позволь любить тебя

В последние несколько лет приход весны перестал приносить радость. Скорее накатывала депрессия, так похожая на осеннюю. На улицах тает снег, которого и без того было не так много, но с ним была хоть какая-то сказка. Было иначе, чем сейчас, когда небо затянуто серыми тучами перемены сезонов. Весна не вдохновляет, хотя, что вообще вдохновляло в последнее время? На улице пасмурно и в воздухе заметный запах грусти, смешанный с ощущением невероятно сильной головной боли. Парочки, гуляющие по улицам приковывают взгляд, от них не спрятаться даже в одиноко стоящем кафе на одной из неизвестных улиц. Так хочется любви... Нет, не хочется. Противоречия сковывают сознание, закрывая сердце на замок и выбрасывая ключ. Ему не нужны эти мысли, никогда не нужны были, иначе внутри него разрушится стена, которую он так старательно возводил от проявления каких-либо чувств. Слишком в работе, слишком занят, чтобы думать о подобном. На пороге своего 27-летия Чимин, наконец, задумался о том, насколько неудачно складывается его жизнь. Нет, он не жалуется, ведь у него есть всё для нормального существования. Взять, к примеру, работу в редакции, или недавно купленную хёндай, не говоря уже про кота. Но не хватает чего-то, и Чимин, в общем-то, прекрасно знает чего, но что он может поделать с этим? Тут он бессилен и всё в руках судьбы. Он взрослый мужчина, но в любовных делах ещё слишком неопытен и юн, так что ему не на что рассчитывать. Эти мысли, можно сказать, заставляют его погружаться в огромную яму грусти, но он так быстро не сдастся, сейчас не время. Несколько дней нельзя было выходить на улицу из-за опасной ежегодной пыли, что Чимина одновременно и обрадовало, и огорчило. Снова эти противоречия. За три выходных дня он уже переделал все дела: по 2 раза убрал в квартире, отредактировал пару статей и отправил себе по почте в офис, даже успел подумать над сюжетом для собственной книги. Правда, с написанием её дело пока стояло. Чимин никак не мог собраться с мыслями и начать, наверное потому что за эти два дня он настолько был свободен от каких-либо дел, что печаль вместе с ленью решили посетить его. Неожиданно экран телефона загорается, оповещая о входящем вызове. Чимин глубоко вздыхает, видя имя лучшего друга и закрывает крышку ноутбука, десять раз думая не отвечать, но проводит пальцем по экрану и подносит телефон к уху. — Алло, — голос его совсем безжизненный и монотонный, без какого-либо намёка на хорошее настроение. Не то, чтобы он специально это делает, но так хотелось, чтобы Тэхён понял, что не время сейчас для разговоров. Но как же Пак мог забыть, это же его Тэхёни, который затычка в каждой бочке, он же ну просто не может понять намёков и прёт своё. В трубке слышится весёлый голос лучшего друга, предлагая выбраться куда-нибудь на выходные. — Тем более твой день рождения выпадает на пятницу, — Чимин бесшумно хнычет, устало заваливаясь на кровать, совсем не желая сейчас говорить об этом. Ещё одна больная тема и она сейчас совсем не кстати, потому что Пак даже ещё и не думал об этом. Каждый год он становится лишь старее, чего тут весёлого? Возможно, у него уже наступил кризис среднего возраста и плевать, что ему только 27 лет. Он всё равно предпочтёт своё день рождение провести в одиночестве, возможно, пораньше лечь спать, а утром субботы принять ванну с пеной и сделать "королевский завтрак". Без всякой выпивки и шумной компании, ему это не нужно, для этого всего просто нет настроения. — Давай соберёмся всей компанией, выпьем. Этого Чимин от Тэхёна и ожидал. Ему лишь бы повеселиться и выпить, похоже, он ждёт этого праздника больше, чем сам Пак. Ким всегда любил устраивать для друга праздник, особенно в студенческие годы и Чимин это ценил очень, они круто проводили время вместе, когда были молоды. Но сейчас он чувствует себя невероятно грустно и он не может объяснить почему, да и Тэхён не поймёт, никто из его друзей не поймёт. Если бы это день рождение было ему хоть капельку в радость, то Чимин бы отметил, но сейчас эта дата лишь напоминает ему о том, сколько времени он потерял в погоне за мечтой о карьере блестящего журналиста. Он упускал нечто важное в своей жизни, сам этого не осознавая. Конечно, у него были отношения, но глупые и недолгие. В первый раз он сам бросил девушку, ему было важно лишь обучение в университете, а на её капризы времени не хватало. Во второй раз было сложнее, бросили уже его. После расставания с "любимым", с которым они отметили почти год отношений, Чимин не то, чтобы убивался, но находился в непонятном состоянии на протяжении месяца. Всё-таки он был привязан к этому человеку, пусть даже не ценил его, как следует. Но Чимин не был готов к отношениям, для него всё было в новинку, ведь он настолько часто боролся с неразделённой любовью, что и не припомнить. Он пережил многое в прошлом, к чему не хотелось возвращаться и ему нужен тот человек, который бы понял, что творится у него внутри, чтобы не осуждал. Сейчас