Неправильный альфа. II. Два дьявола

      — Даниэль! — альфа кинулся на шею дьяволу, как ребенок, обхватив его руками и ногами. — Даниэль, милый мой… — он засосал его в губы, дьявол даже опомниться не успел, но, конечно, ответил, и если этот поцелуй был дружеским…       Рэй глянул ему в глаза.       — Даниэль… Дорогой мой…       Какой же это был теплый взгляд, сколько в нем светилось чудесной нежности. Дьявол насладиться не мог, так хотелось, чтобы момент длился вечно. Даже слова все застряли где-то в груди, и Даниэль просто ласкал альфу взглядом, не в силах что-то сказать. Рэй обнял его.       — Мой Даниэль… Как я скучал, Господи… Ты здесь… Ты на земле… — он огляделся по сторонам. — Нет, мне это не снится. И я точно не умер. Я у тебя. Только… — альфа опять осмотрелся. — Как я попал сюда? Что-то не помню… — он потер лоб, голова еще немного болела. — Кажется, у меня был жар… Я что, опять ходил в полусне? Вот черт… Как давно это было.       Дьявол обнял его.       — Любовь моя… Да какая разница? Главное, что ты здесь. И я тоже…       Рэй опять вцепился в него жарким объятием.       — А я знал, что ты придешь раньше. И верил. Так ждал тебя. И вот… это случилось… — он привлек друга к себе и опять с совсем не дружеским упоением ушел в поцелуй. — Как же я счастлив…       Даниэль, насладившись этим волшебным лобзанием, отвел глаза. Потом помял ткань одеяла, будто смутившись.       — Я ненадолго тут… — он не глядел на альфу, хотя прекрасно чувствовал все его состояния. — Всего на несколько дней…       — Что?! — Рэй подскочил. — Как «ненадолго»? Это неправда, ты врешь! На несколько дней?! Боже! Скажи, что ты шутишь!       Господи, как он расстроился. Даниэль вкушал эти чувства, словно манну небесную. Даже сердце ныть перестало. Дьяволы ведь жили такими эмоциями, и если нужно, мучили своих жертв, особенно самых любимых, и ничего тут уже не поделать.       — Да… — Даниэль покивал. — Я скоро уйду. Правда, точно не знаю, когда. Поэтому у нас есть еще время, ну… чтобы чуть-чуть пообщаться…       Рэй обхватил его, уткнулся ему в плечо.       — Ужасно… — дьявол почувствовал, что он плачет. А может так показалось, или просто хотелось, чтоб было именно так. — Я не могу… Не могу! — альфа помотал головой. — Опять тебя потерять… Это же невозможно! — он обнял друга, а тот опять упивался его страданием. Как же это было приятно, как сладко… Даниэль осторожно поднял голову альфы, вроде чтобы утешить, и слегка коснулся губами его мокрой щеки. Рэй отвернулся, словно обиженный мальчик, но Даниэль продолжал его целовать, и в итоге их губы сомкнулись. Альфа заплакал — теперь уже точно — нервно убрал одеяло, которое легло между ними и будто стремилось их разделить, и уселся на дьявола сверху.       — Не отпущу тебя… Ни за что! Так нельзя! — он прижал Даниэля к себе, вложив в этот порыв всю свою горечь. — Нельзя…       Дьявол погладил его по спине, как можно нежнее, обласкал поцелуями шею и плечи. Рэй задышал чаще, прижался к нему, поцелуи стали совсем уж горячими. И если дружба выглядит именно так…       — Сердце мое, — Даниэль слегка отстранил разгоряченного друга. — А как же наш уговор? Ну… целомудрие там, все такое. Что-то ты совсем распалился… — хотя доказательство нарушение пакта уже давно и вполне ощутимо уперлось дьяволу в пах, но он решил поиграть. — Мы вроде с сексом закончили…       Но Рэй, как всегда, своей непосредственностью поставил его в тупик.       — Ты что, не хочешь?..       Теперь Даниэль уткнулся лбом альфе в висок.       — О, Боже… Ну почему ты такой? Почему не смутишься, не скажешь: ах, как мне стыдно…       — Но мне не стыдно… — о, эта святая искренность! — Я так скучал по тебе… Хотя… если ты против… — Рэй хотел уже слезть, но дьявол схватил его, опрокинул и резко подмял под себя.       — С ума ты сошел… Да кто же тебя отпустит? — суть Даниэля полыхнула такими сладкими ароматами, что альфа вскрикнул, вцепившись в его бока. Даниэль подхватил его, крепче прижав к себе. — Ты что, забыл с кем связался?       Рэй выгнулся, стараясь сразу не кончить от этой безумной смеси запахов и энергий, и от силы, которая так страстно его влекла.       — Я помню, — он ухватил Даниэля за шею. — Ты мой любимый… Единственный альфа на всем белом свете, которого я люблю…       Даниэль даже замер.       — Всевышний… — он засосал Рэя так глубоко, что у того глаза закатились. — Повтори это снова…       Альфа сладостно вывернулся в его руках.       — Я люблю тебя… Я хочу тебя! Боги! — но тут дверь в спальню открылась, и в комнату вошел Ромуэль.

