Значения любви, прощения и раскаяния

— Дьяволо. Фамилия неизвестна и сейчас она не так важна. Бывший босс Пассиона, грешник, тот кто дал развиться наркотикам в стране, в которой построил дом, убийца. Убивал всех, кто мешался под ногами твоей организации, убивал тех, кто мешал твоей власти и… тот кто разбил моё сердце, предал меня, уничтожил мою душу. — монстр, произнося эти слова, улыбался хищной, нечеловеческой, неестественно широкой улыбкой, демонстрируя во рту острые клыки. Всё его тело скрывала сама тьма, неизведанный тёмный туман следовал за ним. Можно было предположить, что само тело существа было изначально именно таким, не имеющим формы. Лишь три основных детали были чётко видны: глаза цвета крови, хищная улыбка зверя, и эти руки…       Деформированные конечности, что тянулись за всеми грешными душами, но не могли их достать, пока те не обернутся и не посмотрят в саму тьму, позволяя тем заглянуть в них. Обстоятельства смерти Дьяволо были не совсем обычные. Эти руки не смогут дотянуться до него никогда. Застрявший в вечном цикле смертей, он умирал и возвращался, став недосягаемой целью для этих существ. Дьяволо мог лишь чувствовать, как они тянутся к нему, чувствовать эту давящую со всех сторон ауру тьмы. Зло в душе Дьяволо не сравнится с их. Это было что-то за гранью человеческого. Множество пар рук после каждой смерти пытались достать его, но лишь одни руки были настойчивее других. Лишь одни не пытались схватить, а делали вид, что просто заигрывают с ним. Только лишь одно чьё-то холодное дыхание касалось его шеи. Этому созданию тьмы не нужно дышать, он это делал специально, чтобы испугать и обозначить своё присутствие. Без слов сказать что-то вроде: «Вот, смотри, я здесь. Я всё ещё жду нашей встречи». Эти руки тянулись к нему после каждой смерти, неизменно приходя по его душу, как будто их хозяину было нечем заняться. И вот однажды охотник, судья, и палач в одном лице поймал свою жертву, преступника, и грешника. Он дождался. Тёмный туман начал отступать, существо начало обретать более чёткие очертания, приняв человеческий облик. При этом процессе: кости рук сдвигались в правильное положение с отвратительным звуками, когти уменьшались и превращались в обычные человеческие пальцы. У монстра не было имени и потому сейчас мы можем обращаться к нему лишь тем именем чей облик он принял. Он скопировал всё: те же черты лица, волосы, веснушки, даже такая же одежда, которую обычно любил носить Доппио. Истинную сущность не скрывали лишь глаза и эта хищная, неестественно широкая улыбка. Доппио стоял над лежащим бессознательным Дьяволо. Только что он прошёл через ещё одну смерть и ещё пару секунд и душа покинет его «тело». На самом деле это лишь повторения того, что уже было при настоящей смерти. То, что случается с каждым лишь раз, если только случай не особенный. Душа же Дьяволо и так сейчас лежит здесь и никуда она за это время не девалась. Босс уже покинул мир реальный. А эта мнимая процедура сейчас кажется полной чушью, которая наскучила ещё после пятидесятой смерти. К двухсотой она уже не вызывала ничего кроме раздражения. Вечно скучающие или получающие, почти садистское, удовольствие от правосудия, над такими грешными душами, существо начало чувствовать что-то новое. Именно поэтому оно терпеливо ждало и гонялась за этим самым особым случаем. — Прежде чем огласить приговор, надо убедиться, что грешник действительно виновен. Всё только для вас. Очнитесь же, босс. — последние два предложения Доппио проговорил с лаской, так же добавляя голосу лживые нотки любви. Опустившись на колени, монстр положил голову Дьяволо себе на колени. Одна его рука запуталась в розовых волосах, вторая же взяла мужчину за руку. Улыбка исчезла с лица Доппио, и в тот момент его лицо стало более человечным. Выждав ещё одну секунду, он целует, накрашенные чёрной помадой, губы, зная, что в этот самый момент босс открывает свои глаза. Монстр знает, что всего на секунду, Дьяволо поверил, что он Доппио и его старания не прошли незаметно. Он знает, что всего на ещё одну секунду он хотел остаться в таком положении, даже зная, что это издевательства неизвестного ему чудовища. Отстранившись, Доппио снова начинает улыбаться своей жуткой улыбкой. Казалось бы она стала ещё шире, когда он заметил злобу, ярость, и ненависть в глазах Дьяволо. Но больше