куда-то девать. Но страх завладел мной, поэтому я даже старалась не смотреть на лица этих людей. Я побежала. Всё вокруг замедлилось, даже движения тварей. Я быстро вернулась к ним, одному вывихнула руку и ударила ногой в живот, второй свернула голову. А оставшихся двоих я перекинула через плечи и побежала к самому высокому дереву, которое видела пока бежала к этой поляне. Я легко начала взбираться по нему, словно просто бежала по его столбу. А когда добежала до вершины, то остановилась, чувствуя, что вся энергия кончилась. Те двое ребят попытались вновь задушить меня и как-то скинуть с дерева, но я уже вновь была полна энергии. Я взяла их за одежду и спрыгнула с макушки, летя с ними до самой земли. Когда мы врезались в землю, то я осмотрела трупы тварей, а затем себя. На мне не было ни царапины, что не могло меня не удивлять. За деревьями показался Люцифер, а затем я увидела Доротео и Мэй. Они вышли ко мне и начали аплодировать, улыбаясь. Мэй подошла к тварям и коснулась кончика носа указательным пальцем у каждого. После этого трупы подлетели и испарились. — Поздравляю. Ты победила своих первых тварей, — сказал Доротео и похлопал меня по плечу. — Ребята? Как вы тут очутились? — я всё ещё пыталась отойти от этого происшествия. — Тебя это сейчас реально волнует? — подошла сзади Мэй и схватила меня за плечи. — Ты открыла свою силу. Разве не круто? — А что у меня за сила? — я усмехнулась. — Бог наделил тебя силой некого «супергероя», — начал Люц. — Об этих силах он нам рассказывал ещё давно, но мы их ни разу ни у кого не встречали. Ты можешь перемещаться такой с невероятной скоростью, что человеческому зрению практически не под силу тебя заметить. Ты сильнее любой машины, твоя кожа словно камень, её нельзя повредить даже пилой. Также, эту силу можно развивать тренировками. Возможно через какое-то время ты сможешь обогнать время и меру силы настолько, что сможешь телепортироваться или прыгать выше облаков. Всё зависит от тебя. — Такое надо отпраздновать. Может напьёмся в каком-нибудь баре? — сказала Мэй, обнимая меня со спины. — Доротео? — А что я? Я не любитель пить без повода, а тут повод такой, что не выпить будет просто преступлением, — он улыбнулся и поправил свою шляпу. Погружаясь в болтовню, я и не заметила, как мы вышли на широкую тропинку, где Люцифер тогда остановил машину. Мы все сели в машину. — Говорят, что с завтрашнего дня наступают холода и осень. Так что… — сказал Доротео и нажал кнопку. Крыша машины начала раскладываться на части, исчезая за багажником. Очень быстро машина превратилась в кабриолет. Мэй и Люцифер радостно взвыли, а я просто сидела и улыбалась. Мы выехали на дорогу. Пока машина мчалась по ровной дороге среди сосен, я задумалась о своём. Ветер так приятно развивал густые локоны волос, к которым я до сих пор не привыкла, а сверчки, изредка приглушаемые рёвом мотора, словно болтали вокруг нас, ведь их было слышно то с одной стороны леса, то с другой. Над дорогой зажглись ночные фонари, которые светили приятным тёплым светом. Стоило только повернуть голову направо, можно было увидеть безумно счастливую Мэй. Кто знает какая она на самом деле? Это не важно, сейчас она прекраснее любой девушки, ведь её улыбка не может не заставить радоваться всему, что нас окружает сейчас. Её волосы, которые обычно были уложены в красивые локоны или волны, сейчас буквально летели по ветру, будто они всегда были идеально прямыми. Пухлые губы растянулись в широкой улыбке, а большие глаза очень сузились, хотя большие зрачки всё также ярко блестели светом проносящихся мимо фонарей. Доротео, сидя на переднем сидении, снял свою шляпу, подняв её ввысь и потрепав свободной рукой свои небрежно уложенные волосы. Несмотря на ночь, он не снимал свои привычные солнечные очки. Улыбаясь даже ярче, чем Мэй, он успевал насвистывать какую-то знакомую мелодию, заставляя всех рассмеяться. Люцифер же поднял одну руку вверх держа меж пальцев сигарету, хотя второй так же уверенно сжимал рулевое колесо. Он вовсе не улыбался, но каждый в машине знал, что он счастлив здесь и сейчас. Мэй прокричала что-то на неизвестном мне языке, после чего Люцифер взмахнул красиво рукой. Листва с деревьев в лесу начала медленно падать. Тучи расступились, а Луна осветила дорогу лишь нам, словно в эту секунду ничего кроме нас не существовало. И думать о том, что уже завтра Доротео узнает наш с Люцом секрет и захочет нас убить, сейчас хотелось меньше всего, да и не получалось. Я сжимала мамину руку, осторожно шагая по незнакомой мне улице. Мимо проносились люди в красивых масках, странных платьях или юбках, выкрикивая их народные песни, которые не понимала ни я, ни мама, но мы понимали, что им нравится петь эти песни. Сверху провисала разноцветная гирлянда, чередуясь с такими же яркими флажками. Мимо прошли полуголые чернокожие красавицы, которые показывали всем прекрасный танец тела. Их золотые украшения на голове и костюме приятно звенели, отдаваясь эхом в ухе. Трое мужчин прошли с музыкальными инструментами, весело играя на них. У одного в руке была интересной формы гитара, у второго огромный барабан, который был явно сделан вручную этим народом, а у третьего в руках были маракассы, которыми он тряс совсем не в такт и не соответствуя мелодии, но это доставляло радость как ему, так и его друзьям. С большой скоростью пробегали дети, смеясь и радуясь празднику. — Кто знает, сможешь ли ты вновь увидеть всё это? Радуйся каждой секунде, Лиз, — сказал папа, который незаметно подошёл сзади. — А мы будем радоваться вместе с тобой, — улыбнулась мама и погладила меня по голове.