Чимин отчаянно борется сам с собой, потому что хочется счастья. Простого и человеческого. И плевать, если голоса в его голове говорят, что его никто не примет такого: слабого и раздавленного. Само по себе понятие "не взаимная любовь" очень болезненно, но ещё хуже, если это то, что происходит впервые. Впервые влюбляешься, впервые осознаёшь, что из себя представляет любовь и впервые мечтаешь о чём-то, что раньше не имело смысла в жизни. Мечтаешь, о том, как у вас всё будет хорошо, как вы будете держаться за руки и говорить друг другу заветные слова. Тогда ещё и не представляешь, что может ожидать впереди. Понятия о любви рушатся, ведь человек, которого выбрал Чимин, его не выбирает. Тогда-то он и начинал думать о том, что любовь — самая ужасная вещь на свете, ведь она причиняет только боль, а все детские сказки о принцах и принцессах сплошная ложь. Не то, чтобы Чимин особо надеялся на принца, но мечты у него тоже были. У него было даже больше — надежда. Не взаимная любовь — это больно, особенно если это первая любовь. Потому что именно в этот момент впервые испытываешь самую большую и незнакомо пугающую боль и пустоту. Чимин испытал это на своей шкуре и это не просто больно, это выворачивает душу наизнанку, заставляет сердце еле биться, много долгих месяцев ему казалось, что он был просто ходячим мертвецом. Он много боролся, много переживал и плакал по ночам, у него была депрессия, и он прошёл все те ужасы долбанной юности, ту её тёмную сторону. Кажется, только тёмную сторону он и видел. Но он понял, что обязательно справится, ведь время лечит раны, пусть даже, порой, это казалось полной чушью. Раны заживут, обязательно затянутся, главное не тревожить их, чтобы они снова не кровоточили. Тогда станет легче, времена года будут сменяться и Чимин влюбился бы ещё не один десяток раз, он хотел верить в это. И когда-нибудь появится та самая "настоящая любовь", та половинка застрявшего во мраке сердца, которая когда-то была жива. И всё встанет на свои места, и он снова будет счастлив уже с нужным человеком, которого выбрал он и который выбрал его. Чимин правда верил в это на протяжении многих лет, но каждый день становилось всё сложнее. Он пытался сладить со своими мыслями, боролся с внутренними демонами и психическими расстройствами, которые ему приписали как диагноз. Подростковая депрессия в прошлом, теперь он здесь, в самой что не на есть настоящей взрослой депрессии. Он прекрасно понимает, что юность изменила в нём многое, она в корне уничтожила того Пак Чимина. Раньше он был милым пухлощёким мальчиком, отличником и президентом класса, с ним все общались и его все любили, а потом ему исполнилось 16, и разбитое сердце, первый алкоголь, боль. Она изменила его, эта боль. И никто никогда не принимал Чимина таким, какой он стал, даже с Тэхёном они стали всё чаще ссориться в последнее время. Пак винит себя во всём, и ссоры с таким светлым человеком, как Тэхён, просто разбивали ему сердце. Один раз он сказал Киму настолько обидные слова, что удивительно, как он вообще всё ещё прощает его за всё. Как вообще кто-то его терпит? У Чимина сложный характер, большую часть времени он раздражён и весь в своей работе. Тэхён постоянно ругает его по этому поводу, и даже поговаривает помочь ему на личном фронте, устраивая для друга свидания с разными парнями и девушками. Чимин шлёт его нахуй каждый чёртов раз. Да, они с Тэхёном друзья со старшей школы и Ким знает Чимина как никто другой, но лезть в свою личную жизнь Пак не позволит никому. Даже себе, если честно. Поэтому он закрылся в работе, потому что она — единственное, что хоть ненадолго возвращает его к жизни, иначе он погрязнет в своих ужасных мыслях, как делает это сейчас. Он открыл для себя терапию работы тогда, в 16, когда понял, что ужасные мысли убрать нельзя, их можно спрятать чем-нибудь. И этим "чем-нибудь" стало написание статей, собственных рассказов и отрывков, это спасло его тогда, когда он почти с головой погрузился в воду и задохнулся. Чимин так долго добивался должности главного редактора, что сейчас из-за этого тупого состояния просто не может упустить возможности занять место директора. На него возлагают огромные надежды, а Пак Чимин не привык подводить людей, и именно поэтому он работает днями и ночами. Вызов давно сброшен, рука свисает с кровати, а телефон валяется на махровом коврике. Чимин даже не попрощался, потому что ему плевать, потому что Тэхён прекрасно знает, насколько болезненна для него тема отношений. Но Ким постоянно настаивает на своём, хочет познакомить друга с кем-нибудь, ведь именно Чимин свёл их с Юнги, за что Тэхён ему очень благодарен. Тэ хочет для друга лучшего, но не понимает, что каждый раз делает ему больнее. И Чимин эгоист, потому что завидует Юнги и Тэхёну, ведь они нашли друг друга, а Чимин ещё не разу не видел противоположных личностей, которые настолько были бы влюблены друг в друга. Невольно начинаешь завидовать, белой завистью, конечно, и