всего его забавляло именно то, что в глубине этих тёмных глаз были нотки нарастающего страха. Доппио к концу их свидание наполнит их животным ужасом, заставит его кричать и желать возвращения в нескончаемый цикл смертей. Ужасающий босс будет сломлен, раздавлен морально, а может даже ещё и отхватит своих физических мучений, если не будет помогать судебному процессу. А он не станет. — Босс, что же вы… Ещё совсем не время для этой ненависти. Я ведь ещё даже не начал. — после этих слов Доппио почувствовал со стороны грешника попытку двинуться. Неудачную, его тело вообще не сдвинулось. Монстр позволил лишь слегка двигаться его лицу, особенно векам, чтобы он мог смотреть на него. Не более того. Он полностью контролировал ситуацию. — Вы, что хотите сбежать? Нет… Вы ведь, босс ни за что не станете так позорно убегать, зная что это всё равно не закончится успехом. Но как насчёт новых ощущений? Обещаю, я ещё дам вам повод, мотивацию, и возможность побегать, а пока отдохните. Разве вы не устали играть со смертью? — существу не нужны были его ответы, он сам сразу же отвечал на свои вопросы. — Конечно, устали. Так почему бы сейчас не вспомнить всю эту печальную историю, что в итоге привела вас к такому финалу? — выбора у него конечно же не было. — А после сможем продолжить наши ролевые игры, мы никуда не торопимся. Времени как раз хватит. Вокруг них была только непроглядная тьма, только чёрный туман в котором не видно абсолютно ничего. Этот вечно не меняющийся пейзаж, но только алые глаза монстра могли заметить, что всё вокруг замерло. Каждая частичка этого нереального мира замерла в ожидании чего-то масштабного, как будто молчаливо зачем-то наблюдая. Только их это не касалось. Весь мир пусть будет сосредоточен на другом, что бы они сейчас были наедине. Доппио снова наклоняется к нему, чтобы шептать у уха Дьяволо лживо нежным голосом слова на неизвестном языке. В этот момент против воли босса в голове проносятся воспоминания прошедших дней. *** «Прошлое. Перед тем как Джорно Джованна познакомился с Бруно Буччеллати.» Доппио прекрасно знал об истинной сущности Пассиона. Организация, что с виду казалось добродетелям, на самом деле уже давно прогнила, если не с самого начала была такой. Трудно было это не заметить, когда через его руки проходило столько документов. В том числе и те, что были связаны с тайной продажей наркотиков. Но Доппио никогда не обращал на это внимание, добросовестно выполняя всю бумажную работу. Даже более того. Иногда он буквально погибал под горой всех этих бумаг, как сейчас, например. Синяки под глазами красноречиво говорили о том, что для него одного такой объём работы слишком велик. Чтобы успевать, Доппио даже притащил эти бумаги в кровать. — Доппио. Милый Доппио, может тебе стоит сейчас отдохнуть? — услышав этот голос, Доппио тут же повернул голову к его обладателю, но бумаги из рук не выпустил. — Со мной всё хорошо, босс. Я уже прекрасно отдохнул и сейчас хочу продолжить. — улыбнулся он. Доппио никогда не станет врать ему, сейчас он действительно хочет продолжать работу и не делая её он только чувствует себя хуже. Пятнадцать лет назад был создан Пассион. Семь же лет назад Винегар Доппио присоединился к этой организации. Столько же лет он является приближенным босса и одновременно с этим его возлюбленным. — Вы же знаете, что… — начал было Доппио, но его перебили. Босс прекрасно знал, что он собирался сказать, и не позволил этому случится снова. — Знаю. Не делая абсолютно ничего ты чувствуешь себя бесполезным для организации. Но это не так, я ведь попросил тебя не говорить больше о чем-то подобном. Ты очень значимая персона в первую очередь для меня, для тебя этого ничего не значит? А этими бумагами должен заниматься я, а не ты. — Конечно значит, очень многое. — сразу же отступил Доппио невольно покраснев. Так много времени прошло, а его до сих пор смущает, когда босс говорит такие приятные вещи. Знает же, что он тогда теряет всякую способность с ним спорить. — Но, мне правда не сложно. Я делаю это не только для себя, но и для вас. Вы и так занимаетесь очень важными делами, я хочу хотя бы взять на себя формально самое простое. Семь лет они уже встречались и жили вместе. За это время они смогли построить что-то более менее устойчивое. А сколько препятствий было у них тогда на пути, в том числе и ссоры по