***

      — Создатель Всевышний… — Рэй увидел его. — Подожди! Что это?! — он высвободился от дьявола, уставившись на Снежного черта во все глаза. — Так это не сон был… Даниэль! — Рэй поглядел на друга. — Я думал, он снился мне…       Дьявол медленно покачал головой, едва сдерживаясь от ярости.       — Да лучше б уж снился! — он схватил подушку и швырнул ее в Ромуэля. — Какого хрена ты здесь?!       Снежный черт увернулся, успев закрыть дверь, но потом снова вплыл в спальню.       — А ты какого? — он невозмутимо поправил простынь, которой уже успел замотаться. — И почему ты спишь с моим парнем?       — Что?! — дьявол вскочил и припечатал Ромуэля к стене. — Это не твой парень, ублюдок! Не смей даже словом касаться его!       Ромуэль тут же заверещал:       — Ах, он убьет меня! Рэй, помоги! Умоляю!       И альфа, конечно, вступился.       — Даниэль, погоди, — он схватил покрывало, тоже кое-как замотался в него и примчался на выручку. — Хватит… Ну хватит! — он втерся между обоими дьяволами и загородил Ромуэля собой. — Ты что, Даниэль? Не надо так…       Дьявол отошел на шаг, тяжело дыша и испепеляя Снежного черта взглядом.       — Да с ним и не так еще надо, — он вытер щеку, которую Ромуэль уже успел ему расцарапать. — Его придушить мало!       — Ах! — Ромуэль картинно схватился за щеки. — Вот так он со мной… — он прижался Рэю к спине, обхватив его плечи. — И бьет меня! Вот, посмотри… — он показал еще не до конца исчезнувший синяк на скуле и следы на запястьях (которые сам же и сотворил в один миг). — Видишь?       Альфа покачал головой, поглядев на дьявола.       — Ты что, Даниэль? Он же омега… Намного слабее тебя…       — Конечно, — дьявол недобро оскалился. — А ты верь ему больше. Тварь он, а не омега. Ты просто не знаешь всего…       Ну не рассказывать же в конце концов Рэю, что этот синяк на щеке Ромуэля был жестом отчаяния и что еще день назад он делал с Даниэлем все, что хотел. И издевался, пользуясь превосходством, за что и огрёб. И что слабый он только сейчас, и то ненадолго. Награбит энергии — ничего — только выпусти в люди. Да и вообще, не хватало еще оправдываться!       — Ты не знаешь, кого защищаешь. Эта тварь едва не убила тебя. Нынче ночью и несколько дней назад. А тогда и того хуже: он чуть не убил твоих мальчиков. Флори, Люсьена… И у него даже совесть не дрогнула!       — А! — Ромуэль закусил кулак.       — Вот именно, — дьявол злобно взглянул на него. — Испугался, мерзавец? Думал, я буду молчать?       Рэй обернулся на Снежного черта, опять посмотрел на друга.       — Но он же не знал… Он не знал, что нам там опасно…       — Что-что?.. — Даниэль рассмеялся, с горьким сарказмом покачав головой. — Это ОН тебе такое наплел? — дьявол воздел руки к небу. — Вот сволочь… Да как же он мог не знать? Ему сотня веков, о чем ты? Это все равно что ТЫ мне сейчас скажешь: «Я не знал, что кипящий чайник горячий». Да как же он мог не знать? Даже дети об этом в курсе…       Альфа совсем смутился.       — Это правда? — поглядел он на Снежного черта. — Ты обманул меня?       