это нормально. Тэхён пытается помочь, но Пак не может позволить ему сделать это. Жаль, что Чимин часто не ценил заботу своих друзей. Порой, они его ужасно раздражали и он начинал их ненавидеть, а после ругал сам себя за такие мысли. Просто до ужаса обидно, что друзья преуспели во всём: и в работе, и в любви, а вот у Пака со втором были не то, чтобы проблемы... огромные проблемы. Поэтому сейчас он валяется на своей одинокой двухспальной кровати, не отходя от ноутбука и работы на нём ни на шаг. Но у него всё же есть кое-кто, кому он отдаёт свою любовь и заботу. Его маленький комочек счастья, его кот — Зевс, у которого мягкая шёрстка, и два висячих уха, и милее создания Чимин ещё не видел. Он иногда слишком вредный и злюка до ужаса, особенно, когда ночью начинает мяукать и точить когти. Но что сказать: какие хозяева, такие и животные. Сейчас серый пушистик раскинулся на подоконнике и мило фырчит во сне. Чимина впервые за несколько дней что-то порадовало. . — Нет-нет, Чимин! Ей же нельзя шоколад, — Хи подоспевает быстрее, чем маленькая малышка начинает есть шоколад из рук своего дяди. Чимин сидит рядом и тяжко вздыхает, когда понимает, что он снова облажался. И как он мог забыть о том, что малышке нельзя шоколад из-за аллергии? Он очень плохой дядя. Пак ерошит волосы, виновато смотря на Хи и неожиданно вспоминает, как видел её в свадебном платье, в тот самый важный для неё день. Она была прекрасна, и Чимин ни раз ещё убедился, что Намджуну очень повезло с ней, она не только прекрасна снаружи, но и добра внутри. Они с Намджуном познакомились в университете, а там уже и появилась милая девушка с третьего курса факультета лингвистики. Чимин с Тэхёном тогда часто шутили над Намджуном, ведь он так неловко вёл себя с ней, хотя они и были одного возраста. Их история любви очень нежная и наполнена любовью, потому что Чимин видит, как Ким смотрит на неё, и как он был счастлив, когда узнал о том, что у них будет ребёнок. К слову, жизнь Намджуна тоже прекрасна и в любви, ну а Чимин, как порядочный дядя, даже не может сладить с его ребёнком. Стыдно-то как. — Прости, ты же знаешь, я с детьми вообще никак, — девушка хихикает, говоря, что всё в порядке и треплет друга по волосам. Чимин неловко улыбается, наблюдая за тем, как маленькая мисс Ким сидит на попе и играет с любимым пони. Ей всего два годика и иногда даже не верится, что время так быстр пролетело. Паку хотелось бы верить, что только вчера он поступил на заветный журфак и начал свою студенческую жизнь, а сейчас он уже нянчит(окей, пытается нянчить) дочку своего друга. — О, это наверное Джуна, — произносит девушка, и бежит в прихожую, чтобы встретить мужа. Чимин встаёт с пола, на котором сидел вместе с маленькой крестницей и берёт ту на руки, чтобы тоже пойти и встретить друга с работы. Не успевает Пак выйти из комнаты, как в неё залетает Тэхён и крепко обнимает друга вместе с маленькой Джесс. Чимин не ожидает увидеть здесь Кима, но следом в комнату заходит Намджун с Юнги, и он понимает, что что-то тут не так. Обычно просто так Тэхён вместе с Юнги не приходит, а значит они хотят что-то сообщить, ну или им могло что-то неожиданно ударить в голову. Они собираются все вместе на кухне, Намджун делает друзьям чай, пока Хи укладывает малышку на тихий час. Правда, почему она укладывает ребёнка спать в пять вечера, Чимин так и не понимает. Видимо, Джесс просто захотела поспать, потому что она была сонная в последний час. Юнги с Тэхёном постоянно шепчутся о чём-то и держатся за руки, хихикая. Чимин сдерживает себя от рвущихся наружу слёз и истерики, потому что, чёрт возьми, он хочет так же! Но он никогда такого не получит, не будет в его жизни такой вот нежности, он будет один до конца своих дней. — Чимин, всё хорошо? Голова болит? — заботливо интересуется Джун, ставя чашку с чаем перед ним. Пак качает головой. — Ничего такого, задумался просто, — через силу улыбается и отпивает немного чая, грея холодные руки о горячую кружку приятного жёлтого цвета с пикачу. Чимин улыбается, зная, что Намджун всё ещё тащится от всяких персонажей мультиков и игр, в душе этот взрослый мужчина ещё ребёнок. В этот момент в кухню заходит Хи и садится рядом, внимательно смотря на Юнги с Тэхёном. — Рассказывайте уже, у вас сейчас жопка от нетерпения загорится, — все за столом смеются, и Чимин думает, что эти двое хотят сказать что-то действительно важное. Видно, как Юнги собирается с мыслями и смотрит в глаза Тэ немного неуверенно, тот кивает ему и говорит сам: — Я сделал Юнги предложение. Минутное молчание среди компании, а после громкие возгласы и поздравления, все даже забыли о том, что в соседней комнате спит ребёнок. Чимин открывает и закрывает рот, думая о том, какие же друзья счастливые, они такие молодцы. Пак обнимает Тэхёна и Юнги, улыбаясь им искренне, он правда рад за них, тут уж нечего скрывать. Они так долго были вместе, что этого и следовало ожидать, Чимин почти плачет, ведь его лучший друг нашёл своё