поводу этой работы в организации. Сколько раз они ругались, «расходились» и снова мирились. В чем же была проблема их отношений? Всё просто. Начнём с босса. Он не хотел, чтобы кто-то ещё узнал о его личности и о прошлом. Не важно, что за этим было скрыто. Болезнь или его статус босса мафиозной организации. Из-за этой его замкнутости и нежелание впускать кого-то в свой мир он параноидально относился ко многим вещам. Ссоры по поводу того, что Доппио не может принять этот затворнический образ жизни, ссоры из-за его работы в организации, да и все разногласия связанные с внешним миром и будущем начинались именно с босса. У Доппио же несмотря на его, в основном мягкий, характер могли случиться вспышки гнева. По необъяснимым причинам, такие приступы он просто не может контролировать. В такой момент всё из него выходило наружу, он даже мог накричать на босса, которого любил больше всего в этом мире и был безгранично предан. Он выкрикивал обидные вещи, босс в тот момент тоже мог быстро начать закипать и всё! Доппио после таких ссор запирался в какой-нибудь комнате подальше от мужчины и пытался остыть. Босс делал ровно тоже самое, только ещё и следил за тем, чтобы его возлюбленный никуда не ушёл. А тот даже и не пытался. Приходил в себя очень быстро и жалел, что всё это сказал. Винил только себя, забыв на тот момент и о причинах этой вспышки и о том, что босс сам говорил и делал во время этих разногласий. Заканчивались эти ссоры обычно двумя вариантами: либо Доппио приходил к нему и, с разбитым и несчастным выражением лица, просил прощения, обвиняя себя во всём на свете. Эта картина тушила все остатки гнева внутри босса, и они приходили к примирению. Во втором варианте босс своими, чуть более резкими способами добивался примирения, путём ещё одного тяжёлого разговора и многих видов воздействия. Они были разными. Очень отличались друг от друга. Доппио был мягким, дружелюбным с другими людьми, и немного трусливым. Он проявлял решительность в действиях только в двух случаях: когда это касалось его босса и когда он был раздражен или в гневе. Босс же мог быть мягким и нежным только рядом с ним. На самом же деле в его душе жило зло, а об отношении к другим людям, с его то жаждой сохранить вечное инкогнито, и говорить нечего. Он из тех людей, кто, если говорит, что своими руками заставит замолчать кого-то навсегда, то обязательно это сделает. Никто не узнаёт о нём, если все кто сунул свой нос слишком далеко умрут. Та же участь ждала и предателей организации. Босс был сильным, умным, в нужный момент хорошо мог анализировать сложившуюся ситуацию. Он был гораздо лучше самого Доппио. Как только судьба смогла свести таких людей… — На самом деле я хотел поговорить с тобой о другом, милый Доппио. Я подумал, что мы могли бы покинуть Венецию на какое-то время. Отдохнуть где-нибудь, где будем только вдвоём, можем арендовать и поехать на какой-нибудь остров. Есть много вариантов, где нам никто не помешает. Что скажешь? — Я… а как же организация, вы же… — Ты же знаешь, что в основном я управляю ей издалека, вмешиваясь лишь в самые проблемные случаи. Сейчас же всё спокойно, подумай только об этом предложении. — голос босса звучал настолько уверенно, что невольно придавал Доппио сил. Такое неожиданное предложение… Он совсем растерялся. — Не беспокойся, я всё устрою. Ты сомневаешься в том, что я не смогу это сделать? — Нет, босс. Это просто слишком неожиданно для меня и… — Так ты хочешь этого? Хочешь поехать и отдохнуть вместе со мной? — Очень хочу, я буду так рад этому! Спасибо, босс. Вы просто настолько невероятный, как вы узнали, что я мечтал о том, чтобы провести с вами больше времени? То есть. Мы и так живём вместе, уже очень давно, но… — Доппио пытался объяснить то, что даже когда он может каждый час своей жизни смотреть на босса, но этого всего равно было недостаточно. Но одновременно с этим и не хотелось показаться ему наглым и неблагодарным. Из-за этого нужные слова найти просто не получалось. — Тише, мой милый Доппио. Я прекрасно тебя понимаю. Помнишь, что я тебе говорил? Только без паники. Семь лет прошло, я не подумаю о тебе плохо от одного слова. Просто говори так, как считаешь нужным. Без слов я не услышу тебя, не нужно молчать и так тщательно подбирать слова, не нужно что-то пытаться скрыть. Тебе и нечего, все твои мелкие недостатки