Вот если бы он оглянулся секунду назад, то бы заметил, как перекосилось от ярости лицо Ромуэля: он даже когти выпустил, с ненавистью уставившись на Даниэля. Но тут же сменил выражение лица на кроткое и несчастное, когда Рэй повернулся к нему.       — О, Боже… — он закусил палец. — Я просто… Просто… — слезы ручьем полились. — Ах! — Снежный дьявол с горестным видом умчался за дверь.       Альфа поглядел ему вслед.       — О, Господи… — он тяжко вздохнул. — Ну и дурак же я… И правда поверил. А мог бы и догадаться…       — Да ладно тебе, — Даниэль пошел, взял свои джинсы, стал одеваться. — Это еще не самое страшное. Этот гад и не на такое способен. Кстати, слезам его тоже не верь, — дьявол кивнул в сторону комнаты, где плакал сейчас Ромуэль, и, повысив голос, добавил: — Они крокодильи!       Рыдания из гостиной сразу усилились. А поскольку реакции не последовало, Снежный черт начал отчаянно причитать.       — Я просто скучал по нему! Я люблю тебя, Рэй! Я забылся! Но честно, я не хотел! Не хотел никому сделать плохо! Пожалуйста, ну прости! Я так виноват… — он снова горько заплакал, а альфа поморщился. Он, как и отец, не мог выносить слезы омег: сразу жалел их, терялся, одним словом, становился беспомощным. А Ромуэль, видно, прочувствовав это, зарыдал еще пуще.       Рэй заткнул уши.       — Господи! Ты не можешь его успокоить?       — Да пошел он… — дьявол зашнуровал ботинки, застегнул пряжки на них, поправил ремень на бедрах. — Пусть катится. Видеть его не могу. Блевать уже тянет, — и протопав в гостиную, не обращая никакого внимания на рыдающего Снежного черта, достал из бара вино. — Выпей, мой мальчик, — он налил два бокала и протянул Рэю напиток, сияющий как рубин. — За встречу… И за любовь.       Рэй выпил, конечно, а Ромуэль, видя, что его игнорируют, стал плакать тихо и жалостливо. Горестно вытирая глаза, он казался при этом таким милым и кротким, особенно со своими маленькими, белыми рожками, что сердце альфы не выдержало.       — Слушай, но так же нельзя… Давай ему тоже нальем…       — Обойдется, — Даниэль опять разозлился: Снежный подлец, как мог, тянул внимание на себя, а Рэй со своим мягким характером и слабостью перед омегами, конечно же реагировал. — Он такое не пьет. Его вывернет.       Ромуэль сразу откликнулся.       — Не ври! Я могу выпить! Налей мне, пожалуйста, Рэй… — Конечно, он терпеть не мог красное, и его, действительно, могло замутить, но пить-то не обязательно — достаточно сделать вид. А главное — это внимание. И альфа, конечно, поддался: он хотел взять бокал, но Даниэль поймал его руку.       — Не вздумай, — глаза его пугающе сверкнули красным. — Не вздумай его жалеть. Это — мерзкий спектакль!       — Но… я не знаю… — К счастью, неловкую ситуацию разрешил телефонный звонок: аппарат затрезвонил у Рэя. Он сразу помчался в спальню, где лежала его одежда, и выудил трубку.       — Да? Да! — и тут же расцвел. — Ади! — Он показал Даниэлю: «Тщ-щ…», одними губами шепнул: «Я сейчас…», и побежал на кухню, закрылся там и стал говорить.