счастье. Они будут хорошей семьёй, Пак уверен в этом. — И как вы? Так долго собирались и тут, даже нам ничего не сказали, блин, — смеётся Чимин, наконец, замечая кольцо на пальце Юнги и Тэхёна. Раньше они часто носили парные кольца, поэтому друзья и не замечали, а сейчас эти кольца серебряные с какой-то гравировкой. Видимо, не зря Тэхён спрашивал у Чимина про гравировку на кольцах. Чимин даже и не заметил ничего, хотя мог и догадаться, но слишком сильно он в последний месяц погрузился в свои проблемы. И почему каждый раз перед днём рождения на него накатывает эта грусть? — Я просто понял, что наши отношения уже давно перешли черту, и мы теперь более зрелые для этого, — пожимает плечами Тэхён, улыбаясь любимому и даря поцелуй тому в щёку. Все готовы запищать от умиления, в том числе и Чимин. Юнги и Тэхён оба будто бы в красивом фильме: они полные противоположности, но их объединили нежные чувства друг к другу. Паку нравилось смотреть на их улыбки, нежные прикосновения рук и блестящие от счастья глаза. Юнги впервые выглядит настолько счастливым и весь вечер улыбка не сходит с его лица. Чуть позже, к вечеру, у Чимина в голове начинает формироваться не очень хорошая мысль, и он не знает, как остановить это. Неожиданно он понял, что совсем не может контролировать своих демонов, как он их называл, и они начинают нашёптывать ему разные гадости, заставляя верить в то, что теперь он — единственный из компании, так и не обрёл счастье. Он был искренне рад за друзей, а сейчас опять думает только о себе, и Чимин уже не помнит, что ляпнул Тэ, но с этого началась ссора. — Ты можешь хоть раз искренне порадоваться за меня? — кричит Тэхён, смотря на Пака таким взглядом, каким и не смотрел никогда. Он зол, и его злость лишь подпитывает внутренних демонов Чимина, заставляя их быть ещё злее. Пак не хотел начинать ссору, но уже не может остановиться. — Я всегда искренне радуюсь за тебя, но ты всегда говоришь только о своём счастье, но на меня и моё счастье тебе плевать! — кричит в ответ Чимин, где-то внутри осознавая, что это полная чушь, ведь Тэ всегда волновало состояние Пака, и он делал всё, чтобы тот был счастлив. Они ведь лучшие друзья и, когда речь заходит о чьём-то счастье, они всегда радуются и поддерживают. — Что ты несёшь? Ты понимаешь, что в данный момент это ты говоришь только о себе и том, какой ты несчастный? Ты просто эгоист, Чимин, и все должны танцевать вокруг тебя постоянно, потому что ты один и никогда не найдёшь пару. Ты понимаешь, что если ты будешь жить с такими мыслями и дальше, то твоя жизнь так и будет такой серой и мрачной? Нужно ценить то, что у тебя есть и не ждать счастья, сидя у порога. Чимин сжимает кулаки, чувствует подступающие к глазам слёзы. Тэхёну легко говорить, Тэхён не страдал особо, Тэхёну принесли Юнги на блюдечке с золотой каёмочкой. Ему никогда не понять этого ужасного чувства, которого сам Чимин предпочёл бы не испытывать. Как будто бы ему в радость такое состояние. — Ты не понимаешь... — шепчет Чимин, поворачиваясь к компании спиной и хватаясь за волосы дрожащими руками. В комнате стало неожиданно тихо, и Чимин даже перестал слышать музыку, он слышал только лишь противный шёпот в своей голове. Другие лишь молча наблюдали за ссорой, потому что это было дело двух друзей, они должны были сами разобраться без постороннего вмешательства. — Чего я не понимаю, Чимин? Что ты постоянно один и тебе обидно? Что ты завидуешь, что у нас получилось найти свою любовь, а у тебя нет? — Тэхён давит на больное, пусть и неосознанно и Чимину больно до ужаса. В груди снова комок ярости и гнева, дышать становится тяжелее, паническая атака всё ближе, и Чимин боится, ведь приступов не было уже больше года. — Заткнись, слышишь? — кричит Чимин, обнимая себя и чувствуя, как слёзы скатываются по щекам. — Просто заткнись. Он громко хлопает дверью и быстро спускается на парковку, садясь в машину. Бьёт руками руль и царапает шею, потому что дышать неимоверно тяжело. Он кричит, но его никто не слышит, он потерялся в этой тьме, он не может найти выход, ведь вокруг только темнота. Темнота, которую создал он сам. (кто-нибудь включите свет...) . Чимин попросил отгул. Впервые за почти пять лет работы он попросил долбанный отгул, так называемый "выходной" для себя. Ему не стыдно, потому что он совсем не думает об этом, ведь сегодня его день рождения. Его день рождения, и он сидит на своей кровати весь день, желая показаться миру только к двум часам дня. После ссоры с Тэхёном прошёл день, и он был самым мучительным для Чимина, потому что внутри снова были противоречия. С одной стороны — голос разума, говорящий, что он не прав, а с другой — тот знакомо жуткий голос, нашёптывающий, что Пак всё сделал правильно и ни в чём не виноват. Это убивало и терзало. Депрессия на самом деле полезная штука, если подумать. Ты можешь находится в ней несколько дней, недель, месяцев или лет, но она в любом случае будет делать две вещи: либо помогать тебе