Ночной кошмар

       Рыжеволосая девушка резко села в кровати. Снова. Блум снова приснился этот кошмар. Страх, пробирающий до костей, не давал вздохнуть. Собственная беспомощность злила и, одновременно, вводила девушку в отчаяние.        Каждую ночь она видела длинноволосого мужчину, с прекрасным лицом и острыми скулами, в самых неожиданных местах своей комнаты. Он был под кроватью, в шкафу, стоял за дверью и даже лежал в постели за её спиной. И абсолютно каждый раз он превращался в ужасного монстра, который набрасывался на неё и, сжимая в своих огромных лапищах, уносил её в неизвестном направлении. Блум кричала, сопротивлялась и просила о помощи, что вызвало ухмылку на губах монстра.        Сон пугал и завораживал. Она хотела узнать, что будет дальше, но боялась этого. Рыжеволосая пила снотворные и успокоительные, в надежде, что перестанет видеть этот сон, но становилось только хуже.        Рассказав Ванессе о своих ночных приключениях, Блум выслушала обвинение в поведении, недостойном её возрасту. Приёмная мать, отношения с которой испортились с того момента, как девушка начала интересоваться своим прошлым, заявила, что она ведёт себя, как маленький ребёнок и тратит её время впустую.        И голубоглазая согласилась бы с ней, если бы не одна мелочь… совершенно незначительная деталь. Рыжеволосая была абсолютно уверена, что ей это не снится.        Синяки, оставленные на руках монстром, не успевали заживать. Горло, саднящее от громких криков, всё время болело. Психологическое состояние, кстати, тоже было не лучше. Голубоглазая постоянно оглядывалась, спала со светом и пугалась каждого шороха. Одной ей было страшно находится в своей комнате даже днём. О ночи вообще говорить не приходилось. Ото всюду мерещился блеск таких пугающих, для неё, глаз. Блум слышала чужое дыхание.        Она могла поклясться, что однажды ночью, мельком взглянув в окно, увидела силуэт высокого мужчины. Того самого, из её сна.        Этой же ночью кошмар повторился.

***

       Ночь. Блум, завернувшись в одеяло, сидит на кухне, тщетно пытаясь успокоить бушующую бурю эмоций от вновь пережитого кошмара. Слёзы непроизвольно наворачиваются на глазах и стекают по щекам. Страх, стоящий комом в горле, не даёт вздохнуть полной грудью.        Сегодня фея опять видела этого монстра, опять пыталась вырваться из его лап, опять сорвала горло, крича о помощи. Девушка уже не сомневалась в реальности происходящего, глубокая отметина на руке, оставленная острыми когтями монстра, не позволяла сделать этого.        Больше всего рыжеволосую интересовала одна деталь. Каждую ночь демон (а девушка была уверена, что это демон) уносил её куда-то. Фея не знала точно, но была уверена, что это место далеко от её дома. Тогда почему она просыпается в своей кровати?        В голове был туман, мысли путались. Зудящая боль в руке не давала сосредоточиться. Но Блум была обязана сделать что-либо. Она хотела связаться с подругами, но не знала как. — Ну конечно! Почему я не додумалась сразу?! — девушка подскочила со стула и побежала в комнату. Притормозив перед дверью, рыжеволосая медленно вошла в помещение. Включив свет, она оглядела комнату, заглянула за дверь и под кровать. Убедившись, что монстра в комнате нет, Блум достала из ящика тумбочки телефон. — Вот дракон! Разряжен! — раздосадованно вскрикнула голубоглазая, но тут же осеклась — разбудить приёмных родителей ей не хотелось. Ежедневное ворчание Ванессы и так утомляло девушку, а если она разбудит её сейчас истерики не избежать.        Дрожащими руками девушка поставила телефон на зарядку. Снова вернулся страх. Рыжая вскочила на ноги и ещё раз обошла комнату, закрыла дверь на ключ, задёрнула шторы, но всё равно чувствовала себя неспокойно.        Глянув на дисплей мобильника, фея решила, что на один звонок заряда хватит, и отсоединила устройство от зарядки. Голубоглазая уже собралась набрать номер Музы, но сзади, за спиной рыжеволосой раздался незнакомый, завораживающий голос: — Не стоит беспокоить подругу.

***

       Мужчина стремительно увеличивался в размерах, обрастал чешуёй, а за его спиной показались перепончатые крылья. Из его горла вырвался оглушающий рёв. Блум отшатнулась от монстра. И, пока он не перевоплотился окончательно, пыталась хоть что-то предпринять, судорожно перебирая в голове все заклинания, которые она знала. В голову не приходило абсолютно ничего, что могло бы хоть как-то остановить монстра.        Закончив превращение, демон теперь нависал над миниатюрной феей, словно скала. Он шагнул к ней, преодолев полкомнаты разом, и щёлкнул пальцами. В глазах девушки потемнело, она медленно осела на пол, чувствуя, что теряет сознание.

***

       Рыжеволосая открыла глаза в совершенно незнакомом для себя месте. Раны на её руке не было. Фея встала и прошлась по комнате, чтобы размять ноги после довольно долгого, по ощущениям, сна и отвлечься от мыслей о хозяине этого места. Обстановка вокруг была мрачной. Тёмная мебель, стены, пол и потолок угнетали. А Блум, в Алфее привыкшая к тёплым цветам в интерьере, и вовсе почувствовала себя жутко.        Обойдя комнату, на что, кстати, ушло немало времени, фея пришла к выводу, что она находится в замке. Слишком высокие потолки, на глаз, метров пять. Окна, занавешенные чёрными тяжёлыми портьерами… Казалось, даже свет, проникающий в тонкую щель между ними, был тёмным.        Когда-то давно, ещё будучи на первом курсе школы фей, Блум нашла в библиотеке фолиант о древних чудовищах. Открыв первую попавшуюся страницу и пробежавшись глазами по тексту, девушка узнала немало нового для себя. В книге говорилось о демоне, он подробно описывался и вызывал ужас у любого, кто взглянёт на картинку. Тогда фея посчитала это совпадением, но сейчас не была уверена, что это так. Зато знала, что этот демон выкрал её из дома и перенёс сюда. Блум знала, что причиной был Огонь Дракона, но не понимала зачем. Зачем он так заморачивался? Почему столько времени охотился за девчонкой, которая даже не запомнила его имени? Почему так долго не мог унести её? Почему не убил её сразу? И ещё очень много «почему» не давали ей сейчас покоя, вытесняя другие мысли из головы.        Блум, махнув головой, чтобы избавиться от тучи вопросов, не заметила, что за ней уже давно наблюдают. — Осмотрелась, милая?