***

      Дьявол допил вино, с раздражением слушая продолжающиеся жалкие всхлипывания. Как же они бесили его! А чтоб успокоиться, он перевел всё внимание на милые интонации любимого голоса, доносящиеся из кухни. Рэй чему-то там радовался, смеялся, а смех его — это вообще отдельный эротический феномен. Какой же он был приятный, обворожительный, прямо сердце ласкал. Как же Даниэлю хотелось сейчас, чтоб Снежный черт куда-нибудь провалился. Чтоб остаться с альфой вдвоем, насладиться друг другом. Дьявол так ждал этой встречи, так грезил ею, а теперь все болело внутри: ну, в паху-то понятно, но главное, сердце: его так болезненно сдавливало, что становилось трудно дышать. Потому что слиться с возлюбленным не удалось, а только этот бальзам и мог бы помочь Даниэлю. Но теперь в груди жгло, рвалось, нужно было хоть немного объятий, хоть парочку поцелуев, ласковых слов, и дышать стало легче бы. Но не при этой же твари.       Даниэль бросил недобрый взгляд на своего сородича. Тот тут же отвел глаза, потому что хлюпая и изображая несчастного, за дьяволом он следил. Даниэль со злостью сжал зубы.       — Почему б тебе не убраться в свой особняк?       — Я не могу! — Ромуэль вытер лицо. — У меня нет ключей. И прАва. Я пока никто на земле.       — Но о чем же ты думал, когда телепортировался сюда?       — Тебя не касается! — Снежный черт натер нос и щеки, чтоб они были краснее, а вид — жалостнее. — Но вот ТЫ что тут забыл? Как ты тут оказался?       — Меня прислал Архидьявол, — Даниэль поглядел в окно, но потом вдруг зло улыбнулся и повернулся к Снежному черту. — Кстати, с посланием для тебя. Твоя жизнь подходит к концу…       — Что?.. — Ромуэль побледнел и отпрянул. — Всевышний… Как это так?..       Даниэль поскорей отвернулся. Его сердце тоже было довольно мягким, тем более сейчас Снежный бес испугался искренне. И слезы потекли уже настоящие.       — Это что, приговор?..       — Не знаю, — дьявол залпом допил вино. — Наверное. Но у тебя есть еще время. Надо разобраться с этими драгоценностями Левансонских. Для этого меня и прислали. Ты в курсе, почему они начали источать Зло?       — Я?.. — Снежный дьявол стал совсем белым. — Нет…       — Да не ври ты! — Даниэль психанул. — Пес бы тебя побрал! Они ведь — твоих рук дело!       — И что?! — Ромуэль снова стал злым. — Тебя это вообще не касается! Это дело для Высших дьяволов, а ты кто такой?       Даниэль снова отвернулся к окну, сунув руки в карманы.       — Защита твоя — вот кто… Отец прикончит тебя, и ему наплевать, Высший ты или нет. Но я могу повлиять на него, — он вновь повернулся к Снежному черту. — Если будет желание, конечно…       Ромуэль сразу прищурился, сжав ткани простыни, в которые был завернут.       — Не думай, что можешь манипулировать мной! Пусть я сейчас и без сил, но я в сто раз старше тебя! И припомню всё это!       Даниэль рассмеялся.       — И что? Да пока ты будешь тут сил набираться, от тебя останется дым. Отец тебя на расстоянии придушит. Тоже мне напугал. Но вот если я замолвлю словечко…       — Заткнись! — Ромуэль выпустил когти. — Я не стану подчиняться тебе! И с чего это ты такой добрый?..       — Потому что мне поручили узнать, что творится с этими драгоценностями. А я привык выполнять задания безупречно! — дьявол подошел к бару, плеснул в бокал еще немного вина. — Там, наверху, уверены, что ты в этом замешан. Потому что именно ты в те времена был ювелиром у короля. И наверняка знаешь, что там случилось. Если вообще сам чего-нибудь не начудил. Но как бы там ни было, главное ведь — результат. Если мы справимся с делом, то, какой бы ужасной ни была твоя роль в этой истории, я смогу тебя и прикрыть. И отец прислушается. Ну, во всяком случае, у тебя будет шанс…       — Сволочь! — Снежный дьявол схватил кальян, подвернувшийся под руку, и швырнул его в Даниэля. — Не дави на меня!       Дьявол быстро поймал этот снаряд.       — Только попробуй разбить что-нибудь в моем доме! И тогда я сам тебя придушу!       — Не смей мне указывать! Я ничего тебе не скажу!       — Да как хочешь, — Даниэль поставил кальян на полку поблизости. — Тогда просто сдохнешь, как приблудный шакал, и никто за тебя не заступится.       — Гад ты!!!       