переосмысливать что-либо и бороться со своими внутренними демонами, либо она вытрясет из тебя все живое, в том числе и саму жизнь. И Чимин не мог сказать точно, что она делает с ним на протяжении уже многих лет, но, порой он задумывается о том, что чувствовать себя грустным или захотеть плакать без причины – это нормально. Думать о людях и поступках, которые они совершили по отношению к тебе – это нормально. Быть недовольным собой – это нормально. Быть в депрессии тоже нормально, это просто нужно принять. Принять то, что она всегда будет и никуда не уйдет, потому что Пак уже слишком устал бороться. Начиная с шестнадцати, он упорно боролся, не хотел принимать того, что эти монстры не оставят его, он надеялся на лучшее. Он работал, и думал, что депрессия ушла, но нет. Она просто притихла и решила не показываться, а сейчас пришла и требует свою долю внимания. Чимин устал, он так чертовски устал от себя, от окружающих. А ещё запутался. В один момент он чувствует одно, а в другой момент абсолютно другое. "Может, будет легче, если я отвлекусь, может, попытаюсь завести новые знакомства?" Но Чимин и сам знает, что ему противно от одной только мысли о выходе на улицу. Все люди противные, от них тошнит. Он приготовил себе место на диване перед телевизором, выключил свет, оставив только гирлянду и решил выбрать подходящий фильм. На экраны кинотеатров вышло многое сейчас и выбрать что-то подходящее тяжело, но Чимин вскоре остановился на одной подростковой мелодраме. Вдруг, ему понравится. Неожиданно его мысли прервал дверной звонок. Пак даже вздрогнул немного, но посмотрел на стрелку часов и понял, что это, должно быть, курьер доставил его ужин. Чимин ерошит ещё не совсем подсохшие от принятия душа волосы и босыми ногами бредёт к входной двери. Поправляет свой бежевый свитер и откашливается. Ему ведь придётся сейчас говорить, а это будет тяжело после двух дней упорного молчания. Дверь открывается с характерным щелчком, и Чимин поднимает взгляд на курьера, державшего в руках два пакета. — О... — всё что может произнести Чимин, потому что парень перед ним слишком кого-то напоминает. Присмотревшись и заметив родинку под нижней губой, Пак млеет, а ноги, кажется, сейчас откажут. Он хватается за ручку двери, не в силах поверить в то, насколько же судьба угарает над ним. Другого слова и не подберёшь. Судьба пиздец как угарает над ним, на полу от смеха валяется наверное. Курьер внимательно всматривается в черты его лица, а после его губы, так же как и губы Чимина пару секунд назад, вытягиваются в незамысловатый слог "о". Чонгук не может поверить в то, что видит перед собой хёна, того самого хёна со старшей школы. Он и не изменился совсем, только щёчки у него ушли и круги огромные под глазами появились. У Чона в голове сейчас такие знакомые картинки, ведь хён записки ему писал, дарил шарф, чтобы младший не мёрз, они часто виделись, потому что Чонгук и младший брат Чимина были в одном классе. Чон до сих пор помнит, как Чимин стоял перед ним, будто бы как сейчас, и говорил, что-то о неправильности, о том, что он чувствует к младшему то, что не должен. Чонгук тогда нахмурился, не сразу поняв о чём говорит хён, а потом до него дошёл весь смысл. Пак Чимин, брат его лучшего друга и просто милый улыбчивый старшеклассник с целой Вселенной в глазах-щёлочках, был влюблён в него. Конечно, Чон испугался, и сам уже и не помнил, что сказал и сделал, но, видимо, сильно ранил хёна, сделал ему больно. Знал бы Чимин, что Чонгук и себе больно сделал этими словами. — Чимин-хён, это... Неужели ты? — Чонгук сглотнул, на секунду подумав, что ошибается и вдруг это не он. Чимин выглядел не очень хорошо, когда услышал его фразу, но тут же взял себя в руки и настороженно уставился на него. — Д-да, — голос хриплый ещё, приходится прочистить горло, чтобы говорить дальше. — Это я, а это... ты, Чонгук? Парень улыбается своей кроличьей улыбкой, и Чимин понимает, что не ошибся. Чон Чонгук — первая любовь, разбившая сердце стоит сейчас перед ним, в его день рождения и смотрит с улыбкой на тонких губах, как раньше. Будто бы они снова оказались в старшей школе. Судьба, за что ты так поступаешь? Просто... за что? Чимин думает, что всё, это была последняя капля, потому что кто-то там, сверху, реально очень сильно издевается над ним. Но Пак лишь улыбается, искренне улыбается, потому что Чонгуку по-другому нельзя, потому что Чимин снова чувствует как щемит сердце от переполняющей любви, которая вроде бы сгорела дотла. Но возродилась из пепла, и Пак впервые за долгое время чувствует себя счастливым только от чьей-то улыбки. . — ... поэтому вечером подрабатываю, вот так вот, — Чон улыбается уголками губ, сидя на стуле и смотря на то, как Пак разбирает пакеты с едой. — А как ты? У тебя всё хорошо? Чонгук оглядывает квартиру, признавая, что его хён не просто так был примерным учеником, ведь сейчас имеет всё для хорошей жизни. Вот только Чонгук так и не может понять: Чимин живёт один? Неужели он