мне милы, остальные же не имеют сильного значения. — голос босса внушал доверие, приносил с собой спокойствия. Он прекрасно умел убедить Доппио в нужный для него момент. Рядом с ним ничего не вызывает страх. — Спасибо. Я люблю тебя… Дьяволо. Это имя… Запретное имя, что можно было произносить не всегда, не каждую минуту, но когда Доппио говорил о своей любви, он звал его именно по имени. Настоящее имя босса, не псевдоним. Он был единственным, кто знал босса настоящим. Знал его имя, даже знал о его прошлом. Как можно не знать о тех событиях в которых сам участвовал? Да, именно так. Он был знаком с Дьяволо больше этих семи лет, они любили друг друга гораздо дольше. Но честно говоря, Доппио не мог похвастаться тем, что понимал причины некоторых его поступков. Причины изменений в нём происходящих спустя время. Дьяволо всегда, даже с первой их встречи, был каким-то загадочным. Никогда не раскрытым до конца. Доппио не пытался влезть к нему в душу, требовать больше чем он даёт. Зачем? Он любил его таким, какой он есть. Любил его в прошлом, мучился от любви после их расставания, и любил, когда они воссоединились здесь, в Италии семь лет назад. Любил его и принимал все изменения в нем. Его любовь совсем злая, бессердечная, и слепая. Она совсем не жалеет Доппио, а ему этого и не нужно. Ведь босс рядом и он защитить от этого бездонного океана. — Я ведь… Должен буду выполнить ваше поручение на этой неделе, правильно, босс? — Да, закончим с этим и можно будет отправляться на заслуженный отдых, милый Доппио. Так как это ответственное поручение, за тобой незаметно пойдут двое из одного моего отряда телохранителей. Будь осторожен и не ввязывайся в неприятности, Доппио, если будешь следовать моим указаниям, то всё пройдёт очень гладко. Но даже иначе ничего случиться не должно. — Доппио кивнул головой, веря каждому его слову. В итоге их ссор босс позволял ему выполнять кое-какую бумажную работу за него, а иногда давал лично от себя задание в успехе которых он был уверен. Но риск существует всегда, поэтому босс всегда мог перестраховаться на всякий случай. Доппио вновь опустил голову, буквально снова уткнувшись носом в бумаги. Он собирался продолжить свою работу, но босс похоже все ещё был настроен отправить его отдыхать. Что же он за монстр такой, если его верный приближенный работает, не выпуская из рук бумаги даже в постели? Или это сам Доппио настолько трудолюбив? Приблизившись к возлюбленному со спины, Дьяволо поцеловал его в плечо. Доппио вздрогнул едва ли не выронив из рук от неожиданности бумаги, а босс тем временем продолжал. Рука касалась его спины, а губы тем временем с плеча переместились к шее. — Босс? Что вы… — Доппио не успел спросить. Рука мужчины взяла его за подбородок и вынудила поднять голову и снова посмотреть на него. Последующим за этими действиями требовательный, не терпящий возвращения, поцелуй ответил лучше любых слов. Доппио позволил себе расслабиться, поддаваясь вперёд и отвечая на этот поцелуй. В тот же момент руки босса забрали у него бумаги из рук и отложили куда-то в сторону, прервав поцелуй лишь на пару секунд. Уже свободными руками Доппио обнял мужчину за его крепкие плечи. В его объятиях он всегда чувствовал себя защищённым от всего мира. Будто его вырвали из этой опасной суеты жизни и не собираются возвращать обратно. Крепкие руки Дьяволо всегда создавали именно такую ассоциацию в голове Доппио. То чего всегда хотел босс, это желанное отделения от всего общества. Всегда это желание исполнялось на время именно в такие моменты. Как только воздуха стало не хватать, Босс отстранился от него, но сразу же после прижал к кровати, заставляя лечь. — А так как у тебя скоро важное задание, я приказываю тебе отдохнуть и набраться сил, Доппио. — строгий голос босса именно в таком положении, когда он смотрит на него своими темными глазами сверху вниз, а он лежит под ним, вызывал мурашки по всему телу. Будто бы слабый электрический заряд проходит по всему его телу и собирается где-то внизу живота. Приятно. — Конечно, как прикажете, б-босс. Один тонкий солнечный луч утреннего солнца смог пробраться в комнату, где временами слышны стоны двоих, становящийся всё громче. Доппио любил бы Дьяволо, даже если бы тот был самым плохим человеком во всём мире, он бы испортился вместе с ним. Только ради ещё одного такого утра.