Но тут дверь из кухни открылась и из нее вышел Рэй. Ромуэль сразу опомнился и плюхнулся на диван, но плакать уже было поздно: спектакль смотрелся бы глупо. Даниэль поглядел на него, язвительно усмехнувшись.       — Что, попался, притворщик?       Снежный дьявол метнул в него убийственный взгляд, но альфа ничего не заметил — он улыбался.       — Ади звонил. Он сейчас с детьми в поместье отца. И ты представляешь, — обратился он к дьяволу, — принц Фердинанд приехал. Вместе в Его Величеством королем. Какая честь для всех нас… — Рэй глянул на телефон, уйдя на мгновение в задумчивость. — И кстати… — он снова поднял глаза на Даниэля. — Принц Фердинанд… У него же два имени. Фэнриэль-Фердинанд… Что это значит? Это твой друг ангел? Он теперь на земле?       Дьявол даже про ссору со Снежным чертом забыл, как у него сердце зашлось от этой волнительной новости. Но теперь пришлось снова вспомнить о нем.       — Нда уж… — он повернулся к испуганному Ромуэлю, который, конечно, все слышал и теперь закусил губу. Дьявол ожег его взглядом. — Фэнриэль на земле… Но не по своей воле. А всё эта мразь! — он ткнул в Снежного черта пальцем. Тот сразу вскочил.       — Я не при чем! Ангелы все суицидники! Рано или поздно он все равно бы покончил с собой!       — Но ты ему в этом помог!       — Я ничего не сделал!       — Вот именно, что не сделал! Сволочь! Даже не сказал ему, что я застрял у тебя! Он думал, что я погиб!       — Неправда! Я написал письмо! Но оно затерялось!       — Врешь ты! — дьявол взбесился и метнул в Ромуэля огонь. — Врешь ты, паскуда! — Кровать тут же вспыхнула. Снежный черт еле успел выпрыгнуть из нее. Рэй испугался.       — Ты что, Даниэль?! — он кинулся тушить покрывало. — Боже мой! Успокойся! — но вскоре огонь сам стал затихать, и на ткани следа не осталось. А Даниэль пока взял себя в руки.       — Прости, мальчик мой… — он опять отошел к окну и уставился куда-то на улицу невидящим взглядом. — Я просто не выношу это подлое существо…       Ромуэль опять разревелся. Рэй покачал головой.       — Всевышний… Вы всегда так ссоритесь? Зачем же вы тогда жили вместе?       — Мы не жили, — Даниэль уткнулся лбом в стекло окна. — Он меня заставлял…       — Да?.. — альфа с сомнением оглядел щупленькую фигурку Снежного дьявола. —  Ну… — он почесал затылок. — Ну ладно… — Рэй решил, что наверно еще слишком плохо разбирается в жизни дьяволов и не стал дальше спрашивать, а чтобы отвлечь всех от взвинченных настроений, он поискал что-то в своем телефоне.       — Вот, погляди, — Рэй показал Даниэлю экран. — Это Ади прислал. Видишь? Тут Флори и принц Фердинанд. Они очень любят друг друга. И дружат. Смотри.       Дьявол взял телефон, лицо его сразу переменилось: выражение стало мягким и ласковым. Он даже про распри забыл.       — Маленький наш, — он улыбнулся на Флори. — Какой же хорошенький. Беленький и кудрявый. А это?.. — у Даниэля дрогнули губы. — Это мой Фэнриэль? Стрелы Небесные… Какой же он худенький…       — Он просто болел, — Рэй перелистнул экран и показал еще несколько снимков. — Но сейчас ему лучше. А приступ случился в музее… И, кстати! — альфа поглядел на дьявола. — Там, на выставке, творится что-то ужасное. Драгоценности вроде бы лечат всех, но храмы бьют тревогу, говоря, что это происки Тьмы… И правда ведь: принц заболел, и нашим детям тоже там стало плохо. Флори и Люси. — Рэй тронул Даниэля за локоть, потому что тот ушел куда-то в задумчивость. — Что там творится в музее? Ты случайно не знаешь?..       — М?.. — Даниэль опомнился. Просто все недавние события: с драгоценностями, с сущностями, с исчадиями Зла промелькнули у него перед глазами в один момент. Вспомнилось, как они с Фэнриэлем бились с ужасной тварью на кладбище, почти в одиночку, как едва не потеряли друг друга. Даниэль нахмурился, складка пролегла между бровей.       — Я не в курсе… — ответил он. — Но вот этот подлец знает… — он кивнул в сторону Ромуэля. — Потому что…       — Заткнись! — Снежный дьявол сжал кулаки. — Хватит из меня чудовище делать! Ты ничего не знаешь из этой истории!       — А ты ничего не хочешь предпринимать!       — Погодите! — Рэй успокоил дьявола, положив ему руку на грудь. — Подожди… — он повернулся к Ромуэлю. — Ты знаешь, что там творится? И знаешь, как это пресечь?       