не завёл семью, ну или хотя бы отношения? Но спрашивать об этом не решился, всё-таки это личное. — Ну, — Чимин глубоко вздыхает, откладывая пустые пакеты в сторону. — У меня хорошо, живу, как видишь, работаю в редакции и- — В редакции? — тут же перебивает его Чонгук, смотря на Пака во все глаза. — А я ведь не зря говорил тебе, что ты стал бы отличным журналистом, твои тексты всегда были полны энергии и чувств, — Чимин смущённо улыбается на слова младшего и достаёт из холодильника две бутылки вина, чтобы поставить их у телевизора. — Да, работа в редакции стала моей мечтой после школы, — Чимин улыбается, видя, как Чонгук уставился на свои сложенные руки на столе и явно о чём-то задумавшись. Чимин прекрасно понимает, что сейчас, буквально, открыл Чонгуку секрет. Ведь Пак выбрал для себя профессию журналиста только из-за него, ведь Чон всегда говорил, как бы подошла Чимину эта профессия. Он читал все его тексты и отрывки, всегда восхищался талантом Пака раскрывать людские эмоции. Чимин решил совершить такой вот парадокс: Чонгук разбил ему сердце, но он навсегда связал свою жизнь с профессией, которая будет напоминать ему Чонгука. — А что у тебя за праздник такой? Вино, еда... свидание? — Чонгук игриво улыбнулся, наблюдая за тем, как Чимин продолжает раскладывать еду по тарелкам и разогревать её в микроволновке. Чимин пожимает плечами, тихо произнося: — У меня день рождения. Чонгук хочет стукнуть себя по голове, потому что сейчас просто ну очень неловко. Но если у хёна день рождение, то чего он не веселиться с друзьями? Да и вообще он слишком грустный для праздника. Чимин от поздравлений отмахивается, говоря, что это совершенно не важно, и он всё понимает, они давно не виделись всё-таки. — А почему ты не с друзьями? — Чимин изо всех сил старается сдерживать слёзы, потому что от воспоминаний о ссоре ему становится не просто плохо, а невероятно неприятно и грустно. Тэхён ведь даже поздравил его утром, а он просто проигнорировал, потому что долбанная гордость не хотела сдаваться. Чонгук ждал ответа около минуты, но Чимин лишь покачал головой. — Мы с Тэхёном поссорились. — И ты собираешься праздновать день рождения один? — Тут нечего праздновать. Это обычный вечер пятницы. Чонгук покачал головой, а после в присутствии хёна позвонил начальству и сказал, что срочно должен закончить работу раньше. Чимин смотрит удивлённо и не знает, что сказать, когда Чонгук берёт тарелки с едой и по очереди помогает Паку относить их в гостиную к телевизору. Чимин хочет кричать на Чонгука, лишь бы он ушёл, потому что он не поможет, потому что лучше от его присутствия не станет. Лжец. Чимин врёт, ведь Чонгук заставил его улыбаться, заставил почувствовать себя чуточку лучше и забыть о грусти, в которой он оказался почти с головой. Чон всегда спасал его, вытаскивал из всех непонятных состояний, но потом разбил ему сердце, и Чимин хотел бы простить его за это, правда, слишком много боли ему причинило это виноватое: "Прости, хён". Чонгук видит, что с Чимином что-то не так, возможно, жизнь его сильно потрепала, ведь где та солнечная улыбка? Где сияющие новыми идеями глаза? Чонгуку страшно подумать о том, что у Чимина сложные времена, и он ничем не может помочь. Хотя нет, он может, может остаться с ним и хотя бы просто поговорить. Возможно, Чимин не захочет раскрывать ему всё, но он хотя бы попытается. Они усаживаются на диван, и Чимин наливает вина в бокалы, не спеша начиная пить. Чонгук отпивает немного и довольно мычит, вино очень приятное на вкус. — Итальянское, — произносит Чимин, вертя бокал с напитком, будто пытаясь там что-то разглядеть. Вот только взгляд его не выглядит заинтересованным. Чимин думает о том, что было бы, если бы они с Чонгуком начали заново? Не зря же они спустя почти 10 лет снова встретились, не зря именно в этот самый день, когда Чимину была так необходима поддержка, пусть он этого и не признаёт. — Чимин, у тебя всё хорошо? Ты выглядишь неважно, тебя ведь что-то беспокоит, — Чонгук пытается заглянуть в глаза хёну, но тот опустил голову и упорно их прячет. Чимин понимает, что выглядит слишком жалко, будто бы прося, чтобы его пожалели. Но ему этого не надо, Чонгуку всё равно не будет интересно, да он и не поймёт. — Если не хочешь, то можешь не говорить, я пойму. Мы ведь уже не так близки, как раньше- — Прости меня. Чон удивлённо смотрит на Чимина, а после хмурится. — За что? — За то глупое признание, я сам виноват в том, что сказал тогда, ведь если бы смолчал, то сейчас всё было бы хорошо. Чонгук не мог понять, как то, что было в прошлом связывает их с настоящим. Возможно, они бы дружили дольше? Но ведь они перестали общаться отнюдь не из-за этого. Чонгуку пришлось отправиться учиться заграницу к своему дедушке, а потом они просто стали всё реже держать связь. — Это было не глупое признание, прекрати, — злиться Чонгук, потому что хён не прав, потому что Чонгук виноват во всём. Он ведь мог сказать тогда Чимину о том, что у них есть шанс, но Чон тогда был слишком не уверен в себе, своих желаниях и мыслях. Он был ребёнком, который боялся того, что общество будет воспринимать его не так, если он скажет, что ему нравятся и девушки, и парни. — И что ты имеешь ввиду под "всё было бы хорошо"? Чимин понял, что сейчас он может высказаться. Он чувствует ту самую свободу, о которой так давно мечтал. Дьволята в его голове молчат, а значит ничто не мешает Чимину признаться и открыться Чонгуку. Он молчал слишком долго, и он хочет, чтобы Чонгук знал. — После моего признания мне поставили диагноз "биполярное расстройство", — Чонгук, кажется, стал ещё серьёзнее и поставил свой бокал на стол, показывая то, что он внимательно слушает. Чимин сглотнул комок в горле и поднял взгляд на Чонгука. Их взгляды встретились и впервые за 10 лет, Чимину вновь стало так хорошо, Чонгук будто бы был для него спасательной шлюпкой в этом океане. Раньше он забывал обо всём, когда смотрел в эти глаза и сейчас происходит тоже самое. Такое приятное дежавю. Неужели чувства действительно возродились из пепла и первая любовь не умрёт никогда? Глупость. — Диагноз поставили не сразу, конечно, но спустя где-то полгода. Если бы не мои родители, то я бы так и не решился показаться доктору, хотя я прекрасно понимал, что со мной что-то не так. Моё эмоционально состояние не то, чтобы было не в порядке... оно было в дерьме, если честно, — усмехнулся Чимин, отпивая ещё немного вина и ставя свой бокал рядом с чонгуковым. — Когда мне назначили лечение, я готов был на стенку лезть от постоянных капельниц и разных таблеток. Я сбросил десять килограмм после двух недель в больнице, просто потому, что мне в голову ударило, что я слишком толстый... Чонгук не перебивал, внимательно слушал, в глубине души чувствуя свою вину. Если бы он тогда поступил по-другому, возможно, ничего бы с Чимином и не произошло. Но то, что рассказывал хён действительно повергло Чона в ужас, ведь Пак всегда был таким жизнерадостным, у него никогда не было и признаков грусти. Казалось, он был вечно позитивным человеком, а тут всё повернулось в другую сторону. Жизнь часто жестока с теми, кто её недооценивает. — Я вылез из больницы только благодаря своим мозгам, сделал вид, что у меня всё в порядке, и я вылечился. Мне стало легче, конечно, после успокоительных и антидепрессантов, но внутри меня... — Чимин снова поднял взгляд на Чонгука и положил руку на грудь, где сердце бьётся просто с бешеной скоростью, — ... была тьма. Чонгук едва заметно кивнул, он прекрасно понимал Чимина, в один момент с ним тоже такое было, но это был стресс из-за предстоящих экзаменов. Проблемы наваливались разом и на психику давило нещадно, вот только у Чимина всё было куда сложнее обычных нервов. — Впереди были выпускные экзамены, потом вступительные экзамены, появились проблемы с родителями, с друзьями, я потерял себя, потерял хоть какую-нибудь мотивацию, — Чимин притянул ноги к себе, обнимая их руками. Он пытался защититься так, ведь никто никогда не понимал его, все считали, что все его проблемы решаемы. Ему постоянно тыкали на то, что он вполне может решить их все, если приложит усилия. Да, возможно эти проблемы решаемы, но не для Чимина. — Ты вряд ли поймёшь всё, что я сказал сейчас, потому что для нормального человека понять такое трудно. Чонгук нахмурился и подсел чуть ближе, касаясь своим плечом плеча Чимина. — Почему ты говоришь "для нормальных людей"? Ты считаешь себя ненормальным? Сумасшедшим? Если да, то ты такой же дурачок, каким и был, Чим, — Пак улыбается, слыша милое прозвище, которым Чонгук его называл раньше. Этот мальчишка никогда не признавал в нём хёна и часто дразнил его, ведь Чонгук даже в свои 15 был выше Чимина, которому было на тот момент 17 лет. — Но это правда, я ведь ненормальный, потому что мои мысли отличаются. — Ты не ненормальный, ты — особенный. Ты признался мне в своих чувствах, но ты ведь знал, что это неправильно, что общество может осудить тебя, так? — Чимин кивает, замечая, как Чонгук положил свою руку на его. — Но ты всё равно признался, потому что принял себя, потому что понял, что для кого-то твоя ненормальность может быть абсолютно нормальной. А то, что я тебе тогда сказал... Я был дураком, который не был таким смелым, как его хён. Чимин чувствует как слёзы подступают к глазам, и не знает, что делать. Перед Чонгуком плакать не хочется, но рука младшего уже тянется к его щеке, чтобы стереть непрошеные слёзы. Так стыдно, но одновременно приятно, что он снова чувствует прикосновения младшего. Это переворачивает всё внутри, но недопонимание осталось. Чимин хотел спросить, но Чонгук опередил его, начав говорить первым: — Знаешь, удивительно, что мы вот так вот вновь встретились, — Чонгук задумчиво смотрит на чёрный экран телевизора, — В последние пару лет я часто вспоминал тебя, нашу дружбу и, видимо, мои воспоминания привели меня к тебе. Это реально очень странно, ведь пару дней назад я даже думал о том, как хотел бы сказать тебе