Снежный черт отвернулся.       — Нет… И не буду ничего говорить…       — Вот видишь? — Даниэль показал на него. — Тварь безответственная…       — Да потому что они убьют меня после этого! — Ромуэль поглубже закутался в простынь. — Как только я закончу дело… Он и его отец!       Рэй растерянно поморгал.       — Это правда? — повернулся он к дьяволу.       Даниэль только вздохнул. Это ж надо так все извратить! Вот скотина. Но как же надоело оправдываться!       — Примерно, — Даниэль снова сунул руки в карманы. — Архидьявол его казнит.       — Ого… — Рэй подошел к Ромуэлю. — Неудивительно тогда, что он боится…       — Ты еще пожалей его, — Даниэль отвернулся. — Он только и ждет… — А Рэй и правда уселся на диван рядом со Снежный чертом и взял его за руку.       — А нельзя как-нибудь добиться помилования? Неужели он… — Рэй оглядел заплаканное лицо Ромуэля, такое несчастное, милое. — Неужели он правда такой уж злодей?       Снежный дьявол почувствовал, что альфа вновь поддается на его чары. Он сразу подполз к нему ближе и осторожно обнял, как будто прося защиты. И Рэй, конечно, ответил ему на объятье. Даниэль только головой покачал.       — Вот ублюдок… — он пнул носком ботинка уголок ковра и прошелся по комнате. — Можно, конечно, добиться. И я ему говорил. Архидьявол — отец мой. Я мог бы…       — Ух ты! — альфа расширил глаза. — Этот рогатый громила с черепами на поясе — твой альфа-родитель?! Ну ничего себе…       Даниэль так и замер.       — А ты разве видел его? Когда?       Ромуэль сразу занервничал. Если сейчас Даниэль узнает, при каких обстоятельствах побывал здесь его отец, он снова взбесится. Этого нельзя допускать.       — Да какой бы он ни был, он убьет меня! — он задрожал. — Я боюсь!       — Но… подожди… — Даниэль решил все-таки выяснить взволновавший его вопрос. Тогда Снежный дьявол кинулся альфе на шею и снова начал рыдать.       — Мне так страшно!..       — Ох… Боже мой… — Рэй опять растерялся. — Ну… погоди… Не плачь… Даниэль, подержи телефон… — альфа протянул дьяволу аппарат, при этом мельком взглянув на него, и тут же опомнился.       — Черт! Мне ж на работу надо! — Ромуэль сразу отпрянул.       — Ах! Скорее, скорее! — он немедленно ухватился за эту спасительную соломинку. — Иди одевайся, ты опоздаешь! — И Рэй, испытав явное облегчение, что истерика так быстро закончилась, побежал в спальню.

***

      Даниэль так и остался стоять с телефоном в руках. Он уже хотел пойти за альфой, видимо, так и не оставив свой замысел узнать обстоятельства появления отца. И тогда Ромуэль вырвал у него из рук аппарат.       — А ну дай-ка сюда! Покажи мне своего сына…       Дьявол сразу вцепился в него, на что Снежный черт и рассчитывал.       — Отдай! Не хватало тебе глазеть!       — Отстань! — Ромуэль сжался в комок, пряча трубку. — Не отдам!       — Отдай, или руку сломаю!       — Помогите! — Снежный черт все-таки активировал телефон, и экран загорелся. На картинке был Флори — улыбающийся, кудрявый.       — Ах, ЭТО твой мальчик… — Ромуэль хотел уже сказать что-то язвительное, но вдруг его передернуло, голова запрокинулась, глаза стали черными, а по кровати, полу и стенам стремительно поползла снежная изморозь. Даниэль отскочил от него, потому что Ромуэль жегся холодом не меньше, чем дьявол огнем. Особенно если его переклинивало на параллельный мир, а сейчас именно это произошло. Снежного дьявола затрясло, холод в доме усилился, стены заледенели, и в конце концов в окнах лопнули стекла. И только тогда Ромуэль, приняв прежний вид, упал и расслабился.       Рэй выбежал из комнаты, услышав звон разбитого стекла.       — Что это? Боже мой… Что тут случилось?       Даниэль медленно покачал головой, внимательно глядя на бесчувственного Ромуэля.       — Не знаю пока… — а Снежный дьявол тем временем пришел в чувства, поднялся и огляделся по сторонам.       — Мне было видение… — он вытер со лба испарину. — Страшное…       — Что?.. — у Рэя почему-то похолодела спина. — Это… как понимать?       — Вот, — Снежный черт показал ему телефон с фотографией Флори. — Твой сын… Достигнув совершеннолетия, он оступится и, совершив ужасный поступок, погибнет. И не только как человек… — здесь Снежный дьявол перевел телефон, указывая на Даниэля. — Но и как ангел…