обо всём при встрече. Чимин улыбается той самой улыбкой, и Чонгук не может не улыбнуться в ответ. Сейчас он ощущает себя полным дураком, ведь пропустил, возможно, много лет счастья рядом с тем, в кого влюблён с начальной школы. Жаль, что для того, чтобы принять себя, ему пришлось пройти долгий путь, и Чонгук надеется, что Чимин однажды простит его. Пак смотрит непонимающе, а потом чувствует как легко сжимает младший его ладошку. — Она всё такая же маленькая, ты, хён, так и не вырос, — Чонгук смеётся, даже вокруг глаз появляются маленькие морщинки. Он держит маленькую ладошку хёна в своей и сравнивает разницу. Чимин заметил как Чонгук изменился, теперь и нет того наглого подростка, который, порой, тоже умеет смущаться. Сейчас есть взрослый мужчина, правда, наглость всё же осталась при нём. Но Чимин не против, это делает Чонгука особенным, и Паку он таким нравится. — А ты всё такой же маленький паршивец, хотя теперь уже тебя нельзя назвать таким уж маленьким, — смеётся Пак, и Чонгук радуется так, будто выиграл в лотерею. Он только что услышал тот самый звонкий смех, который слышал только в своих снах последние десять лет. Хён улыбнулся, его любимый Чимин-хён смеётся рядом с ним, как раньше, когда они были лучшими друзьями. Только вот они теперь в настоящем, и на этот раз Чонгук должен сказать то, что побоялся сказать десять лет назад. — Хён, я люблю тебя. Звонкий смех перестаёт наполнять комнату, и Чимин застывает, уставившись на Чонгука. Его тело будто парализовали, а мозг отключили. Всё неожиданно начало плыть перед глазами, но Чимину не привыкать. Он сегодня просто ни крошки в рот не взял, а тут ещё такое. Может, у него снова галлюцинации? Тогда, это бы объясняло, почему Чонгук сейчас здесь и говорит такие вещи, объясняло бы то, почему он понимает его и смеётся, показывая чёртовы солнечные зайчики в своих глазах. — Что? Что ты сказал? — Чимин не в силах произнести ещё хоть слово, но он правда пытается. Чонгук напротив мягко улыбается и медленно подносит руку Чимина к своим губам. Старший чувствует лёгкое прикосновение чоновых губ к своей коже, и его прошибает будто бы электрический заряд. Кажется, истерика снова близко, он чувствует это, даже слёзы вновь наворачиваются, но в голове лишь непонимание. Нет, Чонгук не может любить его, только не спустя столько лет да и вообще... — Ты врёшь. — Почему я должен врать о таком? — Чон снова хмурится, прекрасно понимая, насколько нелепа эта ситуация. Чимин не может поверить ему так сразу. Слишком больно ему было. — Потому что в таких, как я, не влюбляются, — Чимин вырывает свою руку и встаёт с дивана, срывается в ванную, тут же включая холодную воду и засовывая голову под кран, чтобы охладиться. Выключает кран, встаёт и трясет головой, хватаясь руками за волосы и пытаясь осознать происходящее. В ванную тут же входит Чонгук, хватая оседающего на пол Чимина за плечи. — Чимин, Чимини, прошу перестань, это правда, я не вру тебе, — Чонгук сидел вместе с Чимином на полу ванной комнаты более часа, успокаивая старшего в своих объятьях. Чон и представить не мог, насколько тяжело и непонятно состояние хёна. Он то улыбается и легко идёт на контакт, то погружается в панические атаки с головой, услышав признание в любви. — Я дурак, прости, я так боялся брать ответственность за то, что меня возненавидит общество, что отказался от самого главного, — шепчет Чонгук в мокрые волосы старшего, качая того из стороны в сторону, чтобы успокоить. Хён сейчас лишь изредка хныкал, потихоньку успокаиваясь. — Я отказался от любви к тебе, но я не на секунду не забывал. У меня было много отношений, но все они были не для меня, и я любил тебя всё это время. Я просто придурок, до которого слишком долго доходит, ты же знаешь. Я очень виноват и я пойму, если ты не сможешь простить и принять мои чувства. Через несколько минут Чонгук чувствует, как Чимин обнимает в ответ и прижимается ближе. На душе стало легче, намного легче, ведь хён будто бы сам расслабился и приступы прошли. Чонгуку плевать, какой диагноз ему поставили, потому что он примет его любым, ведь так долго искал, так долго надеялся встретить его в толпе, среди множества лиц. Они оба искали друг друга, но не замечали, когда находили. Возможно, однажды они были близки к тому, чтобы встретиться, но судьба решала разъединить их. А сейчас они здесь, при совершенно неожиданных обстоятельствах, вместе и вся недосказанность и обиды в прошлом. Им обоим хотелось бы в это верить. — Я не смогу простить тебя, Чонгук... не сейчас, — старший разрывает объятья, заглядывая Чону в глаза. — Но я буду пытаться, потому что мне хочется верить в то, что твои слова о любви — правда. Я чертовски запутался в себе, я не понимаю, что чувствую, я погряз в этом и если ты подашь мне руку и поможешь выбраться из этой тьмы, то будь добр — не отпускай. В глазах Чимина надежда и последний шанс, который он даёт Чонгуку, и младший обязательно использует его правильно. — Не отпущу, не в этот раз.